Длинный путь вниз

Я была очень недовольна, когда на следующую ночь Джаспер вскочил ко мне в окно, неся спальный мешок и подушку. Мы долго обсуждали это в течение дня, и почему-то ему в голову пришло, что он ни при каких обстоятельствах не будет отходить от меня далеко, пока Виктория не превратится в пепел. В целом, я была довольна его решением, это означало, что я, вероятно, смогу проводить с ним больше времени, но это также означало, что сегодня ночью, пока он будет тренироваться и сражаться с оборотнями, мне придётся спать под звёздами. — Это смешно! Пусть Джейкоб придёт понаблюдать за домом, Лия и Сет узнают, если что-то не так, и ты сможешь прибежать и стать настоящим героем, — возразила я. Я хотела спать в своём доме, в своей комнате, в своей кровати. — Нет. Добираться сюда будет слишком долго, — сказал Джаспер, всё ещё стоя перед моим окном и размахивая этим дурацким спальным мешком. — Я этого делать не буду, — сказала я, прежде чем придумать блестящий аргумент, — Чарли! А вдруг Чарли проснётся и увидит, что меня нет? Я была уверена, что поймала его. Чарли понятия не имел, что Джаспер всё ещё в городе, и он не хотел рисковать тем, что мой отец узнает обо всём этом. Он даже осмелился закатить глаза, прежде чем ответить: — Я эмпат, Белла. Я могу усыпить его, он не проснётся ночью. — Я не позволю тебе вырубить моего отца! Мой голос становился всё громче, он был совершенно неисправим. — Успокойся, или я заставлю тебя, — пригрозил он, приподняв бровь. — К тому же, я уже это сделал. С ним всё в порядке, ему это не повредит. Ты ведёшь себя так, будто я никогда этого не делал. Ну же, мы оба знаем, что я мог бы заставить тебя пойти со мной уже давно, давай не будем больше терять время. — Ну и почему ты тогда просто не заставил меня? — проворчала я, схватив маленькую сумку и с силой запихнув туда книгу и фонарик. — Потому что есть существенная разница между убеждением и принуждением. Я не хочу тебя ни к чему принуждать, — ответил он. Откуда он всегда знал, что именно сказать? Это невероятно раздражало, теперь я не могла долго злиться на него, и, что ещё хуже, он это знал. На самом деле, хуже всего было то, что каждый раз, когда он делал что-то подобное, сводя дело к простому вопросу выбора, я невольно сравнивала его с Эдвардом. Эдвардом, который манипулировал и лгал, принуждал меня делать всё, что, по его мнению, было лучше. Если бы он сейчас стоял на месте Джаспера, он, вероятно, ослепил бы меня, и прежде чем я поняла бы, что происходит, я уже была бы на этой чёртовой поляне. В любом случае, я вела себя довольно по-детски. Мне, честно говоря, понравилось, что меня взяли с собой без моей просьбы, и если бы он сказал, что я не могу пойти, я бы, наверное, тоже закатила истерику. Я просто очень-очень не хотела провести всю ночь, спя на улице, словно в мини-зоне боевых действий. Джаспер почувствовал перемену в моих чувствах и улыбнулся: — Вот это моя девочка, пошли, я наконец-то смогу надрать задницу оборотням. Я нахмурилась, прежде чем сдаться и присоединиться к нему у окна. Ему это доставляло слишком много удовольствия. На этот раз он бежал плавнее, менее напряженно. Я закрыла глаза, и мне показалось, что мы летим. Я почти видела, как мы парим в небе, верхушки деревьев проносятся под нами, а все наши проблемы застряли на земле, где до нас не дотянуться. Я быстро погрузилась в мысли о нашем сегодняшнем разговоре: Джаспер хотел придумать план битвы, и мы почти два часа обсуждали, как заставить Викторию вылезти из своей норы. Меня тронуло, что он не только позволил мне высказать своё мнение, но и принял некоторые из моих предложений. Я подумала, что, возможно, мы могли бы просто прогуляться по лесу в тех местах, где, как он знал, она недавно бывала, и