In the closet with u

Прошел месяц. Целый месяц. Тридцать дней. Но иногда мне казалось, что съёмки были только вчера. Я всё ещё по-прежнему просыпалась по утрам с мыслями о Майкле. Всё ещё включала кассету с “Dangerous”. Всё ещё ловила себя на том, что ищу его лицо в каждом музыкальном журнале. И всё ещё вздрагивала каждый раз, когда по MTV показывали “In the Closet”. Потому что теперь его показывали постоянно. Клип оказался везде. Абсолютно везде. И вместе с ним — я. Первый раз меня узнали в супермаркете. Я стояла в очереди на кассе, когда какая-то девушка вдруг ткнула в меня пальцем. — Боже мой… Это же она! Девушка из клипа! Я даже обернулась посмотреть, про кого речь. Оказалось — про меня. — Вы снимались с Майклом Джексоном! Через минуту на меня уже смотрели человек пятьдесят. Я сбежала из магазина быстрее, чем успела купить продукты. Но дальше стало только хуже. Или лучше. Я до сих пор не решила. Меня начали узнавать на улице. Просили автографы. Спрашивали про съёмки. Спрашивали про Майкла. Особенно про Майкла. — Он правда такой красивый? — Он правда такой добрый? — Он правда вкусно пахнет? Последний вопрос поставил меня в тупик. — Наверное… - смутилась от такой интимности я. — Значит, правда! - девушка чуть не потеряла сознание. Люди были сумасшедшими. Но ещё более сумасшедшим оказался клуб. Потому что работать там стало невозможно. Совсем. Мужчины сходили с ума. Теперь каждый второй клиент хотел увидеть меня. Каждый третий приглашал на свидание. Каждый четвёртый обещал, что обязательно станет продюсером и сделает из меня звезду. Врали они одинаково плохо. — Эй, красавица! Ты ведь та самая из клипа! — Нет, это моя злая сестра-близнец. — Серьёзно? — ДА! - заорала на него я и скрылась. Иногда это даже работало. Но хуже всего были девчонки. Некоторые искренне радовались за меня. Но далеко не все. Зависть в женском коллективе распространяется быстрее любой болезни. Особенно если вчера ты была такой же танцовщицей, как все остальные, а сегодня тебя показывают по MTV рядом с Майклом Джексоном в разных странах мира. Однажды я зашла в гримёрку и услышала разговоры. — Просто повезло. — Конечно повезло. — Подумаешь, клип у Джексона. — Через месяц про неё никто не вспомнит. Сто пудова. — Как думаешь, она ему за это отсосала? Я молча прошла мимо. Но внутри всё кипело и кричало от злости. Потому что, возможно, они были правы, конечно, кроме последнего. Может быть, это действительно всего лишь один клип. Один случай. Один счастливый день. А потом всё закончится. И я снова стану обычной девушкой из «Show girls». Эта мысль преследовала меня всё чаще. Особенно по ночам. Когда я возвращалась домой после работы. Снимала туфли. Ложилась на диван. И смотрела в потолок. Потому что за весь этот месяц произошло многое. Кроме одного. Майкл больше со мной не связывался. Не было звонков от ассистентов. Конвертов через курьеров. Вообще ничего.  Словно снова исчез где-то в своём огромном мире концертов, студий и бесконечных перелётов. А я осталась здесь. В своей маленькой квартире на окраине Лос-Анджелеса. С кассетами. Фотографиями. Воспоминаниями. И дурацкой привычкой думать о нём каждый день. Наверное, именно поэтому звонок, который раздался в один из таких вечеров, изменил всё снова. Потому что на этот раз голос в трубке принадлежал не Дейзи. И не ассистенту. А человеку, которого я меньше всего ожидала услышать. — Привет, Медди. На секунду я перестала дышать. Этот голос невозможно было перепутать ни с чьим другим на всем земном шаре. Это звонил Майкл. Я замерла. Сердце пропустило удар. Потом ещё один. Несколько секунд я просто сидела с трубкой возле уха и молчала. Потому что мозг категорически отказывался верить в происходящее. — Медди? Он даже рассмеялся. Тихо. Узнаваемо. Точно так же, как смеялся всегда рядом со мной. — Ты ещё здесь? — Майкл?! Боже! Майкл, привет... - я прозвучала так, будто увидела