Chamelion

— Мисс Боу, рад встрече, — Натаниэль сохранял безучастное выражение лица, хотя Эндрю кожей чувствовал, что взгляда он от него не отводил, предпочитая держать поблизости. Это ощущалось странно, он не привык к защите или опеке, обычно это он был тем, кто держит ухо в остро и руку на рукоятке ножа. Но сегодня, в чужом городе, в незнакомой обстановке, он чувствовал себя всё же неуютно, хотя сказывалось отвратительное предчувствие и липкая тревога от следующего дня. Пусть Натаниэль напрямую не подтвердил, что сюрприз будет заключаться именно в убийстве Дрейка, это было слишком очевидно. А исходя из того, что ублюдок пытался связаться с ним через Аарона — даже если Веснински вдруг имел ввиду что-то другое, Эндрю лично убьёт Спира. — Натаниэль Веснински, — сухо поприветствовала девушка. Затем окинула внимательным взглядом Эндрю, пытаясь считать угрозу и дернула уголками губ в намёке на вежливую улыбку. — Надо же, не Рико. До меня дошли слухи, что Вы и Рико Морияма неразлучны. — С моей стороны было бы грубым проигнорировать Вашу неприязнь и привести кого-то из клана на Вашу территорию. Соболезную Вашей утрате и поздравляю с официальным вступлением в наследство. Это Ваш первый сезон? — девушка поджала губы, прежде чем направиться прямо в сторону гаража. Вопросы она проигнорировала, как и фальшивые сожаления. Оба прекрасно знали, что Кларк Боу бы редкостным ублюдком. Натаниэль жестом подозвал Эндрю к себе, привлекая внимание. – Держись рядом. Если чувствуешь, что что-то не так — сообщи. — Не уверен в их охране? — язвительно уточнил Миньярд, осматриваясь. Около сотни человек здесь точно было, кто-то уже занял место у старта чтобы болеть за нужных людей, кто-то собирался в кучи, чтобы выпивать и общаться. Так же он заметил около пяти участников, помимо них, каждый либо у своей машины, либо у ближайшего механика. Безумно шумное место. Всего участников девять, значит двое ещё либо не приехали, либо он их не заметил. На парковке стоит куча других мощных автомобилей, некоторые из них участвовали в гонках за Роквилл и Германтаун, он запомнил их, потому что Мэл присылал видео этих самых гонок сразу после их завершения. Видимо, приехали увидеть будущих соперников? Толпы пьяных людей, громкая музыка, и кажется Эндрю видел у кого-то белый порошок. Он перестаёт наблюдать за обстановкой, вместо этого впиваясь внимательным взглядом в Веснински — он так и не спросил про его историю с наркотиками. Он точно сидел на тех же таблетках, что и Эндрю, а так же, около четырёх лет назад занимался дилерством, подмешивая в наркотики яд и убивая каких-то ублюдков. Но был ли он или кто-то из личностей зависим? Стоит ли беспокоиться, что он сорвётся? — Я уверен только в том, что здесь минимум пятнадцать человек желают моей смерти, — они подошли к одному из гаражей, наверное, самых больших здесь. Словно почувствовав чужой взгляд, Натаниэль обернулся и вопросительно изогнул бровь, но Эндрю никак не отреагировал. Куда больше его привлекло то, что мелькнуло за воротами — за спиной Натаниэля и Боу, которая терпеливо ждала их у входа. Что-то блестящее, красивое, дорогое и невероятно мощное. Он разглядывал двух красавиц несколько секунд, прежде чем Натаниэль обернулся и на его губах мелькнула ухмылка. — О, да. У них даже тачки одинаковые. Я не удивлён. Действительно, за воротами стояли две абсолютно одинаковые машины — Toyota Supra A90 серебристого цвета. На капоте одной из них сидела абсолютная копия девушки, которая сегодня их встретила, даже одежда такая же — кожаные чёрные штаны, плотно прилегающие к телу, черная майка и такого же цвета кожаная куртка, лежащая на коленях. Если Боу-1, которая их встретила, была достаточно спокойна и молчалива, то Боу-2 сидела в одной майке к ним боком и весело о чем-то разговаривала с Линой, даже не обернувшись. Морозова заметила их первой. Изучила парней взглядом и едва заметно кивнула в знак приветствия, чем привлекала и вторую близняшку. Девушка обернулась резко и с каждой новой секундой улыбка на её губах становилась всё более хищной и широкой. — Начинается, — устало произнёс Натаниэль, до того, как она бы что-то сказала. Вопреки всему, девушка лишь засмеялась, спрыгивая с машины и приближаясь к ним, его замечание никак не прокомментировала, но по Эндрю всё ещё скользила ехидным взглядом. — Какие люди, Веснински. Мне готовить свадебное платье, женишок? — её голос сочился весельем, а Лина громко захохотала. Боу-1 бросила на всех раздраженный взгляд, прежде чем направиться к своей машине, чтобы проверить что-то. За сестрой иногда поглядывала, но настолько аккуратно и незаметно, что едва ли не знающий человек понял бы это. Эндрю вот понял сразу и взгляд этот узнал, он так же на близнеца иногда смотрит. Занятно. Столько новых развлечений. — У тебя и здесь невеста есть? — фыркает Миньярд. Кажется, помимо Рико и Лины, ну и Мэган в больнице, Веснински особо не про кого и не рассказывал. Однако сколько всего у него было людей или партнёров? Брат Лины, который едва ли считается, но с которыми парень переспал. Кто-то в клубе, кто подсыпал ему какую-то херню и изнасиловал, пусть Абрам всё ещё и уверен в том, что это было по согласию. Пруст, который явно запретная тема. Кто-то ещё, с кем Абрам изменил Рико, пытаясь заглушить Натаниэля. Вопрос больше в другом. А кто-то из них вообще интересовал самого Натаниэля? Кто-то из них был по согласию именно для Ната? И как ко всему этому относится Мэл? В любом случае, он обдумает это позднее, отводя взгляд. Нельзя давать Веснински лишних поводов для размышления, они и так слишком много пялятся друг на друга сегодня. Натаниэль надел на себя огромную серую толстовку и чёрные трико, причём возможно последние отнял у бомжа. Очевидно, у его семьи не было проблем с деньгами, но Эндрю почти физически понимал, почему Нат выглядит именно так. Поэтому и старался не выпускать его из поля зрения: просто чтобы убедиться, что никто его не коснётся, никто не узнает и никто не попытается познакомиться. Хотя честно, даже в таком виде его симпатичную рожу скрыть трудно. Ну, спасибо что в плед не укутался, что-ль. В любом случае, здесь ещё близняшки есть, как почва для размышления. Вот так, значит, он и Аарон выглядит для окружающих? Про себя Эндрю невольно подмечал детали их отличий — в заднем кармане Боу-1 лежала пачка сигарет, в то время как Боу-2 держала в руке электронку. Волосы Боу-1 почти на сантиметр короче, осанка прямее, взгляд увереннее. Боу-2 выглядит немного дикой, явно более эмоциональная, чем сестра, но авторитет её не оспаривает и скорее всего часто прислушивается. Эндрю почти уверен, что если Боу-1 сейчас отдаст приказ из разряда: «отойди от Веснински на метр», то Боу-2 с лёгкостью отскочит в сторону. Интересно, а этому обучают? Ну то есть, можно где-то пройти курсы на управление своим близнецом? Ему бы не помешало. Может быть, Натаниэлю тоже бы было полезно — ну так, немного управлять альтерами, например. При этом, Боу-1 не участвует в гонках, Натаниэль говорил, что девушка занята бизнесом семьи. Она собственноручно избавилась сначала от кандидатов для фиктивных браков — после отказа Веснински и Морияма (Абрам постарался и там) девушкам нашли двух каких-то мужчин, которые в двое старше их — а затем туда же отправился и отец, который видел в них лишь ресурс. Девушка ловко взяла бизнес в свои руки, Натаниэль так же упомянул, что в её руках несколько автосалонов, в том числе и тот, в котором они брали машину Эндрю. Разумеется, в гонках она не участвовала и не планировала. Боу-2 напротив, никогда не была фанаткой подобной бумажной волокиты