Не богиня, а стихийное бедствие

Сад Селин дышал тишиной. Той самой, живой — где листья шепчутся между собой, вода в пруду лениво вздыхает, а воздух кажется тёплым, как будто его кто-то держит в ладонях. Она лежала на ветке дерева, вытянувшись вдоль неё, будто это была не ветка, а её законное место. Одна нога свисала вниз, почти касаясь поверхности воды, волосы спадали рыжим пламенем, цепляясь за кору. Селин спала. Редкое явление. И, как оказалось… опасное. Сначала был голос. Тихий. Почти невесомый. — Мне нравится, когда ты так на меня смотришь… особенно когда не можешь контролировать ситуацию. Её брови слегка дрогнули. Сон не сразу стал тревожным. Сначала — просто ощущение чужого присутствия. — У тебя красивые глаза. Она нахмурилась во сне. — …нет… — Потому что я прав, да? Селин резко перевернулась на ветке, зацепившись рукой, но не просыпаясь. — …замолчи… — Ты не уходишь. И это было уже слишком. Она дёрнулась так резко, что сама же себя и скинула. — ЧЕЕЕЕЕРТ— Вода в пруду взорвалась брызгами. Через секунду из неё вынырнула Селин, мокрая, злая и с выражением лица человека, которого предал… собственный сон. Она стояла по колено в воде, тяжело дыша. — Он… — она провела рукой по лицу, отбрасывая мокрые волосы назад, — …уже во снах появляется. Пауза. — Это плохой знак. С берега на неё смотрела лиса. Слишком спокойно. Слишком внимательно. — Нужно как-то сбежать от этого, — продолжила Селин, выходя из воды и оставляя за собой мокрые следы. — Может… на Ахтохаллен? Мне одной было довольно неплохо. Она остановилась. Скривилась. — Правда, придётся снова видеться с тётками… но там хотя бы нет Будды! Лиса склонила голову. — Ты хочешь убежать от человека, от которого не нужно бежать? Селин фыркнула, отжимая край своей одежды. — Я хочу спрятаться. Хотя бы на время. — Почему? Она замерла. На секунду. — Потому что я не готова, чтобы меня видели насквозь. Тишина. Ветер мягко прошёлся по саду. — Как мне ему доверять? — тише добавила она. Лиса не сразу ответила. — Боги всё равно найдут тебя, — наконец сказала она. — Ты не умеешь прятаться тихо. Селин посмотрела на неё. Долго. Потом вздохнула. — Да… это звучит обидно, но справедливо. Она прошлась вперёд, проводя пальцами по листьям. — Но мне всё равно интересно. — Что? — Почему он так… зацепился за меня? Лиса чуть прищурилась. — А ты не знаешь? — Нет, — честно ответила Селин. — Он постоянно говорит, что я выгляжу мило, когда пытаюсь контролировать всё вокруг… Почему он так говорит? Пауза. — Потому что это правда. Селин медленно повернула голову. — И ты на его стороне? — Я на стороне фактов. — Предательница. Лиса фыркнула. — Ты лицо своё видела, когда пытаешься быть серьёзной? Селин задумалась. — …это скорее страшно. — Нет, — спокойно сказала лиса. — Ты очень мило морщишь нос. Пауза. Селин уставилась в пустоту. — Всё. — Что «всё»? — Мне нужно срочно что-то сломать. Лиса даже не удивилась. — Логично. Остров встретил её тишиной. Глухой. Тяжёлой. Посреди него возвышался вулкан — огромный, древний, будто сам мир когда-то устал и решил просто… лечь спать. Селин села на его край. Свесила ноги. Посмотрела в небо. — Ну что, — сказала она облакам, — давайте философствовать. Облака, как всегда, были абсолютно бесполезны. — Он говорит, что я не ухожу, — продолжила она. — Хотя я ухожу. Пауза. — Иногда. Ещё пауза. — Ладно, не всегда. Она легла на спину, глядя в небо. — И он прав. И это бесит. Тишина. Ветер чуть усилился. — Почему он вообще прав? — она приподнялась на локтях. — Это нечестно. Облака промолчали. Как обычно. Селин вздохнула. — Всё. Хватит. Она резко встала. Повернулась к