Стану круче, чем староста группы, и вот тогда-то назовёте меня новым Рок-Стар

— Пустите меня, Скрюллум! Я обязан высказать этой нахалке все, что о ней думаю! — профессор размахивал ногами и рвался вперед, будто это хоть чем-то поможет ослабить стальную хватку неоргаников. — Господин Анаксагор, прошу Вас умерить пыл, таких обязанностей нет в Ваших должностных инструкциях, — Скрюллум поправил галстук-бабочку и взглянул, на коллег эрудроидов, которые держали преподавателя под руки. — Плевать!!! Она не имеет права распоряжаться чужим временем, как ей вздумается! — он мотал головой в разные стороны от негодования. — У меня уже прописан учебный план! Готова семинарная программа! А старая ведьма взяла и решила отдать мои труды, мои предметы какому-то индюку из Корпорации?! Вздор!!! — Прошу Вас, господин Анаксагор, данный разговор могут услышать студенты. Вывод: в студенческом сообществе распространятся неверно истолкованные слухи, — Скрюллум устало склонил голову. Озверевшего профессора было уже не остановить. — А я требую, чтобы все знали об этой вопиющей несправедливости!!! — Согласно моим вычислениям, можно найти компромиссное решение, — заместитель директора поднялся со своего кресла и встал напротив, чем заставил лектора хотя бы немного успокоиться. — Вы переживаете о том, что присутствие преподавателя от Корпорации сократит Ваше рабочее время и пошатнет финансовое положение. Вывод: необходимо оплатить Вам с надбавкой подготовленные учебные программы и увеличить количество семинарных занятий. — Хм! — эрудроиды отпустили его руки, Анакса недовольно хмыкнул и поправил воротник мантии. Это, конечно, удовлетворительное решение, но он хотел добиться его другим путем. — Буду ждать от бухгалтерии новый расчетный лист! — преподаватель покинул приемную ректора, хлопнув дверью. На планшете высветился входящий звонок. Скрюллум нажал стилусом на кнопку вызова, и над экраном высветилась мерцающая голограмма ректора. — В этот раз «старая ведьма», значит? — Госпожа Герта ухмыльнулась, помешивая кубик сахара в чае. — Невероятно. За годы работы здесь Анакса еще ни разу не повторился в ругательствах в мой адрес. Истинный гений.                                   

