Пас в темноту

Лето неминуемо приближалось, последние экзамены сданы, а празничный матч окончен. На невысокой скамейке футбольного поля Рагнар словно растворялся в золотистом закатном свете. Небо уже не такое яркое — в нём смешались синева и медные блики, протянувшиеся над низким горизонтом. Само поле казалось выцветшим от солнца: трава местами пожухла, но кое-где еще зеленела молодыми островками. Он уже переоделся после игры. Этот момент был как выдох после долгого забега: поле, изгрызенное следами бутс, казалось огромным зелёным ковром, устланным воспоминаниями и победами. Вечер опустился на подростка, будто тёплое одеяло, стирая грань между реальностью и мечтой. Оно было совсем небольшим, но несло с собой приятные воспоминания игры, когда в процессе забываются все проблемы и есть только ты, поле и мяч. Спортивная сумка рядом вмещала почти всю его жизнь. Буквально на днях тренер передал ему приглашение присоединиться к университетской футбольной сборной Эвергрин. О команде Рагнар знал не понаслышке — отзывы были чаще негативные. Генри Харрис, тренер, набирал по всему штату людей с непростым прошлым, чтобы дать им возможность начать заново. И вот теперь судьба привела туда и Рагнара. Бета сомневался. Его одолевали внутренние страхи и неуверенность: он знал, что у него были свои скелеты в шкафу, неприятные страницы прошлого, которые он предпочёл бы не открывать никому. Эти воспоминания не раз давали о себе знать — казалось, что стоит немного расслабиться, как они могут ожить и утащить его обратно на дно. Из-за этого чувства тревоги и постоянной настороженности он долго не задерживался нигде: переезжал из города в город, менял школы, не давая себе времени пустить корни. Лишь последние пару лет он позволил себе остановиться в одном месте и решил поиграть в футбол, хотя раньше спорт был для него чем-то чуждым. Но футбол сразу притянул его — это было ощущение скорости, свободы, азарта, когда всё вокруг исчезает и есть только поле, команда и мяч. Особенно нравилось чувство победы, когда мяч попадал в ворота противника, даже если этот гол был случайным. Сначала тренеры ставили его в защиту, но он не мог устоять на месте: как только ему удавалось перехватить мяч, он тут же бросался в атаку, мчался вперёд, забывая о позиции, и часто забивал. Правила он знал плохо — многое приходилось осваивать на ходу, буквально учиться в процессе игры. Надо отдать должное его школьному тренеру и терпению, потому что характер у мальчика был не сахар: он был замкнут, легко вспыхивал по пустякам, не терпел вмешательства в личное пространство и не спешил идти на контакт даже с ровесниками. Для многих в школе он оставался закрытой книгой — ни о семье, ни о прошлом никто толком ничего не знал. Родители постоянно в разъездах, дома появлялись редко, а значит, не участвовали в школьной жизни сына. Друзей у него почти не было: он держался особняком, перемещался незаметно, не раскрываясь никому. Даже точного адреса его проживания мало кто знал — всё казалось каким-то размытым, как будто его история не имела чётких очертаний. На этом фоне единственным человеком, с кем Рагнар общался больше обычного, был тренер по футболу. Тренер старался не навязываться, не задавал лишних вопросов, соблюдал границы и уважал личное пространство своих подопечных. Возможно, именно это деликатное отношение и вызывало у Рагнара ту самую каплю доверия, которую он не позволял себе испытать к другим взрослым. В итоге, Рагнар принял приглашение. Просыпаться от скрипов, шорохов и лёгкого дуновения ветерка — стало чем-то обыденным для Рагнара. Он давно привык к тревожному, чуткому сну, когда любой лишний звук мог означать опасность. Привычка спать вполглаза появилась не сразу: поначалу он пытался устроиться поудобнее, подбирал места, где было бы потише и потемнее, но быстро понял — идеального ночлега не бывает. Сколько