Сокровище на ладони молодого генерала (军少掌中宝)

Глава 37: Способность Пухляша Чэня — Ха-ха-ха-ха... Из самой глубины груди раздался низкий смех. Никто не заметил, как маленький щенок размером с ладонь вцепился в штанину Юнь Чэ и полез наверх: — Хозяин, зомби такие страшные! Меня тоже надо защищать! — Пошёл вон! Юнь Чэ приоткрыл глаза — у него даже не было сил его подкалывать. В такой ситуации самое время было бы показать свою мощь. А этот гад ужался до размеров крошечного щенка. Ну не наказание ли? — Не пойду, не пойду и не пойду! Щенок, словно балуясь, несколько раз перекатился у него на коленях, потом, перебирая передними и задними лапами, добрался до живота, повернулся и, подражая Пухляшу Чэню, прислонился к нему спиной. Откуда ни возьмись, он достал энергетическую палочку, зубами разорвал упаковку и принялся с хрустом уплетать. Юнь Чэ смотрел на это и думал только об одном — схватить его и выкинуть в окно. Вот же наказание, настоящее наказание! — Это и есть тот самый говорящий пёс, который с тобой? Если память не изменяет, размер у него был несколько иной? Син Фэн был в полном недоумении. — Ага. Мутировавший зверь. — Мутировавший зверь? Животные тоже мутируют? Зрачки Сина Фэна сузились, в глубине глаз появилась тень беспокойства. Если это так, то жизненное пространство человечества сокращается ещё сильнее. В конце концов, поголовье животных на Земле ничуть не меньше человеческого. — М-м-м. Растения тоже мутируют. И не только мутируют: если животное поцарапает или укусит зомби, оно тоже превращается в зомби-животное. Если прикинуть время, зомби-животные или мутировавшие звери скоро должны появиться. Юнь Чэ решил выложить всё как есть. Чем раньше Син Фэн узнает, тем раньше юго-западная база примет меры предосторожности. А значит, их собственная безопасность будет надёжнее. — Ты знаешь и правда необычайно много. Син Фэн опустил взгляд и, глядя на него, медленно произнёс. Даже то, чего не знал он, Юнь Чэ знал в мельчайших подробностях. Это невольно вызывало подозрения. Впрочем, подозрения эти были не негативными — скорее, ещё больший интерес. — Что? Думаешь, отправить меня в исследовательский институт, чтобы тамошние сумасшедшие учёные препарировали? Юнь Чэ вдруг выпрямился, сложил руки и положил их на плечи Сина Фэну. В уголках губ застыла лёгкая улыбка, но в глазах не было ни капли тепла. — Не хочешь улыбаться — не улыбайся. Фальшиво! Син Фэн посмотрел на него, цокнул с лёгким отвращением, потом снова наклонился, приблизился к самому уху и провёл языком по его мочке: — Институт не надо. Может, ко мне в постель? Там и исследуем? В его дразнящем тоне, в горячем дыхании чувствовалось что-то, что заставляло молодое, чувствительное тело откликаться. В некоторых аспектах Юнь Чэ был куда неопытнее Сина Фэна. — Ты чего творишь? Мы серьёзно говорим! Может, без хулиганства? Красивое лицо Юнь Чэ мгновенно приняло сердитое выражение. Он сверкнул глазами и снова обессиленно откинулся на плечо собеседника. — Ха-ха-ха... Син Фэн был не из тех, кто не понимает границ. Поддразнить можно, но переходить черту не стоит. Он ведь хотел «постепенно» узнать этого человека всё лучше и лучше. — ...