***

— Кхм-кхм. Угадай, кто! — Фаенон подошел к Кассии со спины и закрыл ей глаза одной ладонью. — Э-эм… Гелиос? — голос звучал настороженно. Фаенон удивленно приподнял бровь и убрал руку, не понимая шутка это или нет. Кассиопея неуверенно обернулась. — Ой, это ты! Неужели я простыла и не почувствовала твой одеколон… — девушка задумчиво коснулась кончика носа. — Поздновато сегодня, — она недоверчиво глянула сначала на парня, потом на экран телефона. — До лекции три минуты. — Да, что-то проспал сегодня случайно… — он отпил кофе из одноразового стаканчика и отвел глаза в сторону, ведь совсем не умеет врать. — Что-то вот ничего не успел утром… — А-а, то-то я не чувствую твой одеколон, — Кассия прищурилась, глядя на одежду Фаенона. — И шмотки те же… А может, ты не ночевал дома? — она улыбнулась, выхватила у него стакан кофе и сделала бесцеремонный глоток. — Чего? Нет! Э-э, в смысле да! То есть… — Пошли уже, не хочу писать Яшме объяснительную за опоздание. На любой потоковой лекции даже простой обыватель смог бы отличить студентов разных факультетов. Играют в маджонг, небесный нефрит или шахматы на последних партах — точно с Сяньчжоу. Любители классического делового стиля, одетые с иголочки, в перерыв предпочтут повторять конспекты — учащиеся Амфореуса. Яркие, увешанные украшениями с ног до головы, всегда следуют последним модным трендам — Пенаконию видно издалека. Кассия оглядела переполненную аудиторию, чтобы найти пару удобных мест, поправила лямку рюкзачка и стала подниматься по ступенькам к верхним партам, попутно здороваясь со всеми знакомыми. Фаенон пошел следом. Из всей пестрящей массы трудно не узнать самого яркого студента всего университета. Золотистый пиджак Авантюрина переливался на лучах солнца вшитыми самоцветами, и Фаенон невольно недоверчиво щурился. Парень сидел на парте Мидея, вальяжно подкидывал монетку в воздухе и что-то обсуждал с ним с хитрой и довольной ухмылочкой. — Мидейчик нашел себе нового друга, — Кассиопея обернулась и надула пузырь из жвачки, хихикнув. — Хм? А что здесь забыл третьекурсник… — Фаенон опустил глаза в пол, как только заметил на себе взгляд старосты. Из-за гула студентов и женских умилений — ведь в одной аудитории одновременно двое победителей прошлогоднего конкурса — трудно разобрать, о чем юноши разговаривали, заметно было лишь как Мидей оставался холоден и по большей части молча кивал, сложив руки на груди. Авантюрин размахивал ладонями, закидывал ногу на ногу — то одну, то другую, посмеивался, а глаза горели какой-то явно безумной идеей. — Ты слышишь меня вообще?! — Кассия пихнула друга локтем в бок и подвинула к нему свою тетрадь с недоделанной задачей по физике. — Ауч! За что, блин? — Фаенон зашипел в ответ и даже не заметил, как с минуту неприлично пялился в упор на гостя в их аудитории. — Три раза спросила: ты решил эту хер…? Кхм-кхм, — девушка неловко улыбнулась, заправив темную прядь за ухо, и помахала рукой, когда столкнулась с резким и тяжелым взглядом старосты группы.               Мидеймос держал своих одногруппников в спартанской дисциплине: пропуски, опоздания, долги по учебе и мат в речи недопустимы, ведь он хотел не только сам единолично быть лучшим студентом, но и равнять на себя своих подопечных. Истинный пример для подражания, которым гордится не только декан факультета, но и весь ректорат. Все-таки он действительно заслуженно одержал победу в конкурсе второй раз подряд. — Да, объясню тебе в перерыв, — Фаенон едва заметно облегченно выдохнул, ведь благодаря подруге Мидей прервал разговор и отвернулся от Авантюрина. И какой же все-таки у него острый слух — услышать своих через три ряда в таком гуле… Кассия ласково ухмыльнулась. «Объяснять» конечно же никто ничего не собирался — это лишь кодовое слово вместо «дам списать», чтобы не злить старосту: ведь списывание тоже запрещено… «Нормальный студент должен уметь думать своей головой. Как ты собираешься жить самостоятельной жизнью, когда выпустишься, если тебе такая ерунда не под силу?!» «Не психуй на даму! В самостоятельной жизни мне пригодится только расчет процентов кредита от КММ, а не ядерная физика, блин! И не алхимия!» — Доброе утро, дорогие студенты четвертого курса, — госпожа Яшма вошла в аудиторию, и воцарилась идеальная тишина. Авантюрин спрыгнул с парты, одернул пиджак и гордо поднял голову, вслед за ним с мест поднялись и все остальные. — Вы так нетерпеливы до занятий экономикой, мой уважаемый? — Яшма взяла указку с учительского стола и невольно постукивала ей по ладони. Будто дрессировщица с плетью в руках. — Счастливые экономисты часов, не приносящих прибыли, не наблюдают! — Авантюрин снял свою фирменную шляпу и раскланялся. — Будете льстить мне ровно через три часа, на своем потоке, — от улыбки Яшмы повеяло строгостью и холодом. — А сейчас попрошу удалиться. Третьекурсник бросил последний взгляд на Мидея и кивнул, словно закрепил с ним какую-то сделку, и молча двинулся к выходу под раздающиеся то тут, то там женские перешептывания. — Можете занять свои места, мои дорогие студенты, — госпожа Яшма вальяжно присела на край преподавательского стола и взяла в руку красное яблоко, лежавшее на тарелке рядом. — Тема нашей сегодняшней лекции: Межгалактические частные предприятия. Мы затрагивали ее в прошлом году. Кто напомнит, на чем мы остановились? — Межгалактические предприятия, мадам, отличаются от частных формой подачи документов, — Фаенон увидел, как Мидей приподнял руку, но опередил его, поднявшись со своего места. Он заметил, как староста слегка сжал карандаш в ладони, победно улыбнулся и продолжил ответ. — Владельцы межгалактических предприятий обязаны регистрировать их в головном офисе Корпорации межзвездного мира на Пирпойнте, в то время как «частники» подают прошения в местные органы самоуправления своих городов, — он пригладил рубашку на животе и довольный, как кот, присел обратно. — Похвально, мой уважаемый, — Яшма элегантно поправила помаду на губах безымянным пальцем. — Я готова поставить Вам первый балл в зачетную ведомость за то, что не забыли материал прошлого года. — Ну ты и «профэссор», — шепнула Кассиопея и спрятала улыбку, натянув на нос воротник белого свитера. — Тс-с! — Фаенон заметил, как Мидей что-то черкнул в блокноте. «Неужели он ведет подсчет личных баллов?» — В этом триместре мы подробнее обсудим частные предприятия… — Извините за опоздание! — в дверях показалась фигура светловолосого юноши, и госпожа лектор нахмурилась от такой неслыханной наглости: не в ее правилах позволять опоздавшим перебивать ее и врываться в аудиторию, ведь те, кто действительно хотят получить знания, приходят вовремя. — Хамство и отвратительное невежество, — Яшма сложила руки на груди и бросила ледяной взгляд на нерадивого студента. — Постойте-ка… — она подошла ближе и задумчиво приложила ладонь к лицу, осматривая его сверху вниз. — Я не припомню, чтобы за все четыре года Вы бывали на лекциях этого потока. — Все верно, — парень вежливо поклонился, — Я студент Белобога. По аудитории прошлась волна удивленных шептаний и бормотаний. Белобог? Здесь? В основном корпусе? На потоковой лекции, а не в театральном кружке? — Хм-м… — Яшма задумчиво прикрыла глаза. — Неужели, Вас привела сюда такая сильная тяга к знаниям? — На нашем факультете не ведут этот курс, и это огромное упущение, ведь знания по экономике — одна из основ нашего мира, — его голос звучал приторно и приятно для преподавателя. Словно кто-то шепнул ему заранее, что именно стоит сказать госпоже лектору. — Не позволите ли Вы мне стать вольным слушателем в этом триместре? — Пожалуй, это первый случай на моей памяти, — Яшма повернулась лицом к аудитории и бросила взгляд в центр, именно туда, где сидел Мидей, сложив руки и, нахмурившись, прикрыл глаза. — Что думаете, коллеги? Может быть, старостам групп есть что сказать? Фаенон и Кассиопея любопытно оглянулись по сторонам: Фу Сюань недовольно отвернулась к окну — она явно против, чтобы кто-то посторонний вмешивался в учебный процесс, еще больше она не хотела бы тратить драгоценное время лекции на ненужные голосования, так что готова принять любое инициативное решение; Сандей скромно положил ладони на тетрадный лист, смиренно ожидания вердикта остальных; Керидра задумчиво покусывала губы и нервно постукивала ноготками по парте, тщательно взвешивая все «за» и «против». И только Мидей встал со своего места. Кассия пихнула друга локтем вбок и кивнула на старосту — с высоты их ряда было отчетливо видно, как крепко одногруппник сжал запястье ладонью, убрав руки за спину. — Обязанность Университета — давать всем желающим знания, — басистый голос Мидеймоса раздался эхом в аудитории. — Закрыт Белобог или нет от остальных факультетов, студенты имеют полное право получать любые знания, — он смотрел в пол и даже не подумал поднять взгляд на Яшму. Кассия и Фаенон заговорщицки переглянулись. Уж они точно чувствовали, что Мидей явно не хотел произносить это вслух. — Вы мудры не по годам, — Яшма улыбнулась и перевела взгляд на опоздавшего. — И как же Вас зовут, мой дорогой гость с Белобога? — Джованни ди Джордио, — блондин снова сделал поклон. — Буду чрезвычайно рад обучаться у Вас экономике частных предприятий в этом триместре. — Джованни… — женщина протянула руку, и кончик указки коснулся подбородка студента, она заставила его поднять голову, как умелая дрессировщица. — А если бы Вы были на аукционе, Джованни, что бы Вы готовы были обменять на самые ценные для Вас знания? — Что угодно аукционеру для равного обмена? — в светлых глазах мелькнул блик. — Если знания столь ценны, почему бы не отдать за них самое дорогое, что есть? По аудитории пробежался легкий волнительный гул. «Так жестко воспитывают Белобог что ли?» «Да что он о себе возомнил?!» «Кто вообще этот чудик?» — Похвально, — Яшма словно услышала именно тот ответ, какой и хотела. — Можете занять любое свободное место. Джованни уверенно прошагал к парте, стоящей перед Мидеем, и друзья не могли не заметить, как он мельком махнул рукой их старосте.                                   