и сразу же уткнулась в дела их семьи в качестве преступного клана, а точнее в группировку Крыс. Обе девушки родились и выросли в Роквилле, но как Эндрю понял, почти весь Мэрилэнд был под контролем семьи Веснински. Однако интереса ради, про Мясника или Балтиморского Мясника почти ничего не было — про первого было пару жуткий сказочек на ночь, больше похожих на легенды, а про второго вообще ничего не было, разве что пару забавных статей на форумах. Так, например, кто-то был уверен, что Балтиморский Мясник — чуть ли не супер герой, спасающий детей, людей и уничтожающий зло в этом штате. Эндрю уверен, что это была чья-то шутка, но возвращаясь к близняшкам — серьёзно, сколько можно думать про Веснински? — именно Боу-2 является организатором гонок, а так же местным автомехаником. Иногда подрабатывает в салонах сестры, иногда в гараже, копается в машинах, неплохо стреляет и, очевидно, она угроза. Она победитель на гонке в Роквилле, а значит, именно с ней им придётся столкнуться на следующем этапе. А Эндрю сделает всё возможное, чтобы попасть туда, чисто принципиально. Лину же он изучил уже достаточно, выводов новых не было. Хотя интересно, что девушка участвовала в гонках от города Германтаун. Он не совсем знал, откуда она и где живёт сейчас. Точнее, знал что она из России, но не знал где она обитает здесь. Эндрю был уверен, что девушка либо живёт в Балтиморе, поближе к Веснински, либо живёт так же в Роквилле, поближе к Крысам, в которых состоит. С другой стороны, если Эндрю правильно понимает, обе девушки являются сильными противниками и могли специально разделиться, чтобы с двух было ещё по двое интересных участников. — Нас рассматривали в качестве кандидатов для заключения фиктивного брата. Точнее, их отец — Кларк, рассматривал меня и Рико на эти роли, хотел при помощи дочерей укрепить свой статус, — сухо пояснил Натаниэль, зачем-то повторяясь. Эндрю окинул девушку любопытным взглядом — надо же, так это её пытались отдать замуж за самого Веснински? Ему её почти жаль. Объективно, Рико как кандидат ещё не так плох, а вот Натаниэль-Мэл-Абрам — уже проклятье. Хотя в любом случае это всё отвратительно и фиктивные браки полный отстой. — Цербер, не смущай возлюбленных, идём ко мне! — голос Падшей, как любил называть её Мэл, прозвучал легко и воздушно, привлекая внимание. Эндрю к этому прозвищу не то чтобы привык, но начал относиться безразлично, ему абсолютно нет дела до того, что его сравнивают с трёх главой собакой. Зато Натаниэль медленно обернулся, чтобы впиться в Лину презрительным взглядом. Вот это точно что-то интересное и новое. — Ты больше не называешь его так, — его голос прозвучал спокойно , однако Ди почти сразу же отскочила на безопасное расстояние, словно готовясь к тому, что он выкинет что-то опасное. Эндрю напрягся, считав угрозу, но Лина, казалось, ничуть не удивилась этому приказу. Лишь слегла склонила голову на бок, продолжая заинтересованно наблюдать. — А желательно, вообще на него не смотришь. — Меня спросить не хочешь? — полюбопытствовал Миньярд. Словно опомнившись, Натаниэль обернулся, изучая его взглядом. Тот не звучал так, словно оправдывался, скорее, словно объяснял глупому ребенку основные вещи. Ну то есть небо голубое, трава зеленая, а она..: —...с тобой флиртует. – И? — Эндрю пришлось вопросительно выгнуть бровь, чтобы точно объяснить, что ему это ничего не дало и выглядит это странно. – Ты гей. Тебе может быть неприятно, — Эндрю что-то промычал в знак понимания. Он вообще не ничего не понял. Где Веснински увидел тут флирт? Почему его это волнует? Он вообще понимает, что Эндрю способен защитить себя — особенно, блять, от флирта. Его гейская душевная организация не настолько тонкая, спасибо большое, он не собирается убегать с криком «ААА, ЖЕНЩИНА», просто потому что Лина на него смотрит. Следом приходит другая мысль. Натаниэль не просто отвадил от него девушку, он заметил внимательный взгляд Ди и с ходу заявил о его ориентации. Он не просто защитил его, он их отшил от его лица. На что это похоже со стороны? О, например на то, что они в отношениях и Натаниэль ревнует. И судя по тому, как Боу-2 хитро щурится, именно об этом она и подумала. И почему-то Эндрю уверен, что если эта девочка сделала такой вывод сейчас, то к концу гонки знать об этом будут все, кто здесь находится. Тут речь о другом, для чего Натаниэль это сделал? — Что это было? — он говорит на немецком, надеясь, что брюнетка рядом с ними его не знает. Судя по недоумению в её глазах — нет, язык она не понимает, а вот Веснински выглядит как сама невинность. Ещё и глазками хлопает, как ребёнок, якобы он здесь не при делах. — Мэл считает, что она заинтересована в тебе по той же причине, по которой ты заинтересован во мне, — Эндрю хмыкнул, пытаясь понять, что это ещё, блять, значит. — Возбуждение из-за психологических травм. — Прости, что? — Тебе заинтересовали мои психологические расстройства и ты стал зависим от этого. — Я не зависим от тебя. И меня, блять, не возбуждают твои тараканы в голове, не неси херню, — на лице Натаниэля снова мелькнуло недоумение. Он на мгновение задумался, видимо, собирая совет из других альтеров. Как заметил Эндрю, Натаниэль чаще остальных берет паузу, чтобы обсудить что-то с ними, как, например, сейчас. — Сказали что-то полезное? — Мой мозг не успевает фильтровать поток херни, который они несут, — он поджал губы, практически обиженный этим откровением. Эндрю с огромным трудом подавил подрагивающий уголок губ, чтобы не выдать веселья. О боже, Нил просто невероятный тупица. Если так подумать, то Эндрю буквально из всей свиты выбрал какую-то херню, в отличие от своего окружения: у Рене есть умный и заботливый Жан, а главное он адекватный. У Аарона — будущее экси, великий и неповторимый Кевин, пусть немного тупица и алкоголик, но хотя-бы вменяемый. Ники умудрился переспать с красивым японцев, не адекватным, конечно, но там хотя-бы одна личность — спасибо и на этом — и нет биполярки. А Эндрю, как самый отчаянный, спутался с тройным идиотом. Просто чудесно. С другой стороны, нихера он не спутался и не выбрал. Это временный интерес и они, вообще-то, больше похожи на друзей, чем на парочку. Судя по лицу Ди, которая Боу-2, она с этим явно могла бы поспорить, как и Лина. — Удивительно. Мой мозг тоже не способен фильтровать херню, которую несешь ты, — это, наконец, заставляет Веснински вернуться полностью и прекратить пялиться в пустоту, разговаривая с голосами в голове. А ещё это неплохой конец для их диалога, потому что Боу-1, наконец, снова возвращается к ним и встаёт со своей сестрой. Эндрю продолжает изучать их взглядом, подбирая новые различия, чтобы окончательно запомнить кто из них кто. Чуть разные оттенки глаз — у Боу-1 они чуть темнее, а у Боу-2 они светлее. Спасибо, Эндрю уверен, что он эксперт по голубым глазам, а ещё он прекрасно знает, что голубые глаза девушек — вообще не похожи на голубые глаза Веснински. Виновата его память, а не факт того, что он периодически на них пялится. Не на близняшек, к сожалению, всего лишь на Веснински. — Близнецов никогда не видел? — вторая насмешливо сверкнула глазами, слегка наклоняясь вперед и ухмыльнулась. — Ниэль, это не вежливо, так смотреть на дам. Ещё немного, и я подумаю, что мы случайно увели твоего парня. Натаниэль издал непонятный звук, прежде чем всхлипнуть. Эндрю обернулся, теряя всякий интерес к девицам, потому что у него тут, возможно, человек задыхается. Плечи Веснински слегка дёргались, а рот он прикрывал ладошкой. Эндрю потратил примерно секунду на размышления, понимая, что парень перед ним смеется, а так же