подождать, пока она поймет, что я там только с одним защитником. Лес был обширным, и волкам не составило бы труда спрятаться. Я была потрясена, когда Джаспер согласился со мной — и снова, когда он меня похвалил. Как только Джаспер оценит уровень навыков Джейкоба и подготовит Сета и Лию до своего уровня, мы приступим к реализации нашего плана, и, надеюсь, Виктория больше не будет проблемой. Я боялась того дня, когда внимание переключится с неё на Вольтури. С момента моего возвращения в Форкс я каждую ночь обдумывала эту ситуацию, и всё ещё видела только одно реалистичное решение. Это было не то, чего я хотела, на самом деле. Если бы остальная семья осталась, будущее не было бы таким мрачным, я любила их всем сердцем и смогла бы провести с ними вечность. Меня иногда посещала мысль, что провести вечность с Джаспером было бы не так уж плохо, но я каждый раз отгоняла её. Как только моя безопасность будет обеспечена, Джаспер вернётся к Элис, к своей семье, и я останусь совсем одна. Мы вышли на поляну, и Джаспер разложил для меня спальный мешок и подушку. Вскоре к нам присоединились волки, они уже были в фазе, Сет и Лия шли следом за Джейкобом. Джаспер вёл тренировку как спарринг… снова и снова. Три волка против Джаспера, и я не могла долго наблюдать. Я достал из сумки книгу и фонарик и провела первый час за чтением, пока Джаспер безжалостно "избивал" волков. Я резко подняла голову, услышав скулеж, за которым последовал долгий и гневный вой, и успела увидеть, как Сет рухнул на землю, а Лия бросилась на Джаспера. Я поняла, почему он так настойчиво нападал на нее, ярость буквально исходила от нее. Джаспер присел как раз в тот момент, когда она собиралась прыгнуть, но вместо этого она бросилась ближе к земле, ударив его головой, чтобы подсечь его ноги и отбросить через всю поляну. Он приземлился на ноги, и даже с моей позиции, находящейся далеко от их импровизированной арены, я видела улыбку на его лице. — Хорошо. Теперь сделай это снова, — прорычал он и бросился к ней. Прошёл ещё час, Сет присоединился к ним, оправившись от того, что натворил Джаспер. Теперь они становились лучше, возможно, после того, как Лия наконец-то смогла нанести удар, это укрепило их уверенность, потому что время от времени Джаспер взлетал в воздух, хотя и не так часто, как волки. В какой-то момент я заснула и проснулась от приглушённых голосов, заставив себя открыть глаза. Джейкоб, Сет и Лия в своих человеческих обличьях тихо разговаривали с Джаспером. Я видела Лию и Сета в Ла-Пуш ещё до того, как они превратились в волков, они так сильно выросли. Волосы Лии были подстрижены в том же строгом стиле, что и у остальных после превращения, но это ей как-то шло. В то время как оба парня были одеты в что-то вроде пляжных шорт, Лия была в ярко-желтом сарафане, который совершенно не сочетался с остальной ее одеждой. Я подумала, что у нее либо закончилась одежда, либо она выбрала его из соображений удобства. Сет был выше ростом, но все еще сохранял мальчишескую непосредственность. Он был долговязым, и его голос несколько раз дрогнул, прежде чем я с болью в сердце поняла, что ему всего четырнадцать лет. Джаспер был единственным, кто не задыхался от усталости, единственным изменением в его внешности была потрепанная и грязная одежда. Волки, должно быть, несколько раз вцепились в него когтями. Я бы забеспокоилась, если бы они все не выглядели совершенно здоровыми. Джейкоб увидел, что я проснулась, и, сказав еще пару слов Джасперу, подошел и сел рядом со мной. — Ну как всё прошло? — спросила я. — Он, блядь, зверь, — простонал Джейкоб. — Он чертовски быстрый, намного быстрее остальных. Я рассмеялась, глядя на его угрюмое выражение лица. Джейкоб, наверное, ожидал, что придёт сюда, разнесёт Джаспера