Не богиня, а стихийное бедствие

Дом Будды. Поздний день. Воздух уже пахнет надвигающейся катастрофой. Селин сидела на краю стола и болтала ногами, наблюдая, как солнечные блики ползают по полу. Будда развалился на диване с видом человека, который официально отказался участвовать во всех проблемах мира. Поэтому, разумеется, проблемы пришли к нему сами. Дверь распахнулась с таким звуком, будто дом только что проиграл битву. В проёме возник Шива. Несколько секунд он стоял неподвижно. Смотрел на Селин. На Будду. Снова на Селин. После чего трагически выдохнул так, словно лично присутствовал на похоронах собственного счастья. — Этого не может быть! Он шагнул вперёд. Потом ещё. И прежде чем Селин успела что-либо заподозрить, сграбастал её в объятия. С душой. С пафосом. С явным намерением задушить поддержкой. — Бусинка... — голос его дрогнул от совершенно фальшивого трагизма. — Я пришёл поддержать тебя в этот тяжёлый период жизни... Соболезную... Селин несколько секунд честно пыталась понять происходящее. Потом подняла голову. — ...я замуж выхожу, а не в ссылку. Шива посмотрел на неё взглядом человека, которого никто не понимает. — Это одно и то же. Просто в ссылке я был бы вместо него, и ты была бы счастлива. На диване что-то лениво пошевелилось. Будда даже не поднялся. Только открыл один глаз. — Я могу сейчас встать и доказать обратное. Наглядно. Очень подробно. Шива моментально ткнул в его сторону пальцем, продолжая держать Селин в объятиях. — Видишь?! Уже угрожает! — Это не угроза. — Тогда что это? Будда лениво потянулся. — Предложение эксперимента. — Я уже страдаю! Мне не нужны визуальные подтверждения! Селин наконец смогла отпихнуть его на безопасное расстояние. — Шива, Парвати и Сати меня ненавидят. Ты бы не выжил. Он отмахнулся так, словно речь шла о погоде. — Я утопил бы их раньше. — Они твои жёны. — А ты моя Селин! Моя рыжая авария! Мой взрыв! Моя пиромания с глазами! Будда тихо фыркнул. Не от смеха. От узнавания. Потому что Шива всегда звучал именно так, когда был искренен. — Твоё ребро.- напомнил он. Шива резко повернулся к нему. И вдруг просиял. — Именно! Это же навечно. Это судьба. Это любовь. Селин не выдержала. Улыбка сама появилась на лице. Иногда она забывала, насколько невероятно привязывается к людям этот шумный бог. — Шива, у нас с тобой очень... особенная любовь. -сказала Селин, держа Шиву за руку.-И она никуда не денется. На долю секунды весь его спектакль дал трещину. Показался настоящий Шива. Тот, который действительно переживал. — Обещаешь? Она посмотрела ему прямо в глаза. — Когда я тебе врала? Шива подозрительно сощурился. — ...сейчас было слишком убедительно. Смех Селин ещё не успел затихнуть, когда дверь снова открылась. На этот раз нормально. Без разрушений. Без взрыва. Без попытки снести половину дома. И поэтому все сразу насторожились. В комнату вошёл Геракл. Он остановился на пороге и несколько секунд молча изучал открывшуюся картину. Шива выглядел так, словно переживал развод. Будда выглядел так, словно переживал чужой развод. Селин выглядела подозрительно счастливой. Геракл тяжело вздохнул. — Он уже закончил страдать? Шива развернулся так резко, будто его ударили. — ТЫ ПРЕДАЛ МЕНЯ! Геракл даже не моргнул. Слишком давно был знаком с Шивой. — Я для этого им вылазку в человеческую жизнь и устроил. — ЗАЧЕМ?! Шива всплеснул руками. — Нам с Селин было так хорошо вдвоём! Селин тут же подняла руку. — Возражаю. — Возражение отклоняется! — Я даже не договорила. — Тем более. Геракл устало потёр переносицу. — Это всё равно бы случилось. Шива посмотрел на потолок. Потом на стены. Потом на мироздание в целом. — Я не одобряю реальность. Селин чуть не свалилась со стола от смеха. Геракл же неожиданно выпрямился. Именно так он выглядел перед очередным подвигом. Опасный симптом. Очень опасный. — Теперь мы организуем свадьбу. Улыбка Селин медленно начала угасать. Будда открыл второй глаз. — «Мы»? Геракл уже шагал по комнате, размахивая руками и строя планы быстрее собственного сознания. — Конечно. Шива поднял руку быстрее молнии. — Я против свадьбы. — Ты будешь участвовать. — Я согласен учавствовать только в качестве жениха. — Ты будешь отвечать за концепцию. И вот тут произошло самое страшное. Шива замолчал. Селин мгновенно насторожилась.