Не богиня, а стихийное бедствие

Он побежал. Но сам не понимал, куда именно. К ней? К чудовищу?К невозможному? Селин вырывалась. Резко. Зло. По-детски упрямо и по-взрослому отчаянно. — ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ! В её голосе не было страха — только ярость. И в этот момент мир вокруг неё изменился. Холод. Резкий, чужой. Неестественный. Щупальце, удерживающее её, начало покрываться инеем. Сначала — тонкий слой. Потом — плотная корка. И в следующую секунду движение остановилось. Треск. Лёд расползся по живой плоти, как сеть, сковывая то, что не должно было замерзать. Море на миг будто само задержало дыхание. Сиддхартха остановился. Он не понимал. Вообще ничего. Селин была в плену застывшего в льде щупальца, тяжело дыша. Волосы прилипли к лицу, руки дрожали — но взгляд… В нём появилось то, чего раньше не было. Страх. Не за себя. За него. — УХОДИ! — закричала она. — НЕ ПОДХОДИ БЛИЖЕ! — Я тебя не оставлю! — он сделал шаг вперёд. — Я СКАЗАЛА УХОДИ!!! — СЕЛИН!!! — ТЫ ЧЕЛОВЕК! — её голос сорвался, но не сломался. — ТЫ ДОЛЖЕН ЖИТЬ! ТЫ ДОЛЖЕН ИДТИ ДАЛЬШЕ! ВЕДИ ИХ! СЛЫШИШЬ?! — Я без тебя не уйду! — ТЫ ДОЛЖЕН!!! Слёзы смешивались с дождём, но она не отступала от своего решения. — ОН УБЬЁТ ТЕБЯ! НЕ ПОДХОДИ! Щупальца снова пришли в движение. Слишком быстро. Слишком много. Селин резко повернулась к монстру. — ЭЙ! — её голос сорвался в крик. — БЕРИ МЕНЯ! СЛЫШИШЬ?! ТОЛЬКО ОСТАВЬ ИХ В ПОКОЕ! Вода взорвалась. Ударная волна отбросила Сиддхартху назад. Он упал в песок. — НЕТ… СЕЛИН… Он поднялся снова, пошатнувшись, рванул вперёд — и замер. Потому что увидел её лицо. Она смотрела на него сверху. И вдруг… улыбнулась. Очень тихо. Очень живо. Так, как запоминают навсегда. — Мы… хорошо провели время, — сказала она почти спокойно. — Спасибо. И лёд треснул. Щупальца исчезли в океане с таким рёвом, будто сама глубина захлопнулась за ними. Море мгновенно стало просто морем. Слишком тихим. Слишком обычным. Только дождь продолжал идти, как будто ничего не произошло. Сиддхартха стоял на берегу, тяжело дыша. Мокрый. Дрожащий. Смотрящий в пустоту, где ещё секунду назад был кто-то, без кого пространство стало неправильным. За его спиной люди выходили из пещеры, говорили, плакали, звали друг друга. Он их не слышал. Он смотрел только вперёд. И впервые на его пути шаг, который он сделал бы дальше… не имел направления. Тишина после возвращения в реальность всё ещё не отпустила их до конца. Селин стояла неподвижно, будто боялась, что любое движение спугнёт только что собранную картину прошлого. В голове всё ещё стоял шум океана, крик мальчика, холод, который не должен был существовать в живом мире. Она медленно выдохнула. — Я помню… — повторила она тише, будто проверяя, не исчезнет ли это снова. — Это морское чудовище Посейдона. Мифическое существо, от которого не спастись никому. Тётки мне рассказывали как он топил корабли в том океане. Её взгляд стал тяжелее. — Оно… не просто напало. Кракен никогда не нападал просто так, только по приказу Посейдона. Это было наказание. Пауза. — Боги тогда взбунтовались, когда я ушла в мир людей. Селин чуть сжала пальцы. — И меня… отправили в ледники. Ахтохаллен. Она усмехнулась, но без привычной лёгкости. — Туда, где мне, видимо, и было место. Она замолчала на секунду, затем добавила уже тише: — Я не помнила тебя. Но всегда... 