бы он ни менял укрытия, ощущение безопасности оставалось иллюзией. У Рагнара со сном были плохие отношения, какое бы безопасное место он не находил: бессонница, частые пробуждения, тревожные сны стали его постоянными спутниками. Он мог бы снять дом с полным комплектом защиты — сигнализация, засовы, видеонаблюдение, — но это сразу привлекло бы слишком много внимания и оставило бы следы, которые легко проследить. Чем больше он оставляет следы и внимания, тем ближе его смерть — это правило он усвоил слишком хорошо. Поэтому выбирал самые незаметные, временные укрытия, не задерживался нигде дольше пары ночей и всегда был готов в любой момент уйти. Поднявшись со скамьи, парень трет сонно глаза, осматривая спортивный зал школы — здесь он ночевал в последний раз. Несмотря на риск, место оказалось на удивление спокойным: сюда редко заглядывали ночью, да и охрана ограничивалась формальным обходом. Удивительно, что за всё время его ещё не вычислили и не выгнали. Времени до поезда было достаточно, чтобы привести себя в порядок и попытаться выглядеть менее подозрительно. В общей душевой, стоя перед мутным зеркалом, Рагнар каждый раз с трудом узнавал себя. Лицо стало резче, щеки ввалились — следы хронического недосыпа и голодных ночей. Когда-то его длинные чёрные волосы были его гордостью, но в один из приступов истерики и боли он решился — коротко обрезал волосы, чтобы за них нельзя было схватиться. Это было после побега, с того дня он жил настороже, всегда готовый скрыться. Теперь волосы снова почти касались плеч, от былой мягкости не осталось и следа — частая покраска сделала их жесткими и ломкими. Рагнар заправил пряди за ухо и запустил холодную воду, быстро омыл лицо. В сумке он отыскал пачку голубых линз — дорогие, плотные, скрывающие темно-карие глаза без малейшего намека на подделку. Затем — таблетка: она стирала запах, превращая его в обычного, ничем не примечательного парня-бету, не позволяя никому почувствовать его настоящую сущность. Привычные ритуалы закончились, он бросил сумку на плечо и вышел, где его уже ждал тренер. Сердце сжалось в груди, но на лице вспыхнула безупречно спокойная улыбка. — Тренер! Вы что тут делаете? Фигура Брайана Харпера выделяется на фоне бледных стен: высокий мужчина в мятом сером костюме, взгляд упрямо цепкий — глаза серо-голубые, будто выточенные из холодного стекла, под тёмными бровями они кажутся прожекторами, выхватывающими Рагнара из анонимности. В руке тренер держит тонкую папку, а на лице застыла неясная печальная улыбка, будто след долгого внутреннего диалога. Рагнар занервничал, лямка сумки давит на плечо, жесткая, впивающаяся в кость сквозь тонкую ткань — он почти не чувствует разницы между этим давлением и привычным напряжением в теле, которое стало уже фоном его жизни. Он снова готов в любой момент сорваться с места. Он привык убегать. — Надеюсь, что на новом месте ты сможешь найти себя, — он не спрашивал, что Рагнар здесь делает. Не задавал вопросов. — Я подвезу тебя до вокзала, идем. Брайан давно знал о том, что мальчик иногда спит в школе. Он не знал — это проблемы с родителями или ребенок сбегает по другим причинам. За сокрытие такой информации, Харперу как минимум грозило увольнение, но несмотря на это, он оставлял секрет одного из своих подопечных при себе. Мистер Брайан ничего не говорил. Они молча покинули школу и сели в старенькую машину тренера. Альфа довез парня до вокзала, как и обещал. Он проводил его до самого вагона, в спокойном молчании, наблюдая, как Рагнар садится в вагон и покидает их маленький городок, в котором для него нет больше перспектив. Университет находился в Лоуренсе, штат Канзас. Команда Черные волки, набирали двоих людей, чтобы дотянуть до минимального количества игроков. Они проводили на поле почти без замен игру, в отличии от других, кто мог замены производить без строгих ограничений, но