понимая, что ему жизненно необходимо это видеть. Он с трудом подавил желание отодвинуть руку от лица, чтобы рассмотреть всё, от улыбки и ямочек на щеках, до морщинок в уголках глаз. Он все ещё помнил, что обещал не касаться без разрешения. Вместо этого просто уставился на него мрачным взглядом. Слышать искренний смех Натаниэля было в новинку: это не похоже на хихикание Мэла, который, кажется, сходил с ума больше их всех вместе взятых — как альтеров, так и лис в том числе — но так же это не было похоже на смех Абрама, которых был часто либо пьяный, либо маниакальный. Натаниэль смеялся легко и искренне. Красиво. Эндрю, например, не совсем понял: хочет он услышать его смех когда-то ещё, или лучше вообще не слышать его голос никогда в жизни. Как часто Рико слышал его? К слову, а что вообще его так развеселило? То что Эндрю назвали его парнем или то, что Эндрю никогда не видел близнецов? Оба варианта безумно смешные, ага, да, главное продолжай. Может действительно задохнешься и лишишь нас огромного количества проблем. — Я не буду отвечать на это замечание, — наконец, произносит он, когда успокаивается. — Лучше вернёмся к гонкам. Начало через пол часа, верно? — Да. Надеюсь, что мы сможем сразиться в следующем этапе, — Ди довольно хмыкнула, подмечая то, что никто из них не возразил, что они в отношениях. Эндрю невольно задумался о том, что его чёртовы таблетки слишком активно его успокаивают, в любой другой момент он бы уже вскрыл глотку как этим девицам, так и Веснински за компанию. Ну что за дела, Би? Ты обещала, что это должно помочь, и с одной стороны — спасибо огромное, прикосновения ощущаются немного легче и эмоциональный фон немного стабильнее, но с другой стороны — он почти скучает по своей ярости. — Обязательно. А сейчас у нас не так много времени, нужно забрать машины, — Эндрю отсалютовал дамам двумя пальцами от виска и просто направился следом за Натаниэлем, не желая что-либо говорить им. Хватит на сегодня разговоров, меньше слов, больше дела. У него кончики пальцев уже покалывают от предвкушения, когда он видит трассу и остальных участников. — Кстати, знаешь как называется этот цвет? — Натаниэль резко обернулся, заставляя Эндрю замереть, чтобы не впечататься в него. Он показывал рукой на ленту на своём плече — такую же, как и на плече Эндрю, и на плечах других участников сегодняшней гонки. Миньярд не ответил, смотря на него, как на идиота, прежде чем взглядом выцепить что-то за его спиной. Черт знает когда Веснински успел натянуть капюшон, но судя по всему, он скрывался от кого-то. Не то чтобы это удивительно, окей, с его жизнью, возможно, бега — лучший вариант. Бежать и начать всё заново. Может быть, Эндрю бы составил ему компанию. — Синий, — возможно его голос и прозвучал слишком грубо и резко, но главное, что помог выкинуть из головы глупые мысли. — Не совсем. Это Baltimore Sky, он передаёт интенсивный цвет синего неба. Ну знаешь, это цвет из палитры... — А я думал, речь о песне Abide, — оборвал он его прежде, чем Натаниэль успеет сказать что-то ещё более скучное. — Я думал, что за душнилу в вашем клубе экси-дрочеров отвечает Кевин. — Экси-что..? — он на мгновение снова теряется, и Эндрю почти залипает на то, как приятно наблюдать за безрезультатным поиском Натаниэля собственного мозга. Сложно сказать, что ему там сказали альтеры, а Эндрю действительно хочет знать, но глаза парня резко раскрылись и он озадаченно уставился на него. — А я думал, Кевин дрочит на твоего брата? Эндрю решил не отвечать на это, сохраняя невозмутимый вид. Что ж, сука, ладно, 1:1, он принципиально не будет сдаваться. Однако Натаниэлю собеседник и не нужен, у него в голове и так целых два, поэтому выражение его лица меняется без сторонних источников. С недоумения оно перескакивает на растерянность, затем осознание, а следом на шок. — Как связаны душнилы и кинк на удушение? — ворчливо, едва слышно, пробухтел он. Эндрю медленно втянул воздух носом, обрывая желание предложить ему детальное объяснение, может быть даже в горизонтальной положение. Что ж, Аарон был прав. Он, блять, в дерьме. — Заткнись, — наконец, подбирает Миньярд нужное слово. — Забрать машины. У нас осталось пятнадцать минут до старта. Честно говоря, Эндрю особо не нужна была проверка автомобиля — он, всё же, новый, в отличие от машины Натаниэля, которая стояла в гараже Балтимора практически полтора года без использования. Исключением, разумеется, как он сказал, были редкие выезды матери — Мэри обожала спортивные автомобили и черная Mazda Roadster сына не стала исключением. Но даже этого могло стать не достаточно для гонки, хотя он на днях и отдавал приказ проверить её в сервисе. Их гараж был заметно меньше, чем у Боу, однако обе машины без труда помещались там. Чарли, девушка с которой они познакомились ранее, стояла около кабриолета Веснински и копалась в капоте, а услышав шаги — обернулась. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы Эндрю заметил враждебные черты лица девушки, словно она готовилась напасть на того, кто сюда явился, однако почти сразу на её лице появилась маска безмятежности. Он был прав, когда решил, что в ней больше опасности, чем глупости. Вся её поза и поведение говорили о защите и готовности сражаться. Вспоминая слове Натаниэля о том, что у него здесь много врагов — вполне возможно, что были желающие испортить его машину, а значит, она была ответственна не столько за ремонт, сколько за сохранность. — Братец, — на её губах тут же появилась улыбка, а в глазах сверкнуло обожание, однако Веснински отрицательно качнул головой. — Он тебя насквозь видит, Джо. Можешь не притворяться, — её взгляд тут же сменился на оценивающий, а внимание полностью сфокусировалось на Эндрю. Она пробормотала что-то на незнакомом языке, Эндрю даже не успел разобрать слова, однако Натаниэль снова качнул головой. — Я ещё не решил. — Что ж.., — девушка подошла медленно, с кошачьей грацией, и как заметил Эндрю, даже не попыталась нарушить границы Веснински — наоборот, держалась в стороне. — Моё имя Джоанна Чарли Джостен, предпочитаю имя Чарли. Рада знакомству. Если будут проблемы с этой малышкой — можешь обращаться, — она кивнула головой в сторону Maserati. — Эндрю Джозеф Миньярд. — Он близкий друг Рене, — почти сразу же цепкий взгляд девушки сменился на что-то, что можно было назвать уважением. Она поджала губы и уверено кивнула, принимая это. — Что там с машинами? — У него всё отлично. Она в полном порядке, что и следовало ожидать. Я немного заправила бак и, если тебе интересно, могу дать пару рекомендаций по уходу на будущее, — она вернула Эндрю ключи и он кивнул, принимая это к сведению. — Что касается тебя... Не плохо, с учётом того, что ты на ней не ездил, — она слегка поморщилась и уже тихо пробормотала. — Поэтому, наверное, и не плохо. – Гонку проедет спокойно? — Чарли кивнула, отдавая ему ключи. — Тогда мы поехали. Времени мало, будет неловко, если мы опоздаем. – Надеюсь на вашу победу, — лениво произнесла она, уступая дорогу и зевнула, усаживаясь на боковую спинку кресла. Проследив за тем, чтобы обе машины выехали на старт, она удовлетворённо кивнула и пошла закрывать ворота, чтобы присоединиться к болельщикам. *** Машины выстроились в три ряда, в шахматном порядке. Эндрю и Натаниэль заняли второй ряд, оба парня даже не думали беспокоиться, как минимум, лица обоих ничего не выражали, кроме холодного безразличия. Вот только Миньярд всё равно видел, как подрагивают чужие кончики пальцев и как глаза горят самым настоящим пламенем, точно из преисподней. Близняшки стояли в центре у старта, Боу-2, она же Джуди — стояла