вулкану. — Ты хотя бы не будешь умничать. И… с размаху врезала кулаком по его поверхности. На секунду ничего не произошло. Абсолютно ничего. Селин даже успела скривиться. — Ну вот, даже ты— Земля под ногами дрогнула. Тихо. Глубоко. Потом ещё раз. И ещё. Селин замерла. Медленно посмотрела вниз. — …я не рассчитала. Гул пошёл изнутри. Низкий. Слишком живой. — Ладно, — быстро сказала она, отступая на шаг. — Мы можем это обсудить— Вулкан взорвался. Лава рванула вверх, как будто только и ждала повода. — ОТЛИЧНО. Селин отскочила, ветер мгновенно подхватил её, отбрасывая назад, пока раскалённые потоки начали разливаться по острову. Она зависла в воздухе, глядя вниз. Остров медленно превращался в огненное месиво. Пауза. — …я просто хотела немного снять стресс. Лава продолжала течь. Громко. Убедительно. Селин вздохнула. — Ладно. Это уже перебор. Она подняла руку, готовясь остановить всё это… но замерла. Потому что вдруг подумала: «Ты не уходишь.» Она закатила глаза. — Я даже сейчас о нём думаю?! Вулкан снова рыкнул. — ДА ПОДОЖДИ ТЫ! Она резко щёлкнула пальцами, останавливая поток, охлаждая лаву, возвращая остров в более-менее… не катастрофическое состояние. Тишина вернулась. Селин опустилась на землю. Села. И закрыла лицо руками. — Мне нужно… срочно куда-то сбежать. Пауза. Она опустила руки. И тихо добавила: — …но я даже знаю, что это не поможет. Ветер тихо прошёлся по острову. Будто смеялся. Олимп в этот день выглядел подозрительно спокойным. Слишком спокойным. Зевс стоял у края террасы, глядя вниз — туда, где облака лениво скрывали мир людей. В руке у него был кубок, к которому он почти не притрагивался. Он думал. И это уже было плохим знаком. — Она ударила по вулкану, — произнёс он наконец, не оборачиваясь. Позади него, опираясь плечом о колонну, стоял Гермес. Лёгкий. Улыбающийся. Как будто разговор шёл не о потенциальной катастрофе, а о чьём-то неудачном розыгрыше. — Насколько сильно? — поинтересовался он почти с интересом. Зевс медленно повернул голову. — Настолько, что он проснулся. Пауза. Гермес тихо присвистнул. — О… это уже уровень «Селин в хорошем настроении». — Это уровень «Селин без тормозов», — сухо поправил Зевс. Тишина на секунду повисла между ними. — Эту девчонку невозможно контролировать, — продолжил Зевс. — Её можно только… держать под наблюдением. Чтобы она не уничтожила что-нибудь важное. Например, мир. Гермес улыбнулся шире. — Я могу в этом помочь. Зевс прищурился. — Конечно можешь. — Всегда хотел с ней посоревноваться в скорости, — добавил Гермес, чуть наклонив голову, будто уже представляя это. Зевс сделал глоток. — Если ты возьмёшь её под опеку, Гермес… я потеряю советника. — Почему это? — искренне удивился тот. Зевс усмехнулся. Не весело. — Потому что ты будешь делать всё, что она скажет. Пауза. Гермес открыл рот. Закрыл. Подумал. — …ну, возможно. — Не «возможно», — перебил Зевс. — Ты забудешь, кто ты, как только окажешься рядом с ней. У неё талант… сбивать фокус. Гермес тихо усмехнулся. — Это не худшее, что может случиться. — Для тебя — нет. Для меня — да. Пауза. Ветер прошёлся по террасе. — Нужен кто-то, кто знает её, — продолжил Зевс, — и может научить её контролю. Гермес скрестил руки. — Афродита уже сдалась. — Афродита не умеет учить. Она умеет… направлять. — И даже это не сработало. Зевс кивнул. — Потому что Селин не идёт за направлением. Она идёт за интересом. Пауза. Гермес задумался. — Значит нужен тот, кто сможет её… удержать вниманием. — Убедить, — уточнил Зевс. — Или раздражать достаточно долго, чтобы она не разрушала всё остальное, — добавил Гермес с лёгкой усмешкой. Зевс