Просто по пути попадались. Юнь Чэ пробормотал что-то невнятное — это должно было заменить ответ на предыдущий вопрос. Лэн Ехань и остальные, слышавшие весь разговор, пребывали в полном недоумении. Разве они по пути встречали других мутировавших зверей? Враньё было настолько неумелым, что раскрывалось в ту же секунду. Но ничего страшного — они же все свои, не подведут. В конце концов, теперь они единое целое, а он — ядро этого целого. Единственная, кто не крутил мысленно подколки в адрес Юнь Чэ, была Юнь Яо. Вот только её взгляд то и дело скользил в сторону двоих, сидящих в обнимку, и она то и дело хмурилась — явно о чём-то беспокоясь. — Отдыхайте. Чжао Ган, садись за руль. Следуй за следами Хуайэня. Сегодня переночуем где-нибудь, а утром вернёмся на базу. Син Фэн уже говорил, что ни единому слову Юнь Чэ не верит. В то же время он чувствовал: если тот не хочет говорить, его и нож к горлу не приставишь. Поэтому он больше не расспрашивал. В конце концов, возможностей будет ещё много. Ян Хуайэнь с напарником, уехавшие вперёд, нашли небольшую гостиницу на окраине города. Когда машина Юнь Чэ подъехала, они уже зачистили её от зомби. Время перевалило за полночь, с неба начал сыпаться редкий снежок. Юнь Чэ невольно нахмурился. Всё изменилось. Он помнил, что в прошлой жизни этот снег выпал примерно в апреле. А сейчас — только середина марта. — Погода снова меняется. — М-м-м. Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем Юнь Чэ тихо пробормотал эти слова. Син Фэн, стоявший рядом у входа, едва слышно поддакнул. Они оба знали, что именно снегопад принёс с собой конец света. — Что ещё знаешь? Син Фэн повернулся к нему и, как ни странно, снова принялся расспрашивать, не стыдясь своего невежества. Юнь Чэ покачал головой и отвернулся — он явно не хотел больше говорить. После недолгого бегства все устали. В конце концов Юнь Чэ просто выставил Хэй Юя караулить, а остальные сбились в кучки, чтобы вздремнуть. — Дядя, доброе утро! Способности усиливают физическую выносливость — несколько часов отдыха позволили им восстановиться до пикового состояния. Когда Юнь Чэ проснулся, Пухляш Чэнь лежал рядом, задрав попку кверху, и сосал леденец. Увидев, что дядя открыл глаза, его пухлое личико расплылось в сияющей улыбке. Он тут же набросился на Юнь Чэ и звонко чмокнул того в щёку. — Доброе утро, Чэнь Чэнь. Юнь Чэ с нежностью обнял кругленькое тельце, сел и тоже поцеловал его в щёчку: — Откуда леденец? Увидев, что малыш снова засунул недоеденную конфету в рот, он спросил без задней мысли. Но Пухляш Чэнь вдруг из ниоткуда достал ещё один леденец: — Дядя, ешь! — Ты... Юнь Чэ изумлённо раскрыл рот. Ему не показалось? Леденец действительно возник из ниоткуда? И он только что явно ощутил присутствие пространства. Не может быть — в прошлой жизни у него самого была пространственная способность. Неужели у Чэнь Чэня тоже пробудилась пространственная способность? И когда? — Дядя? Леденец так никто и не взял. Пухляш Чэнь удивлённо склонил голову набок — похоже, размышлял, что же случилось с дядей. — Слушай, Чэнь Чэнь, скажи дяде: у тебя есть... ну... такой большой дом, куда можно положить много-много вещей? Вспомнив, насколько важны пространственные способные на раннем этапе, Юнь Чэ быстро схватил его и, как мог, понятными для малыша словами принялся расспрашивать. Ему и в голову не могло прийти, что у Чэнь Чэня пробудилась пространственная способность. Глава 38: Все стихии — до жути паршивые всестихийные способности — Да-да-да! Дядя, ты тоже видишь? Услышав это, Пухляш Чэнь радостно закивал — похоже, наконец-то мог поделиться своим сокровищем. А вот лицо Юнь Чэ стало ещё мрачнее: — Когда появилось? — Давно. Дядя, смотри, смотри! Словно хвастаясь драгоценностью, Пухляш Чэнь повернул ладошку вверх — и на ней появился маленький водяной