с громкоговорителем в руке, в то время как Джули, она же Боу-1, стояла с двумя синими флагами, или как сказал чёртов Веснински — цвета Baltimore Sky. Эндрю с трудом подавил смешок, вся обстановка действительно располагала к веселье. Шум толпы, ощущение своей машины и предстоящие гонки — всё это было незнакомо, но он действительно не помнил, когда в последний раз чувствовал себя настолько живым. Почему-то ответ на вопрос о том, зачем Натаниэль этим занимался раньше — сразу же отпал. Теперь в голове крутился вопрос о том, почему он бросил. Эндрю чувствовал азарт и адреналин в крови, желание победить и пройти дальше, просто чтобы повторить это. Что ж, экси в сравнению с этим не просто не имеет смысла, а пустая трата времени. А они ещё даже не начали. — У нас финал первого этапа! — голос Джуди эхом раздался по площадке и толпа с визгами тут же её поддержала. — Балтимор, сегодня у нас не просто гонка, определяющая того, кто будет сражаться за Мэрилэнд. Сегодня у нас возвращение легенды! Возвращение Нила Джостена, спустя столько лет! — толпа снова закричала, очевидно, машину Веснински знали просто прекрасно и всё внимание сейчас обратили на него. Сам парень сидел в черной маске, скрывающей половину лица, но даже так с каждой новой секундой его глаза полыхали всё ярче. — Вы уже поняли насколько будет жарко? Возвращение Ангела и Нила, уже в этом сезоне! Толпа снова заревела, поддерживая своих кумиров. Эндрю невольно стало интересно: а Натаниэль может делать что-то, где у него не будет толпы фанатов? Он дилер — на сайтах уже пишут, что он герой Мэрилэнда, избавляющий город от грязи. Он записал пару дурацких влогов и стримов — подписчики с ютуба уже несколько месяцев, если не лет, следят за его соц сетями и требуют новый контент. Он начал вести инстаграмм — толпы фанатов в восторге, готовые снимать трусы и выжимать их в ведра. Он занялся экси — и чёртов король свиты уже лежит у него в ногах, разве что не гавкает по команде, и то не факт. И разумеется, стоило ему залезть в гонки, как и здесь у него нашлась толпа фанатов. Эндрю прекрасно помнил, что многие фанаты экси считают, что мир вертится вокруг Кевина и Рико. Эндрю абсолютно точно не фанат экси и уж, блять, тем более не фанат свиты, он им никогда и не был, но он абсолютно уверен, что весь мир начинает вертеться вокруг Натаниэля. Видимо, не повезло с головой, так повезёт со славой? Как он со своей ебанутостью ещё всех не отпугнул? Ну то есть разумеется, он притягивает их всех харизмой, наверное. Но почему они тянутся? Дальнейшую речь Боу он даже не слушает, лишь замечает, что одна из девушек поднимает флаги вверх. Он переключает скорость на вторую передачу, готовясь и медленно стартуя, наблюдает за тем, как первый ряд срывается с места и нажимает на педаль газа, примерно тогда, когда флаги оказываются на уровне талии девушки. Он бросает взгляд в сторону, чтобы увидеть, как Натаниэль ускоряется, чтобы с ходу обогнать их. Черт возьми, он слишком горяч. Эндрю правда старается об этом не думать, но он бы отсосал ему прямо в этом чертовом кабриолете, крыша которого сейчас медленно закрывается, скрывая парня полностью. Вместо этого он обгоняет третьего человека, который был с ними во втором ряду, и ускоряется, чтобы не позволить задним машинам догнать его. Он чувствует, как пальцы сильнее впиваются в руль и что дышать становится тяжее, по коже волной ходит адреналин, когда он видит, как Натаниэль спереди обгоняет ещё одну машину, добираясь до лидирующей тройки. Восторг, какой-то детский, совершено не привычный, заполняет его, хотя он и не показывает его. Он давно не чувствовал таких эмоций от вождения, как сейчас, когда пронесся мимо красного Chevrolet Camaro, который совсем недавно обогнал рыжий. Эндрю невольно хмурится, когда слышит шорох из рации и тянется, чтобы вытащить её и ответить, уже зная чей голос там услышит. — Мэл говорит, что приложил много усилий, для твоего обучения в гонках. Возлагает на тебя большие надежды, — голос Натаниэля впервые звучал так насмешливо и игриво. Эндрю хмыкнул, но не ответил, переключая скорости ещё дальше и снова нажимая на педаль газа. — Я видел как ты ездишь и знаю каждого из тех, кто сегодня здесь. Они для тебя не проблема. Твоя проблема сегодня — я. — Ты моя проблема с нашего знакомства в больнице, — сухо подметил Эндрю. Натаниэль хмыкнул, но никак не прокомментировал это высказывание. — Впереди крутой поворот. Не смей умирать, когда я только начал надеяться на хоть какое-то веселье, — связь оборвалась и Эндрю невольно засмеялся, едва заметно, пока подрезал красную машину соперника, перерывая ей дорогу на обгон. В ответ услышал возмущенные гудки. Ох, какая досада, можешь пожаловаться маме, если она жива. Мать Эндрю, например, умерла, так что у него отсутствует страх вождения примерно с момента, как он выкрутил руль Тильды прямо в дерево. Он наблюдает за тем, как Веснински входит в поворот, возможно слишком опасно, протискиваясь между бордюром и зелёным Porsche — машина похожая на ту, на которой любит ездить Элисон, разве что разных годов выпуска и разных цветов. Водитель резко тормозит, чудом не въезжая в стену, и Эндрю с лёгкостью объезжает его, вписываясь в поворот и наблюдая в зеркало заднего вида за тем, как красная Camaro сбрасывает скорость, чудом не врезаясь в зад другой машины. Он включает рацию снова, лишь для того, чтобы услышать звонкий смех Натаниэля снова. — Кажется, ты попросил не умирать, пока ещё весело. Решил сдохнуть сам? — голос Эндрю звучит насмешливо, он не чувствует и капли паники, только адреналин и скорость в крови. — Мне слишком жалко такую красавицу, чтобы рисковать ей, — сказал он, очевидно, о машине. — О, брось, красавица за рулём точно так же не заслуживает смерти, — смех Натаниэля прекратился, однако связь не прервалась. Он взял несколько секунд, обдумывая это замечание, прежде чем продолжить говорить. — Это был флирт? — в голосе прозвучала задумчивость, когда он поравнялся с первой машиной. Сейчас они — первая тройка, и почти аварийная ситуация сзади явно задержит всех остальные. Расслабляться не стоит, нужно сначала избавиться от этой машины. Она здесь явно третья лишняя. — Может быть? — голос Эндрю всё ещё звучал насмешливо. — Боже, так я тебе нравлюсь? Поэтому ты постоянно рядом и задаёшь кучу вопросов? — тон Натаниэля звучал слишком спокойно, словно он просто принял эту информацию к сведению. Он не звучал негативно, но к счастью и в восторге тоже не был. Вероятно, если бы он радостно воскликнул что-то вроде: «Вау, так я тебе нравлюсь, наконец-то, какое счастье!» Эндрю бы сделал всё возможное, чтобы вписаться ему в задницу. Да, речь всё ещё о машинах. — Я тебя ненавижу, — невозмутимо произнёс Миньярд, практически догоняя их. – Я на это надеюсь. Я тут год, как пытаюсь отношения закончить, будет неловко, если у меня уйдёт ещё пару лет, чтобы избавиться от тебя. Хотя с другой стороны, Абраму ты начинаешь нравиться, типа, буквально нравиться. А Мэл в тебе слишком заинтересован. Знаешь, что он говорит иногда? — голос Веснински понизился до интимного, однако он резко замолчал, нажимая на газ и на повороте пытаясь обогнать черную Toyota GR Supra, но они всё равно вписались в поворот бок о бок друг к другу. Эндрю, вероятно, его и не услышал бы, поскольку в ушах застыл рев двигателя, крики толпы и визжащих шин. Он огромным трудом въехал в поворот, стараясь взять машину под контроль и не въехать никуда. Ночной Балтимор был невероятно красивым, особенно сейчас, когда они выехали на мост и мчали по нему со скоростью под 170. Едва ли остальные машины могли их