посмотрел на него. Долго. — Ты сейчас реально думаешь, что для этой роли подойдёт… Гермес уже улыбался. — Да. Только он. Пауза. Зевс сделал ещё глоток. — Насколько я знаю, она его терпеть не может. — Именно, — кивнул Гермес. — Это идеальная мотивация. Тишина. Лёгкая. Почти довольная. — Ты тоже хочешь их свести? — приподнял бровь Гермес. Зевс хмыкнул. — Я хочу, чтобы она перестала ломать вулканы. Пауза. — А если для этого нужно свести её с самым неудобным человеком во всех мирах… — он пожал плечами, — я готов пожертвовать её спокойствием. Гермес рассмеялся. — Жестоко. — Эффективно. Тишина. — Он справится? — вдруг спросил Гермес уже чуть серьёзнее. Зевс посмотрел в сторону горизонта. — Он уже справляется. Пауза. — Он влюблён, — добавил Гермес. Зевс покачал головой. — Он не сломался. Короткая пауза. И уже тише: — Он выбрал. Гермес усмехнулся. — Это хуже. Зевс чуть улыбнулся. — Для неё — да. На висящем острове было лениво. Не просто тихо — именно лениво. Как будто само пространство решило отдохнуть. Будда лежал на спине у корней дерева, закинув одну руку за голову, а другой лениво крутил конфету между пальцами. Взгляд его был направлен вниз — туда, где далеко под островом Селин и Геракл играли в мяч. Мяч летал слишком быстро. Иногда — вообще не по законам физики. Иногда — через вспышки ветра и искры огня. Селин смеялась. Геракл — тоже. И это было… заразительно. — Я знаю, о чём ты думаешь. Голос сзади прозвучал спокойно, но с той тяжестью, которую невозможно игнорировать. Будда даже не повернулся. — Я не просил тебя лезть в мои мысли. Зевс остановился позади него, скрестив руки. — Когда ты так на неё смотришь… они становятся очевидны. Пауза. Будда тихо усмехнулся. — Значит, проблема не в моих мыслях. А в том, что ты слишком внимательно смотришь. Зевс прищурился. — Ты даже не собираешься отрицать? — А зачем? — лениво протянул Будда. — Ты же всё равно уже придумал себе ответ. Он перевёл взгляд вниз. Селин в этот момент перехватила мяч в воздухе, развернулась и… запрыгнула на Геракла, смеясь, как будто это было самой логичной вещью в мире. Будда коротко хмыкнул. — У неё ужасная техника игры. — Зато впечатляющая, — сухо заметил Зевс. — С этим не спорю. Пауза. — Я пришёл не обсуждать её навыки, — продолжил Зевс. — Жаль, — лениво ответил Будда. — Это было бы интереснее. Тишина на секунду стала плотнее. — Я хочу, чтобы ты научил её контролировать себя. Будда не ответил сразу. Он приподнялся на локтях, наконец повернув голову к Зевсу. — Ты просишь меня о невозможном. — Ты знаешь её лучше всех. Будда улыбнулся. На этот раз — шире. — Я знаю её лучше, чем она сама себя. Он тихо засмеялся. Зевс не улыбнулся. — Именно поэтому ты справишься. Будда опустился обратно на спину. — Она от меня убегает. Пауза. — Я её достал. — Я поселю тебя в её саду, — спокойно сказал Зевс. — Оттуда она не сбежит. Будда замер. На секунду. Потом медленно приподнялся на локтях. — Старик… ты что-то задумал. Зевс ничего не ответил. И этого было достаточно. Будда усмехнулся. Легко. Почти довольный. — Интересно, — протянул он, снова глядя вниз. — Она сегодня особенно живая. Селин внизу что-то сказала Гераклу и снова рассмеялась, толкнув его плечом. — Она всегда такая, — сухо заметил Зевс. — Нет, — мягко возразил Будда. — Сегодня — особенно. Пауза. Он продолжил, будто размышляя вслух: — Мне нравится, как она пытается всё контролировать… и как у неё это не получается. Как она злится, когда кто-то видит её насквозь… и всё равно не уходит. Он покрутил конфету между пальцами. — И то, как она смотрит… когда не знает, что сказать. Зевс приподнял бровь. — И