Не богиня, а стихийное бедствие

Олимп захлёбывался слухами. Нет, не так. Олимп ими питался. Боги спорили громче обычного, нимфы шептались по углам, служители начинали замолкать при чужом приближении только для того, чтобы через секунду продолжить обсуждение ещё активнее. И центром этого хаоса неожиданно стали Селин и Будда. Сначала всё начиналось как обычные сплетни. Кто-то увидел их вместе слишком поздно вечером. Кто-то заметил, как Будда слишком спокойно касается её руки, будто делает это уже давно. Кто-то услышал, как Селин смеётся рядом с ним совсем не так, как с остальными. А потом Олимп сделал то, что умел лучше всего. Додумал остальное самостоятельно. — Я тебе говорю, они уже практически женаты. — Будда? Женится? Скорее мир рухнет. — Мир уже почти рухнул, ты видел, как он на неё смотрит? — Нет, серьёзно, мне нужны деньги. Я ставлю на свадьбу через полгода. — Полгода? Да ты оптимист. — Меня больше интересует другое… как этот ленивый просветлённый паразит вообще умудрился заполучить самую красивую богиню мироздания? — Потому что у него лицо человека, которому всё можно. — Нет, потому что Селин любит проблемы. — Селин САМА проблема. — Именно. И хуже всего было то, что слухи разрастались с пугающей скоростью. К вечеру кто-то уже рассказывал, будто Будда и Селин вместе исчезли на три дня. К ночи появилась версия, что они тайно живут вместе. А на следующее утро Арес чуть не подрался с каким-то богом из-за фразы: — “Да ладно, все знают, что Будда уже мысленно выбрал имена детям.” Сам Будда, узнав об этом, смеялся минут десять. Селин — пятнадцать. Потому что Будда, абсолютно невозмутимо жующий яблоко, заявил: — Вообще-то у меня хороший вкус в именах. — Нет. — Да. — Ты назовёшь ребёнка “Маленькая Катастрофа”. — Неправда. Это имя для второго. Она тогда чуть не подавилась вином. Но был один бог, которому эти слухи смешными не показались. Локи услышал всё совершенно случайно. Хотя… если речь шла о слухах в Олимпе, случайностей обычно не существовало. Он вернулся после долгого отсутствия — раздражённый, уставший и уже заранее ненавидящий необходимость снова видеть половину местных лиц. Последнее, чего ему хотелось, — слушать чужую болтовню. Но стоило ему войти в один из верхних залов, как он услышал знакомое имя. Селин. А затем второе. Будда. И настроение мгновенно испортилось окончательно. Локи замер у колонны, медленно повернув голову в сторону группы богов, которые обсуждали что-то с тем энтузиазмом, с каким смертные обсуждают конец света. — Да я вам говорю, это уже серьёзно. — Ты видел, как Будда на неё смотрит? — Я видел, как он чуть не убил одного идиота взглядом за то, что тот слишком долго смотрел на Селин так, будто раздевает глазами. — Самое страшное, что эти двое всегда были на своей волне, чем всегда были опасны. А теперь они вместе и кто знает, что будет дальше. — Да ладно тебе, Будда хотя бы не Шива. Если бы с Селин сошёлся он, вот тогда действительно начался армагеддон. — Ну всё. Значит точно любовь. Локи тихо усмехнулся. Но улыбка вышла какой-то неправильной. Слишком холодной. Потому что внутри неприятно шевельнулось что-то старое. Очень старое. Когда-то он действительно пытался приблизиться к ней. Не из скуки. Не ради игры. Это и было самой раздражающей частью. Селин цепляла его так, как цепляют самые опасные вещи в мире — сначала смешно, легко, почти незаметно… а потом ты внезапно понимаешь, что слишком внимательно ищешь её взгляд в толпе. Она была невозможной. Слишком шумной. Слишком живой. Слишком непредсказуемой. С ней никогда нельзя было быть уверенным, смеётся она над тобой или сейчас подожжёт дворец ради развлечения. И, наверное, именно поэтому Локи в своё время влюбился абсолютно безнадёжно. Хотя сам предпочитал называть это “временным психическим расстройством”. Селин же… всегда держала дистанцию. Не жестоко. Не холодно. Она смеялась с ним. Спорила. Устраивала вместе с ним хаос. Иногда они исчезали на несколько дней и возвращались так, будто за это время случайно устроили маленький конец света. Но стоило Локи подойти слишком близко — она моментально превращала всё в шутку. Всегда. — Ты мне нравишься. — Это потому что у тебя плохой вкус. — Я серьёзно. — А я пытаюсь спасти тебе психику. Он тогда смеялся. Она тоже. Но оба понимали: Селин никогда не подпускала его туда, куда он хотел попасть. И теперь… Теперь он слышал, как весь Олимп обсуждает её