Потерянное дитя

Бездна несмотря на своё внешнее спокойствие — место опасное. Оступившись один раз можно навсегда упасть в объятья тьмы. Но самое мерзкое и одновременно завораживающее это то, насколько же Пустота изменила здешних обитателей.

— дневник Хорнет

— Нам нужно подняться наверх. Можешь ходить, дитя? — спросила паучиха, пока Лейс сидела на скамейке и просто наслаждалась тем фактом, что она не является пленницей пустоты. — Хи-хи-хи... Ну, конечно, паучок! — белая воительница перебросила булавку из когтя в коготь. Она буквально вскочила с места, явно пытаясь замаскировать свою слабость. — Неужели ты считаешь что я не могу выдержать небольшой подъëм?—       Хорнет хмыкнула и не посчитала нужным напоминать, что этот "небольшой подъëм" это буквально попытка выбраться из недр земли. Ткачиха понимала что сейчас ей придётся сильно помогать Лейс во время их пути так как пустота забрала довольно много её шëлка. — Пожалуйста, просто следуй за мной, дитя... Я не хочу чтобы ты поимела на свою голову неприятностей. — с этими словами алая воительница зашагала к выходу с присущей ей непоколебимой уверенностью. — Эй, подожди меня!!! — Лэйс сразу же засеменила следом и быстро нагнала Хорнет.       Они шли и перепрыгивали через остатки каменного моста. Щупальца пустоты были... На удивление спокойны. После погибели Верховной Матери Шëлка эта чëрная масса словно успокоилась и обрела редкое умиротворение. Однако прыгать туда, особенно когда вечноцвета у них с собой нет это равноценно самоубийству.       От мысли быть сново поглощённой пустотой и стать лишь теневой версией себя у Лейс встал ком в горле.       Какие-то странные темноватые отростки растительности свисали с потолка и на удивление, для такого места как Бездна, местная архитектура с величественными каменными колоннами и огромными площадками вызывала восхищение. — Эм... Мы... Мы так и будем молчать всю дорогу, паучок? — Лейс стало дискомфортно от тишины которая нависла между ними. Ткачиха спасла ей жизнь... И они буквально не говорят друг с другом после этого. — Я не люблю пустые разговоры. И соизволь использовать моё имя когда ко мне обращаешься. — в её голосе слышалось раздражение пока она проверяла свои запасы шëлка. — Пффф! Я просто спросила... — Лейс фыркнула, осматривая окружение. Хм... Судя по тому в какой яме они оказались единственный безопасный путь наверх это закинуть булавку или иголку на потолок, чтобы подтянуться. Лейс делала это сто раз. — Тем более, молчать это очень невежливо! —       Хорнет проигнорировала её замечание. Охотница привыкла всегда ставить в приоритет выживание, а не межличностные отношения. В конце концов, у неё не было возможности формировать достаточно крепкие связи. Хотя во время пребывания в Фарлуме она нашла на удивление много жуков который может назвать..."друзьями".        — Я возьму тебя в лапы и подниму нас наверх. Главное прибереги свои язвительные комментарии на потом, дитя.— — Сама хочешь, чтобы я тебя по имени называла, а при этом моё запомнить не можешь! — — Так ты мне его никогда и не говорила...—       После этой перепалки Хорнет прижала Лейс близко к себе и закинула иглу. Звянкающий звук ознаменовал то, что оружие успешно зацепилось за потолок.       Протесты дочери Верховной Матери давили на нервы. Умом Хорнет понимала что само предназначение Лейс это вести себя как ребёнок, но тот факт, что она не может отложить все эти придирки на потом, раздражало. — Во имя Шëлка, я могла бы сделать это сама! — Лейс с раздражением встала на землю и её голос отразился от стен. Стоит вести себя потише если они не хотели привлечь внимание местных обитателей. — Дитя, я бы на твоём месте берегла шёлк, так как в отличие от меня ты не умеешь сама вырабатывать его и сейчас слаба! — это была простая констатация факта. Хорнет жила на этом свете слишком долго чтобы вестись на ребяческие провокации. Но равнодушность только лишь разжигала гнев внутри Лейс. — Просто пойми что нам сейчас нужно...—       Раздался оглушающий рëв от которого и Лейс, и Хорнет подпрыгнули схватившись за свои орудия.       На другом конце пещерного коридора пробудилось нечто, которому Хорнет самостоятельно дала имя "Сумрачный Великан". Мерзкое на вид существо покрытое дырами по всему телу и с истекающей оттуда пустотой прямо из брюха, длиной шеей и дырами вместо глаз. Ткачиха предпочитала обходить этих монстров стороной так как их личинки, которые вылезают прямо из гниющего тела, доставляли слишком много проблем.       Но у Лейс явно были другие планы. Дитя залилось несколько истеричным смехом и побежала прямо на противника. Великан издал подобие рëва и прыснул сгустками пустоты, которые не задели Лейс в прыжке.       