***

Вечером в общежитии было шумно. Только ленивый не готовился к вечеринке в честь начала нового учебного года. Коридоры снова наполнились смешанными запахами женских духов, лаков для волос и мужских одеколонов. Фаенон, зажав нос, добрался до нужной двери и после кодового стука услышал «Открыто». Кассиопея сидела в своей комнате за столом в лениво подвязанном халате и старательно надевала свои сережки и пирсинги напротив зеркальца. — И зачем я так торопился? — парень плюхнулся в кресло, снисходительно наблюдая за ее кропотливым занятием. — Ну, извините, — она приподняла голову, закручивая очередную бусинку на мочке уха. — Это у вас, у парней: напялил первое, что из шкафа выпало, пригладил челку мокрой ладошкой и полетел, у нас так не работает, — девушка устало откинулась на спинке компьютерного стула. — Фуф, с этим готово! — Зачем так прихорашиваться, если там будет темно? — Фаенон выдавил смешок и уткнулся в телефон. — Ты дурак? — она развернулась, скинула халат на пол и двинулась к шкафчику. — Для себя любимой, конечно! Он молча проводил девушку взглядом. Почти обнаженное тело. Белое облегающее нижнее белье. Аккуратные формы и легкий аромат роз. Будь на его месте кто-нибудь другой — реакция на такую картину была бы совершенно непредсказуемой. — Я-то ведь у себя одна! — Кассиопея нагнулась, чтобы достать из коробки внизу туфли на высоком каблуке, которые она носит только по особым поводам. Покрутилась, довольная собой, перед зеркалом и отправила воздушный поцелуй своему отражению. И если бы только на его месте был кто-то другой… Но Фаенон бесцельно листал ленту новостей в телефоне, как и всегда, в такие моменты. Он знал ее уже очень давно, еще до университета. Сколько раз он видел ее такой — его абсолютно ничего не смущало. Но именно сейчас он остановил пустой взгляд на заблокированном черном экране. А почему его это никогда не смущало? Всему виной долгое знакомство? Или что-то другое?.. Кассиопею любили, желали, мечтали о ней — и парни, и девушки. Сколько раз Гелиос стоял под балконом с роскошными букетами цветов, сколько раз он умолял Фаенона поговорить с ней и хотя бы намекнуть, сколько раз и девушки с других факультетов знакомились с ним только ради подруги. Так почему же?.. Пока Кассия примеряет наряды, он все думает о том, почему так получилось: ведь он уже довольно давно один. Раньше от поклонниц буквально отбоя не было, но последние маломальские отношения закончились еще в начале второго курса. И сколько бы их не было, и с кем бы они не случались, каждый раз Фаенон расставался первым. И каждый раз он не мог найти твердую и четкую причину, почему он должен расстаться. Прости, но мы не сошлись характерами, наверное. Извини, но ты просто, может быть, мне не подходишь, ну, или я тебе. Признаю, что это неправильно. Просто я охладел… Почему… — Как думаешь, это пойдет? — Кассиопея покрутилась у зеркала в красном платье. — Да-да, тебе идет. — Блин, нет, хочу другое. Почему он вообще начинал что-то с кем-то когда-то… Ему просто было одиноко, и под руку попадался хоть кто-нибудь — но не в то время и не в том месте? А спустя пару месяцев, узнавая друг друга, оказывалось, что хотелось чего-то другого? Но чего именно? — А как тебе это? — Кассия смотрела на свое отражение в белом платье. — Отлично. — Нет, все-таки надо другой цвет. Может его изначально и вовсе не цепляли те, кто пытались связать с ним свой путь. От одной слишком много внимания, от другой слишком мало. Третья требует невозможного. Четв… — Может так пойти? — девушка скинула платье и снова осталась в одном нижнем белье. — Да, самый лучший вариант. — Ты идиот?! — Кассиопея швырнула в Фаенона первой блузкой, попавшейся под руку. — Ты же даже не смотрел все это время! — Ну тебе же все идет, блин! — он откинул вещь на кровать. Как же сильно ему не хотелось признавать правду: ему действительно безразлично, что происходит вокруг. И ему без разницы, в чем она пойдет на вечеринку. Хоть в кроссовках и джинсах, хоть в мини-юбке и на каблуках. И для него это не имеет значения не потому, что они знакомы десять лет, и Кассия уже давным-давно просто близкий друг, а потому что… — Кстати, — она подошла ближе, присела у кресла и облокотилась на подлокотник. — Я заметила, что ты немного сменил имидж, — девушка провела пальцем от запястья до предплечья, как раз до того места, докуда Фаенон закатал рукава. — Давно ты так начал носить рубашки? — Как «так»? — он наконец поднял взгляд от пустого экрана телефона. — Закатываешь рукава и расстегиваешь пару верхних пуговиц, — Кассиопея вернулась к шкафчику и спряталась за дверцей в поисках новой блузки и черной юбки. — Ну прям как Мидейчик. Фаенон распахнул глаза, и почувствовал, словно невидимая молния пробила все тело насквозь и парализовала. Он услышал то, чего точно не ожидал, или, точнее, не хотел услышать. Что угодно — но только не сравнение его с самым главным соперником. Парень поспешил застегнуть пуговички, но неуловимый осадок остался. И то самое, предательское, волнительное чувство словно встало за спиной, как мстительный призрак. — Решил стать настолько круче нашего старосты, что даже в стиле его обойдешь? — о, как же она хорошо умела сгладить углы, когда надо… Фаенон медленно выдохнул. Он не хотел этого признавать, но чувствовал нутром, что Кассия слишком хорошо его знала.                                   