шарик. Юнь Чэ скривился. Две стихии... Но не успел он мысленно выругаться, как на другой руке малыша заплясал крошечный огонёк. Затем пухлая ладошка покрылась металлом, потом — комочком грязи. И наконец, даже комнатное растение в горшке вместе с самим горшком подлетело к ним. Все стихии. Оказалось — все стихии. У Юнь Чэ просто не было слов. Особенно когда он увидел, как весело малыш играет со своими способностями, он даже не знал, как на это реагировать. Все стихии — звучит красиво. Но на деле далеко не каждый может себе такое позволить. Развивать способности не так-то просто. Особенно если их несколько. Взять хотя бы его самого: у него две стихии — молния и воздух. С того самого дня, как он возродился, его молния была на втором уровне. И до сих пор — даже у Лэн Еханя огонь уже дошёл до второго, а его молния так и осталась на втором. Причина проста: его способность к воздуху только вчера прорвалась на второй уровень. Множественные способности нельзя развивать по отдельности — они все должны развиваться вместе. У него, с двумя стихиями, прогресс и то медленный. Что уж говорить о том, у кого их все? Поэтому всестихийных способных ничуть не преувеличивая можно назвать бесполезными. Обычный человек не в состоянии их «прокормить». Даже если взять такого «жирного дракона», как Син Фэн, содержать всестихийного способного было бы той ещё проблемой. А самое паршивое — им ещё и Юнь Чэна надо кормить! Чем больше он думал, тем больше ему хотелось плакать. Неужели Небеса решили заиграть его до смерти? — Дядя... Увидев, что дядя не так рад, как он ожидал, Пухляш Чэнь отвернулся, опустил голову и принялся уныло возиться со своими пальчиками на ногах, при этом продолжая с шумом сосать леденец. — Маленький негодник, на дядю обиделся? Заметив состояние племянника, Юнь Чэ не знал — то ли смеяться, то ли плакать. Он взял малыша на руки и усадил к себе на колени: — У Чэнь Чэня есть большой дом, и ты умеешь делать столько всего, чего дядя не умеет. Как же дяде за тебя не радоваться? Но сейчас вокруг много плохих людей. Если они узнают, какой ты сильный, они обязательно захотят тебя забрать. Дядя боится, что они тебя обидят. В начале конца света пространственные способные — редкость. И правительство, и военные на них очень падки. Если такого способного обнаруживают, а у него нет достаточной силы, он в лучшем случае становится чьим-то ходячим чемоданом. А позже, когда ресурсов станет всё меньше, а способные к одной стихии начнут возвышаться, тех, кто не может сражаться самостоятельно и требует защиты, бросают первыми. К тому же он не просто пространственный. На первых порах вряд ли кто-то поймёт, насколько сложно развивать множественные способности. Но если узнают, что он владеет всеми стихиями, даже военные начнут на него охоту. Особенно те сумасшедшие из институтов. На этот раз он никому не позволит даже пальцем до него дотронуться. — Дядя будет бить плохих людей! Защитит Чэнь Чэня и маму! Пухляш Чэнь задумался, потом снова расплылся в улыбке, обхватил дядю пухлыми ручонками и прижался к нему. В его представлении дядя был самым сильным на свете. Пока дядя рядом, никакие плохие люди не смогут обидеть их с мамой. — Но дядя ведь не всегда может быть рядом. Что тогда делать? Быть объектом чистого, искреннего поклонения со стороны такого милого племянника — безусловно, приятно. Но Юнь Чэ не собирался сдаваться. Он намеренно изобразил растерянность и продолжил его обхаживать. Пухляш Чэнь, видимо, тоже озадачился — его