Удар в шею произвëл соответствующий хруст и забрызгал белоснежный хитин в чëрную массу. Именно этот адреналин позволял ей чувствовать себя...живой. Каждая битва это незабываемый танец с противником, который вызывает лишь приступы смеха.       Здесь она сделала рискованное движение проскользив прямо под ногами монстра. Когда существо заскрежетало от боли она залилась новым приступом хохота. Удар, за ударом, удар за ударом! Лейс всё больше покрывалась чëрной жидкостью и сделала элегантный поворот, забывая что сейчас не время растрачивать шëлк, который ей так сильно необходим в ослабленном состоянии.       И тут... Её это подвело. Нога не выдержала очередного пируэта и она споткнулась подставившись под удар пустоты. Внезапный приступ паники накрыл белую воительницу когда жидкость попала ей в глаза и в рот. Резкое воспоминание как пустота полностью завладела её телом не дало ей быстро сориентироваться и одна из личинок врага вцепилась в неё лишь усиливая панику. Она не могла видеть когда её голову заглотнули... — "Нет... Только не снова! Только не..." — Лейс была в ступоре. Шëлка на большее ей не хватало, но а из-за паники на фоне недавних событий, она и подавно не могла себя защитить. — "Такая глупая, но заслуженная сме..." —       Хорнет резким движением сбила и проткнула насмерть личинку, чтобы потом схватить Лейс и быстрыми прыжками и подтягиванием убраться куда-подальше.       С самого начала маленького "представления" белой жучихи Хорнет помогала ей, убивая противников которые могли бы навредить её временной союзнице. Но естественно когда твой партнёр не имеет инстинкта самосохранения, рано или поздно он попадёт в ловушку.       И в этот раз ловушка была почти смертельной. Хорнет даже удивилась как же легко Лейс сдалась. Ведь... Всегда когда она сражалась с самой паучихой, она уходила из боя в критических ситуациях. А тут... Будто бы приняла свою участь.       Лейс прошлась глазами по окружению. Её положили на всю ту же надоевшую до тошноты каменную, пропитанную пустотой землю. А Хорнет сидела возле неё. — Паучок... Пожалуй... Я немного увлеклась... — — Для тебя это что шутки, дитя? Ты могла погибнуть если бы истратила слишком много шёлка! У меня буквально нет сил объяснять тебе как работает базовое выживание! Если ты не хочешь чтобы я называла тебя ребёнком, то тогда веди себя соответствующе! — в голосе ткачихи слышалась обида за безрассудство Лейс и как она буквально смирилась со своей погибелью. — Сейчас.... Сейчас мы просто дойдем до колокола в котором я сюда пришла и сделаем это без драк... Ты слишком слаба, ясно? —       Хорнет вздохнула когда поняла что Лейс кажется не совсем ещё очнулась. Для неё всё что происходило это лишь игра. Сцена на которой жучиха играет какую-то свою неизвестную пьесу. И сейчас она переоценивала свои силы.       Дочь Халлоунеста взяла коготок Лейс и сжала его чтобы повести её дальше через Бездну. Кто бы мог подумать что дитя настолько внутренне хрупко? — П... Паучок... Прости меня... Просто... — они взбирались по дальше и Колокол уже должен быть рядом. — Мне захотелось убить то жалкое создание. —       Это была частично правда. Лейс просто поддалась импульсу. Импульсу причинить вред и почувствовать себя сильнее чем другой жук. Почувствовать себя нужной. Однако будучи измотанной ей явно не стоило этого делать. — Хорошо... Я также как и ты утомлена всем что случилось... Сейчас моим планом является восстановить тебя до того состояния пока ты не сможешь сама о себе позаботиться. А потом... Я отправлюсь в Халлоунест.— — Но... Что же буду делать я..? — Лейс не обдумала этот вопрос прежде чем его задать и поэтому он был максимально искренним. — Ты теперь не привязана к своей матери. Поэтому можешь наконец-то понять какого это жить... Охотиться, заводить знакомства, восстанавливать королевство... — от зорких глаз Хорнет неускользнуло как поникла её собеседница. — Я лишь симуляция жизни... Поэтому твои слова не имеют смысла, паучок. У меня была всего одна цель. Служить Матери что меня породила. — она наконец-то смогла ходить без поддержки и отстранилась от Хорнет. — Поэтому я как бы ни старалась не смогу жить по-другому. —       Это... Посеяло зëрна тоски в душе ткачихи. Большинство жуков живут подчиняясь лишь своим низменным инстинктам. А Верховная Матерь Шëлка, судя по тому каких жуков Хорнет встречала на пути, явно любила подчинение. — Поверь мне... Как бы ты ни родилась, ты всё равно жила. Всё это время и на протяжении всего своего пути ты испытывала чувства, которые присущи каждому живому существу. И именно это делает тебя живой, а не то как ты пришла на этот свет. —       Лейс не ответила на эти слова Хорнет. Лишь захихикала. На возвышении расположился колокол, чья краска уже давно слезла, а стены почернели от сажи.       