***

Звук из колонок прошибал все насквозь. В разных частях просторного зала играла разная музыка. Стробоскопы мерцали, софиты слепили, банкетные столы были уставлены дорогим алкоголем и закусками. На сцене лучший диджей, а ведущий все подначивал толпу новыми тостами. — Опоздавшим штрафные! — девушка в костюме кошки встречала гостей с подносом алкогольных шотов. — Три подряд, иначе господин Авантюрин попросит вас удалиться, — она состроила грустную мордочку, и нарисованные усики с наигранной печалью опустились вниз. — Таковы правила! — Отлично! Погнали! — Кассиопея взглянула на растерянного Фаенона, схватила первый шот и выпила его залпом. Схватила второй, и алкоголь снова исчез. — Ваш кавалер хочет остаться снаружи? — кошечка кокетливо погладила накладные ушки, поглядывая на Фаенона. — Он не мой кавалер, пусть остается, где хочет, — одногруппница допила третий шот и победно переступила порог. — Ну что, «отличник»? Тебя ждать? — О, боги… — Фаенон зажмурился, заткнул нос и на одном дыхании влил в себя три стопки подряд. — Фуф. Страшно представить, что будет дальше… В клубном помещении трудно было не найти звезд вечера: разноцветные лампы направлены в центр зала. Перед круглым игорным столом стояли три роскошных бархатных кресла, словно три трона. Сразу было ясно, что они предназначены для лучших студентов. Левый трон пустовал, потому что Фэйсяо, схватив уже вторую бутылку вина, отправилась знакомиться с первокурсниками. Авантюрин объяснял правила карточной игры, а Мидеймос сидел посередине с бокалом гранатового сидра и молча наблюдал за происходящим. — О, нам туда! — Кассия схватила Фаенона за руку и потащила в эпицентр безумия. Парень поморщился. Быть самым трезвым в разгар вечеринки — то еще испытание. Кассиопея открыла шампанское еще в общежитии, чтобы «приехать на тусовку уже на нужной волне», но он решил ее не поддерживать в «выходном настроении». — Дорогие гости моего вечера! — Авантюрин распахнул объятия, принимая в них счастливую девушку с осоловелыми глазами. — Ох, то есть, нашего. Друзья Мидея и мои друзья тоже! — он рассмеялся, тасуя колоду, а староста и Фаенон сохранили молчание, лишь пожали друг другу руки. — Не хотите сыграть со мной в игру? Правила просты: выложишь комбинацию карт младше моей — пьешь. — Мы любим такие конкурсы! — Кассия вальяжно присела на стул и игорного стола. — Я раздам тебе две карты на руки и две положу на стол, — Авантюрин выложил карты рубашкой вверх. — Тебе нужно собрать победную комбинацию. — А что я буду пить? — девушка положила ладонь на стол, прикрыв свою раздачу. — То есть, тебя не интересует, что буду пить я, если проиграю? Ты сразу рассматриваешь только свой проигрыш? — блондин ухмыльнулся. — Я рассматриваю возможность выпить и отдохнуть, — она закинула ногу на ногу и взяла в руки карты. — Впрочем, я тоже не особо хотел проигрывать, — Авантюрин подал жест, чтобы девушка в костюме зайки поставила на стол поднос с коктейлями. — Будешь болеть за меня? — Кассиопея взяла один коктейль себе, а второй протянула Фаенону. — У меня есть выбор?.. — парень постарался улыбнуться настолько искренне, насколько это было возможно. — Конечно, нет! — Итак! — Авантюрин поднял бокал шампанского. — На столе лежат три карты: двойка треф, четверка буби, дама червей. Что у тебя в руках? — Хм-м, — девушка потянула коктейль из трубочки и попыталась разглядеть карты в мерцающем свете ламп. — Двойка черви и валет пики. — Пара двоек! — блондин сделал победный глоток. — Но, увы и ах, у меня дама буби. Моя пара старше! — он щелкнул по бокалу, чтобы «зайка» принесла проигрышный напиток. Перед Кассиопеей поставили на столе разноцветный трехслойный шот, девушка утешительно улыбнулась, вручила трубочку и подожгла напиток. — Ну, что ж… — Кассия покрутила трубочку между пальцев. — Такими темпами три раза я еще могу проиграть! Фаенон неодобрительно глянул на Мидея, на что тот лишь отвернулся, закинул ногу на ногу и сделал глоток сидра из бокала, похожего на королевский кубок. Создавалось впечатление, будто лучшие студенты причастны лично к этой сомнительной игре, но Мидеймос словно изо всех сил не хотел этого признавать. — Давайте же выпьем за моего дорогого друга! — Авантюрин поправил браслет на запястье и поднес бокал к губам. — Я и сам не ожидал, что он мастер в развлечениях. — Благодарю, — Джованни так незаметно появился в темноте, что Фаенон слегка вздрогнул, когда голос раздался у него за спиной. Блондин взял коктейль со стола, подошел к Мидею и что-то шепнул ему на ухо, из-за чего Студенту Года пришлось выпрямиться и повернуться ко всем лицом. — Считайте это первым шагом в сближении Белобога с другими факультетами. — Может, кто-то еще хочет сыграть в нашу с Джованни игру? — блик янтарных софитов пробежался по белоснежной и нахальной улыбке Авантюрина, а до сознания Фаенона начали «добираться» три «штрафных» стопки. — Я хочу бросить вызов Мидею! — парень закатал рукава светлой рубашки и ухмыльнулся, видя, как староста демонстративно отвел взгляд. — Что, наш «Король» испугался маленького шотика? — Идиот… — пробормотал Мидей, так, чтобы никто не слышал из-за музыки, и лениво поднялся с кресла. — Давай сюда свои карты, — прозвучало так грубо, что Авантюрин с ухмылкой любопытно приподнял бровь и перетасовал колоду. — Господа, на столе туз пики, туз буби и король треф, — блондин поправил волосы, сверкнув перстнями и бросил взгляд на «коллегу по званию». — Что можете предложить, Мидеймос? — Король и дама пики, — староста Амфореуса лениво кинул карты на стол и отвернулся, попивая сидр. — Ваш ход, приятель, — третьекурсник наклонил голову к Фаенону. — Прости, дружище, — Фаенон сразу жестом позвал «зайку». — Туз черви и туз треф. — Потрясающе! — Авантюрин лично перехватил у девушки шот и зажигалку. — Четыре туза! Шанс такой комбинации невероятно мал! — Мидеймос! — осоловелые глазки блеснули победой. — Я собираюсь обойти тебя в этом году во всем, чтобы стать лучшим! Староста лишь недовольно повел в бок уголком губ, прежде чем выпить шот. — Тогда на что спорим, «Спортсмен»? — он на секунду приложил ладонь к губам, хоть спиртное обжигало горло, но Мидей все равно ухмыльнулся. — Будешь выполнять все мои желания, когда ректор объявит меня Студентом Года! — Фаенон деловито откинулся на спинку стула, будто уже сидел на троне победителя. — Самоуверенно, — староста взял в руки новую раздачу карт. — Раз проигравший выполняет все желания, тогда распланируй заранее свое время, чтобы чистить мне ботинки.                                   

