До веку и до вечера

- Мисс... как вас там... Покиньте участок, будьте любезны. Офицер Такахаси лениво ковырялся в лапше, быстро и любовно приготовленной им для позднего ужина на смене. И уже остывшей по вине ворвавшейся сюда девицы иностранной внешности и истеричной наружности, обрушившей на него словесное цунами. - Да сдохну я, если выйду отсюда! - выкрикнула Вера по-русски, поспешно переходя на ломанный английский, от страха позабыв элементарные выражения, - меня сожрут, понимаете?! Выпьют мою кровь! Я знаю, это звучит как полный бред, но пожалуйста, послушайте... Она судорожно втянула сухими потрескавшимися губами воздух, чтоб рассказать о своих злоключениях по-новой, но полицейский нетерпеливым жестом остановил её. - Нет, это вы послушайте, - он старался говорить вежливо, как все японские стражи порядка, но на его лице уж слишком красноречиво обозначалось банальное нежелание ей верить, - мало того, что вы занимаете мое рабочее время, так вы ещё и позволяете себе клеветать на таких уважаемых людей как господин Того Сакамаки и госпожа Накаяма. Токийский госслужащий организовал преступную группу и похищает людей, чтобы его дети-вампиры пили у них кровь? Вы хоть сами отдаете себе отчёт в своих словах? Офицер презрительно усмехнулся, открывая баночку крем-соды с характерным хлопком. - Но это правда! - с отчаянием протянула Вера, - он просто маньяк, чудовище! И прямо сейчас они всей семейкой измываются над Юи! Я могу это доказать! Соберите опергруппу, и поедем в этот чертов особняк! Там у них есть целая комната с куклами! Только это не куклы, а реально настоящие люди, мумии! Ну, что вы сидите?! Вызывайте подкрепление, группу захвата, хоть кого-нибудь! - Угу, обязательно вызову, - отозвался Такахаси, потягивая колу через соломинку, - психиатрическую бригаду. Я думаю, вам не помешает подлечиться, если вам мерещатся всюду вампиры и мумии. - Вы...вы намекаете, что я сумасшедшая?! - Вера шагнула к его столу вплотную и уронила на него вспотевшие ладони так, что затрясся монитор компьютера, а баночка колы перевернулась, заливая документы. - У вас тут под носом орудует банда вампиров, а вы лапшу жрете! У них там целый заговор! Вы будете что-то делать, или нет?! - Так, с меня хватит, - офицер резко встал, сминая алюминиевую банку, - если вы сейчас же не уберетесь отсюда, я вас арестую за нарушение общественного порядка и клевету! - Меня?! - опешила от такого расклада Вера. Офицер смерил её многозначительным и красноречивым взглядом вместо ответа, быстро стрельнув глазами в уголок под потолком, где висела видеонаблюдения. В густой тишине потрескивали бледные лампы - Выход по коридору и налево, - произнес он, усаживаясь обратно и вытирая стол салфеткой, - доброй ночи, мисс. Вера постояла пару секунд, втягивая ртом воздух, а потом медленно повернулась, как механическая кукла на пружине, и покинула его кабинет. Лишь только за ней закрылась дверь с жалюзи, офицер Такахаси изменился в лице. Лапша была забыта. Он снял с рабочего телефона трубку, бегло нажимая на выпуклые кнопк.и