не больше, чем положено правилами игры. Это делало игру команды каждый раз на грани исключения. Рагнар знает, что в прошлом сезоне они не выиграли ни одной игры и позорно закончили сезон. Помимо любителей в команде была лишь пара человек, кто действительно стремился играть на профессиональном уровне. Майкл Хьюз — он мог с легкостью попасть в более успешную команду другого университета, но почему-то выбрал Эвергрин. Альфа занимался футболом профессионально, почти жил на поле и многие предсказывали, что его ждет перспективное будущее. Айзек Стельмах — тоже перспективный игрок в защите, хорошо умеет держать оборону и Рагнар видел по записям игры, что тот буквально живет одним моментом и играет, как в последний раз. В отличии от его брата. Пойти в университет — это обречь себя на постоянное проживание в одном месте, где каждый твой шаг под пристальным вниманием. Это не то же самое, что прятаться в задрипанной школе в Монтане, где ты мог затеряться среди других и не выделяться. Возникает вопрос: так ли он любит футбол, чтобы рискнуть всем ради этой игры? Толпа на вокзале напоминает бурлящий поток, где каждый человек становится лишь смазанным силуэтом, и Рагнар легко теряется среди множества лиц и движений. Лавируя между всеми, бета выходит на улицу и осматривается. В коротком телефонном разговоре между ним и тренером Харрисом, Рагнар понял, что его встретит кто-то из команды. Заметив знакомое лицо одного из близнецов, блондин почувствовал настоящий холод, не смотря на жаркий денек. Из автомобильного ряда резко выделяется чёрный BMW с полированными боками, отчётливо сверкающий на фоне пыльного асфальта. Возле машины стоит высокий парень, окружённый аурой неприхотливой строгости: массивные берцы плотно облегают лодыжки, черные штаны с мягкими складками чуть морщатся на коленях, легкая куртка свободно ложится по плечам, а темные очки, словно броня, скрывают выражение глаз от чужих взглядов. Он еще не знал точно, это Айзек или Александр и все же двинулся в его сторону. Айзек был полной противоположностью своего близнеца - открыт к общению, более доброжелателен и не имеет взгляда убийцы. Бета сомневался, что Александр действительно мог кого-то убить, но на одном из матчей альфа накинулся на противника с ниоткуда появившимся ножом. Их команду в том сезоне дисквалифицировали сразу, а шума было столько, что мало известная команда Черных волков заработала большую антирекламу. Подробности не разглашали, а конфликт как-то быстро замяли и несмотря на случившееся, Александра даже не исключили из команды. — Садись, принцесса, - низкий, слегка глухой голос Александра, в котором слышится стальная пружина: каждое слово — отрывистое, сдержанное, будто за ним скрывается угроза. А Рагнара передергивает из-за неожиданного прозвища в его сторону. Вряд ли это Айзек. Айзек выглядел куда мягче на всех фото и записях, чем Александр. И все же бета неуверенно обошел черный БМВ и открыл дверь переднего пассажирского, забираясь внутрь. Салон машины наполнен смесью резкого аромата дорогой автохимии и бархатистого запаха кожаной обивки, к которым, возможно, примешивается аромат феромона хозяина машины. Сразу появился вопрос - откуда у студента такая тачка, но Рагнар решил оставить его при себе. Прижав к себе сумку, ожидает, пока они тронутся. Но альфа будто не спешил. Он обратил внимание на скудный запас вещей их нового нападающего, а когда сел в машину, то повернулся к бете и задержал взгляд на другом цвете волос, не таком, как был на записи того видео. По шмоткам бета не выглядел модником, значит, была иная причина, которая пока что альфе была неизвестна. — Полагаю, Александр? - уточняет Рагнар на всякий случай. – И что такое юное дарование забыло в такой дыре, как Лоуренс? - он не посчитал нужным отвечать на вопрос. Если хочет, пусть сам разбирается. Игнорирование его вопроса, внимательный