Жалкая месть

Илья очнулся через двое суток. Первое, что он увидел, — Шейна, спящего в кресле, сжимающего его руку мёртвой хваткой. На Шейне была та же футболка, что и в тот вечер, — въевшаяся кровь уже побурела, но он, казалось, даже не замечал. — Холландер, — прошептал Илья. Горло саднило, голос звучал хрипло. Шейн проснулся мгновенно. — Илья. — Он подался вперёд, но остановился, боясь навредить. — Как ты? Тебе больно? Позвать врача? — Воды… Шейн подал ему стакан с трубочкой. Илья сделал глоток, поморщился. — Я похож на мумию? — Ты похож на идиота, — выдохнул Шейн, и глаза его наполнились слезами. — Ты прыгнул под конёк. Ради меня. Ты мог умереть. — Но не умер, — возразил Илья, и уголки его губ дрогнули в слабой улыбке. — А ты плакал? Хейден будет в восторге. — Хейден уже знает. Он видел. Все видели. Илья закрыл глаза на секунду. — Комо и Драпо? — Под следствием. Их обоих отстранили на время расследования. Драпо, скорее всего, посадят. Конёк — это холодное оружие. Умышленное причинение тяжёлого вреда здоровью. Прокурор говорит, что ему грозит до восьми лет. — Он не в тебя целился… — Какая разница, в кого он целился? — голос Шейна дрогнул. — Ты чуть не умер. На моих глазах. Потому что я отвлёкся. Потому что они нас увидели. Потому что я предложил встретиться перед матчем. — Шейн, — тихо сказал Илья. — Это не твоя вина. Слышишь? Не твоя. — А чья? Комо и Драпо? Они просто озверели от ненависти. Но если бы мы не целовались в том коридоре… — То они придумали бы другой способ нас достать, — перебил Илья. — Рано или поздно. Ты же знаешь. Такие, как они, всегда ищут повод. Шейн молчал. Илья слабо сжал его пальцы. — Я жив, — сказал он. — Я здесь. И я люблю тебя. Всё остальное — неважно. Шейн кивнул, сглатывая слёзы. — Я тоже тебя люблю. Но если ты ещё раз прыгнешь под конёк ради меня, я убью тебя сам. — Договорились. Они смотрели друг на друга, и в глазах обоих стояли слёзы. — Придурок, — сказал Шейн. — Твой придурок, — ответил Илья. Драпо и Комо были арестованы на следующий день после матча. Видеозаписи с нескольких камер зафиксировали момент нападения: Драпо срывает конёк, замахивается, бросает в Шейна. Илья заслоняет собой Шейна. Конёк входит в шею Ильи. Кровь на льду. Снимки с телефона Комо — доказательство того, что у них был мотив: они знали о тайных отношениях Шейна и Ильи и ненавидели их за это. Судебный процесс длился четыре месяца. Илья давал показания, Шейн — тоже. Они не смотрели на бывших одноклубников. Не хотели видеть их лица. — Патрис Драпо — восемь лет лишения свободы за умышленное причинение тяжёлого вреда здоровью с применением холодного оружия, — огласил судья. — Жильбер Комо — четыре года за соучастие и сокрытие улик. Плюс пожизненное отстранение от профессионального хоккея для обоих. Комо ухмыльнулся, уходя под конвоем. — Вы ещё пожалеете, — прошипел он, глядя на Шейна. — Оба. Шейн взял Илью за руку. Илья сжал его пальцы в ответ. — Пошёл на хуй, — сказал Шейн спокойно.