ты всё равно не сломаешься. Будда тихо хмыкнул. — Старик… я тащусь от этой ходячей катастрофы просто потому, что она на меня косо смотрит. Он повернул голову к Зевсу. — Ты играешь в опасную игру. — Переживёшь. Пауза. Будда прищурился, а потом вдруг усмехнулся шире. — Хотя… Он сел, скрестив ноги, в позу лотоса, продолжая вертеть конфету. — Не буду врать. Идея поселить меня рядом с девушкой, в которую я влюблён… звучит подозрительно как награда. — Это не награда. — Для тебя — нет. Он задумчиво посмотрел на конфету. — Для меня… зависит от того, насколько я смогу себя контролировать. Зевс тяжело выдохнул. — Можно без подробностей. Будда тихо рассмеялся. — Я ещё даже не начал. Пауза. Он снова посмотрел вниз. На Селин. Теперь она пыталась отобрать мяч у Геракла, явно проигрывая в силе, но выигрывая в наглости. — У меня есть предел, — продолжил он уже спокойнее. — Просто… она — единственная, кто может его найти. Зевс молчал. — Причём быстро, — добавил Будда, усмехнувшись. — Делай с ней что хочешь, — бросил Зевс. Пауза. Будда замер. Очень коротко. А потом медленно повернул голову. И улыбнулся. — Старик… ты даже представить себе не можешь, какие фантазии у меня вызывают эти слова. — Могу. — Тогда ты ещё безумнее, чем я думал. Пауза. Будда встал. Потянулся, лениво, но с той скрытой энергией, которая чувствуется даже в спокойствии. — Я согласен. Он усмехнулся. — Готов пожертвовать собой… ради себя. Зевс фыркнул. Будда уже не смотрел на него. Он смотрел вниз. На Селин. На то, как она смеётся, спорит, двигается без правил. — Ну что, малышка… — тихо сказал он, больше себе, чем кому-либо. Улыбка стала чуть шире. — Посмотрим, что ты будешь делать, когда убежать не получится. Сад Селин всегда был местом, где даже тишина звучала как разговор. Лёгкий ветер перебирал листья, пруд лениво отражал небо, а сама Селин лежала на ветке дерева, свесив одну ногу вниз, и с самым серьёзным видом вела философский спор… с лисой. — Я тебе говорю, — она лениво крутила в пальцах травинку, — быть рыжей — это либо благословение, либо преступление. Иногда я не понимаю, почему меня до сих пор не арестовали за чрезмерную привлекательность. Лиса, свернувшаяся у ствола, даже не подняла головы. — За чрезмерную самоуверенность — возможно, — спокойно заметила она. — За рыжие волосы — вряд ли. Селин прищурилась. — Предательница. — Реалистка. — Это почти одно и то же, только звучит скучнее. Она уже собиралась продолжить свою гениальную теорию о том, как её внешность влияет на мировую стабильность, когда вдруг— — Мне нравится, как ты обосновываешь своё существование. Голос сзади был слишком близко. Селин дёрнулась так резко, что едва не свалилась с ветки. — ЧЁРТ— Она удержалась, но повернулась так быстро, что волосы вспыхнули медным огнём. — Египетская сила… — выдохнула она, прищурившись. — Ты серьёзно? Ты уже даже не пытаешься появляться нормально? Будда стоял за её спиной так, будто был здесь всегда. Расслабленный, как будто мир — это удобное кресло, в котором он давно устроился. Он улыбнулся. Медленно. С удовольствием. — А мне кажется, это уже наша традиция. Я появляюсь — ты пугаешься — потом злишься — потом делаешь вид, что тебе всё равно. — Ты забыл этап, где я тебя убиваю, — спокойно ответила Селин, спрыгивая с ветки. — Нет, — он чуть наклонил голову. — Этот этап ты всё время откладываешь. Я начинаю думать, что он тебе нравится в теории. Она фыркнула и отвернулась. — Уходи. — Не могу. — Не хочешь. — И это тоже, — легко согласился он. Селин медленно повернулась обратно, уже подозрительно прищурившись. — Что значит «не могу»? Будда сделал шаг