привидение. — Да, это я. — Это правда ты? — Надеюсь, — усмехнулся он. — Было бы странно, если бы кто-то другой сейчас выдавал себя за меня. Я вскочила с дивана. Начала ходить по комнате кругами. Потом поняла, что хожу кругами. И начала ходить ещё быстрее. — Что случилось? Всё хорошо у тебя? - тревожно спросила я. — Да. — Ты уверен? — Да. — Точно? — Медди. — Что? — Кажется, сейчас нервничаешь ты, а не я. Я закрыла глаза. Он был прав. Я нервничала как сумасшедшая. — Извини. — Не извиняйся. На секунду повисла тишина. Удивительно спокойная. Будто мы разговаривали уже сотню раз. И это очередной его звонок. Хотя на самом деле это был первый телефонный разговор в нашей жизни. — Как ты? — спросил Майкл. — Работаю. — Всё ещё в клубе? Я вздохнула. — К сожалению. — Всё настолько плохо? — Сегодня один мужчина предложил мне выйти за него замуж. — Серьёзно? — Да. — И что ты ответила? — Что сначала посмотрю его банковский счёт, - съязвила я в своей манере. На том конце раздался смех. Настоящий. Громкий. Я невольно улыбнулась. Потому что мне нравилось слышать, как смеётся Майкл. Очень нравилось. — А ты? — спросила я. — Где ты сейчас? — В Нью-Йорке. — Опять работаешь? — Всегда. — Это вообще законно? — Не уверен. Мы снова рассмеялись. А потом неожиданно разговор стал спокойнее. Тише. Будто оба перестали прятаться за шутками. — Знаешь, — сказал он спустя несколько секунд. — Я видел несколько интервью после выхода клипа. — Правда? — Да. — И? — Людям очень понравилась твоя работа. Я почувствовала, как внутри становится тепло. — Спасибо. — Нет. Правда. Ты была очень хороша. — Ты снова заставляешь меня краснеть. — Тогда перестану. — Не надо. Снова тишина. На этот раз совсем другая. Более личная. Более неловкая. Я подошла к окну. Посмотрела на вечерний бескрайний Лос-Анджелес. На огни. На проезжающие машины. И вдруг поняла, что улыбаюсь уже несколько секунд подряд. — Майкл? — Да? — А почему ты позвонил? Он ответил не сразу. Будто подбирал слова. — Не знаю. — Отличный ответ, - тихо усмехнулась я. — Я серьёзно. — Не верю. Он тоже усмехнулся. — Ладно, - снова небольшая пауза. — Я просто хотел узнать, как ты. Моё сердце предательски сжалось. Потому что в его голосе не было ни капли фальши. Он действительно хотел знать там. За тысячи километров от меня. В Нью-Йорке. — Спасибо, — тихо сказала я. — За что? — За звонок. — Пожалуйста. Несколько секунд никто ничего не говорил. А потом Майкл неожиданно спросил: — Ты свободна в субботу? Я застыла. Опять. Кажется, это уже входило в привычку. — Хм. Возможно, - я откинула мысли об очередной смене. Возьму выходной. — Возможно? — Зависит от вопроса. — Хороший ответ. Я услышала улыбку в его голосе. — Тогда у меня есть предложение. — Ещё одно загадочное предложение? — Именно. — Ненавижу, когда ты так делаешь. Продолжай… — Знаю, - усмехался он. — Майкл. — Что? — Я сейчас повешу трубку. — Не повесишь. — Почему? — Потому что тебе интересно. Чёрт. Опять угадал. — Окей... — Тогда слушай. Я замерла. — В субботу я возвращаюсь в Лос-Анджелес. Сердце снова забыло работать. — И? — И я хотел бы пригласить тебя поужинать, поболтать, провести вместе время… На этот раз молчание затянулось настолько, что Майкл даже начал волноваться. — Медди? — Да… — Ты там жива? — Теперь не уверена.  Он рассмеялся на том конце. А я стояла посреди своей квартиры и понимала только одно. Моя жизнь снова собиралась перевернуться с ног на голову. Я ещё несколько секунд стояла с телефонной трубкой в руках. Поужинать. Майкл Джексон только что пригласил меня поужинать. Лично. Не через ассистентов. Не через Дейзи. Просто поужинать. Как обычный человек. Как мужчина. — Медди? — снова позвал он. — Я думаю. — Уже пять минут. Я нервно рассмеялась. — Тогда да, - так просто вымолвила я. — Да? - было слышно, что Майкл радовался моему ответу. — Да. — Хорошо. И почему-то после этих слов мы оба замолчали. Словно не ожидали, что