в пух и прах, и на этом всё закончится. Должно быть, его немного задело то, что они втроём не смогли одолеть Джаспера. — Кажется, перед тем, как я уснула, вы стали лучше, — утешила я его. — Надо отдать ему должное, этот кровосос был прав насчёт Лии. Эта девчонка сумасшедшая. Она "убила" его примерно полчаса назад, тогда мы и обернулись, чтобы обсудить стратегию. Блять! Я посмотрел на небольшую группу и осмыслила эту информацию. Лия "убила" его, я не могла поверить. Я всё ещё был в шоке, когда Джаспер привёл их к тому месту, где сидели мы с Джейкобом. — Белла, познакомься с Сетом и Лией, — сказал он, слегка подбодрив меня, хотя это было совершенно излишним. — Привет, — улыбнулась я, — Приятно видеть вас без всей этой шерсти. Лия оставалась невозмутимой, но ответной улыбки Сета было достаточно для них обоих. — Ты же в курсе, что твой парень полный придурок, верно? То, что он не устает, не значит, что остальные из нас не готовы упасть в обморок, — сказал он, притворно сверкнув взглядом в сторону Джаспера. Меня согрела его дружеская шутка, и у меня сложилось впечатление, что Сет не так яростно ненавидит Джаспера, как остальные. — Он просто мой друг, — поправила я, — и да, я в курсе. Если тебе от этого станет легче, он не очень-то уважает мои привычки сна… очевидно, — продолжила я, взглянув на свою импровизированную кровать. — Хочешь, чтобы я в следующий раз взял с собой твой матрас, ваше высочество? — саркастически спросил Джаспер, и я запрокинула голову и рассмеялась. — Конечно. В мгновение ока Джаспер перекинул меня через плечо и свернул подушку в спальный мешок, чтобы нести их. — Давай отвезем тебя домой, принцесса, — протянул он, направляясь к лесу. — Опусти меня! Что с тобой не так? — взвизгнула я, но он знал, что я не так уж и зла. Мне нравилось, что мы можем так дурачиться. Мне удалось подняться и помахать волкам на прощание. Лия и Джейкоб выглядели возмущенными, Сет смеялся и помахал мне в ответ. Да, он мне определённо понравился. Как только мы прошли несколько метров в лес, Джаспер развернул меня так, что я оказалась у него на спине, и побежал. — Знаешь, это не очень хорошо, — прошептала я ему на ухо, — так их провоцировать. Его спина задрожала, и я догадалась, что он смеётся, что подтвердилось волной юмора, которую он мне послал. Когда мы вернулись ко мне домой, Чарли крепко спал. Я рухнула на кровать, немного покрутилась и прижала к себе подушку. — О, как я по тебе скучала, — простонала я, к большому удовольствию Джаспера. — Завтра вечером мы снова пойдём, так что наслаждайся, пока можешь. На следующей неделе мы поставим ловушку. Я его почти не слышала, я уже наполовину спала. — Как хочешь, — пробормотала я. Последнее, что я помню, это тихий смех Джаспера. *** Следующей ночью, когда мы прибыли на поляну, я увидела надувной матрас, разложенный рядом с парой фонарей на батарейках. — Серьёзно? Когда у тебя было время на это? — спросила я Джаспера, подняв бровь. Это было немного чересчур, хотя я втайне была рада, что он потратил время, чтобы позаботиться о моём комфорте. — Я бы принёс фонари вчера вечером, если бы знал, что ты собираешься читать, а матрас… ты плохо спала прошлой ночью, и я видел, что тебе неудобно, — ответил он, пожав плечами, — Это не проблема, Сет предложил всё установить. Я всё лучше и лучше сосредотачивалась на том, что хотела, чтобы он почувствовал от меня. Его дар стал своего рода нашим тайным языком, хотя, за исключением волков, мы никогда не проводили время ни с кем другим. Я сосредоточилась на своей благодарности и быстро обняла его, прежде чем он отправился навстречу уже ожидающим волкам. Их тренировка началась так же, как и вчера вечером: трое против одного, но через некоторое время Джаспер начал перемешивать