***

Казалось, что время в эту ночь тянулось бесконечно. Музыка сменялась одна за другой, гул компаний все не стихал, а алкоголь никак не заканчивался. Девушки-«зайки» и девушки-«кошечки» бесконечно кружились с подносами по залу. Из четырех игр с Мидеем Фаенон два раза выиграл и два проиграл. Снова очередная предательская ничья. Кассиопея затерялась где-то в темноте, заводя новые знакомства с разными компаниями. Староста группы так и остался сидеть в бархатном кресле, наблюдая за картежниками у игорного стола. Фаенон по примеру одногруппницы и ее пожеланию «расслабиться и развеяться» тоже решил пообщаться с другими студентами. — Так-так-так, — рыжеволосая девушка раскрутила бутылочку на круглом столе. — Правда или действие… на ком же остановится… Сан Мун! — горлышко указало на брюнета в углу. — Опять я… — полуборисинец поправил галстук, сделал глоток виски с колой и закусил долькой яблока, посыпанного корицей. — Ну, давайте правду выберу. — Правда! — «ведущая» хлопнула в ладоши и глянула, кто сидит напротив. — Ты загадываешь! — Ой, — Фаенон отставил бокал в сторону. — Ну-у… Сколько раз ты можешь отжа… — Ты что?! — блондинка рядом зашипела, схватила его за колено и прижалась ближе, чтобы говорить на ухо. — Спроси, кто ему нравится из нашей общаги! — она похлопала глазками, и парень понял, в чем суть. — С кем бы ты отсюда уехал сегодня? — Фаенон взял со стола свой стакан рома со льдом и сделал небольшой глоток, не закусывая. — Хах, с таксистом, — брюнет отшутится, наслаждаясь тем, как девушка рядом сгорала со стыда. — Ладно-ладно. Я бы и без вашей игры уехал с Лили. Блондинка распахнула глаза и затаила дыхание. Настал момент, которого она ждала полтора года. И пока «ведущая» под аплодисменты раскручивала снова бутылку шампанского, Лили, очарованная своим счастьем, переметнулась на другую половину дивана в объятия к своему борисинцу. — Оп-па! Номинант в Студенты Года! Правда или действие? — горлышко показало на Фаенона. — А давайте действие, — он закинул ещё пару кубиков льда в рокс и подлил светлого рома. — Закройся со мной в випке, — рыжеволосая подвинулась ближе, на освободившееся место, и положила ладонь ему на плечо. — Чего?! — парень едва не подавился напитком. За столом поднялся гул и аплодисменты, будто Фаенон на глазах у всех выиграл джекпот. — Давай, парень! — пятикурсник с Пенаконии не наигранно подбодрил. — Точно не пожалеешь! Блондин нехотя встал и прихватил с собой ром. Он обвел взглядом зал: Кассии нигде не видно, Авантюрин все также у игорного стола, а три бархатных кресла пустовали — значит, Мидей тоже где-то затерялся в толпе или даже уехал домой, ведь по его выражению лица сразу было видно, что он на этой вечеринке только для галочки. — Что ж… Ведите.                                   

