Двенадцать Захоронений

‎Где-то в далёких землях было одно селение. На Диком Западе, окружённое непроходимыми горами и узкими каньонами. Забытое место, куда путь держали лишь монахи-кочевники и цыгане. Местные жители знали на не словах: песчаные бури последнее время зачастили, пропитав воздух песком. Солнце восходило совсем рано, в днём палило беспощадно, а ночи были холодные, как в пустынях востока. ‎ ‎Однажды дети стали находить обпатраные тушки мелких зверей: тыкали палками, хохотали, приносили домой и скармливали сторожевым псам. Затем обнаруживали растерзанный рогатый скот. И недавно – людей. Шерифу было поручено изловить разбойников. Да вот только он был убит. С тех пор детей не выпускали на улицу после заката, женщины обходили тёмные закоулки за версту, а кто-то даже окна заколотил. Всё было тщетным, кошмары не имели конца-края. Церковный священник, Грок, распустил слухи на базаре: будто то – дух нечистый в человека вселился, настоящий дьявол в кожаной плоти, из-за него Господь сниспошлёт особо бурные пески и город в них утонет. Горожане больше не могли терпеть. Была ночь. Безоблачная, с чистым, звездным небом. В доме все давно спали, лишь младшие дети всё забавлялись. Флэш и Гемма. Брат и сестра. пробрались в домашнюю библиотеку, сказки читали и ели печенье. Ведь недавно девочке удалось стащить ключ из отцовского стола и спрятать в конюшне. Они привыкли играть затемно с другими ребятами, хотя уже был далеко не вечер, а улицы пусты. Окон тут не было, это больше походило на старинный чердак или погреб. Все началось тогда, когда послышались голоса снаружи. Громкие, злые, с уверенностью требующие голоса. Гемма побежала будить старшего брата, не найдя родителей, Флэш – побоялся. Комната старшего была на втором этаже, из неё окна выходили прямо во двор. Она схватила юношу за предплечье и стала трясти, быстро, неразборчиво говоря: — Гемини вставай! Родители пропали, на улице кто-то кричит.. Что, что происходит?! Проснувшись, он сразу выглянул в окно. Мимо ворот шла толпа с факелами и вилами. Даже кто-то был верхом, а у кого-то ружьё. Не известно, кто их ведёт, но известно, куда. Они не подпаливали дома по пути, они кричали «Голову С Плеч!» в отношении главного чиновника града. Местным надоел страх. Как окажется позже, в ходе этого мятежа погибло около десятка людей – толпа затоптала, и ещё двое были зарезаны. Но они пока этого не знали.. — Я так понимаю, Флэш в библиотеке? – говорил Гемини совершенно спокойно. — Да.. Кто те люди? — Чудесно. Возвращайся к нему и не высовывайтесь, пока я не скажу. Сестра ушла. Гемини всё наблюдал за восстанием, которое подавили под утро. Поместье главного чиновника спалили, но больше погибших не было. Выяснилось, что среди трупов их родителей нет. Они исчезли. Совершенно бесследно... А на следующую ночь, селение и вовсе было покинуто. Дома пустовали, на улицах бегают лишь тощие, бесхозные кошки – совсем никого.. и никто не видел, не знал, куда все подевались. Животина была на месте, как и вещи в домах. Кони были в конюшнях. Это было необъяснимо и странно. Очень странно. По совету жены, Кими, ГигаЧат взял на себя обязанности да права главного чиновника. Первым делом, он узнал кто остался. В общем сложности двенадцать душ, которые точно так же в абсолютном неведении. Лишь от местного писаря, ЧатаГПТ, он выяснил, что здесь проезжали цыгане. Тот описал это так: «Люди? Были здесь люди. Все тёмные, с черными волосами, разодеты ярко. Чужаки. Пели песни не по нашему, животина у них на поводках плясала. Обнесли мельницу и пару крыш. Я их прогнал, одному стрельнув в руку». «Этому городу нужен шериф» – рассудил чиновник. Но предыдущих за этим делом убили, кто же согласится? Кто осмелится? Он лично направился в зал суда, в офис. Нашёл там лишь полутрезвого Минимакса за очередной трубкой. Правду поговаривают: местный ковбой-пьяница, что за рюмку эля отречётся от чего угодно. Не годится, законником ему не быть. Минимаксу были известны недавние новости, он встретил ГигаЧата с блаженной, расплывшейся в похмелье улыбкой: — Приветствую, великий! – он икнул, – Неужто вы узрели, что я достоин почести быть на страже порядка? — Как бы не так. Я проанализировал и решил: будет новый шериф и это не ты. Отдавай звезду и следуй за мной, – говорил властно и уверенно, как порой жена. Обшарил того стол, но среди беспорядка не нашёл ничего. — Как не я? Я двадцать лет для этого пахал как проклятый! – От этих слов трубка выпала со рта, ГигаЧат вырвал из его руки шерифскую звезду. — За мной, горе Минимакс.