группы. Я предположила, что он пытался приучить их сражаться на его стороне, а не против него. Особенно хорошо у него получалось с Лией, они всегда выходили победителями из своих поединков за считанные минуты. За ней было невероятно интересно наблюдать, она была почти такой же грациозной и свирепой, как Джаспер, и с течением ночи её движения становились всё более плавными и уверенными. Мне становилось немного легче наблюдать за ними, и моя книга лежала у меня на коленях, забытая, пока я сидела, завороженная происходящим. Волки были ловкими, и я была уверена, что против любого другого врага они бы одержали победу. Время от времени Джаспер выкрикивал что-нибудь о том, чтобы они использовали свою скорость или не опускали плечи. Я заметила, что чем дольше они сражались, тем сильнее становился его акцент, и мне стало интересно, почему так происходит. Наблюдение за Джаспером — это опыт, который я никогда не забуду, пока живу. Обычно он был таким тихим и замкнутым. До прошлой недели он был загадкой, мы почти не разговаривали, и я была уверена, что он терпит меня только ради Элис, но теперь я узнала его немного лучше. Я заметила небольшие изменения в нём, когда он освоился с инструкциями, ему было комфортно в этой обстановке, даже работая с оборотнями. Я подумала, что, возможно, его не так сильно волнует соперничество между ними, было очевидно, что он уважает Лию, и я подумала, что, вероятно, Сет ему тоже достаточно нравится. Насчет Джейкоба я не была уверена, но не думала, что он его так сильно ненавидит, как показывает. Сет и Лия работали вместе против Джаспера, Джейкоб ушёл, чтобы превратиться в человека, а когда вернулся, рухнул рядом со мной. Он тяжело дышал и задыхался: — Чувак, он как машина, что ли? Я хихикнула, потому что это было просто повторением нашего вчерашнего разговора. Серьёзно, чего он ожидал? Джасперу не нужно было отдыхать или спать, и он явно был очень опытным бойцом. Я наблюдала за его движениями, уверенными и быстрыми. Его удары были точными, методичными. В лунном свете, падающем на поляну, он выглядел диким и свирепым, и это было прекрасно, но я не совсем понимала, чем именно. — Я очень скучал по тебе, Беллс, — тихо сказал Джейкоб. Я оторвала взгляд от происходящего и посмотрела на него. Я была приятно удивлена ​​его признанием, я уже начала беспокоиться, что наша дружба разрушена безвозвратно. — О, Джейк, я тоже скучала по тебе, — сказала я, прежде чем обнять его. Он засмеялся и обнял меня своими теплыми руками, слегка покачивая. Этого было достаточно, через несколько минут мы уже разговаривали и смеялись, как будто ничто никогда нас не разлучало, и хотя я все еще злилась на него и его возражения против моей дружбы с Джаспером, я была довольна тем, что могу сидеть и смеяться с ним, как в старые добрые времена. Было приятно притвориться, что ничего из этого безумия с вампирами и оборотнями никогда не происходило, пусть даже всего на тридцать минут. — Что ты имел в виду, когда сказал Джасперу, что Лия раньше была с Сэмом? — спросила я. Я подумала, что, возможно, что бы это ни было, это отчасти объясняет, почему Джаспер настоял на ней, хотя я не могла понять, почему это могло бы иметь значение. Джейкоб вздохнул и откинулся назад, опираясь на локти. — Лия и Сэм встречались до того, как он превратился в волка. Когда это произошло, он не понимал, что происходит, он был совсем один, превратился в волка и понятия не имел, как вернуться в свой обычный облик. Он пропал на несколько дней, я помню, как она волновалась. Когда он наконец вернулся, он был другим, начал отдаляться от нее. Через некоторое время все наладилось, но все снова пошло прахом, когда приехала Эмили из другой резервации на севере. Импринтинг — это то, что происходит, когда