***

В комнате горел приглушенный красный свет и играла спокойная музыка. Из-за хорошей звукоизоляции практически не слышно, что происходило снаружи. Фаенон, слегка пошатываясь, прикрыл за собой дверь. Женские руки обвили талию. Она усадила парня на диван и грациозно уселась сверху. Девушка перехватила бокал, сделала глоток и затянула его в горький поцелуй. Фаенон задержал дыхание. В комнате было жарко. Но не от того, что дама змеей извивалась сверху, а потому что не работал кондиционер и маленькое помещение, в котором черт знает сколько человек уже побывало, почти не проветривалась. — Ты безумно красив! — рыжая бестия расстегнула пуговицу на его рубашке. — Да, мама всегда говорила, что я красивый… — Фаенон прикрыл рот ладонью, потому что единственное, что ему действительно хотелось — как следует протошниться после всего выпитого. — Шутник! — она ухмыльнулась и провела языком по его шее, впившись губами. Она двигалась в такт музыке. И влево, и вправо. Расстегивала пуговицы на своей кофточке, крутила бедрами, оставляла укусы на ключицах. Фаенон бесцельно смотрел в потолок, прокручивая вечер в обратном порядке, чтобы сосчитать все опустошенные роксы, стопки и бутылки. Что бы она ни делала, как бы она ни старалась — удовлетворения сегодня ей не видать. По крайней мере не от него. Лампочки мерцали по очереди, складываясь в разные узоры, делая состояние парня все хуже и хуже. — Слушай… у меня кружится голова… — он попытался сдвинуть с себя девицу, чтобы достать из кармана брюк телефон. — У меня тоже кругом голова от тебя, красавчик! — она снова припала к шее, и Фаенон неприятно поморщился. Даже пиявки ведут себя сдержаннее. Ситуацию нужно было решать срочно и радикально — и он знал, кто в этом точно мастер. Он открыл мессенджер и отправил сообщение, как смог: «Крвсная випка! Срлчно спаси менч! 1» Теперь осталось лишь ждать и надеяться, что Кассия ещё не ушла с вечеринки и с радостью примет весь «удар» на себя. А рыжая бестия тем временем продолжала все активнее крутить бедрами, потому что чувствовала под собой, что то, что ей так нужно, все никак не поддается ее уловкам. — Я что, не нравлюсь тебе? — она положила ладонь ему на внутреннюю сторону бедра. — Нет… В смысле, да! В смысле, ну… это… — Розалиночка?! — дверь распахнулась, и Фаенон измученно выдохнул, услышав голос своей спасительницы. — Я искала тебя весь вечер! — Кассиопея бросилась обнимать старую «знакомую», буквально скинув ее с Фаенона, и жестом за спиной показала ему срочно бежать из этой комнаты пыток. — Твой друг похоже слишком устал, — Розалина надменно надула губы, прижимаясь к девушке. — Фаенончик немножко перебрал, — Кассия проводила взглядом последний глоток рома и неловко поморщилась, когда одногруппник едва не потерял равновесие. — Придется его подменить! — она еще раз показала ему жест, который можно было перевести только как «Да убирайся уже отсюда быстрее, идиот!» Он поспешил капитулировать, захлопнул за собой дверь, облегченно продышался и устало потер глаза. Наконец-то кошмар наяву закончился. Это мог бы быть худший вечер в ее студенческой романтической жизни, если бы он остался и протошнился прямо на диван. — Какого хрена? — Мидей стоял напротив, сложив руки на груди. Кошмар начался снова… — О, привет… — Фаенон, теряя равновесие, едва не сполз по стеночке вниз, но был пойман за шиворот рубашки, как неуклюжий щеночек. — А ты это… ты к девочкам?.. — К каким, мать твою, девочкам?! Ты же сам написал мне сообщение! — он рыкнул и внимательно всмотрелся в темноте на своего одногруппника: рубашка неприлично расстегнута до живота, волосы растрепаны, на шее и ключицах яркие следы красной помады от жадных поцелуев. Лицо белело на глазах, пока к Фаенону приходило осознание — кому же он все-таки написал. Еще одно правило, которое староста требует от подопечных: «Отдыхайте, как хотите, но лишь бы на вас не было компромата» — а шея Фаенона на ближайшие две недели наверняка станет поводом для сплетен у младших курсов. — Кому-то на сегодня достаточно.                                   

