Хуже, чем быть маскотом.

Башня пала. Нойз помнил этот день хорошо. Да и неудивительно — он был свободен, предоставлен сам себе, даже счастлив. После посиделки в спасённой пиццерии Пеппино маскот задумался о своём будущем. Зритель явно терял интерес к его каналу, и только сражение в башне немного подняло рейтинги. В итоге, спустя несколько месяцев борьбы, мексиканец решил продать свой канал. Это решение далось ему безумно тяжело, но выбора не было. А следующие полгода прошли... ужасно. Деньги с продажи и накопления быстро закончились, и Нойзу пришлось перебиваться низкооплачиваемыми подработками. Одним вечером мужчина сидел на кухне и доедал последние крошки хлеба, думая. Открыв телефон, он решил посмотреть, как идут дела у своих бывших «коллег». После их расставания Нойзетта устроилась в офис, стала следить за собой, заметно повеселела и расцвела. Пиццерия Пеппино держалась так же хорошо, клиентов стало чуть больше, даже появились постояльцы. Об Виджеланто и Фейкпино не было ничего слышно последние полгода. Пеперман также начал работать в офисе. А вот Пиццахэд... О нём было слышно почти из каждого утюга. Хотя первые месяца три ему было очень тяжело, треугольноголовый не растерялся и открыл свою фирму по продаже картона, бумаги и коробок для пицц. Иронично. Фыркнув, Нойз отложил телефон и принялся доедать свою яичницу. — ...Ну и замечательно, пусть хоть в золоте моется. Мне-то что, у меня всё не хуже... Но это обманчивое «не хуже» постепенно превратилось в сущий кошмар. Почтовый ящик был забит письмами о неоплаченных долгах, счетах, в холодильнике мышь висела уже как месяц, денег не хватало на банальную оплату ЖКХ. Как и сил на подработку грузчиком 13 часов в ночную смену. Наконец бывшая телезвезда не выдержала и громко произнесла: — Да хуй бы с ним, пойду к нему в офис... Опять к нему... Ненавижу, хоть бы он сдох... Через пару дней Нойз стоял в костюме перед стеклянным зданием, сжимая в руках портфель. Нервно закурив одну из последних сигарет, он пробормотал себе под нос: — Всё будет нормально. В случае чего просто откажут... Вдох. Выдох. Окурок оказался в мусорке, а маскот прошёл в фойе. Обменявшись парой слов с охранником, он поднялся на лифте на нужный этаж. Спустя пару минут Нойз сел на диванчик перед кабинетом. Тупо испепеляя табличку «Т. Пиццахэд» на двери, он нервно постукивал носком ботинка по полу. Промокнув лоб салфеткой, мексиканец пробормотал сам себе: — Ненавижу костюмы... Фух... Ну тут и жара. Через пару минут молчаливого ожидания дверь открылась. Девушка с ресепшена вежливо пригласила Теодора пройти. Тот быстро встал, поправил причёску, пиджак и крепче сжал в руках папку. Несмотря на солнечное утро, в кабинете было темно. Мужчина тихо прикрыл дверь и нервно кашлянул: — Доброе утро?.. Пиццахэд сидел за своим рабочим столом. Подняв голову, он широко улыбнулся и отложил бумаги в сторону: — Ну приветствую, Нойз. Как прошёл этот год? Какими судьбами? Скрепя сердце, Теодор вежливо ответил: — Ну... средне. Бывало и лучше... Я отправлял вам резюме на должность продавца, вы предложили мне прийти на собеседование. — Точно, точно... Ну, в таком случае, Теодор... — Высокий мужчина кивнул на стул напротив и начал забивать трубку. — Есть ли у вас ещё одна копия резюме? Курите? Нойз улыбнулся и присел на предложенное место: — Конечно, минуту... Мм, да, сигареты. — Тогда курите, не стесняйтесь. Огоньку? — Благодарю. Держите... И рекомендации с прошлого места работы. Тонкая рука взяла документы. Прищурившись и улыбаясь всё шире, пиццеголовый внимательно их изучал. Через пару минут он отложил бумаги и начал раскуривать трубку: — Насколько я вижу, у вас нет опыта в сфере продаж. Почему же вы выбрали нашу фирму и эту должность? — Стабильная зарплата, удобный график и интерес к данной сфере... Кхм. — К сфере?.. Понял... Хмм... Хорошо ли коммуницируете с людьми? Нойз хмыкнул и пожал плечами, немного ослабляя узел галстука: — Довольно неплохо. — А вас интересует карьерный рост? Как относитесь к командной работе? Пиццахэд вдохнул дым и откинулся на спинку кресла. Маскот же, наоборот, сжался под неприятным напором вопросов... Неловко было не от самой темы, а от атмосферы, напряжения и от обоюдной «вежливости». — Да. Тоже хорошо, даже люблю. — Понятно... А что насчёт дресскода? У нас всё довольно строго, деловой стиль: брюки, пиджаки, галстуки, туфли. Вздохнув, Нойз сжал руки в кулаки: — Нейтрально. Ради хорошей и интересной работы можно потерпеть. Видя тихий диалог ещё минут десять, старший наконец проговорил: — Что же. Замечательно. В целом спешу вас поздравить с тем, что вы нам подходите и мы предлагаем вам место... Осталось только пааарочка нюансов. — Пристально посмотрев в глаза младшему, худощавый мужчина проговорил: — Я могу обращаться к вам Теодор? Или Нойз? Остаётся несколько вопросов по бумажной волоките... — Супер, спасибо вам огромное... Как вашей душе угодно?.. — Что ж. Нойз, тогда подойдите в отдел кадров, подпишите договор. Потом... Пиццахэд начал объяснять последовательность действий. А Теодора же отбросило на год назад, когда к нему только и обращались таким «дружелюбным» и одновременно приказным тоном. Молча дослушав инструкции, он кивнул и встал из кресла: — Понял. Ещё раз спасибо вам. Я могу идти? Треугольноголовый так же поднялся и с надменной улыбкой протянул руку мексиканцу: — Конечно. Ещё раз спасибо, Нойз, за то, что вы откликнулись на наше предложение. Тот лишь с небольшим отвращением в глазах пожал тонкую ладонь, спрятанную в перчатке. Быстро отпустив чужую руку, маскот схватил свои вещи и вышел из кабинета, попутно бормоча: — Что вы... До свидания, хорошего вам дня... Как только дверь захлопнулась за гремлином, Пиццахэд вальяжно опустился в кресло и закинул ноги на стол. Расплываясь в довольной улыбке, он начал бубнить мелодию какой-то песни: — Долго же он брыкался...