Когда Шива переставал говорить, это никогда не означало ничего хорошего. Он медленно повернулся к Гераклу. — ...какую концепцию? — Свадьба должна быть в стиле Селин. Тишина. Будда сразу прикрыл глаза. Он уже понял. Геракл ещё нет. Селин поняла через секунду. И тоже испугалась. А потом на лице Шивы начала появляться улыбка. Медленно. Вдохновлённо. Опасно. Так обычно улыбаются люди перед великими открытиями или большими пожарами. Он повернулся к Селин. Посмотрел на неё с глубоким сочувствием. Абсолютно фальшивым. — Конечно... В стиле Селин. Потому что она здесь главная пострадавшая. Селин мгновенно спрыгнула со стола. — Я тебя сейчас ударю. Шива широко развёл руки. — Я приму это как часть терапии. С дивана донёсся смешок.Ленивый. Тихий. Очень знакомый. — Поддерживаю. Селин резко обернулась. — Ты сейчас на его стороне? Будда пожал плечами. Но в глазах уже плясали искры веселья. Ему происходящее нравилось намного больше, чем он собирался признавать. — Частично.- улыбнулся Будда. — Предатель номер два.-Селин прищурилась и сложила руки на груди. — Тут ты не права. Я поддерживаю тебя чаще. — Когда? — Внутренне. — Это не считается. — Для меня считается. Геракл кашлянул, пытаясь вернуть разговор в конструктивное русло. Безуспешно. Будда лениво указал на Шиву. — Идея хорошая. — Какая именно?-спросил Геракл. Будда несколько секунд смотрел на Селин. Тепло. Спокойно. Без привычной насмешки. — Шива единственный во всём мире, кто знает Селин больше чем я. Комната притихла. Даже Шива. Он моргнул. Потом ткнул пальцем себе в грудь. — ...ты прав. Будда кивнул. — Да. Селин неожиданно почувствовала, как внутри стало тепло. Потому что это прозвучало не как шутка. А как признание. Редкое. Настоящее. Будда перевёл взгляд на остальных. — Главное чтоб олимпийцы не решили тоже вмешаться. Шива медленно повернул голову. — А люди... переживут? — У них больше опыта с хаосом. Будда усмехнулся. — Они называют это «праздник» и сами на это подписываются. Геракл вспыхнул энтузиазмом ещё сильнее. Хотя казалось, что это невозможно. — Это идеально! Живая атмосфера, искренние эмоции, музыка— — Я уже вижу, как это горит.-Шива мечтательно уставился вдаль. — НИЧЕГО НЕ БУДЕТ ГОРЕТЬ!-отрезал Геракл. — Тогда зачем я здесь? Селин хлопнула в ладоши раньше, чем спор успел разрастись.Глаза её загорелись.Мысль наконец догнала хаос. — Я хочу платье. В индийском стиле. Шива повернулся к ней мгновенно. — Я хочу огонь. — Ты не получишь огонь.-сказал Геракл. — Это дискриминация творческой личности.-с обиженным видом повернулся к нему Шива. — Ты буквально бог разрушения. — Вот именно. Подавляют талант. И пока Геракл уже строил планы свадьбы.Пока Шива мысленно что-то поджигал.Пока Будда наблюдал за всем этим с видом человека, который добровольно решил жениться на стихийном бедствии... Селин вдруг поняла одну простую вещь. Свадьба ещё даже не началась. А хаос уже пришёл. И уже этому она была счастлива. Дом давно перестал быть просто местом, где можно жить. Он мутировал во что-то гораздо более опасное — в оперативный центр подготовки события, которое по ощущениям уже балансировало где-то между праздником, катастрофой и экспериментом над здравым смыслом. Геракл стоял посреди комнаты так, будто всё ещё верил, что если правильно расставить людей и слова, реальность начнёт вести себя прилично. В этой вере было что-то трогательное и безнадёжное одновременно — как у человека, который пытается остановить ураган табличкой «пожалуйста, не ломай мебель». Селин устроилась на спинке дивана с такой лёгкостью, будто гравитация лично с ней договорилась о скидке. Ноги болтаются в воздухе, руки расслаблены, взгляд живой и цепкий — как у человека, который уже три раза мысленно придумал план побега, три раза его отменил и теперь просто наслаждается процессом хаоса. Рядом, чуть глубже в диване, развалился Будда. Вид у него был такой спокойный и довольный, что это почти раздражало само пространство. Он выглядел как человек, который либо знает, чем всё закончится, либо сам уже написал финал и теперь скучает. И где-то между ними, как центр тяжести всей этой странной вселенной, медленно двигался Шива. Он не просто ходил.