всё окажется так просто. — Хорошо, — повторил Майкл. — Хорошо. — Кажется, мы оба не знаем, что говорить дальше. — Мы с тобой в этом похожи, - сообразила ответить я. Он снова рассмеялся. — Тогда я позвоню тебе завтра. — Хорошо. — Спокойной ночи, Медди. — Спокойной ночи, Майкл. Трубка замолчала. А я ещё минуту стояла на месте. Потом посмотрела на телефон. Потом снова на телефон. Потом завизжала так громко, что соседи наверняка решили вызвать 911. На следующий день о звонке знала уже Дейзи. Конечно знала. Потому что я разбудила её в восемь утра. — Майкл пригласил меня на ужин. Пауза. — Чего? — Майкл пригласил меня на ужин. Ещё одна пауза. — Какой Майкл? — ДЕЙЗИ! — Ты про Джексона сейчас? - я услышала, как она закурила. Это был плохой знак. Когда Дейзи закуривала, значит, начинался серьёзный разговор. — И что ты ответила? — Согласилась. — Хорошо. — Хорошо? — А что ещё ты должна была сделать? Послать его? Я с трубкой рухнула на диван. — Я очень нервничаю, Дейз. — Это тоже не новость. — А если это не свидание? — Мужчина звонит женщине в другой город и приглашает её на ужин. — И? — Обычно это свидание. Я услышала её тяжёлый вздох. — Иногда мне кажется, что ты очень красивая исключительно для сохранения баланса во Вселенной…  После того разговора прошли сутки. Потом ещё одни. Потом ещё. Майкл так и не позвонил. Сначала я не переживала. Ну не позвонил сегодня — позвонит завтра. У него работа. Репетиции. Интервью. Перелёты через всю страну. Он не сидит дома в пижаме, глядя телефон, как некоторые. Как я. На третий день я начала нервничать. На четвёртый — злиться. На пятый — придумывать катастрофы. Может, он передумал. Может, потерял номер. Может, вообще забыл про разговор. А может, это я всё неправильно поняла. Вдруг никакого ужина не планировалось? Вдруг он просто был вежливым? Последняя мысль особенно бесила. Потому что я уже успела представить этот вечер тысячу раз. И теперь чувствовала себя полной идиоткой. Работать в клубе стало невозможно. Я постоянно отвлекалась. Смотрела на телефон каждые пять минут. Даже когда он не звонил. Особенно когда не звонил. — Ты ждёшь звонка от президента? — спросила одна из танцовщиц. — Хуже. — От кого? — От мужчины, - гипнотизировала я трубку. — Тогда мои соболезнования… -  она понимающе кивнула и ушла. В этот момент управляющая клуба поймала меня за бесполезным занятием прямо во время смены. — Медди! Я вздрогнула. — Клиенты вообще-то платят не за то, чтобы смотреть, как ты разговариваешь с телефонным аппаратом. — Я не разговариваю. — Пока еще нет. Я тяжело вздохнула. Она была права. Последние дни я существовала словно на автопилоте. Танцевала автоматически. Улыбалась автоматически. Даже отвечала людям автоматически. Мысли всё время были где-то далеко. Там, где высокий худой мужчина с самым красивым голосом обещал мне позвонить. А потом исчез. В этот вечер клуб был забит до отказа. Музыка гремела так громко, что дрожали стены. Клиенты смеялись, официантки носились между столиками, а я чувствовала себя хуже, чем когда-либо. Последние дни выбили меня из колеи. Каждое утро я ждала. Каждый вечер разочаровывалась. И сейчас, танцуя на сцене, я снова ловила себя на том, что думаю совсем не о работе. — Медди! — окликнула меня администратор за кулисами. — Что ещё? — Тебя заказали. Я устало закатила глаза. — Я не пойду. — Медди! Очень важный гость, - требовала администратор. — Мне всё равно. — Слушай, тот чувак оставил сумму, за которую я готова лично вынести тебя туда на руках. Я тяжело вздохнула. — Ненавижу богатых. — Через пять минут ты их снова полюбишь, - хмыкнула администратор. Я нехотя поправила свои волосы и направилась вслед за ней. По дороге настроение становилось только хуже. Наверняка очередной бизнесмен. Или какой-нибудь актёр. Или ещё один мужчина, решивший, что деньги позволяют ему вести себя как мудак. Перед дверью отдельной комнаты я остановилась. — Заходи. — Если там псих, я увольняюсь. — Заходи уже, Медди!  — Поставь ему мою песню, - поправляя черный кружевной корсет, я открыла дверь и уверено шагнула внутрь. Музыка накрыла комнату мягкой волной. Играла любимая Beyond My Control от Милен Фармер. Тягучий ритм словно растекался по воздуху вместе с дымом и приглушённым светом. Я любила такие  композиции. Не быстрые. Не громкие. А именно такие — опасно красивые. Под них не нужно было думать. Тело само понимало, что делать. Я зашла на высокий подиум по центру комнаты и позволила музыке вести себя. Каждое движение рождалось само собой. Плавно. Естественно. Будто я не танцевала вовсе, а просто растворялась в знойных французских словах и мелодии. Отпусти!  Это мне неподвластно Это сильнее, чем... Ты Всегда в движении Это мне неподвластно Ты говоришь: мне твои руки нужны... О, отпусти! Это мне неподвластно Но это сильнее, чем... Ты Ты причиняешь нам боль А я теряю контроль, Когда ты недалеко    — пела француженка, но танцевала я. Волосы скользили по плечам. Свет прожекторов золотил кожу. Я двигалась медленно, лениво, словно большая кошка, которая знает, что за ней наблюдают. Но ей всё равно. Она никому ничего не доказывает. Она просто существует. И этим уже притягивает взгляды. В такие моменты я забывала что работаю в стриптиз клубе. Про шум. Про людей. Про проблемы. Оставалась только музыка. И мои мысли. А мысли, как всегда, приводили к нему. К Майклу. Я медленно кружилась под музыку и усмехнулась своим мыслям. Наверное, Дейзи права. Мне действительно пора лечиться. Потому что нормальные женщины не думают об одном мужчине каждый свой день. Особенно если этот мужчина — Майкл Джексон. К шесту я подобралась на коленях, выгибаясь по кошачьи, максимально медленно и максимально возбуждающе.  Я скользнула ладонью по холодному металлу. Свет прожекторов вспыхивал то ярче, то слабее, превращая всё вокруг в какой-то сон. Я кружилась под музыку медленно и мягко, словно растворяясь в ней. Каждое движение перетекало в следующее без единого усилия. Бёдра покачивались в такт ритму, плечи двигались вслед за мелодией, а ноги сами находили нужный шаг. Я обходила пилон по кругу, иногда касаясь его кончиками пальцев, будто играла с ним. Потом резко разворачивалась, позволяя музыке подхватить меня и унести дальше. Существовали только музыка и движение. Я запрокинула голову назад, позволяя рыжим волосам взметнуться в воздух. Сердце билось в одном ритме с басами. Внутри появилось давно забытое чувство свободы. Наверное, именно поэтому люди любили смотреть на танец. Не из-за движений. А из-за эмоций. Потому что невозможно было притворяться под музыку. Она всегда показывала правду. А моя правда была простой. Я скучала. По тому безумному дню в пустыне. Майклу. Музыка становилась всё глубже. Я сделала ещё один плавный поворот вокруг пилона и наконец подняла взгляд в самый центр комнаты. И в этот момент увидела его. В полумраке. Это был Майкл. На секунду я перестала слышать музыку. Перестала дышать. Сердце просто замерло. А потом ударило так сильно, что мне показалось — его услышал весь Лос-Анджелес. Нет. Этого не может быть. Но он действительно был здесь. В этом клубе. В этой комнате. Сидел и смотрел на меня. На кожаном диване в полумраке сидел Майкл. Настоящий. Живой. Не на экране телевизора. Не в воспоминаниях. Здесь. Сейчас. Я едва не сбилась с ритма. Музыка продолжала играть. А мой мир в одну секунду перевернулся. Он смотрел на меня. Спокойно. Внимательно. И в его взгляде было что-то удивительное. Будто он искал именно меня. Будто приехал именно за мной. Я почувствовала, как к щекам приливает жар. Господи. Из всех мест Лос-Анджелеса он нашёл именно этот клуб. И увидел меня именно такой. Не героиней клипа. Не загадочной красавицей из пустыни. А обычной Медди. Танцовщицей из «Show girls». И почему-то именно это пугало больше всего. Я вдруг поняла, что больше не слышу музыку. Мир будто выключили. Несколько секунд я просто смотрела на него со сцены. Не веря собственным глазам. Он тоже поднялся. В его взгляде мелькнула растерянность. Словно он ожидал увидеть меня здесь, но не ожидал увидеть именно такой. Во всем этом неглиже. У шеста. Мне вдруг стало ужасно неловко. Хотелось провалиться сквозь землю.  — Майкл… - только и смогла выдавить я. — Привет, Медди, - его голос звучал настолько мягко и спокойно. Но я заметила, как быстро он оглядел комнату. Будто только сейчас до конца понял, где и кем я работаю. В углу стояли двое его охранников. По их лицам тоже было видно, что они удивлены. Повисла неловкая тишина. — Ты работаешь здесь, — тихо сказал Майкл. Это прозвучало не как вопрос. Скорее как печальное осознание. Я отвела взгляд от стыда. — Да… — Давно? — Достаточно. Майкл кивнул. Никакого осуждения. Никакой жалости. Но почему-то от этого становилось только тяжелее. Мне хотелось объясниться. Оправдаться. Сказать ему, что жизнь иногда складывается не так, как мечтаешь. Но слова застряли где-то в горле. Музыка в комнате тоже стихла. — Почему ты не сказала? — А когда должна была? Он задумался. Потом неожиданно улыбнулся. Совсем слегка. Будто решил ободрить меня. — Справедливо. Майкл снял свой серый пиджак и аккуратно накинул мне на плечи. Я замерла. От неожиданности. От его внезапной заботы и близости. От запаха его парфюма, который остался на ткани. Пиджак оказался слишком большим. Почти утонул на мне. Но почему-то сразу стало тепло. Очень тепло. Не только из-за ткани. Напряжение немного отпустило. — Вообще-то, — признался Майкл, — я приехал не за этим. — Тогда зачем? Он посмотрел прямо мне в глаза. — Потому что обещал позвонить. — Ты не позвонил. — Знаю. — Целую неделю. — Знаю. — Я тебя ненавидела, Джексон. — Знаю. Теперь уже рассмеялась я. — Какой ты самоуверенный. — Немного. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Потом Майкл вдруг стал серьёзным. — Поужинай со мной. — Сейчас? Я растерялась. — Майкл, я вообще-то на работе. Он перевёл взгляд на администратора, которая всё это время стояла за дверью и пыталась понять, что же внутри происходит. — Думаю, этот вопрос решаем. Через минуту выяснилось, что решаем очень быстро. Администратор уже улыбалась так широко, словно сама собиралась на ужин с Майклом Джексоном. — Медди, дорогая, твоя смена окончена. — Что? — Немедленно окончена. — Но… — Иди собирайся. Я недоверчиво посмотрела сначала на неё, потом на Майкла. Он лишь беззаботно пожал плечами. — Кажется, тебя отпустили. — Кажется… Впервые за много дней я почувствовала себя по-настоящему счастливой. Потому что вечер, который начинался хуже некуда, неожиданно снова изменил всё. Новость разлетелась по клубу быстрее любого пожара. Сначала кто-то из девочек заметил охрану. Потом кто-то увидел чёрный бронирований внедорожник возле служебного входа. Через десять минут половина персонала уже шепталась о том, что в клуб приехал сам Майкл Джексон. К моменту, когда я вышла из гримёрки, слухи успели обрасти десятком новых подробностей. — Говорят, он приехал за девушкой. — Да ладно? — Клянусь. — Интересно, за кем? — Если это не рыжая, я съем свои туфли. Я закатила глаза. — Господи, вы можете хотя бы делать вид, что не обсуждаете меня? Девушки мгновенно замолчали. Ровно на две секунды. — Так это правда? — Что правда? — Что Майкл Джексон ждёт тебя на улице? — Не знаю. — Врёшь. — Немного. В гримёрке поднялся такой визг, словно кто-то объявил конец света. Настоящий курятник. — Я её ненавижу!  — Нет, это я её ненавижу! Я рассмеялась. Хотя внутри всё дрожало. Потому что сама до конца не верила происходящему. Через несколько минут в дверь постучали. Появился один из охранников Майкла. Высокий. Серьёзный. С таким лицом, будто никогда в жизни не улыбался. — Мисс Джонс? — Да. — Мистер Майкл Джексон ждёт вас. В гримёрке стало так тихо, что можно было услышать работу кондиционера. — Ну всё, — обречённо вздохнула одна из девушек. — Я увольняюсь. Я не выдержала и рассмеялась. — Пока-пока! - театрально помахала им я. — Сучка! — Удачи не забудьте пожелать. — Не заслужила!  