догнать, однако сейчас было важным обогнать две машины спереди, особенно, машину Веснински. Он чисто принципиально теперь хотел с ним сразиться. Ему, блять, бросили вызов. Он точно не откажется от него. Натаниэль переключается на шестую передачу и бросает лукавый взгляд на водителя авто справа — она явно в ярости, поскольку именно с ним они всегда делили первое и второе место раньше. Когда Веснински пропал, лидерство без сомнений закрепилось за Анной Синклер, сейчас же он чувствует себя обязаным сместить её не просто на второе место, нет — сразу на третье. Эндрю слишком хорошо ездит для того, у кого идёт первая гонка. Он обязан сразиться с ним за лидерство сегодня. «Ты обязан дать мне шанс, Нати,» — голос Мэла прорвался сквозь рев мотора, какой-то слишком серьезный, для такого дня. Он оказался проигнорированным, как и ранние высказывания альтеров на тему сексуальности Миньярда. Спасибо большое, Натаниэль не слепой, ему это просто не интересно. Даже если об этом говорить бесконечное количество раз. И, к слову, когда Эндрю вообще успел заслужить доверие Абрама? К Мэлу вопросов нет, этот даже мёртвым не доверяет. — Так что он говорит про меня? — голос Миньярда прозвучал лениво и хрипло и Натаниэль бросил взгляд в зеркало заднего вида, чтобы увидеть его машину и, зачем-то, подмигнуть ему фарами. — Ты достаточно контролируешь себя и машину? — ехидно интересуется он, прежде чем отдать контроль голоса Мэлу. Контроль тела за рулём он вряд-ли кому-то передаст, по правде говоря, он единственный здесь присутствовал на экзамене по вождению. Пошёл он туда, к слову, чисто по приколу и завалил его. Права в итоге купили. Но тем не менее, он там хотя-бы был! Дальнейшую фразу Мэла он игнорирует, хотя чувствует, как щеки начинают гореть огнём, а Абрам тихо смеётся, вызывая новую порцию мигрени. — Знаешь, не будь Натаниэль такой ханжой, мы могли бы славно провести время в нашей машине. Может быть, я бы даже позволил взять меня, хм? Что скажешь? — Что ты ходишь по очень тонкому льду, Мэл, — его голос прозвучал рычаще и Натаниэль усилием воли вытолкнул Мэла подальше, прежде чем всё станет совсем плохо. Он уже почувствовал волну его возбуждения и как внутренности стягивает в тугой узел, этого было достаточно, чтобы вызвать прилив тошноты. — Можешь продолжить секс по телефону в следующий раз, когда меня не будет на связи. — Прекрати, — голос Эндрю все ещё звучал низко и Натаниэль поёжился, стараясь избавиться от мурашек. Слишком мало одежды, ему срочно нужно во что-то завернуться, чтобы прекратить чувствовать себя голым. — Я уже сказал, что не трону тебя без согласия, Нил. И не позволю это сделать остальным. «Ни себе, ни людям,» — голос Абрама прозвучал почти печально, если не откровенная издевка: «Мэл, мы только что лишились ещё одного парня. А я с таким трудом собирал этот гарем!» «Тебе стоит прислушаться,» — неожиданно, голос третьего альтера прозвучал холодно и спокойно, словно это не он только что провоцировал Миньярда, предлагая ему секс прямо в тачке: «Если он сказал, что не тронет тебя — он не сделает этого. Он не такой, как они.» — Ты, блять, шутишь.., — Натаниэль с силой вдавил педаль газа, решая игнорировать этот пиздец и сосредоточиться на дороге. Около минуты и его машина плавно начала обгонять Анну, прежде чем перегнать ее совсем, шла бы она нахер, к слову. Не то чтобы девушка что-то сделала ему, но Натаниэль буквально чувствует, как раздражение повышается с каждой новой секундой. Мост подходит к концу и он видит в зеркале заднего вида, как машина Эндрю обгоняет Toyota. Очевидно, дурости и злости в нем ничуть не меньше, раз он умудрился с ходу обогнать девушку, которая годами стояла на первом месте. Натаниэль уверен, что Анна просто расслабилась, уверенная, что победа будет такой же лёгкой, как и раньше. До сегодняшнего дня никто не знал, что он вернётся, а остальные гонщики Балтимора буквально вызывали желание сбросить их вниз, прямо с моста. Не сдохли по дороге, и на том спасибо. Хотя нет, не спасибо, лучше бы сдохли. Эндрю не просто повезло, нет, разумеется — он и раньше водил на бешеной скорости, игнорируя штрафы и правила дорожного движения. К тому же, Лина действительно водила просто невероятно, она за рулем лет с одиннадцати, а это уже больше десяти лет опыта. Она умела учить людей — Рене яркое тому доказательство. К тому же, сам Мэл водил не плохо, хотя и безумно глупо и опасно. Как ещё не угробил их всех неизвестно. Разумеется, когда два лучших гонщика — да, Натаниэль уверен, что он является таким же лучшим, как и Лина — взялись обучать кого-то с идеальной памятью и хорошими навыками вождения, результат уже был очевиден. Натаниэль уверен, что они с Эндрю ещё поиграют за первое место. И это точно не последняя их гонка. Честно говоря, он не отстанет от него, пока Миньярд не добьётся победы. Может быть, довести его до Нью-йорка? «Или до нервного срыва? У нас это получится лучше и быстрее,» — предложил Мэл. «Я всё же настаиваю на оргазме,» — дополнил его замечание Абрам. Натаниэль взвыл, в сердцах прося их закрыть рты хотя-бы до конца этой ебучей гонки. Без таблеток они становятся слишком болтливыми. — Не тронешь без согласия, значит? — ворчливо поинтересовался Веснински, удобнее перехватывая рацию. Он не сразу заметил, как палец, против его контроля, выпрямился и нажал на экран машины, включая музыку на полную громкость и заставляя на мгновение потерять концентрацию — машина несколько раз вильнула в разные стороны, прежде чем он полностью выпрямил её и бросил пару матов в сторону хихикающего Мэла. — Мудила, блять. На весь салон играла песня группы Mindless Self Indulgence — Witness. Хуже было только то, что голова снова взорвалась от боли, когда Хамелеон начал подпевать. С трудом сбавив музыку до терпимого, Натаниэль нащупал рацию, упавшую на колени и услышал тихий смех Эндрю, на мгновение растерявшись. Эта заминка позволила Миньярду догнать его и теперь он создавал помехи Синклер, не подпуская её и лениво перекрывая дорогу. Похоже, он действительно веселился. — Порядок? — пусть его тон и звучал насмешливо, Натаниэль уловил в нем легкое беспокойство. Когда он не получил ответа, то вздохнул и продолжил, уже ровнее и спокойнее. — Да, не трону. Хватит спрашивать, мой ответ не изменится. — А если мой тоже? Вдруг ты сможешь добиться от меня «да», только если напичкаешь наркотой? — Это не будет «да», придурок. — Даже если я буду просить? — Особенно если ты будешь просить, — огрызнулся он. — К чему вопрос про наркотики? Ты собираешься что-то принять? — Нет, не собираюсь, — Натаниэль поджал губы, размышляя о том, стоит ли продолжать говорить. Приходит другая идея. — Отвечу, если обгонишь. А сейчас хватит болтать и покажи, чего ты стоишь на трассе. — На трассе можешь цену проституток спрашивать, — не заинтересованно бросил Миньярд, вставая по правую сторону. Теперь они ехали вместе, в ряд, и Натаниэль действительно чувствовал азарт от этого осознания. Миньярд пристроился настолько близко, что одно неловкое движение и, без сомнений, с лёгкостью снесёт боковое зеркало. Едва ли кого-то из них это волновало, они лишь бросали друг на друга краткие взгляды, Натаниэль всё ещё оценивал его навыки вождения, а Эндрю оценивал состояние друга. Такое расстояние на такой скорости ощущается по странному интимно. Натаниэль вжимает педаль газа слишком сильно, искренне надеясь, что Чарли потом проверит всё — по правде говоря, он уверен, что эта малышка сейчас едет больше на силе надежды и веры, чем действительно на реальных способностях. Она, в общем-то не должна гнать с такой скоростью, поэтому он старается