Увидев одновременно новый, но при этом и знакомый предмет белая жучиха ударила коготком о коготок показывая восторг. Эта слишком наигранная реакция в очередной раз заставила Хорнет закатить глаза. — Это водолазный колокол. Именно благодаря нему я спустилась в самые недра Фарлума. — Хорнет постучала по железному корпусу, демонстрируя напарнице его прочность. — Ты уверена что эта штука вообще работает, паучок? — — Да, уверена. Не обманывайся внешним видом колокола, дитя. Он не в лучшем состоянии, но свою функцию выполняет исправно. — ткачиха положила свою иглу и булавку Лейс на сиденье, так как рисковать перегревом метала ей не хотелось. — Мы будем сидеть вместе на одном сиденье, так как если ты будешь стоять, то легко получишь ожог. — — "О.... Как мило! Наш паучок так заботиться о своей спутнице~" — подумала Лейс и уже хотела произнести это вслух, просто чтобы позлить Хорнет, но жестом ткачиха приказала ей замолчать.       Из динамика послышался хриплый голос, когда алая воительница нажала на кнопку. — Да, мисс? — — Боллоу, я готова. Можешь поднимать колокол. — — Есть! Пристегнитесь и я подниму вас наверх. —       Дверь автоматически закрылась, заставив Лейс отпрыгнуть и пискнуть от неожиданности. Хорнет взяла белую воительницу и заставила сесть прямо рядом с собой на одном сиденье. Сразу же замкнулись ремни, неприятно давя обоим жучихами на грудки.       Колокол затрясся и тронулся поднимаясь вверх. Тот жук которого ткачиха назвала "Боллоу", действительно был мастером своего дела. Лава засверкала через прочный иллюминатор и Лейс наконец-то выдохнула, наслаждаясь видом. — Ты так и не сказала мне своего имени. Ни разу, дитя. Наверное с моей стороны было не вежливо ни разу не спросить тебя об этом. — Хорнет понимала что ехать они так будут минимум десять минут и времени у них ещё полно. — А?! Подожди, я думала что ты называла меня ребëнком только чтобы позлить и унизить! — Лейс возмущённо выкрикнула. — Отчасти, да. Но я бы тебя называла по имени если бы ты соизволила мне его сказать когда впервые начала драку со мной в Глубоких Доках. — охотница не считала это сильно большой проблемой. — Мне даже не представилось возможности познакомится с тобой. И... Если ты не желаешь представляться первой, то я сделаю это за тебя. Моё имя Хорнет. — — Лейс. Так меня всегда называла мать. — она отвела взгляд, делая вид что ей интереснее рассматривать лаву в иллюминаторе. — Будем знакомы, Лейс. —       Наступило неловкое молчание. Хорнет осознала, что дочь Верховной Матери, из-за полного неумения социализироваться не сможет одна остаться в этом королевстве. Фарлум завянет не успев вновь расцвести, без должного правителя.       А Лейс явно не имея ни малейшего представления что ей делать и как ей жить без вечного надзора матери, явно достойным правителем не является.       Две жучихи сидели в колоколе пока тот бороздил лавовые просторы. Белая воительница дышала прерывисто и наконец-то осмелилась задать вопрос. — Какой у нас план..? — произнесла она. — Дит- Лейс... К моему прискорбию у меня нет чëткого ответа. Для начала нужно оценить обстановку... Узнать избавились ли мы от пустоты... Потом я придумаю план действий. — Хорнет повернулась в сторону собеседницы, но не имела ни малейшего понимания как её утешить. — Я в каком-то смысле уже была на твоём месте. Не буду вдаваться в детали, но как только не было больше нужды служить моему уже погибшему королевству, мне пришлось заново учиться как же мне... жить. Возможно тебе тоже нужна помощь с этим. —       Лейс хмыкнула. — Учить симуляцию жизни жить? Трудную задачку ты себе поставила, паучок... — потом жучиха получила лёгкий подзатыльник от охотницы. — Я же просила называть меня Хорнет! — — Мне что уже нельзя назвать союзницу ласковым словом? —       Удивительно, но в этот раз они обе начали смеяться. Обстановка, которая с самого начала была очень напряжённой в итоге была разряжена несвойственной для Хорнет игривостью. И Лейс захихикала. В этот раз искренне, а не как при очередной битве. Это приятное чувство в груди, когда ты действительно счастлив, а не выдавливаешь из себя звуки, лишь чтобы утешить себя и надеть маску радости.       Колокол вынырнул из лавы и закачался. Голос Боллоу вновь донëсся из динамика: — Можете выходить, мисс! —       Когда дверь отворилась, в глаза Лейс ударил оранжевый свет который исходил от лавы. Они наконец-то на поверхности.