Я показала им язык и направилась к выходу. Когда мы шли через служебный коридор, сотрудники буквально прилипали к стенам, пытаясь рассмотреть происходящее. Кто-то шептался. Кто-то откровенно пялился. Кто-то уже бежал к телефону рассказывать новости дальше. Мне хотелось провалиться сквозь землю. — Они всегда так себя ведут? — тихо спросила я охранника. — Обычно хуже. Служебная дверь открылась. В лицо ударил прохладный вечерний воздух. На парковке было темно и тихо. Совсем другой мир по сравнению с шумным клубом. Чёрный автомобиль стоял чуть поодаль. Фары были выключены. Лишь мягко светился салон. И почему-то от одного его вида сердце начало биться быстрее. Охранник открыл дверь. Я осторожно заглянула внутрь. Майкл сидел на заднем сиденье. Один. Без журналистов. Без толпы поклонников. Без камер. Просто Майкл. Он поднял голову и сразу улыбнулся. Той самой улыбкой. От которой у меня каждый раз становилось тепло. Забравшись, в огромный автомобиль я села рядом. Дверь за мной закрылась. Автомобиль тронулся с места. А клуб, сплетни, шум и весь остальной мир остались где-то позади. И впервые за последний месяц мне показалось, что всё снова становится на свои места. Машина плавно растворилась в ночном Лос-Анджелесе. В салоне играла тихая музыка. Я сидела рядом с Майклом и впервые за весь вечер не знала, что сказать. Ещё месяц назад я мечтала увидеть его хотя бы на пять минут. Теперь сидела рядом. И отчаянно пыталась не выглядеть полной идиоткой. Я украдкой посмотрела на него. Майкл смотрел в окно. Чёрная рубашка. Тёмные очки, которые он так и не снял. Несколько завитков волос падали на лоб. Выглядел он уставшим. Очень. — Что? — неожиданно спросил он. Я вздрогнула. — Ничего. На его губах появилась улыбка. — Ты смотришь на меня уже минут пять. — Вовсе нет. Минуты четыре. Майкл тихо рассмеялся. — Прости. — Не извиняйся. Он повернулся ко мне. И на секунду наши взгляды встретились. Сердце тут же решило устроить забастовку. Господи. Возьми себя в руки, Мэдди. Тебе не пятнадцать. Хотя чувствовала я себя именно на пятнадцать. Майкл неожиданно отвёл взгляд первым. Будто сам немного смутился. Это почему-то успокоило. Значит, нервничаю не только я. Потом он заговорил первым: — Как прошёл твой месяц? — Странно, - я нервно усмехнулась. — Насколько странно? — Люди начали узнавать меня на улице. — Правда? — Да. — И как тебе это? — Ужасно. Он ухмыльнулся. Тихо. Совсем невесело. — Обычно люди отвечают иначе. — Потому что они ненормальные. — Не все, - не согласился со мной Джексон. — Девушки в клубе меня ненавидят. — Почему? — Потому что я снялась в твоём клипе. — Это не повод ненавидеть человека. — Женщинам объясни. Майкл снова засмеялся. Я впервые услышала его смех так близко. И вдруг поняла, что именно его мне не хватало весь этот месяц. Не клипа. Не фотографий. Не песен. А именно этого. Живого человека рядом. — А мужчины? — вдруг спросил он. — Что мужчины? — Тоже узнают? — К сожалению. — К сожалению? — Некоторые решили, что если я появилась в твоём клипе, то автоматически должна сходить с ними на свидания. — Идиоты. — Майкл Джексон только что назвал кого-то идиотом? - я удивлённо посмотрела на него.  — Иногда я позволяю себе роскошь быть честным. Я рассмеялась. Он тоже улыбнулся. В машине вдруг стало очень легко. — А у тебя? — спросила я. — Как прошёл месяц? Он вздохнул и откинулся на спинку сиденья. — Работа. — Много? — Очень много. Интервью. Съёмки. Репетиции. Встречи. — Звучит загружено. — Иногда так и есть. — А я думала, жизнь суперзвезды — это сплошное веселье. — Это самая большая ложь музыкальной индустрии. — Так и знала, - разочаровано выдохнула я. Майкл улыбнулся. Но потом его взгляд стал чуть задумчивее. — Иногда мне хочется просто выйти одному на улицу. — И что мешает? — Толпа в пятьсот человек. — Черт, точно. — Да… Я покачала головой. Наверное, такая жизнь действительно была невыносимой. Несколько минут мы просто смотрели в окно. За стеклом мелькали огни ночного города. Рекламные вывески. Автомобили. Люди. Потом домов становилось всё меньше. Шума тоже. Машина постепенно уезжала всё дальше от центра. — Куда мы едем? — спросила я. — В одно место. — Очень конкретно. Ты всегда такой загадочный?  — Только когда хочу кого-нибудь позлить. — Значит специально.  Я покачала головой. Невыносимый человек. Но улыбка всё равно появилась сама собой. Минут через двадцать машина свернула на узкую дорогу. Вокруг стало совсем тихо. Никаких толп. Никаких журналистов. Никаких фотографов. Только пальмы. Тёплый ночной воздух. И огни небольшого ресторана, спрятанного на склоне холма над городом. Лос-Анджелес отсюда выглядел россыпью звёзд. Словно кто-то рассыпал тысячи огоньков по земле. — Ничего себе… — выдохнула я. — Красиво, правда? Я посмотрела сначала на город. Потом на него. — Очень красиво. И почему-то мне показалось, что в этот момент мы говорили совсем не о виде из окна.  Несколько секунд я просто стояла рядом с машиной и смотрела на город. С высоты холма Лос-Анджелес казался другим. Спокойным и тихим. Будто это был вовсе не тот сумасшедший город, который каждое утро пытался свести меня с ума пробками, жарой и бесконечной суетой. — Нравится? — скромно спросил Майкл. Я повернулась к нему. — Спрашиваешь? Конечно! — Поэтому я люблю это место, - он улыбнулся по мальчишески. — Часто сюда приезжаешь? — Когда удаётся сбежать от всех. — Судя по количеству твоих телохранителей, сбежать не очень получается. — Не получается вообще. Я рассмеялась. Один из охранников уже открыл нам дверь ресторана. Внутри оказалось неожиданно уютно. Никакой роскоши напоказ. Никаких толп знаменитостей. Только приглушённый свет, несколько занятых столиков и джаз, тихо игравший где-то на фоне. Похоже, это место знали только свои. Именно поэтому Майкл его и выбрал. Нас провели к столику возле большого окна. Весь город лежал у нас под ногами. Я сняла с себя его пиджак и села напротив. И только теперь поняла, что мы остались вдвоём. По-настоящему. Без съёмочной группы. Без Дейзи. Без журналистов. Без охраны между нами.  От этой мысли я снова начала нервничать. — Ты в порядке, Медди? Расслабься, - Майкл заметил это почти сразу. Официант принёс меню. Несколько минут мы выбирали еду. Точнее, выбирал Майкл. Я всё ещё больше смотрела на него, чем в меню. И в какой-то момент он это заметил. Снова. — Медди. — Что? — Еда там, - он показал мне на белое картонное меню. — Я знаю. — Тогда почему ты смотришь на меня? — Потому что ты интереснее пасты. Он прикрыл лицо рукой и рассмеялся. По-настоящему. Громче, чем раньше. И почему-то именно этот смех заставил меня окончательно расслабиться. Когда официант ушёл, между нами наконец повисла приятная тишина. Не неловкая. Спокойная. Такая, которая бывает между людьми, которым хорошо рядом друг с другом. — Могу задать вопрос? — вдруг спросил Майкл. — Можно. — Честный? — Это звучит опасно. — Немного. — Спрашивай, - я улыбаюсь. Он несколько секунд молчал. Будто подбирал слова. А потом посмотрел мне прямо в глаза. — Ты правда думала, что я не позвоню? Улыбка исчезла сама собой. Потому что вопрос попал точно в цель. Я отвела взгляд на огни города. На машины внизу. Куда угодно, только не на него. — Да. Ответ получился слишком честным. — Почему? — Потому что ты Майкл Джексон, - я тихо выдохнула. — И? — И такие люди не звонят девушкам вроде меня. Он нахмурился. Слегка. Совсем немного. — Девушкам вроде тебя? — Ты понимаешь, о чём я. — Не понимаю. Я подняла глаза. И увидела, что он действительно ждёт ответа. — Потому что ты живёшь в другом мире, Майкл. — А ты? — А я работаю в ночном клубе и снимаю