и высокомерный взгляд, дорогая тачка – все это было неотъемлемой частью образа Александра. Его манеры, уверенность в себе, неприкрытая демонстрация статуса и власти ощущались буквально во всем, начиная от того, как он держался за руль, и заканчивая тем, как оценивающе смотрел на Рагнара. От него веяло опасностью, в поведении ощущалось хищное спокойствие, словно он привык контролировать ситуацию и не терпел возражений. Рагнар чувствовал себя мышью перед удавом – подавляющее ощущение превосходства собеседника не оставляло сомнений в том, кто здесь главный. Тем не менее, вопреки инстинкту самосохранения, в такие моменты у него будто отключалась осторожность: он не отводил взгляд, даже наоборот – уставился в ответ на Александра, не позволяя себе показать ни смущения, ни страха. Это было своего рода внутренним вызовом, попыткой сохранить достоинство и не уступить давлению, даже если внутренне он ощущал тревогу. – Вероятно, собираюсь поступить в университет и играть в вашей команде, – отвечает, сам не понимая, почему вдруг позволяет себе сарказм. Его голос звучит спокойно, безразлично, взгляд остается невозмутимым, словно он сказал нечто совершенно обыденное. Это его привычная защитная реакция: когда чувствует опасность или давление, начинает язвить, будто шутка может разрядить ситуацию или хотя бы сохранить лицо. Такой способ держаться у него выработался еще в прошлом – тогда один человек даже с ухмылкой замечал, что Рагнар всегда нападает на то, что способно его "сожрать". Сейчас же он снова чувствует, как этот внутренний механизм включается автоматически, позволяя ему не показывать страх, а наоборот – бросать вызов, пусть и не слишком открыто. – Тише-тише, ты что, вот так показывать зубки опасно, можно остаться совсем без них, – в голосе Александра звучит наигранное сочувствие, но оно никак не сочетается с его убийственным взглядом. Он медленно опускает солнцезащитные очки, словно нарочно дает Рагнару рассмотреть свои насыщенные голубые глаза, от которых у большинства людей по спине пробегал холодок. Этот пристальный, пронизывающий взгляд подчеркивает разницу в положении между ними, давая понять, что дерзость новичка не остается незамеченной и может быть наказана. Он наклонился довольно близко к пареньку, словно хотел получше рассмотреть его, но буквально мгновение спустя уже потерял интерес и наконец завел машину. Когда двигатель заводится, по салону проносится вибрация, ритмичный гул мотора усиливается, когда машина резко срывается с места, едва ли не скользит по асфальту. С парковки выехали быстро, по пути в квартиру, Алекс включил музыку не громко и сильнее вжал педаль газа в пол, ловко и опасно маниврируя между машинами на дороге. — Общага закрыта на лето, заселение только через неделю. Пока побудешь с нами, заодно познакомимся поближе, – ответив на повисший в воздухе вопрос, альфа широко улыбнулся и более за всю дорогу не проронил ни одного слова. Припарковавшись у небольшого дома, он вышел из машины и дождался, пока новобранец тоже закроет дверь, лишь после этого пиликнула сигнализация. В этот же момент дверь дома распахнулась и на крыльцо вышел Лео – парень, довольно высокого для омег роста, с рыжей копной волос на голове, которые больше напоминали воронье гнездо. Он сначала посмотрел на Алекса, направляющегося к нему, затем на новенького и тихо цокнул. – Ты жив! Я уже ставил на то, что до нас он тебя не довезет, – Лео, взмывающий через две ступеньки, будто вспышка рыжего света, сразу бросается в глаза – его волосы растрепаны, взлохмачены и искрятся золотисто-огненными бликами, словно пламя. Веснушки густо рассыпаны по открытым частям его лица, делая кожу теплой, живой и светящейся. Карие глаза, чуть прищуренные от широкой улыбки, отражают мягкое освещение и полны живого любопытства и доброжелательности. В его движениях чувствуется лёгкость и