волк находит свою вторую половинку. Это как... смещение гравитации, она становится центром твоей вселенной, единственным, что тебя удерживает. Когда Сэм увидел Эмили, у него не было выбора, она была для него всем, и хотя ему было очень больно причинять боль Лие, он оставил её. Моё сердце болело за неё, за то, через что ей пришлось пройти. Когда Эдвард ушёл, меня это разорвало на части, но мне не пришлось видеть: как он встречается с другой, как они с другой женщиной делаю то, что раньше делали мы. — Теперь она знает, почему, но всё ещё зла из-за этого. Добавь к этому тот факт, что она первая женщина в нашей истории, которая превратилась в волка, и… ну… с ней довольно неприятно находиться рядом большую часть времени. Хотя я должен отдать должное твоему паразиту, ей это было очень нужно. Он позволяет ей выплеснуть свою агрессию, учит её, как сделать это чем-то, чем можно гордиться. Это действительно идёт ей на пользу. — Пожалуйста, не называй его так, — умоляла я, кажется, в сотый раз, — я знаю, ты его ненавидишь, но можешь хотя бы это сделать для меня? — Хорошо, — проворчал Джейкоб, резко встал и побежал обратно к остальным. Я наблюдала за ним, пока могла не заснуть, но в конце концов уснула. Я не проснулась, пока не почувствовала, как Джаспер укладывает меня на кровать и накрывает одеялом. — Привет, — тихо сказал он. Он попытался уйти, но я схватила его за руку, чтобы остановить. Он проявил ко мне любопытство, и я села, поджав ноги под себя. — Почему ты выбрал Лию? — спросила я его. — Потому что она сильная, — без колебаний ответил он, — Я чувствовал, как боль и гнев переполняют её, когда мы встретились со Стаей, но она никогда не позволяла им овладеть собой. Нужно много сил, чтобы не дать ненависти, которую она испытывает, поглотить тебя. Я знал, что это как-то связано с Альфой, и я предположил, что, по крайней мере, она будет полна решимости добиться успеха, чтобы проводить больше времени подальше от него. Я улыбнулась ему: — Ты хочешь сказать, что сделал что-то хорошее для оборотня? — поддразнила я. Джаспер нахмурился и игриво толкнул меня в плечо. — Не смей им рассказывать, мне нужно защищать свою репутацию перед этими дворнягами. — А как же Сет? — Этот маленький ублюдок быстрый и жаждет доказать свою состоятельность. К тому же, он связан с Лией, она бы не пошла без него, — ответил он. Он окинул меня оценивающим взглядом и спросил: — Это то, о чём ты говорила сегодня вечером с Джейкобом? — Да, — сказала я, кивая, — он рассказал мне об импринтинге, о том, что произошло между Сэмом и Лией. Одна только мысль о трагедии, которая её окружала, немного разбила мне сердце. — Импринтинг, — сказал он с раздражением в голосе, — это самая глупая хрень, которую я когда-либо слышал. Никто не получает счастливого конца с этой чепухой. Я удивилась, что он так думает, мне казалось это довольно романтичным, идея родственных душ. — Почему? Я имею в виду, с Лией всё было ужасно, но Сэм и Эмили счастливы и очень любят друг друга. — Их единственная настоящая связь — это магия. Он запечатлелся и стал именно тем, чего она желала, в каком-то смысле это уже не он. Всё это создано для того, чтобы делать волков лучше и сильнее, её любовь к нему была выкована в ложной личности, а Лия стала причиной его гибели. Разве это романтично? Эта девушка никогда не оправится от того, что с ней случилось, ты знала, что Эмили — её кузина? Её кровная родственница? Слёзы вот-вот должны были хлынуть, и я быстро моргнула, пытаясь сдержать их. Я этого не знала, а как Джаспер узнал? — Сет рассказал мне сегодня днём, когда я с ним разговаривал, — ответил Джаспер ещё до того, как я задала вопрос. Меня смущало, что он так быстро смог определить причины моих эмоций, но я обнаружила, что обычно