отношения с человеком, которого Локи ненавидел почти профессионально. С Буддой. С этим раздражающе спокойным, самодовольным, ленивым просветлённым идиотом. Локи прикрыл глаза и медленно выдохнул. — Да вы издеваетесь… — О, — один из богов заметил его. — Локи, ты уже слышал? — К сожалению. — Ну? Что думаешь? Он улыбнулся. Слишком спокойно. Это всегда было плохим знаком. — Думаю, у Олимпа коллективное помутнение рассудка. — То есть не веришь? — Будда и серьёзные отношения? — Локи фыркнул. — Это как Шива на терапии. Нереалистично. Несколько богов засмеялись. Но внутри у него уже медленно закипало раздражение. Нет. Он не верил. Не хотел верить. Потому что мысль о Селин рядом с Буддой вызывала отвратительное ощущение под рёбрами. Будто кто-то специально выбрал самую раздражающую комбинацию из возможных. И именно поэтому Локи решил проверить всё лично. И опровергнуть. Для себя. Хотя бы для себя. Селин в этот момент вообще не подозревала, что где-то в Олимпе один бог хаоса переживает эмоциональный кризис. Она сидела на перилах широкой мраморной террасы, болтая ногой в воздухе и пытаясь отобрать у Будды пакет со сладостями. Безуспешно. — Ты жадина. — Я предусмотрительный. — Это мои конфеты. — Уже нет. — Просветлённый паразит, отдай. Будда лениво поднял руку выше. Селин тут же потянулась за пакетом, почти повиснув на нём. — Ты буквально пользуешься тем, что выше меня. — Это называется “божественное преимущество”. — Это называется “я сейчас тебя укушу”. — Ты говоришь так, будто меня это остановит. Она прищурилась. — Ты ужасно раздражающий. — А ты ужасно милая, когда злишься. — Не флиртуй со мной в момент преступления. — Рыжее бедствие, ты сама сейчас висишь на мне из-за конфет. — Потому что ты вор. — Потому что ты маленький хаос с сахарной зависимостью. Селин наконец извернулась, выхватила пакет и победно подняла его вверх: — ХА! ПОБЕДА. Будда посмотрел на неё так спокойно, будто заранее позволил выиграть. Что, скорее всего, было правдой. И это бесило ещё сильнее. — Ненавижу твоё лицо. — Нет. — Ненавижу. — Ты сейчас улыбаешься. — Это нервное. — Это влюблённое. Она чуть не подавилась конфетой. — Будда! Он рассмеялся тихо и лениво, явно наслаждаясь произведённым эффектом. И именно в этот момент Селин вдруг почувствовала чужое присутствие. Знакомое. Слишком знакомое. Она медленно повернула голову. И увидела Локи. Он стоял у входа на террасу, прислонившись плечом к колонне. Расслабленный. Красивый. Опасный. И смотрел прямо на них. Селин моргнула. Потом неожиданно улыбнулась. Искренне. — Ого… ты живой. Локи усмехнулся: — Разочарована? — Немного. Я уже начала делить твою коллекцию дорогих плащей. — Жестокая женщина. — Ты буквально бог обмана. — А ты буквально грабительница. — Это наследственное. Будда молча наблюдал за ними. Спокойно. Но слишком внимательно. Локи медленно перевёл взгляд на него. И улыбка сразу стала тоньше. Опаснее. — А слухи, значит… не врали. Селин тихо простонала: — О нет. Только не начинай. Мне уже хватило идиотов сегодня. — Я даже ничего не сказал. — У тебя лицо человека, который сейчас будет проблемой. — А у тебя лицо человека, который уже проблема. — Видишь? Вот поэтому я тебя иногда и избегала. Локи приподнял бровь: — Иногда? — Хорошо. Часто. Будда тихо усмехнулся рядом. Локи посмотрел на него. — Ты чего смеёшься? — Просто пытаюсь представить, насколько хаотичным надо быть, чтобы даже Селин считала тебя слишком проблемным. Потому что иногда Шиву лично она обожает, а он чистое воплощение хаоса. Селин сразу ткнула пальцем в Будду: — Не делай вид, будто ты нормальный. — Я никогда такого не утверждал. — Вот это, кстати, честно, — признал Локи. На секунду между ними снова появилась старая динамика. Лёгкая. Колючая. Почти привычная. Но потом взгляд Локи снова задержался на руке Будды, лежащей рядом с коленом Селин. Слишком близко. Слишком естественно. И что-то внутри неприятно кольнуло. — Так это правда? — тихо спросил он. Селин чуть склонила голову: — Какая именно часть? Про свадьбу или про то, что Будда украл мои конфеты? — Про вас. Повисла короткая пауза. Селин уже собиралась отшутиться. По привычке. Как всегда. Но Будда вдруг спокойно протянул руку, переплёл свои пальцы с её — совершенно естественно, будто делал это сотни раз — и лениво ответил вместо неё: — Да. Про нас тоже правда. И почему-то именно эта спокойная уверенность ударила по Локи сильнее всего.