Смотри душой.

Ирука шёл по коридору музыкального корпуса и ненавидел себя за то, что идёт. Лямка чехла от гитары больно врезалась в плечо — он перекинул её на другое, потом обратно. За десять шагов он успел передумать четырежды. Трижды — развернуться и уйти. Один раз — упасть в обморок прямо здесь, чтобы не пришлось ничего решать. Но ноги не слушались. Или слушались слишком хорошо. Потому что они уже свернули за угол, прошли мимо стенда с объявлениями, мимо закрытой столовой, и теперь… теперь он стоял перед дверью с табличкой «Аудитория 307. Музыкальная лаборатория». Из-за двери доносились приглушённые звуки — гитара, клавиши, чей-то смех. Ирука замер, прислушиваясь. Они звучали легко, свободно. Как будто люди за дверью не боялись ошибаться. Ирука сжал лямку чехла так, что ткань захрустела. «Ты можешь. Ты играешь с одиннадцати лет. Ты выигрывал конкурсы. Это просто… люди. Обычные люди. Которые уже умеют играть вместе, а ты тут новенький, никто тебя не знает, и, возможно, ты вообще никому не нужен…» — О, привет! Ирука подпрыгнул от страха и отпрянул от двери. Дверь распахнулась, и на пороге стояла девушка с тёплой улыбкой и планшетом в руках. — Ты на прослушивание? — спросила она, не дожидаясь ответа. — Заходи, не стесняйся. Мы тут уже начали разогрев, но лидер ещё не пришёл. Ирука открыл рот, чтобы сказать что-то умное вроде «я, наверное, ошибся дверью», но девушка уже схватила его за рукав и буквально втянула внутрь. Помещение оказалось больше, чем он ожидал. Пахло пылью и старыми нотами, в воздухе висела творческая неразбериха. Старые кресла, микшерный пульт в углу, плакаты с группами 90-х на стенах. У барабанов сидел парень с чёрными волосами и довольно странной прической, которую обычно называют «горшок». Ирука начал разглядывать его замысловатую причёску, пока тот крутил палочку между пальцев. Создавалось впечатление, что он никогда не сидит на месте — даже сейчас, в тишине, он качал головой в такт какой-то своей внутренней музыке. Заметив на себе взгляд вошедшего, он просиял: — Новенький?! Гитара? — кивнул на чехол. — Класс! Давно пора. А то мы тут только втроём и душно. — Мы не душно, мы камерно, — поправила девушка. — Я Рин, это Гай. А ты? — Ирука, — выдавил он. — Я… по объявлению. Вы ищете гитариста? — Ищем, — раздался голос от окна. Ирука резко обернулся. На подоконнике, закинув ногу на ногу, сидел парень в чёрной толстовке. Чехол от гитары стоял рядом. Волосы небрежно спадали на один глаз. Второй глаз смотрел на Ируку с ленивым любопытством, как будто он оценивал не игру — а самого человека. У Ируки перехватило дыхание. В нём не было ничего особенного — бледная кожа, усталые глаза, но в этом взгляде было что-то, от чего хотелось провалиться сквозь землю. Или, наоборот, сыграть так, чтобы этот взгляд наконец загорелся. — Ты умеешь играть? — спросил парень. Ирука вдруг понял, что забыл, как дышать. — Д-да. — И как давно? — С одиннадцати лет, — ответил Ирука и сам удивился твёрдости своего голоса. Парень приподнял бровь. На мгновение в его взгляде мелькнуло что-то похожее на искренний интерес. Потом он спрыгнул с подоконника, подошёл вплотную — так, что Ирука почувствовал запах кофе и стирального порошка, — и слегка коснулся пальцем грифа гитары, выглядывающего из чехла. — Доставай, — сказал он. — Покажешь. — Какаши, зачем ты так давишь на людей, всех новичков распугиваешь, — хмыкнул Гай из-за барабанов. — Я не из пугливых, — буркнул Ирука, но щёки уже горели. Он поставил чехол на пол, щёлкнул замками и достал свою электрогитару — старую, потрёпанную, но настроенную до скрипа. Когда он повесил её на ремень, пальцы сами легли на знакомые лады, и страх немного отступил. — Что играем? — спросил он. Какаши вернулся на своё место на подоконнике, плюхнулся и, чуть склонив голову, с интересом разглядывал парня с хвостиком. — То, что умеешь. Ирука посмотрел на него. Потом перевёл взгляд на Рин — она ободряюще кивнула и только губами сказала что-то вроде «удачи». На Гая — тот показал большой палец. — Хорошо, — сказал Ирука. — Джазовый блюз в До-мажоре. Двенадцать тактов. Устроит? Какаши на секунду замер. А потом уголок его губ дрогнул в подобии улыбки. — Устроит. Начинай. Ирука выдохнул, закрыл глаза — и ударил по струнам.