беззаботность – Лео буквально вылетает навстречу, его походка быстрая, но расслабленная, как у человека, привычного к свободе и ярким эмоциям. – Лео, летераль команды, а ты Рагнар? – Да. Я читал о тебе, – чуть улыбается ему, не чувствуя опасности. Рыжий хорошо играл, всегда выкладывался и старался подбодрить всех, хотя склоки неизбежны. Посмотрев на его руку, долго мнется и все же протягивает свою, сжимая слегка чужую теплую ладонь. Не так неприятно, хотя легче не становится, поэтому он сразу же убирает руку и отвлекает вопросом: — Где мы? Александр сказал, что я поживу с вами..это с кем? — С нами, то есть со мной, Алексом, Айзеком и Майклом, на лето мы не уезжаем. А где чемоданы? Ты что, с одной только сумкой? – Лео с удивлением смотрел на бету и не верил, что тот приехал настолько налегке. Но после недолгой заминки быстро пробежался по его потрепанным вещам и решил не заострять сейчас на этом внимание. — В общем, добро пожаловать! – он широко улыбнулся снова и зашагал в сторону дома, поманив за собой парня. – Идём. К сожалению, дом небольшой и комнат на всех не хватит, но я с радостью разделю комнату с тобой и даже посплю разок на полу, если только ты сам не пригласишь к себе, – в тоне Лео явно прозвучало заигрывание и он даже ухмыльнулся. Рагнар смотрит на Лео и пытается найти слова, чтобы не нагрубить. Все же нужно прятать свои иголки. Хотя бы пытаться наладить контакт с командой, а не отталкивать от себя каждого. До побега Рагнар мечтал о нормальной спокойной жизни и сейчас у него выдался такой шанс. Какова вероятность, что он доживет до двадцати пяти? Или двадцати? Жить, как раньше он не хочет, а поэтому решил переступить через страх и насладиться моментом. – У меня нет необходимости в большом количестве одежды, – все же отвечает, пусть Лео и попытался замять свой вопрос. Очевидно, выглядит он как несчастный котенок, которого одели в обноски. Осторожно пройдя в дом, Рагнар скинул капюшон с головы и осмотрелся. Типичное логово альф. Везде валяется еда, сигареты, бутылки спиртного, а на столах и подоконниках можно заметить пустые банки из-под энергетиков, какие-то забытые куртки и пачки чипсов. Однако, несмотря на беспорядок, в помещении не стоял тяжелый или затхлый запах, как это часто бывает в подобных местах, — тут пахло вполне терпимо, даже приятно, словно кто-то все-таки проветривает комнаты или пользуется ароматизаторами. Рагнар уже давно привык к тому, что чистота и аккуратность — роскошь, недоступная при его образе жизни, когда приходится часто менять жильё и подстраиваться под новых людей. Он понимал: для окружающих он обычный парень, бета, который по всем правилам должен интересоваться девушками и вести себя соответственно. На самом деле у него не было ничего против девушек, но сейчас важнее всего было не раскрывать свою истинную сущность и быть особенно осторожным — опасность разоблачения стала слишком реальной. Стереотипы и предвзятое отношение никуда не делись, и это добавляло напряжения. Взглянув на Лео, задумавшись о его словах и почувствовав внутреннее напряжение, Рагнар решил не затягивать с выбором места для ночлега и указал на диван в зале: – Я могу спать тут, – ему вдруг стало некомфортно, появилось желание выйти на улицу и найти себе другое пристанище, а не проснуться от прикосновения кого-то из ребят. Вдохнув и выдохнув легко, омега перевел взгляд на появившегося в проходе кухне Майкла. – О, новичок. Вечером едем на тренировку. Осталась неделя, а ты внешне дохляком выглядишь еще больше, чем на видео, – он его хмуро и презрительно осмотрел и скрылся снова на кухне. Лео растерянно переводил взгляд с дивана на Рагнара, а затем обратно, не зная, как реагировать на неожиданное решение. В этот момент в общий зал вышел Айзек — копия Алекса, в черной одежде, но с чуть более мягкими чертами лица. Айзек равнодушно оглядел новичка и, не сказав