меня это не беспокоит. — Запечатление очень похоже на отношения у вампиров, — сказала я. Я понимала точку зрения Джаспера, но мне было непонятно, почему его беспокоило одно, а другое нет. — Найти пару может быть инстинктивно, но принять её — это выбор, это влюбиться. Это основано на совместимости, а не на генетике, мы не меняем себя, чтобы привлечь партнёра, — объяснил он, и снова всё свелось к одному: выбору. Я попыталась подавить зевок, но ничего не вышло. На надувном матрасе я спала гораздо лучше, но недолго, и в сочетании с несколькими часами сна прошлой ночью я была совершенно измотана. Я с нетерпением ждала субботы, когда мне не придётся рано вставать в школу. Я собиралась проспать весь день. *** Не успела я оглянуться, как наступил понедельник после обеда, и мы с Джаспером готовились к походу через лес. Мы начинали недалеко от дома, мне не нравилась мысль о том, что Виктория может находиться рядом с Чарли, но Джаспер рассудил, что если она и следит за нами, то именно за этим местом она и будет наблюдать. Мы молча готовились к походу, в воздухе витало тяжелое предвкушение. Я достала свои походные ботинки из-под кровати и зашнуровывала их на кухне, пока Джаспер доставал из холодильника пару бутылок воды. Он положил их в мой рюкзак вместе с несколькими батончиками мюсли и аптечкой. Меня раздражало, что он предполагал, будто я собираюсь что-то сделать, чтобы навредить себе, но я должна была признать, что такая вероятность довольно высока. Поскольку сегодня мы оставались неподалеку, Джасперу нужно было нести меня всего несколько минут, прежде чем он поставил меня на землю. Здесь не было тропы, и мне приходилось концентрироваться на каждом шаге, чтобы не упасть. И снова мой разум провел параллели между Джаспером и Эдвардом, сравнивая и противопоставляя их поведение. Эдвард поднял бы меня на руки и понес, возможно, даже с ездой у себя на спине все это время. Даже Джейкоб, вероятно, поднял бы шум. Джаспер протягивал руку каждый раз, когда мне нужна была помощь, чтобы удержать равновесие, но все время позволял мне идти самой. Сравнивать их таким образом было нездорово, Эдвард никогда не был просто моим другом, а Джаспер никогда не станет чем-то большим, но мой разум провел эти параллели без моего разрешения. — Я не охотился в день твоего дня рождения, — сказал Джаспер совершенно неожиданно. Мы шли уже некоторое время, и я остановилась, чтобы посмотреть на него, гадая, почему он мне это говорит и что заставило его заговорить об этом. — Я привыкал к тебе, привыкал к твоему запаху, и мне было легче находиться рядом с тобой, и это сделало меня беспечным. Когда ты порезалась бумагой, я замер, запаниковал. Я потерял контроль над своим даром, и моя жажда крови выплеснулась в комнату. Эдвард и так ужасно жаждал тебя, я не знаю, как он нашел в себе силы оттолкнуть тебя, вместо того чтобы укусить. Я видел, как ты падаешь к столу, и я сделал вдох. Этого было достаточно, одного вдоха. Мной завладело чудовище, дикое. Как только Розали и Эммет вывели меня на улицу, я понял, что натворил, и убежал в лес. Надеялся, ты никогда не узнаешь о разрушениях, которые я причинил той ночью, я выпил кровь бесчисленного количества животных, пытаясь утолить жажду, но все, о чем я мог думать, это ты. Я не знаю, как я удержался от того, чтобы пойти за тобой, закончить начатое. Я снова пошла, а Джаспер шел рядом со мной размеренным шагом. Мне всегда было любопытно, что именно произошло, почему он сорвался в ночь моего дня рождения, когда он мог игнорировать мою кровь в ночь, когда убил Джеймса. — На следующий день меня нашла Элис и сказала, что мы уезжаем, они уже собрали вещи. Последующие месяцы были адом. Эдвард встретил нас только для того, чтобы сказать, что уезжает, Эсме и