вслушиваться в рычание мотора, чтобы не пропустить момент, если машина решит сдаться, но она держится упрямо, как и её хозяин. — Крутой поворот. В этот раз последний, готов? — главное, чтобы не последний в их жизни. Эндрю помнит о том, как Натаниэль поворачивал раньше, между бордюром и машиной, и они одновременно снижают скорость, чтобы подготовиться к заносу. Веснински снимает маску, чтобы его соперник мог разглядеть довольную ухмылку на его лице — она не такая хищная, как у Мэла, но она действительно искренняя и живая, частично похожая на улыбку Абрама, полная удовольствия. Эндрю уверен, что если он не вьебался куда-то, когда Мэл перехватил контроль над голосом, ещё совершенно не значит, что он не въебется сейчас, когда Натаниэль так улыбается. Он всерьёз думает, что можно было бы въебаться прямо в него. Рассудок подсказывает, что возможно, он уже въебался. Говорит почему-то голосом Аарона и автоматически становится проигнорированным, впрочем, как и близнец с подобными высказываниями. Эндрю видит, что Натаниэль поворачивает руль вправо в ту же секунду, что и он и, черт, их машины всё ещё слишком близко друг к другу. Буквально одно неверное движение и они действительно столкнутся, возможно, отделаются не только зеркалами. Из под задних колёс пускается пыль, когда их заносит, и Эндрю с огромным удовольствием контролирует машину, не позволяя ей коснуться Mazda и сохраняя те несчастные сантиметры, что не давали им столкнуться друг с другом. О, да, он определённо чувствует, как кровь кипит в жилах, а люди на улице кричат от восторга. Насколько Натаниэль контролирует ситуацию? Эндрю скалиться, поворачивая машину в его сторону, просто ради эксперимента и с огромным удовлетворением подмечая, как он копирует его движение, не позволяя задеть себя. Они играются несколько секунд, балансируя на грани и снова набирая скорость, когда трасса становится ровной. Всего на секунду у Эндрю появляется преимущество, потому что Натаниэль снова морщится от головной боли, на мгновение сбрасывая скорость — видимо кто-то из альтеров снова очень смешно пошутил и мозг парня взорвался от хохота. С его головными болями ему вообще можно за руль? Вопреки всему, Эндрю не собирается ждать, когда он придёт в себя, вместо этого переключаю скорость сначала на четвертую, разгоняя автомобиль, а затем сразу на пятую, вырываясь вперед. Он уже видит впереди одну из близняшек, пусть на таком расстоянии и не понятно кто конкретно, но он всё же ставит на Боу-1, поскольку эта девушка так же стоит с флагами. Он может видеть в зеркале заднего вида, как на лице Натаниэля сначала мелькает недоумение, а потом кривая ухмылка, что-то между гордостью и всё ещё азартом. Он снова догоняет его и теперь Эндрю впереди всего на пол метра, но и этого достаточно, если ему удастся сохранить это расстояние. Он обязательно погоняет с ним в следующий раз, когда убедится, что головная боль не станет помехой. А возможно, радовался он слишком рано. Натаниэль всё же догоняет его, только в этот раз уже с другой стороны и салютует двумя пальцами. Ну же, совсем немного. Эндрю искренне надеется, что нажимая на педаль газа он сможет ускорить машину достаточно, чтобы получить преимущество, но правда в том, что они сейчас гонят по трассе примерно на одной скорости и разгоняются одновременно. В любом случае, будь что будет, ему уже удалось обогнать Веснински, даже если и из-за головной боли. Он уже умудрился оставить их всех позади, причем с огромной лёгкостью, хотя впервые сунулся сюда. Ему действительно глубоко плевать на то, займёт он первое место или второе. Он, блять, уже победил, просто потому что увидел сегодня достаточно. А ещё проиграл. Тоже по этой же причине. Сейчас Эндрю действительно не может сказать, кто из них, черт возьми, впереди. Объективно, победа Натаниэля была бы заслуженной и он с лёгкостью может уступить ему, но он не собирается отдавать её легко. К тому же, ему обещали ответ на вопрос о наркотиках, если он победит. Пять. Мотор ревет, явно поддерживая своего хозяина и Эндрю бросает взгляд на Натаниэля. Сосредоточенный на дороге, рыжие волосы кажутся каштановыми, поскольку на улице уже стемнело. Он всё ещё как ебучее произведение искусства, а ещё, неплохо усиляет чувство гнева. Четыре. Осталось буквально немного, всего пара секунд и он действительно думает, что педаль газа может сломаться к чертям, если он продолжит давить с такой силой. Краем глаза подмечает, что Веснински смотрит на него, всего мгновение, словно делает для себя какие-то выводы. Три. Ему действительно интересен итог, потому что он ещё не помнит когда чувствовал себя таким живым в последний раз. Два. Он вжимается в сиденье, крепче держа руль, выпрямляет шею. Он определённо точно сюда вернётся. Плевать, это не последний раз, может быть и не здесь, но гонки слишком помогают сбросить напряжение. Даже лучше, чем Роланд и подсобка. Один. Он делает глубокий вдох, когда проносится мимо девушки, даже не успевая обратить внимание на то, кто именно это из сестёр. К черту, гораздо больше его волнует другое. Кто, блять, победил? Толпа молчит, что не делает ситуацию легче. Он едет за Натаниэлем, оба сбрасывают скорость, чтобы притормозить в стороне и позволить другим гоночным машинам пересечь линию. Останавливаются у бордюра, Эндрю лишь сейчас замечает, насколько ему жарко. Вытирает пот со лба и оборачивается, чтобы увидеть, как Натаниэль смеется и падает лицом на руль, громко сигналя. Он несколько секунд рассматривает его, прежде чем выйти из машины и достать пачку сигарет. Рука настолько трясётся, что он действительно не уверен, справиться ли с тем, чтобы поджечь одну из них. Толпа, словно опомнившись, громко закричала и Эндрю позволил себе поморщиться. Натаниэль медленно обошёл машину, направляясь к нему прямо по трассе, не переживая, что его собьют и остановился рядом, стараясь отдышаться. — Черт возьми, ты... — Кто выиграл? — Эндрю абсолютно не интересна вся та херня, которую ему скажут. С него, вообще-то, хватит на сегодня херни, ему и так есть о чем подумать и на что подрочить. — Ничья, — Натаниэль снова рассмеялся и сейчас был похож на счастливого ребёнка, не иначе. К черту, Эндрю готов участвовать ещё в куче других гонок, лишь бы ещё раз пережить это. — Божечки, я не помню, когда в последний раз у меня была ничья с кем-то. — Ты бы выиграл, — холодно ворчит Миньярд, не довольный похвалой. — Если бы не головная боль и если бы не два года отсутствие тебя на гонках. — Ты бы разорвал меня по частям, если бы у тебя был мой опыт, Эндрю, — он хмыкнул, бросая взгляд в сторону толпы, которая что-то кричала. — У тебя свои фанаты появились. Не хочешь расписаться у кого-то на груди? — На твоей можно? — лениво уточнил Эндрю. Натаниэль озадаченно моргнул, пытаясь осмыслить это. Прежде чем кто-то из альтеров вбросит какую-то херню, Миньярд решил всё же пояснить сам, отбрасывая бычок в сторону. — Да, это флирт, тупица. — Распишешься, когда тату будешь делать, — что ж, его опять отшили. Эндрю даже понравилось, ничего нового и всё знакомо. В любом случае, касательно флирта замечаний сделано не было, наоборот, Веснински ещё и отвечает иногда. Запрет был только на прикосновения, так что фактически, он развлекается как может. — Как плечо? — Натаниэль сначала вопросительно выгнул бровь, а потом уставился на свою руку, в которую вчера, вообще-то, попала пуля. Затем задумался, чем разозлил ещё сильнее. — Не говори, что ты решил уточнить у соседей в черепной коробке? — Отсоси. — Снимай штаны. — Веснински, мать твою! — Эндрю невольно делает шаг назад, не потому что боится, что