квартиру с вечно ломающимся кондиционером. Несколько секунд Майкл молчал. Потом неожиданно весело улыбнулся. — Знаешь, что я вижу? — Что? — Девушку, которая за один день смогла выйти на съёмочную площадку и не испугаться. — Ой, перестань. Я была в ужасе, - залилась краской я. — Не заметно. — Я хорошо притворяюсь. — Я тоже, - беззаботно ответил Майкл. На этот раз рассмеялись уже оба. А потом вдруг снова наступила тишина. Только теперь другая. Более личная. И в этой тишине я вдруг поняла одну простую вещь. Последний месяц я скучала не по знаменитости. Я скучала именно по этому Майклу. Который сейчас сидел напротив меня, улыбался и смотрел так, словно ему действительно было важно всё, что я говорю. Ужин затянулся намного дольше, чем я ожидала. Сначала мы говорили о музыке. Потом о путешествиях. Потом вообще обо всём подряд. И самое странное заключалось в том, что с каждой минутой Майкл становился всё менее похож на человека, которого показывали по телевизору. Он много смеялся. Шутил. Иногда рассказывал совершенно нелепые истории. Даже изображал какого-то сумасшедшего продюсера, который умудрился уснуть во время встречи с ним. Я смеялась так сильно, что едва не уронила бокал. — Не верю. — Клянусь. — Ты врёшь. — Нет. — Врёшь. — Хорошо. Немного приукрасил. — Я так и знала, Майкл! Он снова довольно улыбнулся. Боже. Как вообще можно было сопротивляться этой чистой и невинной улыбке? В какой-то момент я заметила, что ресторан совсем опустел. Ни персонала, никого. Город внизу сиял миллионами огней. А мы всё ещё сидели за столом. Будто никуда не торопились. Будто весь остальной мир мог подождать. — Кстати, — вдруг сказал Майкл. — Что? — Ты так и не рассказала мне одну вещь. — Какую? — Почему ты тогда согласилась сниматься? Я удивлённо моргнула. — В смысле? — Когда я увидел тебя на площадке, ты ведь не горела желанием. — Потому что это был ты. — Нет.  — Как нет? Ты меня заставил, Майкл!  — Это не причина, - не веря мне, он покачал головой. Я нервно рассмеялась. Но потом всё-таки задумалась. Ответ оказался сложнее, чем казалось. — Наверное… - я посмотрела в окно. — Наверное, потому что впервые увидела что-то большее, чем свою обычную жизнь. Майкл внимательно слушал. — Продолжай. — Каждый день был одинаковым. Работа в клубе. Дом. Звонки Дейзи. И так по кругу. вдруг появилась возможность оказаться частью чего-то настоящего. Красивого. Большого. Он медленно кивнул. Будто прекрасно понимал, о чём я говорю. — А потом? — Потом всё закончилось, - с досадой выдохнула я. — И ты расстроилась. — Очень. На его лице появилась странная эмоция. Не весёлая. Не грустная. Какая-то задумчивая. — Знаешь… — Что? — Я тоже. Я замерла. — Расстроился. Теперь уже я смотрела на него, не понимая, шутит он или нет. Но Майкл выглядел абсолютно серьёзным. — Почему? Он хотел ответить. Я это увидела. Уже открыл рот. Но в этот момент к столику быстро подошёл один из охранников. И впервые за весь вечер выглядел действительно встревоженным. Очень. — Мистер Джексон. Тот сразу изменился в лице. — Что случилось, Боб? Охранник наклонился и что-то тихо сказал ему на ухо. Всего несколько слов. Я их не услышала. Но увидела реакцию. Улыбка исчезла. Полностью. Майкл резко поднялся со стула. — Ты уверен? — Да, сэр. — Чёрт. У меня внутри всё похолодело. — Что произошло? Несколько секунд Майкл молчал. Смотрел на охранника. Потом перевёл взгляд на меня. И вдруг сказал: — Медди, мне нужно, чтобы ты сейчас поехала со мной. — Что? — Немедленно. — Майкл, что случилось? Он сделал шаг вперёд. В его глазах впервые за весь вечер появилось настоящее напряжение. — Я всё объясню по дороге. — По дороге куда? На секунду повисла тишина. А потом Майкл произнёс фразу, после которой у меня буквально остановилось сердце. — Ко мне домой. И прежде чем я успела что-либо ответить, за окнами ресторана вспыхнули десятки фотокамер. Будто кто-то только что рассекретил нас.