в объективе твоего страха

Сону вернулся в свою комнату, чувствуя себя загнанным зверем. Он заперся в ванной и включил воду, надеясь, что шум скроет его всхлипы, но тут же вспомнил о камерах. Он посмотрел на вентиляционную решетку под потолком — там тускло мерцал красный огонек. Спрятаться было невозможно. Через сорок минут дверь в спальню открылась. Сонхун вошел, держа в руках небольшой кожаный кейс и планшет. Он выглядел спокойным, почти деловым. — Садись на кровать, Сону, — скомандовал он. Сону подчинился. Сонхун сел в кресло напротив, положив ногу на ногу. — Обучение — это не скучные лекции. Это процесс твоей адаптации к новой реальности. Ты должен понять, что твоя прошлая жизнь была хаосом, а здесь — порядок. И этот порядок держится на мне. Сонхун развернул планшет к Сону. На экране была прямая трансляция. Маленькое кафе, за столиком сидит сестра Сону, Джису. Она выглядит встревоженной, постоянно проверяет телефон. К ней подходит официант и ставит чашку кофе. — Видишь официанта? — мягко спросил Сонхун. — Это мой человек. В чашке Джису — обычный латте. Но если ты сейчас сделаешь что-то, что мне не понравится... состав напитка изменится. И она даже не поймет, почему у нее внезапно остановилось сердце по дороге домой. Сону вцепился пальцами в покрывало. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — Первый урок — это признание. Ты должен признать, что ты здесь не пленник, а мой гость. И что ты добровольно принимаешь мою заботу. Повтори это. — Я... я здесь гость, — голос Сону дрожал. — И? — Сонхун выжидающе поднял бровь. — И я добровольно принимаю твою заботу. Сонхун кивнул, и на экране планшета официант просто отошел от столика Джису. Сону выдохнул, чувствуя, как по лбу катится холодный пот. — Хорошо. А теперь перейдем к физическому аспекту нашего договора, — Сонхун открыл кожаный кейс. Внутри на бархатной подложке лежал изящный браслет из белого золота, инкрустированный мелкими синими камнями. — Дай мне руку. Сону нерешительно протянул левое запястье. Сонхун защелкнул браслет. Раздался негромкий щелчок, и Сону почувствовал легкое покалывание. — В него встроен GPS-трекер и датчик пульса. Если твой пульс поднимется выше критической отметки — например, если ты решишь сбежать или причинить себе боль — я тут же получу уведомление. А если ты попытаешься его снять... — Сонхун нажал кнопку на планшете, и Сону вскрикнул от резкого, болезненного укола тока в запястье. — Будет вот так. Только в десять раз сильнее. Сонхун встал и подошел к Сону. Он взял его лицо в свои руки, заставляя смотреть прямо в глаза. — Ты думаешь, я монстр, — прошептал он. — Но скоро ты поймешь, что я — единственный, кто в этом мире по-настоящему ценит тебя. Все остальные использовали тебя, Сону. Друзья хотели быть рядом с тобой только из-за твоей внешности, семья — из-за твоих успехов. А я... я люблю даже твой страх. Сонхун медленно наклонился и коснулся губ Сону своими. Это был не поцелуй в привычном понимании — это было клеймо. Холодное, властное, не терпящее возражений. Сону застыл, боясь пошевелиться, чувствуя, как его собственная воля растворяется в этом безумии. Когда Сонхун отстранился, его глаза потемнели. — На сегодня достаточно. Ложись спать. Завтра у нас будет первый выход «в свет». Мы поедем на благотворительный вечер моей компании. Ты будешь моей официальной парой. И если ты хоть на секунду дашь повод усомниться в том, что ты счастлив со мной... Он не закончил фразу, просто посмотрел на планшет, где Джису всё еще сидела в кафе. Сонхун вышел, погасив свет в комнате. Сону остался в темноте, глядя на мерцающий браслет на своей руке. Он понимал, что завтрашний вечер — его единственный шанс подать знак кому-то из внешнего мира. Но цена ошибки была слишком высока. Вдруг он услышал тихий звук из-под кровати. Едва слышный скрежет. Сону замер. Под кроватью что-то было. Он осторожно сполз на пол и заглянул в темноту. Там, приклеенный скотчем к металлическому каркасу, лежал маленький обрывок бумаги. Сону достал его. На бумаге неровным почерком было написано всего три слова: *«Я помогу тебе. Жди»*.