2000 лет было чувство, что я что-то потеряла... Что то особо важное. И это было странно, потому что на острове нет ничего важного. Селин подняла взгляд на Будду. — Поэтому я боялась привязываться. Будда не отвёл глаз. Он кивнул спокойно, без давления. — Да. Селин нахмурилась. — Но ты помнил. Пауза. — Ты узнал меня сразу? Он не стал уходить от ответа. — Нет. Ещё одна пауза. — Но я догадывался. Селин прищурилась. — Догадывался? — Я помнил тебя. Он говорил ровно, без пафоса. — Твои глаза. Твою улыбку. Манеру смотреть на мир так, будто он тебе должен объяснения. Селин не перебивала. — Но этого было недостаточно, чтобы быть уверенным. Он чуть наклонил голову. — Поэтому я наблюдал. — Наблюдал? — её голос стал острее. — Да. Спокойно. — Я смотрел, как ты живёшь. Как реагируешь. Как смеёшься. Как злишься. Пауза. — И с каждым разом становилось всё труднее считать это совпадением. Селин медленно вдохнула. — И когда ты понял? Будда посмотрел на неё чуть дольше обычного. — Когда ты начала вести себя так же, как тогда. Селин тихо выдохнула. — Я не изменилась? — Изменилась. Он чуть усмехнулся. — Но не в том, что делает тебя тобой. Пауза повисла между ними. Селин опустила взгляд. — Ты всё это время был рядом. Это не вопрос. Будда кивнул. — Да. Селин резко выдохнула, будто это было сложнее принять, чем всё остальное. — Я… ничего не помнила. Она подняла взгляд. — А ты просто смотрел? Будда не отвёл глаз. — Да. Пауза. — И понимал, что тебе больно. Селин чуть дернулась. — Откуда ты это знаешь? Он ответил спокойно: — Потому что я знаю тебя. Тишина стала плотнее. Селин медленно покачала головой. — Я не понимаю. — Поймёшь. Он сделал шаг ближе, но не вторгался — просто сокращал расстояние, как факт. — Ты не изменилась там, где это важно. Селин сжала губы. — Это звучит так, будто ты давно уже решил, кто я. Будда чуть улыбнулся. — Я не решал. Пауза. — Я просто наблюдал достаточно долго, чтобы перестать сомневаться. Селин тихо выдохнула. — И ты не ушёл. Он посмотрел на неё спокойно. — Я никогда не уходил. Пауза. Селин моргнула. — Даже когда я… исчезла? Будда чуть опустил взгляд. — Особенно тогда. Тишина стала глубже. Селин вдруг резко отвела взгляд, будто не выдержала веса сказанного. — Получается… — её голос стал тише, — я была той, кто всё забыл. Будда кивнул. — Да. Она сжала пальцы. — А ты всё помнил. — Всегда. Пауза. Селин тихо выдохнула. — Значит… я была той, кто ушла. Будда не стал спорить. — Ты была той, кого забрали насильно. Селин подняла на него взгляд. — И ты не ненавидишь меня за это? Он чуть усмехнулся — коротко, без шутки. — Нет. Пауза. — Потому что ты не выбирала это. Селин замолчала. Это было первое, что не пыталось её обвинить. Она медленно выдохнула. — Тогда почему ты остался? Будда посмотрел на неё спокойно. И ответил просто: — Потому что ты была первой, кто не прошёл мимо меня. Селин замерла. — Даже тогда. Пауза. Будда чуть наклонил голову. — Даже тогда. Тишина повисла снова. Но теперь она была другой — не пустой, а заполненной чем-то, что не требовало объяснений сразу. Селин медленно подняла взгляд. — Я… не помню тебя. Будда чуть улыбнулся. — Помнишь. Она нахмурилась. — Нет. — Помнишь не как слова. Пауза. — А так, как чувство. Селин молчала. И впервые не спорила. Она просто стояла, глядя на него так, будто пытается сопоставить два мира в одной точке. Будда сделал шаг ближе. Осторожно. Не давя. — Теперь ты знаешь, почему это чувство у тебя было. Селин тихо выдохнула. — И что теперь? Пауза. Будда посмотрел на неё спокойно. — Теперь ты больше не потеряешь это снова. Селин не ответила сразу. Потом очень тихо: — Ты уверен? Он чуть усмехнулся. — Я прошел с тобой в памяти всю жизнь. А потом нашел тебя здесь. И теперь у меня тебя не отнимут. И тогда он наклонился и поцеловал её. Спокойно. Без попытки доказать что-то. Как продолжение того, что уже давно началось.