Элис были раздавлены, а Эмметт был почти в кататоническом состоянии первую неделю. Это было невыносимо, их вина и боль переполняли меня, и были моменты, когда мне было так плохо, что я должен был уйти, но куда бы я ни пошел, ты преследовала меня. Этот взгляд в твоих глазах, когда ты увидела меня, я не мог выбросить его из головы. Я почти сдался, вернулся к охоте на людей. Я даже выбирал себе жертв, проследил за мужчиной, которого видел продающим наркотики, до его квартиры. Он был у меня в руках… но он посмотрел мне прямо в глаза, и я увидел только тебя. С тех пор у меня даже не возникло желания пить человеческую кровь. Я протянула руку и переплела пальцы с его, пытаясь заставить себя показать, как сильно я его люблю и доверяю ему. Его пальцы мягко сжали мои, когда мы сделали круг по лесу и направились обратно к моему дому. — Когда Элис увидела, как ты спрыгнула со скалы, и твое будущее исчезло, я подумал, что эмоции семьи убьют меня. Я хотел, чтобы они убили меня. Я сделал это с тобой… — он замолчал, в его глазах читалась отрешенность. — Это не твоя вина, — настаивала я. Он печально посмотрел на наши соединенные руки и продолжил: — Это было моё самодовольство в твоем присутствии, моя неспособность контролировать себя. Это была моя вина, и я никогда не перестану пытаться загладить свою вину перед тобой. Элис видела, как ты решила, что не можешь впустить Эдварда обратно в свою жизнь, поэтому мы знали, что ты приедешь попрощаться. Чего я не ожидал, так это того, как ты себя чувствовала после стольких месяцев одиночества. До нашего отъезда ты была полна жизни, энергии. Ты ухватилась за любовь и держала её так крепко, что это чуть не сломило тебя, но ты никогда не теряла надежды. В тот вечер ты пришла в дом совершенно другим человеком. Ты потеряла ту наивность, которую так ценил Эдвард, и в тот момент я понял, что впервые ты поступаешь правильно для себя. Я был чертовски горд тобой. Я улыбнулась ему, безмерно благодарная за то, что он мне это объяснил. Мне очень помогло осознание того, что есть кто-то, кто искренне считает, что я поступила правильно. Как бы мне ни было больно, бывали моменты, когда я лежала в постели, смотрела в потолок и думала, что бы случилось, если бы я просто сказала «да». — Я уже говорил тебе, что остался, потому что ты этого стоишь, но я не уверен, что ты понимаешь, что это значит, — он остановился и повернулся ко мне, взяв мою другую руку в свою. — Ты когда-то была наивной и невинной, бескорыстной до крайности, и это было прекрасно. Ты была влюблена в парня, который только и делал, что пытался убедить тебя, что тебе лучше без него, и тебе было всё равно. Большую часть времени ты проводила со сверхъестественными существами, которые были сильнее и быстрее, но ты находила силу в своей слабости. Твоя любовь вернула нам частичку нашей человечности, а я давно забыл, что значит быть человеком. Одинокая слеза скатилась по моему веку, медленно стекая по щеке, пока я осмысливала его слова. Меня слегка раздражало, как он умел так искусно подбирать слова, всегда так красиво передавая смысл. — В ту ночь, когда я решил остаться, это было из-за того, кем ты стала. Я чувствовал это, я чувствовал, как ты смиряешься со своей судьбой и принимаешь жизнь без нас, вероятную смерть, и я не мог позволить тебе этого сделать. Ты дарила мне свою любовь безоговорочно, и я отплатил тебе тем, что пытался впиться зубами тебе в шею. Ты принимала нас такими, какими мы когда-то были, какими мы могли бы быть, а мы в ответ бросили тебя, но я чувствовал это. Любовь, которую ты все еще питала ко всем нам, семейные узы, которые ты не позволяла разорвать, как бы сильно ты ни была сломлена. Это было великолепно, и стоило остаться, чтобы увидеть, какой удивительной