Он измерял комнату шагами, как будто проверял, насколько реальность выдержит давление его мыслей. Три шага — пауза.Поворот. Ещё два шага — остановка. Снова движение. В нём явно происходило что-то масштабное. Настолько масштабное, что остальные почти физически чувствовали, как воздух становится плотнее. — Он сейчас либо гениальное решение найдёт… либо новую форму апокалипсиса, — тихо сказала Селин, не отрываясь от баланса на спинке дивана. — Иногда это одно и то же, — лениво отозвался Будда, не открывая глаз. Геракл бросил на него взгляд, полный упрёка и усталой надежды. — Пожалуйста, не подсказывай ему идеи. — Я? — Будда приподнял бровь. — Я вообще в отпуске. — В каком отпуске?! — Селин фыркнула. — Ты сам здесь как… как кот, который пришёл смотреть, как люди падают. — Очень точное описание моей духовной практики, — довольно сказал он. Шива внезапно остановился. Тишина упала на комнату резко, как занавес. Потом он медленно поднял голову. И улыбнулся. Геракл напрягся сразу. Селин села ровнее. Будда приоткрыл один глаз. — Мне не нравится эта улыбка, — честно сказала Селин. — Мне тоже, — тут же поддержал Геракл. — А мне нравится, — лениво протянул Будда. Шива резко указал на него пальцем. — Конечно тебе нравится. Ты пока не понял, что происходит. — Это звучит как начало плохого сюжета, — спокойно заметил Будда. — Это и есть плохой сюжет, — пробормотала Селин. Шива проигнорировал их всех и начал ходить быстрее. Теперь это уже не прогулка — это чертёж будущего прямо ногами. — Итак, — сказал он громко. — Вопрос фундаментальный. Геракл сразу выпрямился, как студент на экзамене. — Наконец-то! Какой? Шива остановился. Слишком драматично. Слишком уверенно. — Почему она вообще выходит за него замуж? Тишина. Настолько плотная, что даже пыль в воздухе, кажется, замерла. Будда моргнул. Селин моргнула. Геракл моргнул. — Шива… — начал Геракл осторожно. — Нет-нет-нет, — Шива уже оживился. — Это же ключевая мотивация! Мы должны понимать драматургическую основу события! Он указал на Селин. — Вот она. Потом на Будду. — Вот он. И развёл руками, будто пытался удержать вселенную от распада. — Объясните мне логику! Селин первой не выдержала. — Потому что я его люблю? — сказала она и тут же засмеялась. Шива посмотрел на неё так, будто она предложила решить уравнение словами «ну оно само как-то». — Это слишком просто. — Это называется “правда”, — отрезала она, всё ещё смеясь. — Правда не продаётся, — серьёзно сказал Шива. — А я и не продаюсь, — Селин пожала плечами. Будда лениво подпер щёку рукой. — Мне нравится этот разговор. Он куда-то ведёт… но никто не знает куда. — МОЛЧИ, — одновременно сказали Шива и Геракл. — Нет, — спокойно ответил Будда. Селин уже почти сползла со спинки дивана от смеха. — Ты вообще слышишь себя? — Геракл посмотрел на Шиву с отчаянием. — Ты сейчас анализируешь свадьбу как стратегическую операцию! — А она разве не стратегическая? — Шива резко повернулся к нему. — НЕТ! — Тогда почему я чувствую, что это всё закончится взрывом? — Это твоя травма, Шива!-спокойно ответил Геракл. — Это интуиция! Селин закрыла лицо руками, но смех всё равно прорывался сквозь пальцы. Шива снова начал ходить — быстрее, резче. И вдруг резко остановился прямо перед Буддой. Слишком близко. Слишком пристально. — Скажи честно, — прищурился он. — Нет, — мгновенно ответил Будда. — Я ещё не задал вопрос! — Всё равно нет. — Ты невыносимый. — Я в курсе. Селин хихикнула в сторону. Геракл устало провёл рукой по лицу. — Я вообще зачем сюда пришёл… Шива проигнорировал их всех и ткнул пальцем в Будду. — Ты понимаешь, насколько тебе повезло? Будда пожал плечами. — Да. — Это раздражает. — Спасибо. — Это не комплимент! — Я всё равно оставлю. Селин уже откровенно смеялась. Шива резко повернулся к ней. — Не смей смеяться! — Почему? — Потому что я пытаюсь мыслить масштабно! — У тебя это получается слишком… весело. — Я многогранный, — обиженно заявил Шива и снова начал ходить. Геракл тихо прошептал: — Это не многогранность. Это перегрев системы. Шива резко повернулся к Селин. — Ладно. Свадьба. Твоя очередь. — Моя очередь чего? — Желаний. Селин задумалась. Две секунды абсолютной серьёзности. Это уже тревожный знак. — Красиво, — сказала она наконец. — Конкретнее. — Весело.