ни слова, опустился на диван, еще больше усиливая ощущение чуждости у Рагнара. – Ну, можешь и здесь. Подушку и одеяло можно взять вон в том шкафу, – он указал на шкаф и поспешил стряхнуть с себя оцепенение, когда Айзек включил телевизор. – Ты голодный? Вечером поедем все вместе на поле, увидишь масштабы. Это тебе не школьный стадион, тут дух захватывает, особенно, когда стадион заполнен битком! Лео тараторил, рассказывая о своем первом матче и позвал не особо разговорчивого бету за собой на кухню, где Майкл разогревал себе поесть. Открыв холодильник, он вытащил из него тару лазанья, оставшегося с вечера. К семи часам вся компания уже собиралась на подъездой дорожке у дома. Лео закрывал дверь дома, а Алекс стоял у машины и смотрел будто в никуда, выкуривая очередную сигарету. Никто не решался торопить его или напоминать, что пора уже было ехать. Айзек сидел в машине на переднем сидении, а Майкл позади него. Лео подтолкнул Рагнара к открытой двери машины, и дождался пока тот сядет, а затем сам залез внутрь и закрыл дверь. Лишь спустя долгих пары минут, альфа потушил сигарету мыском ботинка и сел за руль. На стадион компания ехала в полном молчании. Стадион в Лоуренсе не был большим, но даже в него университет вложил круглую сумму и надежды на то, что все затраты окупятся. Вот только команда «Черных Волков» плелась едва ли в конце турнирной таблицы. Им еще ни разу не удавалось подняться до верхних строчек, а билеты раскупались лишь потому что зрители приходили посмотреть на любимых игроков. Команда университета Эвергрин не входила в этот список. Припарковавшись у стадиона, все начали выползать из машины. Телефон Алекса отозвался в кармане вибрацией и он ответил: — Жив. У стадиона. Ладно. Лео щелкнул пальцами, быстро сложив дважды два. Рагнар вздрогнул от щелчка под ухом. — Звонил тренер и спрашивал, как поживает Рагнар? — ответом кузен был не удостоин, Алекс поставил машину на сигнализацию и пошел следом за Майклом к служебному входу. — Кстати, ты не единственный первокурсник в нашей команде. Тревис Бишоп будет центральным полузащитником. В прошлом году нам пришлось не сладко, если кто-то получал красную карточку, игра становилась адской. Представь, полноценная команда играет простив девяти «Волков», это было ужасно, после матча я думал, что сдохну там на поле, — Лео взял на себя роль того, кто посвятит Рагнара в ситуацию в команде. Он не нападал на него больше с вопросами, понимая, что просто на большинство не получит ответа и предпочитал заполнять тишину своей болтовнёй. В раздевалке Алекс остановился на входе и скучающе обвел помещение взглядом. Майкл молча наблюдал за ним и заметно расслабился только после того, как Стельмах сдвинулся в сторону своего шкафчика. У Рагнара, который наблюдал за этим, появилось только больше вопросов. Он еще долгое время будет чувствовать себя здесь чужим и постоянно оглядываться по сторонам. — Ты будешь играть? — Айзек прервал долгое общее молчание в раздевалке и задал витавший в воздухе вопрос. — А ты стал мастером очевидных вопросов? — Обычно ты... — Еще слово и я подумаю, что это была плохая идея. Айзек поджал губы и первым пошел на поле. Рагнар оставил сумку в доме, попытавшись спрятать ее в диване между подушками — он еще не привык доверять новым людям и не хотел, чтобы кто-то случайно наткнулся на его личные вещи. Форма для беты уже была готова и дожидалась его в именном шкафу, на который указал Лео. Это был важный момент: впервые у него появилась собственная ячейка в раздевалке, как у других членов команды, и это ощущалось для него как некий ритуал принятия. Взяв форму в руки, Рагнар млеет от приятной мягкой ткани — она была новой, плотной, слегка прохладной на ощупь. Качественная краска не оставляла следов на пальцах, запах чистоты напомнил ему о том, как мало у него было по-настоящему своих вещей. Раскрыв форму