***

Фаенон с трудом разлепил глаза — в комнате было темно. Еще темно или уже? Прошедшая вечеринка вытянула столько сил, что казалось, будто он проспал не меньше двенадцати часов. Он кое-как приподнялся на локтях, все тело ломило от похмельной слабости и ощущения тошноты. Голова гудела и была такой тяжелой, будто на ее месте чугунная кастрюля. — Че-ерт… — парень потер веки и нашарил под подушкой свой телефон. — Какой сейчас год вообще… Разблокированный экран слепил светом, а на часах отображалось «21:18». Фаенон тяжко вздохнул и рухнул обратно на подушку. На дисплее посыпались десятки уведомлений: несколько отложенных будильников, пропущенные звонки от Кассиопеи, Гелиоса и Мидея, гневные входящие сообщения от той самой Розалины, бурные обсуждения вечеринки в нескольких групповых чатах, отметки на фотографиях и видео… Он открыл чат с Кассией в мессенджере, где непрочитанных было так много за весь день, что вместо цифры отображался восклицательный знак. 4.13: Бедняга, не хватило сил даже попрощаться? 😂 4.13: Напиши, как доберешься до дома 💕 5.11: Треш, мы ещё тусим 🤪 видимо ты уснул) 13.17: Доброе утро, я воскресла 😵‍💫 вот это пати конечно была 🔥 13.31: Дрыхнешь, соня? Мне не с кем посплетничать 😭 15.47: Эй!!! 15.47: Я уже начинаю волноваться 😐 17.19: Фаенон, не смешно. Ты никогда так надолго не отключался после тусовок 17.20: Куда ты вообще уехал после клуба???? Общага закрыта до 6 утра 19.01: Алло, блин!!! 😡 ты живой вообще?! 20.07: Фаенончик, я была на вашем этаже, твоя комната закрыта. Надеюсь, ты не ночуешь в каком-нибудь вытрезвителе 21.03: Если ты не ответишь до полуночи, я пишу заявление, чтобы тебя объявили в межгалактический розыск!!! — Кас, доброе утро… — Фаенон решил записать хриплое голосовое, чтобы подтвердить наверняка, что он точно жив. — Все в порядке, я завтра зайду сам, поболтаем… Он заблокировал телефон и устало повернулся на бок. Желудок ныл — ведь почти сутки в нем не было ничего, кроме алкоголя, воды и желчи. Голова раскалывалась, а по всему телу пробегали мелкие похмельные судороги. Хотелось еще немного поспать, но перед глазами настойчиво всплыло только что прочитанное сообщение, и Фаенон как ужаленный схватился за смартфон, чтобы снова его перечитать: «Куда ты вообще уехал после клуба???? Общага закрыта до 6 утра». — Твою мать! — он зашипел и поспешил включить фонарик, чтобы оглядеться по сторонам. — А где я вообще?! Просторная двуспальная кровать застелена белоснежным постельным бельем — а в общежитии односпальная с синим одеялом. Окна закрыты плотными бордовыми шторами — а в своей комнате были бежевые. Парень осторожно отодвинул одну занавеску и осмотрел вечерний пейзаж за окном. Вид довольно знакомый. Он посветил на тумбочку и обнаружил заранее заботливо подготовленную бутылку минералки и аккуратно сложенную одежду — белая футболка и черные шорты. — Фуф… — Фаенон присел на кровать и начал лениво одеваться. Он был спокоен и рад, что не уехал неизвестно куда, а снова попал к Мидею. Минеральная вода медленно, но верно возвращала ум к ясности, пока он бесцельно смотрел в темноте в одну точку и потирал виски. Фаенон изо всех сил пытался вспомнить, чем закончилась ночь, ведь тот факт, что он оказался не в гостиной, где ночевал в прошлый раз, а в спальне Мидея, вызывал неловкое волнение. — Так, я вышел из випки… У двери оказался Мидей… Он опять читал какие-то нотации… Потом я сел в такси… — Фаенон сделал жадный глоток воды и поморщился от того, как неприятно закрутило пустой желудок. — Потом мы зашли в квартиру и… О боже! — бутылка едва не выпала из рук, но он успел её поймать. В памяти Фаенона четко отпечаталась картина, как Мидей начал снимать с него одежду прямо в коридоре. Он грубо схватил блондина за воротник и с присущей ему страстью взглянул в глаза. Расстегнул пуговицы рубашки и отшвырнул ее на пол, а затем сразу принялся расстегивать ремень брюк. — Мидей, ты… Ты чего делаешь… — Тебе это не понадобится. Раздевайся и иди в душ. Не повиноваться приказу было невозможно, и Фаенон сделал, как было велено. Он открыл холодную воду, надеясь, что это немного отрезвит. Как все странно и быстро случается… Впрочем, первый такой опыт на пьяную голову даже добавит больше раскованности и уверенности. Да и Мидей наверняка знает, что делает — ведь у него достаточно власти, чтобы позволить себе что угодно и кого угодно. — Долго ещё? — в голосе звучит недовольство. Кажется, ему уже не терпится… Фаенон намотал полотенце на пояс и робко прошел в комнату. Мидей болтал ложкой какую-то шипучую таблетку в стакане воды. — Я… Я готов… — Отлично. Выпей и ложись, — он подвинул в сторону парня стакан и уткнулся в смартфон. Неужели даже в такой важный момент он будет настолько холоден? И что это вообще за жидкость в стакане? Она нужна для расслабления или… возбуждения? Впрочем, Мидею лучше знать, как все должно пройти правильно. Фаенон поставил пустой стакан на стол и отправился в спальню. Он уверенно распахнул плотную штору, которая делила комнату на две половины. И в этот же момент почувствовал, как Мидей обвил его руками со спины. Прикосновения казались грубыми, но предельно уверенными, а дыхание тяжелым от томительного ожидания. — Какой же ты идиот! — кажется, ему нравятся грязные разговоры. Нравится доминировать всегда и во всем. Ничего не остается, кроме как подчиниться. — Я сделаю все, как ты скажешь…                      — Это конечная. — Фаенон сделал ещё один глоток минералки и залез под одеяло с головой. «Что теперь-то?! Как ему смотреть в глаза? Может позвонить Кас… Может выбраться из окна и сбежать… Черт! Куда я пойду босиком в домашней одежде… Думай, думай, думай! Нельзя сидеть в его спальне вечно. А может он ничего не помнит? Нет, он же цедил свой бокал полночи! Может, мне это все приснилось… Тогда где, блин, шмотки?!» Под одеялом заканчивался кислород и становилось душно, а в придачу и тошно от собственных мыслей. Фаенон нашел в себе силы встать и приоткрыть окно на проветривание. Он принял твердое решение: пустить все на самотек. Сделать вид, будто ничего и не было, а если Мидей захочет, то обязательно спросит сам.                      — Доброе утро, — Фаенон выдавил улыбку и, шаркая ногами и держась за больной живот, выплыл из спальни. — Почти десять вечера, — Мидей даже не повернул голову в сторону своего гостя. Он смотрел запись футбольного матча на телевизоре: ставил на паузу, перематывал, пересматривал отрывки и делал заметки в тетради. — Вообще-то я чудом выжил. Ты не рад? — парень дополз до кухонного столика и грузно опустился на стул. — Нет, — он снова перемотал отрывок матча и сделал новую заметку, не поднимая глаз на Фаенона. В комнате повисла тяжелая тишина. Блондин отвернулся в сторону и безучастно рассматривал витиеватые рисунки на салфетнице. Он расстроился, но пытался не подавать вид. Одногруппник чувствовал себя виноватым: может быть Мидей планировал провести этот день по-другому, но ему пришлось потратить все свое время на ожидание — когда же проснется человек, опять занявший место в его квартире. Хотелось как-то разрядить обстановку, но в гудящую голову не лезла ни одна мысль. — Суп за тобой, на плите. Поешь хотя бы бульон, — Мидей услышал, как жутко урчит живот у его гостя. Он поставил запись на паузу и перевел взгляд: Фаенон уткнулся лбом в столешницу и крепко зажмурился, казалось, что даже задержал дыхание. — Ладно, я сам налью тарелку. — Мидейчик… — пока староста возился с сервировкой, за спиной послышался жалобный голос. — Ты сильно злишься? — Кто сказал, что я злюсь? — он поставил на стол два блюда и сел ужинать напротив. — Я в ярости, — голос звучал равномерно, монотонно и прохладно. Мидей аккуратно отрезал пару кусочков хлеба, взглянул в красные от давления глаза друга и беспечно вскинул брови, пожав плечами. — Извини… — Фаенон неловко взялся за ложку и поводил по бульону. — Я наверно испортил тебе все планы на день. — Мне без разницы, сколько ты был в отключке. Можешь хоть до завтра оставаться, пока не придешь в себя, — Мидеймос сделал паузу, чтобы прожевать еду и поставил локоть на стол, готовясь загибать пальцы, чтобы перечислить все грехи Фаенона. — Ты помнишь, чем вчера закончился вечер? — Э-эм… Ну-у… Это-о… — парень заметно покраснел. Сердце забилось значительно сильнее от волнения, неловкости и испуга от столь резкого вопроса, а перед глазами возникли недавние образы из отрывочных воспоминаний. — Понятно, — Мидей загнул первый палец. — Не к столу будет сказано, но, во-первых, тебя стошнило в такси. Извинялся перед водителем я, оплачивал ущерб и штраф я, затирал это до химчистки тоже я. Кстати, спасибо, что ты всю вечеринку запивал, а не закусывал. Фаенон закрыл лицо ладонями и крепко зажмурился от стыда. — Во-вторых, ты грохнулся в подъезде, крепко и громко выругался по этому поводу, чем разбудил соседку, — Мидей был спокоен и зачитывал обвинения, как прокурор. — Извинялся перед старушкой с бессонницей тоже я. Блондин опустил виноватый взгляд — действительно на правом колене остался здоровый синячина. — В-третьих, тебя стошнило еще раз, но уже в коридоре. Стирал твои вещи посреди ночи кто? Снова я! Фаенон натянул ворот футболки на нос, чтобы спрятать лицо. «Боже, так вот что это было за воспоминание! Мидей не раздевал… С целью… Ну… Он хотел постирать запачканную одежду. Какой я дурак!» — В-четвертых, ты какого-то хрена поперся в мою комнату. Я тебе говорил о том, что ты спишь там же, где в прошлый раз, но ты упорно шел туда. Я пытался тебя оттащить, но ты нес какой-то несвязный бред: «я хочу здесь», «пусть все произойдет тут»… — Мидей устало вздохнул. — Не знаю, что там у тебя должно было произойти, но на всякий случай поставил тазик. «О боже мой… Так это были не объятия! И не…» — Фуф, ну хорошо, что все так! — Фаенон выдохнул с облегчением и поднял взгляд на друга: на лице было искреннее недоумение. — Ну, то есть, хорошо, что меня и в спальне не вывернуло! — он попытался робко улыбнуться. Мидей выдержал паузу, сурово хмыкнул и продолжил ужинать. — Под себя не сходил, и на том спасибо.                                   

***

Осенний ночной ветерок робко игрался со шторами в гостиной. Мидеймос стоял у окна, рассматривая пейзаж, освещаемый придорожным фонарем, попивал брусничный чай и крепко сжимал правую руку за спиной. Он практически не спал уже больше суток. Прошлая ночь заставила его изрядно поволноваться. Он видел, как Фаенону было тяжело справляться с последствиями вечеринки, но все, что мог сделать — отпаивать друга сорбентами и просто быть рядом. Мидей разжал ладонь и взглянул на нее в темноте, возвращаясь мыслями ко вчерашней ночи — вспоминал, как он около часа сидел на одной кровати рядом с Фаеноном, медленно гладил по волосам и рассматривал как светлые пряди переливаются золотом под приглушенным светом прикроватной лампы. Только так парень смог наконец успокоиться и уснуть, а Мидей до утра просидел в гостиной с книгой, вздрагивая от каждого звука, доносящегося из его комнаты. После ужина хозяин квартиры снова позволил занять спальню, ссылаясь на то, что еще не доделал свои дела. Хотя никаких дел у него и не было.