-добавила она. — Это уже опасно.-сказал Шива, указав на неё пальцем. — И… чтобы всем было что вспомнить. Шива замер. — Всем? — Да. — Даже ему? — он кивнул на Будду. Будда лениво помахал рукой. — Очень трогательно, между прочим. Селин закатила глаза. — Особенно ему. Шива тяжело выдохнул так, будто проиграл спор с самой логикой существования. — Вот поэтому ты её любишь. Она идеальная. Будда посмотрел на него спокойно. — Нет. Пауза. — Но это тоже причина. Тишина. Шива резко повернулся к Гераклу. — Ты это слышал?! — Я… да. — Он признал! — Что именно? — Я не знаю, но звучит опасно значимо! Селин снова закрыла лицо ладонями. И в этот момент Шива хлопнул в ладоши. Громко. Резко. Так, что даже воздух дрогнул. — Я ПРИДУМАЛ. Геракл побледнел. — Это звучит как угроза. — Это вдохновение! — Шива уже сиял. — Мне страшно, — честно сказала Селин. — Мне тоже, — добавил Геракл. — А мне интересно, — лениво протянул Будда. — Тебе всегда интересно, вот в этом и проблема, — выдохнул Геракл. Шива широко раскинул руки: — Свадьба ведь будет в мире людей! Будда кивнул. — Хорошая идея. — Это была твоя идея! — Шива ткнул в него. — Всё ещё хорошая. — Игнорируешь контекст, — проворчал Геракл. Шива продолжил, всё быстрее разгоняясь: — Музыка будет. — Да. — Праздник будет. — Да. — Счастье будет. — Да. — И резервный план на случай катастрофы. Геракл медленно закрыл глаза. — Никаких катастроф. — Тогда зачем резервный план? — искренне удивился Шива. — Потому что катастрофы не будет! — Именно поэтому он нужен! Селин уже не смеялась — она почти падала обратно на диван от бессилия и веселья одновременно. Шива заметил это. И вдруг замолчал. Секунда. Две. Он просто смотрел на неё. На её смех. На её живую, настоящую реакцию.И в его лице что-то на мгновение стало другим — не громким, не разрушительным. Тёплым. Он тихо выдохнул: — Ты правда счастлива. Это было не вопросом. Это было наблюдением. Селин медленно выпрямилась. Смех чуть стих. — Да… но не потому что я выхожу замуж. Шива моргнул. — В смысле? Селин пожала плечами, уже спокойнее, но с той же живой искренностью: — Я просто…Я всю свою жизнь хотела быть человеком. Они живут мало, но так странно и ярко. Придумывают важности, ритуалы, смыслы… и верят в них так, будто это держит мир. Она чуть усмехнулась. — Богам это не нужно. Но людям — нужно. И я… прожила с ними много всего. Я как будто училась у них жить. Пауза. — И каждая женщина хочет быть невестой. Я тоже хочу… просто закрыть этот человеческий опыт до конца. Как завершённую историю. Ведь скоро мы вернёмся домой. Геракл тихо улыбнулся. — Ты всё время наблюдала за ними… жила среди них. Ты поняла почти всё. Кроме одного. Селин подняла взгляд. — Кроме того, как это — быть невестой. Она кивнула. — Да. Наверное. Брак всего лишь формальность. Но мне интересно каково это. Будда чуть улыбнулся уголком губ — редкая мягкость в его выражении. Шива молчал секунду дольше обычного. Потом кивнул. Один раз. Резко. И снова вернулся в своё привычное состояние, будто эмоция была просто временным файлом. — Отлично! Все вздрогнули. — Тогда мы сделаем самую легендарную свадьбу в истории! Геракл опустил голову. — Я сдаюсь. Будда усмехнулся. Селин уже знала — теперь это не остановить. И в этот момент Шива снова достал огромный свиток, который, казалось, был спрятан где-то вне законов физики. Он развернул его. Свиток покатился по комнате, как живое существо. Через стол. Мимо дивана. Почти к двери. Геракл медленно поднял взгляд. — Это что?.. Шива сиял. — План. — Почему там тысяча пунктов? — Это сокращённая версия. Будда начал смеяться первым. Селин — следом. Геракл же просто понял: всё. Свадьба ещё даже не началась. Но контроль над реальностью уже давно закончился.