незнакомка сшибет его с ног, а потому что осознал, что он, блять, только что сказал. Судя по тому, какими ахуевшими глазами смотрел на него Натаниэль, его всё же услышали. До девушки уже нет никому дела, но ей, в общем-то, плевать. — Мало того, что ты вылез из своего ебучего подвала, так ещё и притащил сюда это?! Сукин ты сын! — Анна, рад тебя видеть, — девушка устало вздохнула и отмахнулась от него, резко теряя всю свою злость. Эндрю, однако, решил не реагировать, воспринимая подобное замечание в свой адрес, как комплимент. Милочка, он не просто притащил сюда «это», он ещё и вместе с «этим» тебя отделал, так что катись нахер, неприятно познакомиться. — К черту тебя, мудила. Наконец-то стало весело, я думала сдохну быстрее, чем тут появится кто-то стоящий, — она отмахнулась от него и уставилась на самого Эндрю, пристально рассматривая. Тот слегка приподнял бровь, размышляя о том, нормальное ли это общение. Впрочем, не его дело. — У нас ещё следующий этап, что-то ты совсем расслабилась, пока меня не было, — Натаниэль хмыкнул. С другой стороны к ним уверенно направлялась Лина, бросая на Эндрю лукавые взгляды, пока Натаниэль стоял спиной и, очевидно, не видел её. Когда она подошла ближе, её голос понизился до шепота. — Его долго не отпустят, а на тебя сейчас набросятся, как на новое мясо. Предлагаю виски и осудить следующие тренировки. У нас впереди общий этап и я искренне надеюсь, что пройдёшь ты, а не он, — она бросает на Веснински насмешливый взгляд, но тот всё ещё не видит их, пытаясь отвязаться от Анны, которая резко стала слишком навязчивая. — Или это проблема? В последнее время он ведёт себя, как твоя жена. — Проблема в том, что стоит его оставить одного, как он сбегает в другие штаты и творит херню, например ловит пулю в плечо, — Эндрю это всё абсолютно не нравится, но он не понимает, что именно заставляет его чувствовать тревогу. Сложно сказать, волнуется он за Натаниэля, или помнит то, насколько трепетно Нат защищал его от Лины. — Я останусь. — Долго его обхаживать собрался? — она довольно ухмыльнулась, похожая на кошку, которая дорвалась до сметаны. Эндрю не ответил, впиваясь в неё презрительным взглядом и игнорируя то, насколько много любопытства в её голосе. — Я правда не понимаю. У тебя, вероятно, дерьмовое прошлое, но Натаниэль не подпускает меня близко, стёр практически всю твою историю, как из полицейских архивов, так и о приёмный семьях. При таком раскладе, думаю, ты должен держаться подальше от кого-то вроде нас. У тебя только появился шанс на нормальную счастливую жизнь, и ты нашёл новый способ закопать себя в дерьмо. Почему? — Ну знаешь, мой психолог называет это саморазрушением, — он оскалился, поворачиваясь к ней полностью и смотря в глаза. — Не пытайся копаться там, где уже перерыли всё, что можно и нельзя. Натаниэль прав только в одном: это не твоё дело, Падшая. — Но мне правда интересно, — она склонила голову на бок, а в глазах мелькнул холод. Она снова была в линзах, в этот раз ярко алых, под цвет волос, разве что клыков не хватало для образа вампира. — Что есть в тебе такого, что Натаниэль тебя защищает? Знаешь, у него есть какая-то привычка делить людей на тех, кого нужно убить и тех, кого он берет под свое крыло. На остальных ему, обычно, плевать. Он с лёгкостью рассказывал мне о каждом человеке, которого защищает: семья, друзья, близкие для Абрама или кто-то, кто относится к категории жертвы или обещания. Но ты единственный, чью причину он не рассказал мне и бесится каждый раз, когда я спрашиваю. Это раздражает. — Мне до этого должно быть дело? — лениво уточнил он. Ангелина фыркнула, отходя на шаг и смотря за его плечо, почти сразу же на ней появилось нейтральное выражение лица. Эндрю обернулся, замечая, как Анна за спиной Натаниэля кивнула им, очевидно, Ангелине, прежде чем направиться к машине и просто уйти. Веснински встал с ним рядом и впился в подругу пустыми глазами. — Я его и пальцем не тронула. Хватит смотреть так, словно я предложила тебе сожрать его яйца, — она скрестила руки на груди, выглядя почти искренне оскорбленно. — Эндрю, сядь в машину. Мы уезжаем. — Я говорил, что не нуждаюсь в твоей защите. — Это не защита, а расстановка границы. Ты — один из моих людей. Я предупреждал её кучу раз, чтобы она не приближалась к тебе, особенно без меня, — он даже не повернулся и Миньярд почувствовал ещё большую злость, закипающую внутри. Кажется, действие таблеток подходит к концу. — Я не твоя собственность, Веснински, — он почти рычит, всё же привлекая внимание и в этот раз ему это удаётся. Натаниэль оборачивается, смотрит как-то устало и есть в его поведение что-то странное. — Верно, — медленно кивает и Эндрю, если честно, абсолютно не верит. — Но я привёз тебя в незнакомый город и обязан вернуть твоему брату живого близнеца. Не по частям и не в коробке из под обуви, верно? А она пытается отвлечь моё внимание Анной, пока сама пытается увести тебя черт знает куда. — Я думаю, ты упускаешь часть моей речи, где я говорю, что мне нахер не нужна твоя защита, — Ангелина с особым интересом наблюдает за их ссорой, ну да шла бы она нахер, тут есть вопросы серьёзнее. — Я способен справиться сам. Это не меня, блять, подстрелили вчера. — О, я могу с удовольствием подстрелить тебя сейчас, если это будет означать, что ты закроешь свой рот и позволишь мне заниматься своей работой. Так и будем хуями мериться, или уже уедем, блять, отсюда? – что ж, Эндрю может выдохнуть. Он добился того, чего хотел — теперь Веснински в ярости и, да, он всё ещё горяч, возможно обжигающе горяч. Из минусов: Эндрю хочет переехать его на машине, желательно, прямо сейчас. — Так может ты и сядешь, блять, в машину? — язвительно огрызнулся Эндрю, просто потому что мог. Они несколько секунд прожигали друг друга очередными злобными взглядами, прежде чем сбоку раздался угрожающий женский голос. — Морозова, у нас действительно очень плохие навыки понимания, верно? — Чарли, стоящая в стороне, с ловкостью поймала ключи от машины, которые ей подкинул Натаниэль, стоило ему обернуться на её голос. Сам парень словно заметно расслабился в моменте, позволяя подруге управлять ситуацией, что было странно. То есть дать немного контроля Эндрю — так катастрофа, его точно убьют. А как передать ключи и возможность поссориться с психопаткой в руки малолетки — так пожалуйста, никаких проблем. — Нил попросил тебя держаться подальше от его друга. Третьего предупреждения от меня ты не получишь, мне плевать насколько ты нужна ему или Мэлу, не побрезгую пустить тебе пулю в лоб. — Позволишь ей? — лениво фыркает девушка на русском языке. Натаниэль хмыкнул в ответ. — Ты её слышала. Эндрю не так полезен для тебя, а любопытство не настолько важно, чтобы рисковать жизнью. Одного механика мы уже потеряли, за неё я и сам драться буду. Или спущу на тебя Мэла, у него уже давно зубы чешутся, — поджав губы, она лишь сухо кивнула, развернулась и ушла. Чарли проводила её внимательным взглядом, прежде чем подойти ближе к Натаниэлю. — Что она тебе дала? — в глазах Эндрю мелькает недоумении и он оборачивается, смотря на Веснински. — Обезболивающее. Вчера словил пулю, таблетки дома. — Откуда у Анны с собой обезболивающее и с какого момента мы ей, блять, доверяем? — на лице Натаниэля появилась явная загрузка. Эндрю почувствовал желание хлопнуть себя по лбу, или втащить этому идиот с кулака. На минуту, блять, отвернулся. Буквально. — У неё месячные. Она при мне выпила таблетку, стала бы она нас двоих травить? — Чарли лишь покачала головой, в явном разочарование и перевела взгляд на Эндрю. — Звони, если будут проблемы с машиной или