женщиной ты стала. Солнце сверкало сквозь высокую крону листьев и ветвей, падая на землю лучами, которые, казалось, освещали Джаспера изнутри, пока он говорил, и я рассеянно подумала, что это, вероятно, самое прекрасное, что я когда-либо видела. Блеск его светлых волос, колыхающихся на ветру, переливающаяся узорами кожа из-за шрамов, желтый свет, окружающий его… все это делало его похожим на ангела. Я обняла его и уткнулась лицом в его грудь, пытаясь подобрать слова, чтобы выразить, как много значили для меня его слова. — Спасибо, — отчаянно произнесла я. Этого было недостаточно, — Спасибо. Я не могла отпустить его, каждая клеточка моего тела пульсировала от благодарности. Он был прав, я не понимала, что он имел в виду, когда говорил, что я достойна… но теперь поняла. Он увидел во мне что-то, чего я не знала. Он понял меня. Я сделала шаг назад и обхватила его лицо руками, проводя пальцами по щекам. Я глубоко вздохнула и собралась с духом, чтобы попытаться дать ему то, что он дал мне. — Я никогда тебя не винила. Никогда. Ты напал на меня, потому что у меня шла кровь, у меня пошла кровь, потому что Элис завернула подарок в бумагу вместо того, чтобы использовать подарочный пакет, у меня был подарок, потому что Эдвард настоял, чтобы я пошла на вечеринку… не всё это связано с тобой. Я солгала, когда сказала, что простила тебя. Лицо Джаспера помрачнело от моих слов, и я почувствовала, как стыд и вина захлестнули мои пальцы, и поняла, что должна объяснить. — Я никогда тебя не прощала, потому что в этом не было необходимости. Ты ничего плохого не сделал. Все они должны были сорваться, даже Эсме и Элис. Тебе нужно отпустить это, Джаспер. Негатив, который он излучал, утих, и я надеялась, что мои слова хоть немного его утешили. — Это трогательно, что ты лучший друг, который у меня когда-либо был?— я спросила его. Это правда, у меня никогда не было такого друга, как Джаспер. Джаспер наконец улыбнулся, и напряжение спало. — Ты тоже мой лучший друг, — сказал он, окутывая меня теплом своей привязанности. В ту ночь я не достала из ящика телефон, который так долго меня мучил, не провела часы, уставившись в потолок, прежде чем наконец смогла уснуть. Слова Джаспера, сказанные мне в лесу, облегчили глубокую душевную боль, чего я и представить себе не могла. Рассказав, почему именно он остался, чтобы защитить меня, он значительно уменьшил мою вину, но это было нечто большее. Он залечил рану, которая пульсировала во мне до сегодняшнего дня. Я наконец-то смогла увидеть за пределами боли и чувства собственной никчемности, которые пронизывали мои мысли с тех пор, как Эдвард меня покинул. Джаспер сказал, что я вернула ему частичку человечности, что он забыл, каково это. Я вспомнила шрамы, усеивающие его тело, и чувство вины, которое пронизывало его так глубоко, что, возможно, его невозможно было извлечь. Он постоянно извинялся передо мной, виня себя в том, что разрушил мою жизнь и поставил меня в опасное положение, в котором мы оба оказались. Я хотела залечить его раны, хотела собрать его по кусочкам, потому что, хотя он очень хорошо это скрывал, я чувствовала, что он сломлен. Что-то внутри него находило отклик во мне. Мы не были такими уж разными, просто его шрамы были разбросаны по его телу, а не выгравированы на его душе, как мои. Он называл себя чудовищем, но чудовище никогда бы не пошло на такие крайности ради моей безопасности. Чудовище никогда бы не сказало мне таких прекрасных слов. Вероятно, я никогда в жизни не встречу другого мужчину хотя бы наполовину такого же хорошего, как Джаспер, и я была полна решимости заставить его это увидеть. Прежде всего, Джаспер считал меня достойной, и я засыпала, думая, смогу ли я когда-нибудь показать ему, что он тоже этого достоин.