***

После своего «выступления» Ирука тяжело дышал, судорожно сжимая в руке гриф гитары. Он волновался, что сыграл недостаточно, что просто опозорился перед ребятами и с позором побежит домой тихо плакать в уголочке. От страха парень зажмурил глаза, но в следующую секунду открыл их, услышав, как парень со странной стрижкой со всей дури хлопает палочками по барабану. Все вздрогнули от такого внезапного соло, после чего Гай захохотал. — Есть! Парень, я в тебе не сомневался, это было довольно хорошо! Ирука ещё сильнее сжал гриф и со страхом посмотрел на Какаши. Тот несколько секунд разглядывал пальцы Ируки на грифе, после чего медленно кивнул. — Репетиции по средам и пятницам после занятий. Не опаздывай. Ирука выдохнул так, будто только что сдал самый страшный экзамен в жизни. В груди потеплело. Он принят. Он нужен. Рин улыбнулась и радостно подбежала к Ируке, притянув его к себе. — Добро пожаловать. — А потом тихо добавила, чтобы никто не слышал: — Ты ему понравился, Какаши редко что заинтересует, удивительно. После чего девушка сразу же отстранилась, всё так же мило улыбаясь. Ирука ничего на это не ответил — да и не знал, что отвечать. Он прокручивал в голове этот заинтересованный голос из другого угла комнаты, то, как этот один видимый глаз прожигал в нём дыру. Он медленно выдохнул и легко улыбнулся. — Спасибо. — Парень снова посмотрел на лидера группы, тот лишь с лицом явного безразличия высматривал что-то в окне. — Тогда получается, я могу идти? Рин посмотрела на него удивлённо. — Я думала, у нас будет вечер знакомств или что-то типа того... Я вообще предлагаю всей группой, ну кроме одного участника пока что, приболел к сожалению, но всё же! Рин быстро подбежала к своему рюкзаку и достала оттуда телефон. — Вот! Смотрите! — перевернув экран телефона ко всем. — Недалеко от нашего универа открылась замечательная кофейня в стиле «Нирваны» и в принципе эпохи тех годов. Мы обязаны туда сходить! — Девушка медленно повернулась к Какаши: — Ты опять не с нами? Какаши резко поднял взор на девушку, и в его взгляде читалась некая грусть и обида. — Сори, без меня. Ты же знаешь. — Да я-то знаю, просто мало ли, всё поменялось... — Девушка с грустью повернулась обратно к Ируке, но, глядя на него, искренне улыбнулась. — Ну тогда тебе придётся отдуваться за двоих! — громко вскрикнул Гай и довольно сильно ударил по спине Ируку, так что тот аж пошатнулся. — Ну, можно конечно сходить, только определённый день надо выбрать... Девушка протянула свой телефон Ируке. — Запиши свой номер, я добавлю тебя в общий чат. А на сегодня всё, можешь идти отдыхать. Ирука взял телефон и очень быстро (сам от себя не ожидая) ввёл свой номер. Попрощавшись со всеми, он скрылся за дверью и быстро побежал по коридору. Он очень сильно устал. Ему надо было переосмыслить всё, что с ним произошло. Ирука, конечно, был очень рад — наполовину его мечта сбылась. Он теперь состоял в группе. Осталось только провести концерт, начать писать музыку, гастролировать по миру и стать самым известным гитаристом-вокалистом, каких только свет видел! Парень с гордостью выходил из здания, предвкушая завтрашний день. Ведь завтра пройдёт его первая в жизни репетиция с группой... «Нужно будет обязательно выспаться, повторить базу, чтобы не ударить в грязь лицом перед ребятами. Не хочу, чтобы они разочаровались во мне...» Он вышел на улицу и глубоко вдохнул холодный воздух. В груди разливалось что-то тёплое — надежда, предвкушение. Может, эта группа станет для него чем-то большим, чем просто музыкой. Его ожидают лучшие годы учёбы! По крайней мере, он так думал.