с этим ебанатом, — она протянула ему визитку. — Эй, — запротестовал Нил. — Я всё ещё твоё начальство. К тому же, мы в Южной Каролине. — Пальметто, верно, — девушка кивнула. — Мы думали, чтобы сделать там базу. Кто-то же должен прикрывать вам спину. — Я просил держаться подальше от Рене, если ты не забыла, — раздражённо фыркнул он. Девушка ничего не ответила и он обернулся к Эндрю, словно надеясь на поддержку, но тот был слишком занят тем, чтобы рассматривать карточку в руке. Поняв, что внимание не получено, Натаниэль всё же подал голос, в этот раз куда спокойнее. — Отвезёшь меня? Эндрю поднял глаза, но ничего не ответил, лишь развернулся и направился к машине. Первое, что он сделал, полез в багажник и вытащил плед. Они несколько секунд играли в гляделки, прежде чем Натаниэль сдался и укутался, решая не спорить. Затем залез назад, махнув на последок Чарли рукой. Сняв обувь, он удобнее устроился на заднем сиденье, кутаясь в плед, даже не смотря на то, насколько в салоне жарко и наличие на себе толстовки. Эндрю сел за руль, включая кондиционер и завёл машину, повернув ключ зажигания. Лишь после этого обернулся, изучая его взглядом. — Ты не мерзнешь. Могу я узнать в чем дело? — Ты знаешь, — Натаниэль равнодушно пожал плечами, наблюдая за тем, как Миньярд возвращается в исходное положение и плавно трогается с места, выезжая на трассу, по которой они гоняли совсем недавно. — Я не чувствую себя комфортно в одежде, мне постоянно её мало. Дело не в температуре, просто много ткани даёт иллюзию защиты. Я разберу эту тему с Добсон, так что задай другой вопрос. Про наркотики, верно? — Ты не обязан отвечать. Я не победил. — Но и не проиграл, — возразил он. — Ты уже знаешь про таблетки, на которых сидел сам. После них Офелия посадила меня на таблетки слабее, но они всё ещё были наркотические. Так же, бывали моменты, когда я, или кто-то из альтеров, могли что-то принять. Это не было сделано из-за зависимости, скорее, просто на фоне мании или ещё какого-то психологического дерьма. Зависимы мы были только от таблеток, которые нам выписывали психотерапевты. — Ты сказал, что ожидаешь от меня, что я накачаю тебя чем-то, чтобы услышать «да»? Уже были такие случаи? — Лина яркий тому пример. Она раньше сама сидела на каком-то дерьме, мы в этом спелись — я был на таблетках, а она на наркоте. Черт его знает, как мы вообще не разбились, едва ли нас вообще можно было найти за рулём трезвыми. Удача, не иначе, — он фыркнул и отвернулся к окну, плотнее кутаясь. Мысль о том, что Эндрю специально возил в машине плед была странной, так что он предположил, что кто-то просто любит спать в машине. Не важно кто. — Меня с таблеток сняли после аварии. Я был слишком в хлам, чтобы вести машину и попросил Кевина сесть за руль, закончилось дерьмово. Больше Кев за руль вообще не садился, а первое время мучался от кошмаров и панических атак. Синдром выжившего, наверное, не разбираюсь. — Кто-то погиб? — Его мать была за рулём, когда он впервые попал в аварию, был ребенком. Она не выжила. Тетцудзи подрезал тормоза, чтобы забрать Кевина в гнездо и присвоить себе, — Эндрю что-то промычал в ответ, но больше ничего не спросил. Лина автоматически влетела в список покойников, это важный момент, судя по всему, уже много желающих ей смерти. Кевина было бы неплохо так же отправить к Би, чтобы их отношения с Аароном, или что у них там за дерьмо, сложились более гладко. С Веснински, в принципе, ничего нового. Натаниэль замолчал, чувствуя себя странно. Внутри всё пылало, руки слегка трясло, а ощущение мерзкой обнаженности и зуда под кожей только усиливалось. Мысли в голове становились похожи на рой пчёл, бесконечно жужжащих и мерзкий. Из плюсов, разве что, голоса Мэла и Абрама полностью заглохли. Хотя, Натаниэль не уверен, действительно ли это плюс, поскольку их пропажа могла говорить о чем-то более дерьмовом. — Эндрю.., — голос прозвучал медленно и тягуче, совсем не так, как ему хотелось бы. Казалось, словно по телу что-то бегает, то-ли насекомые, то-ли ещё какая-то дрянь. Миньярд бросил взгляд в зеркало заднего вида и на мгновение замер, рассматривая чёрные зрачки, которые почти перекрывали радужку. — Кажется, это было не обезболивающее. Миньярд с огромным трудом подавил желание вышвырнуть эту проблему прямо из машины на ходу. Вот почему стоило ему буквально на минуту повернуться спиной, как он уже решил, что ахуенно крутая идея принять что-то из рук какой-то тети? Даже дети знают, что нельзя брать конфеты из рук незнакомцев. Это было не обезболивающее, ну ахуеть теперь, как неожиданно! — Есть мысли о том, что это? — пусть он и пытался звучать спокойно, ловя момент того, что Веснински всё ещё немного адекватный, было ощущение, что надо как можно быстрее добираться до дома. — Поворачивайся влево, там есть заброшенный домик у озера, мы остановимся там. — Ты в своём уме? — прекрасно, планы на ночь: вытаскивать Натаниэля из озера. Замечательная поездка, начали с гонок, закончат на догонялках. — Почему не домой? — Там Рико и Ромеро, нельзя, чтобы они узнали, — в его глазах мелькнуло что-то похожее на мольбу. — Это важно. Я знаю, что ты ненавидишь то слово, но я не знаю как ещё тебя попросить. Мне нельзя домой в таком виде. — Я тебя ненавижу, — устало произносит он, сворачивая к круглосуточному магазину. — Я возьму воду и еду. Я могу надеяться на то, что ты будешь просто сидеть в машине и не создавать ещё больше проблем? Попробуем промыть желудок, возможно, ещё есть шанс вывести хотя-бы частично это дерьмо. Есть мысли чем конкретно тебя накачали? — Думаю, это лсд. Да блять. Из плюсов — ломки не будет, что действительно радует. Эндрю насмотрелся на эту херню в исполнении брата, замечательное зрелище, больше такого не надо. С другой стороны, с учётом всех психологических проблем Нила и, тем более, блять, его везения — ну у него либо появится новая личности, либо новое расстройство. Эндрю, например, уверен, что к утру у него появится новая психологическая травма. Уже в магазине на кассе он на всякий случай берет верёвку и бинты, просто потому что вечер действительно будет весёлым. Особенно с учётом того, что галлюцинации в чужой голове могут появиться уже скоро. Он ловит себя на том, что постоянно бросает взгляд в окно в сторону своей машины, чтобы убедиться, что Натаниэль ещё не сбежал. Прикидывает в голове все фазы, которые предстоит пережить этой ночью и действительно искренне жалеет, что связался с этим ебанатом. Что ж, Лину он точно убьёт, так же как и эту Анну, что б её. Девчонка слишком в себя поверила для той, кто ещё должна участвовать на гонках в следующем этапе. Не факт, что они обе доживут или, на крайний случай, всегда можно подрезать им тормоза. Чарли же сказала, что будет рада помочь с машиной? Эндрю, например, с удовольствием постоит на шухере и перережет им глотку, если явятся раньше времени. Возвращаясь к машине, он с ходу бросил пакет на переднее пассажирское, а сам уселся на сиденье водителя. Он действительно не хочет думать о том, что почувствовал странное облегчение, когда понял, что Натаниэль всё ещё сидит на месте и не бежит в сторону Мексики или Атлантиды. Натаниэль медленно поднял голову, стараясь сфокусировать зрение и уставиться на Эндрю не читаемым взглядом. — Знаешь, это будет самое незабываемое свидание в твоей жизни, — он тихо рассмеялся. — Тебя уж точно не забудешь, — пробормотал Миньярд, прежде чем завести машину и направиться по указанному ранее маршруту. Спрашивать про то, с какого хера это вообще свидание, он не решился. Всё равно ничего умного он от него больше не услышит, как минимум не сегодня.