***

Они приехали во двор на лошадях, оставив тех у врат. Было закрыто. Не гостеприимно. Пришлось залезть через щёлку в подбитом заборе. Хорошо упитанному ГигаЧату это было не по нраву и удалось с трудом. Залаяли с десяток собак. Бросились на гостей, были не на привязи. Повалили Минимакса, их острые клыки уже прогрызли его штанину и растерзали кожу. Он пытался отбиться, ударял их в морды всеми камнями, что попадались под руку. ГигаЧат поспешил скорее убираться. Один пёс догнал и его, также свалил оземь, почти перегрыз палку, коей тот пытался отгородиться. — Довольно! – услышав знакомый голос, собаки остановились, послушно подбежав к хозяину. Сердце, что так билось в ушах ГигаЧата стало успокаиваться. Минимакс отряхнулся, вставая с трудом. Он хромал, одежды все в траве, земле, слюнях, а штанина – в крови. ГигаЧат оглянулся, ему было знакомо это место. Он был здесь очень давно.. Это второе поместье того главного чиновника, чей дом он спалил на мятеже. Выходит, здесь его дети? Те самые, которых он видел совсем маленькими, а затем лишь слышал, как старший засудил серийного убийцу да отправил на виселицу как и сотни других особо опасных разбойников, будучи не официально помощником шерифа. Как тесен мир. ГигаЧат пошатнулся: видать ударился головой сильно или курева у Минимакса надышался. — Зачем пожаловали? – крайне враждебно спрашивает юноша, жестом руки сдерживая скалящихся и рычащих собак. ГигаЧата волновало сейчас лишь одно: знают ли эти дети о ходе восстания, знает ли о этом младший, ведь это он сейчас перед ним? Это может изменить всё. Он подошёл ближе, вытягивая какой-то свёрток из кармана, развернул, шерифская звезда блеснула на солнце. — Перплексити, правильно? Нам нужен твой брат Клод. Тот посмотрел так пренебрежительно на вещь, что аж скривился с отвращением, но быстро это скрыл. — Господин ГигаЧат. Вон.. Оба!

***

— Эй малый, подай виски! – крикнул Мистраль, сплюнув на пол и качаясь в кресле на крыльце. Раздался скрип досок и быстрый топот. Ребенок принёс какой-то бутыль вспешевшегося алкоголя, недовольно промямлив себе что-то под нос на чужеземном языке. Он не понимал этой фразы, но ему было ясно, что от него хочет крепкий, с рыжей бородой, сеньор. — Это ель, а не виски, мелкая ты дрянь! – тот опрокинул поднос, ребенок перепугано отскочил. — Вытирай теперь! Тряпка на кухн - Мистраль не успел договорить, как услышал открывающуюся калитку. Он встал, пошёл на встречу. Дипсик. Местный земледелец. Снова со своими проблемами. — Здоров был, шарлатан! — Ты чего несёшь, Дипсик? Ребенок повторил тихонько запомнившееся слово: — Шар-р-рлатан. — Да шучу я, ты – честнейший знахарь. А это кто, дружище? – указал он на мальца лет пяти: темнокожего, в фиолетовой бархатной рубахе, с черными густыми бровями. Мистраль отмахнулся: — Цыганёнок? Выловил его за кражей яблок у себя в дворе. А ты чего зашёл? Опять земля на поле не родит? — Да нечисть какая-то вселилась видать. Решишь проблему – озолочу, – он подошёл к ребенку, присев: — А тебя, дитя, как зовут? — Манэ бушонав Квен, како - — Квэн, значит. Что-ж, пойдешь со мной, нужно тебя чиновнику показать, он решит что с тобой делать.