***

Не успел господин Сакамаки отдать своему слуге поручение, как во внутреннем кармане завибрировал смартфон. - Слушаю. Ах, это вы, друг мой! Простите, не успел к вам заглянуть, дела семейные, знаете ли… Что? Улыбка ядовитой змеей сползла с его благородного и гладковыбритого лица, зрачки сузились, как у змея. На секунду боль, терзающая Михару, отступила, и он расслабился, уронив голову на пол, где все еще валялся. - Откуда такие сведения? О, вам позвонил офицер Такахаси? Однако, я впечатлен. Что именно она сказала? - вампир умолк, слушая собеседника на том конце линии и задумчиво шевеля губами, - да неужели? Видеозапись уже удалили? Хорошо. Займитесь этим лично. Только аккуратно и без лишнего шума, как вы умеете. Я оповещу Рейджи. Отключившись, Карлхайнц глухо рассмеялся и провел рукой сзади по шее, спускаясь по отутюженному воротничку к галстуку и ослабляя узел. - Последнее приобретение моих сыновей оказалось крайне… решительной молодой особой. Представляешь, дорогой Михару, эта барышня пришла в полицию и заявила о вампирах! Какой пассаж! Не забыла даже милейшую игровую моего Канато. Сказала, что глава семейства Сакамаки, ваш покорный слуга, вынашивает какой-то коварный план. И что эти алчные кровососущие монстры по неизвестной ей называют бедную невинную овечку Юи Комори «Евой». Да это же блиц-криг! Он зашелся смехом, хищно поблескивая клыками, будто вынутым из ножен оружием. Вампир веселился так искренне, а вот доктор Мияги, чье тело ещё вздрагивало от утихающих приступов агонизирующей боли, похоже, не разделял его приподнятого настроения. Упираясь ладонью в пол и приподнимаясь на локте, Михару с большим усилием встал на ноги одним резким движением, умышленно не становясь на колени перед господином Сакамаки. - Как говорят люди, маршрут изменен, - Карлхайнц вновь устроился за чашкой чая, постукивая острыми длинными ногтями по лакированной поверхности стола, - внесем небольшие коррективы. Ночная охота на беглянку отменяется. Наш бдительный друг, которому позвонили из полиции, разберется. Но вот что меня тревожит… откуда у этой девчонки такие глубокие познания о моем плане? Мои мальчики не имеют обыкновения откровенничать со своими игрушками, и Рейджи хорошо умеет обеспечивать конфиденциальность. Что-то тут неладно… Он хмыкнул, положив указательный палец под нос и задумавшись на секунду, а потом его озарила догадка. - Ну, конечно! Это мадам Накаяма постаралась. Человеческие женщины до неприличия болтливы! Ну, вот как можно работать с таким контингентом, Михару? Совершенно не на кого положиться! Лишь твоя компетентность меня удовлетворяет, пока… - Ваше доверие мне крайне льстит, мой господин, - процедил сквозь зубы доктор Мияги, медленно бредя шаркающей походкой к стулу, - но смею думать, что пастор все так же оправдывает ваши ожидания, судя по его звонку вам сейчас. - Не знаю, не знаю, - протянул Карлхайнц, отлаживая кайму блюдца, - его основной задачей было воспитание невесты для моих сыновей. Всего-то вырастить идеальную «Еву», неискушенную, нетронутую грехом и пороком… - Однако вы упоминали, что невеста уже прибыла в ваш особняк, мой господин, - Михару опустил глаза, якобы в почтительном жесте, но на самом деле сделал так, чтоб Сакамаки не увидел, какая ненависть в них горит. - Да, она уже несколько недель услаждает клыки моих мальчиков своей кровью. Ах, ты бы видел ее, Михару! Юи - Прелестное создание, воплощение невинности. Маленький белокурый ангелочек. Чиста как первый снег, прекрасна как лесная нимфа, - господин Сакамаки воздушно поцеловал щепотку пальцев, - И ее кровь это сладчайший нектар! Но… все бестолку. Мне нужны результаты, а их нет. Его лицо приняло раздосадованное выражение. - Пастор заверил меня, что Юи - тот самый ключик, что откроет нам, вампирам, двери к подлинной несокрушимости. Я даже согласился на его идею найти альтернативный источник питания моим сыновьям - еще одну «куколку». И зачем я дал себя уговорить… Гоняться теперь за этой девчонкой! Надеюсь, пастор знает свое дело и оправдает мое доверие. Дождь еще шумел за окнами, раскаты грома постепенно отдалялись. Карлхайнц взглянул на свои часы на запястье. Уж полночь близилась, а «куколки» все нет. - Что ж, долг зовет! - господин Сакамаки выпрямился, щеголевато затягивая галстук и поправляя уложенные волосы. - жду от тебя предложений по обучению моих мальчиков общаться с людьми. И да, Михару… Он хищно улыбнулся, щелкнув когтями. - Я делегировал поимку девчонки пастору… Но это для тебя не повод оставаться без ужина! Ответом последовал вой сопротивления, постепенно перераставший в рев голодного существа. Когда Азуса вернулся после прогулки с Арктуром, то обнаружил дверь настежь распахнутой, а дом совершенно пустым: - Дядя Михару? - неуверенно позвал он, вешая промокший дождевик и включая на кухне свет, - дядюшка? Арктур, тревожно бегая по дощатому полу, прижимая уши к голове и тихо поскуливал…