полностью, поджимает губы в улыбке от вида своего номера и имени, напечатанных аккуратными буквами. Это вызывало у него чувство гордости и волнения: теперь его имя было не просто сочетанием букв, оно стало частью команды. Сама по себе форма черная — строгая и лаконичная, но номер белый, как и несколько вставок на плечах, что делало ее визуально выразительной и отличимой от других. Взгляд цепляется за новенькие черные бутсы, стоящие рядом на полке: они выглядели крепкими и удобными, словно только что вынутыми из коробки. В этот момент Рагнар готов взлететь на небо от радости — у него давно не было ничего настолько своего, вызывающего чувство принадлежности. Давно такого с ним не происходило. Но теперь на плечи свалилась реальность, и спесь радости растворилась, уступив место тревоге и неуверенности. Где переодеться? Этот вопрос всплыл неожиданно остро — в раздевалке было многолюдно, и Рагнар не хотел лишний раз привлекать к себе внимание. Собрав всю свою форму, он молча вышел из раздевалки и направился в туалет — единственное уединенное место поблизости. Он понимал, что если переодеваться на виду у всех, неизбежно возникнут вопросы о следах на его теле: шрамы и старые отметины были слишком заметны, чтобы их не заметили другие, и каждый такой взгляд или неосторожный вопрос напоминал о прошлом, о котором он предпочел бы молчать. Открыв дверь туалета и убедившись, что помещение пусто, Рагнар поспешно стянул с себя потасканную толстовку, под которой обнаружилась сзади маленькая дырочка — еще одно напоминание о необходимости обновить гардероб. «Вероятно, все же стоит купить что-то приличное перед учебой», — подумал он, испытывая легкое смущение из-за своего внешнего вида. Но сейчас главное — быстро переодеться, чтобы никто не застал его врасплох. Переодевается в форму быстро, почти механически, стараясь не задерживаться на деталях — за годы это стало привычкой. Каждый элемент одежды словно отсекает часть его прежнего "я", оставляя только ту версию, которая нужна сейчас: уверенную, собранную, готовую к команде и соревнованию. В форме он чувствует себя совсем другим человеком — более защищённым и даже свободным, будто надевает невидимую броню. Перед зеркалом задерживается на мгновение, внимательно осматривает своё отражение. Не скрывая улыбку, отмечает, что форма действительно идёт ему: плечи кажутся шире, взгляд становится увереннее. Было бы ещё лучше, если бы не окрашенные волосы и непривычный цвет линз — с природным цветом он выглядел бы органичнее, но и так результат устраивает. На секунду задумывается, не слишком ли выделяются его черты, однако быстро отмахивается от этой мысли: главное — быть частью команды. Вернувшись вновь в раздевалку, Рагнар намеренно избегает встречаться взглядом с остальными, просто складывает свои вещи в шкафчик, аккуратно размещая каждую деталь и устанавливая код замка. Эти простые действия помогают собраться с мыслями и настроиться на предстоящую игру. Повернувшись к ребятам, сначала смотрит на Алекса, затем его взгляд задерживается на Майкле, они последние остались в раздевалке, Лео и Айзек уже ушли. — Тебя и от стеснения отучать нужно? — Майкл навис над ним и недоумевал. — А я об этом просил? — задает встречный вопрос, запрокинув вверх голову. — Посмотрим, как ты будешь пиздеть на поле. Там язык не решает, — хмыкнул Хьюз и позвал всех за собой. Рагнар повязывает волосы в короткий хвостик и тоже идет следом. Пока ребята таскают инвентарь ближе к полю, Рагнар решает прогуляться до газона и наступив на него, залипает в таком состоянии на какое-то время. — Сначала бег, два круга. Потом разминаемся и занимаем позиции. Я с Лео, Рагнар с Айзеком, Алекс...постарается отбивать мячи, — Майкл бросает на него взгляд, будто проверяя прилетит ли ему за этот подкол. Рагнар же подходит к Лео и они вдвоем разворачиваются и начинают легкую пробежку.