ближе. Совсем немного. Но этого было достаточно, чтобы пространство между ними стало… напряжённым. — Это значит, — протянул он, — что теперь я официально не ухожу. — …что? — Я теперь здесь. С тобой. Постоянно. Пауза. Очень долгая пауза. — Ха… — Селин тихо усмехнулась. — Смешно. А теперь скажи нормально. — Я уже сказал нормально. — Нет, ты сейчас скажешь, что это шутка. — Это не шутка. — Это очень плохая шутка. — Я стараюсь, — он улыбнулся шире. И именно в этот момент— — Это не шутка. Новый голос. Тяжёлый. Спокойный. Селин медленно закрыла глаза. — …нет. Она повернулась. Зевс стоял у входа в сад, как будто всегда там был. — Нет, — повторила Селин, уже быстрее подходя к нему. — Нет-нет-нет. Скажи, что это совпадение. Скажи, что вы просто решили испортить мне день вдвоём. Зевс даже не улыбнулся. — С этого момента за тобой будет наблюдать он. Пауза. Селин медленно повернула голову к Будде. Он уже улыбался. Не просто улыбался — наслаждался. — Поздравляю, — лениво сказал он. — Ты можешь начинать признаваться мне в любви. Чем раньше, тем лучше, я терпеливый, но не настолько, чтобы отказываться от хорошего старта. Селин резко развернулась обратно к Зевсу. — Слушай, старик, давай по-человечески. Я согласна на всё. На всё. Хочешь — отправь меня к Шиве. — Нет. — Почему?! — Олимп простоит миллионы лет, — спокойно ответил Зевс. — Но вы вдвоём разрушите его за ночь. — Геракл! — резко повернулась она в сторону, будто он мог появиться по вызову. — Мы будем вести себя нормально! — Руины меня тоже не устраивают, — сухо добавил Зевс. — Тогда отправь меня обратно на Ахтохаллен! — Ты там и так одичала. — Это было осознанное уединение! — Это было бегство. Селин замерла на секунду. — …предатель, — тихо выдохнула она. — Контроль, — спокойно поправил он. — Ну почему моё наказание выглядит вот так?! — она резко указала на Будду. Будда тут же наклонил голову и широко улыбнулся. — Я бы сказал «подарок», но не хочу портить тебе драму. — Молчи! — Не могу. Я теперь часть твоей жизни. Официально. — Я отказываюсь подписывать этот контракт! — Подписывать не нужно, — вмешался Зевс. — Он уже действует. Селин медленно вдохнула. Выдохнула. Повернулась к Зевсу с максимально спокойным лицом. — Я тебя когда-нибудь уничтожу. — Я подожду, — спокойно ответил он… и исчез. Тишина. Очень опасная. Селин стояла несколько секунд, не двигаясь. Потом медленно повернулась. К нему. — Ты от меня не отстанешь, да? Будда даже не сделал вид, что думает. — Ты этого и не хочешь. Просто ещё не признала. — Мне всё это не нужно. — Ты ещё на стадии отрицания. — Быть с тобой круглосуточно… это… Она замялась. Он внимательно посмотрел на неё. Слишком внимательно. — Понимаю, — мягко сказал он. — Я бы тоже был счастлив. Селин прищурилась. — Ты невозможный. — Я стараюсь соответствовать. Он сделал ещё шаг ближе. Теперь уже откровенно. — Но знаешь, что, Селин… — его голос стал чуть тише, но от этого только опаснее. — Я ведь учитель. Всё-таки. По статусу. Она скрестила руки на груди. — И? — И буду проводить тебе частные уроки. — Например? Он чуть наклонился к ней. Слишком близко. — Кажется, ты говорила, что не умеешь целоваться… Пауза. Его улыбка стала откровенно ехидной. — Я готов помочь. Конечно… — он чуть прищурился, — в научных целях. Селин смотрела на него секунду. Две. Потом спокойно ответила: — Я тебя поцелую только если буду стоять в шаге от смерти. Будда усмехнулся. Тихо. С удовольствием. — Не обещаю, — протянул он. — Но попробую создать идеальные условия. И вот теперь— Селин впервые за весь разговор… не сразу нашлась, что ответить. И это раздражало её сильнее всего.