***

Доктор Мияги вернулся только под утро. Он тихо вошел в собственный дом, будто таясь, как преступник или беглый каторжанин. Свет на кухне еще горел, несмотря на ранние лучи солнца, льющиеся сквозь окна. Азуса дремал за столом под бамбуковым абажуром прямо в одежде, видно, прождал дядю всю ночь. Арктур преданной черной статуей лежал у его ног и поднял голову, услышав шаги хозяина. Михару жестом приказал псу вести себя тихо, и тот послушно улегся на место. Рваными движениями Михару вытащил из пальто с потерянными пуговицами кисет и от души набил трубку табаком. Закурив в суровый, почти моряцкий затяг, он шумно выдохнул дым и медленно осел на нижние ступеньки винтовой лестницы, уронив голову на дрожащие ладони. Азуса потянулся во сне и случайно опрокинул чашку, мгновенно проснувшись. - Дядюшка! - бросился он к Михару, - какое счастье, что вы вернулись! - Да куда я денусь-то с подводной лодки, - прохрипел доктор Мияги странным, осипшим голосом, будто был сильно простужен, - вас, голодранцев, одних оставлять нельзя. - Я места себя не находил! Хотел идти искать вас, но не знал… - Азуса озадаченно помедлил, - а где вы были? - В министерстве, - отозвался доктор Мияги, не поднимая головы. - В каком? - не понял Азуса. - В министерстве не твоих, черт возьми, дел! Сжав пальцами трубку, Михару медленно поднялся, и только сейчас Азуса увидел, что его пальто и белоснежный воротник рубашки забрызганы кровью. В ноздри ударил знакомый, терпкий металлический запах. Азуса шарахнулся от него, как от прокаженного, закрывая нос и рот. Он все понял. - Дядя… - прошептал он с ужасом, - но ведь вы… вы же… - Держу свои инстинкты под замком? Борюсь со своим голодом? Не убиваю людей? - в голосе доктора Мияги слышалось презрение и отвращение к самому себе, - это все ложь, Азуса! Я - чудовище, кровожадное и безжалостное порождение тьмы… И ты тоже. И никогда мы не избавимся от этого кровавого клейма! Мы - прокляты! Я пытался бежать, я пытался бороться… Но это и есть моя истинная сущность, которую не победить. Азуса не мигая смотрел на своего названного отца. Таким он его видел впервые. Отчаяние, гнев и какая-то потаенная неимоверная боль вырывались наружу и лились мутными потоками, как сочащаяся кровь из колотой раны. Или гной из лопнувшего нарыва. Сдержанный и рассудительный доктор Мияги будто исчез. Хлесткие, жестокие фразы били наотмашь покруче серебряных пуль. - Но… вы всегда говорили, что я смогу побороть в себе зверя… Что я буду свободным! Михару молча курил. Воздух стал спертым и тяжелым, у Азусы перехватило дыхание. - Тогда к чему все это?! - воскликнул он, сжимая кулаки так, что на ладонях остались лунки от ногтей, - зачем учиться университете? Зачем мне поприще врача, если я в итоге могу наброситься на своих же пациентов? Зачем, если я … вампир?! В ответ к потолку взвивались лишь колечки дыма. - Что же мне делать? - спросил Азуса с такой неподдельной скорбью, что Арктур подполз к нему, заскулив. - Страдать. Доктор Мияги и его воспитанник синхронно обернулись на голос. Некто третий присоединился к их беседе, стоя в дверном проеме. - Ба, да это же знакомые лица, - Михару вынул трубку изо рта, - Субару… Чем обязан столь раннему визиту? Или это у вас теперь семейное - являться без приглашения и объявления? Кто ходи в гости по утрам, тот поступает мудро! Азуса всегда диву давался, как легко доктор Мияги умеет обуздать свои эмоции. При появлени младшего из братьев Сакамаки к Михару тут же вернулись его обычные сарказм и хладнокровие. - Ты зайдешь или так и будешь стоять памятником эпохи Мэйдзи? - спросил доктор, театрально выгибаясь в пояснице с характерным старческим кряхтением, - зачем пришел? - Рейджи послал, - коротко бросил Субару, рефлекторно сжимая и разжимая ладони, которые держал по швам, будто готовясь к схватке, - нужна твоя помощь. - Надо же… - Михару прикусил черенок трубки и чиркнул спичкой, - если мне не изменяет память, в последний раз когда я предлагал вам помощь, Рейджи вежливо дал мне понять, что вы в моих консультациях не нуждаетесь. Аято дал понять весьма грубо. - Помощь нужна не нам, а человеку, - проговорил Субару с еле сдерживаемым приступом агрессии. - Ты не вздумай мне тут что-то сломать, у меня все раритетное, - Михару предостерегающе погрозил своей трубкой, - человеку, говоришь? Вы что, богадельню у себя открыли? Субару двинул локтем в сторону, ударив дверной проем, отчего деревянные стены зашатались. - Ты в своем уме? - начал было Азуса, которого вампир из рода Сакамаки вообще, казалось, не воспринимал, но Михару жестом пресек все дальнейшие разборки. - Значит, слушай внимательно, ибо повторять не буду, - доктор Мияги затянулся, прежде чем продолжить ровным спокойным голосом, - передай Рейджи, что по домам я не гастролирую. Тем более, по местам обитания семейства Сакамаки. Если вы свою очередную «игрушку» довели до анемического кризиса, то милости прошу в порядке очереди ко мне в больницу. За сим все. По лицу Субару было видно, что ему ничего так не хочется как выколоть доктору глаза. Но по известным одному ему причинам он предпочел этого не делать. - Рейджи так и думал, что ты откажешься. И просил добавить, что на сей раз наша жертвенная невеста - русская… - Что?.. На глазах у Азусы за какие-то считанные минуты лицо Михару переменилось снова.