крошечные бровки нахмурились. Спустя полминуты он жалобно пролепетал: — Дядя... Ему ведь ещё и трёх лет нет. Если бы он и вправду что-то придумал, то либо его «пронзила чужая душа», либо он был бы вундеркиндом из легенд. — М-м-м... Дай-ка подумать. Вид у племянника был такой потерянный и обиженный, что сердце разрывалось. Юнь Чэ чуть было не сорвался. Он прикрыл рот рукой, пряча улыбку, и сделал вид, что размышляет. — Может, сделаем так? Пусть твой большой дом и все твои способности будут нашим с тобой маленьким секретом. Мы никому не скажем. И ты больше не будешь показывать свои способности при других. А я дам тебе поясную сумочку. Если тебе нужно что-то достать — делай вид, что достаёшь из сумочки. Хорошо? Уговорить ребёнка — целая наука. Юнь Чэ изо всех сил пытался подобрать слова, которые племянник смог бы понять. — Но мама... Пухляш Чэнь выглядел растерянным. Он был хорошим мальчиком, а мама говорила, что хорошие мальчики не обманывают. — Маме можно сказать, но я сам с ней поговорю. Поверь дяде: мы не обманываем. Мы просто не даём плохим людям тебя обидеть. — Хорошо! Нахмуренные бровки наконец разгладились. Белое, нежное личико снова озарилось улыбкой. Юнь Чэ тоже улыбнулся и протянул мизинец: — Тогда договорились. — М-м-м! Мизинчики скрепить — сто лет не изменить! Пухляш Чэнь радостно обхватил его мизинец своим. Они посмотрели друг на друга и снова принялись чмокать друг друга в щёки, весело возясь. — Сяо Чэ проснулся? Иди умойся, будем завтракать. Снаружи вошла Юнь Яо — вся сияющая — и посмотрела на сцепившихся в объятиях брата и сына. Она проснулась раньше всех и уже сварила кашу. — Хорошо. Чэнь Чэнь, ты чистил зубы? Брат и племянник таинственно переглянулись — словно обменялись секретом, понятным только им двоим. Юнь Чэ поднял племянника на руки. Вслед за Юнь Яо вошла Чжань Яфэй и быстро принялась сворачивать спальные мешки: — Я ему уже помогла. Он ещё рано утром с братом Яном и остальными кулачками махал. Пухляш Чэнь был такой кругленький, милый, послушный и смышлёный — его все очень любили. — Вон оно что. Наш Чэнь Чэнь, оказывается, умеет махать кулачками. Услышав это, Юнь Чэ стал ещё нежнее и ущипнул племянника за белую, нежную щёчку. Пухляш Чэнь нетерпеливо отмахнулся: — Не щипайся! Больно! Чэнь Чэнь будет Ультраменом и будет бить плохих! — Ультрамен? Что это? Юнь Чэ долго вспоминал и наконец понял — кажется, это какой-то детский фильм про героя? Ну, до конца света он вечно был занят — бегал по подработкам, ему было не до таких вещей. — М-м-м! Дядя — большой Ультрамен, Чэнь Чэнь — маленький Ультрамен. Вместе будем бить плохих! Малыш серьёзно кивнул и показал пальчиком на дядю, потом на себя. Как раз в этот момент снаружи вошёл Чжоу Цзэюй и вставил своё словцо: — Мелкий толстяк, ты неправ. Юнь Чэ — не Ультрамен. Он — финальный босс. У него сила зашкаливает, полоска здоровья длинная, и ему на всё наплевать. — Ха-ха-ха-ха! Следом за ним вошли Лу Хайсюань и остальные — они громко расхохотались. Даже Чжань Яфэй и Юнь Яо не удержались от улыбки, прикрыв рты ладонями. В этом аду, где каждый день на волоске от смерти, такой смех — настоящая роскошь. Но у них, похоже, никогда не было недостатка в поводах для веселья. Комментарии к переводу «Про́нзен чужая душа» (被魂穿了) — интернет-сленг в жанре «перерождение» (穿越). Означает ситуацию, когда в теле человека оказывается душа из другого мира или времени. Здесь Юнь Чэ в шутку говорит, что если бы его трёхлетний племянник сам придумал способ скрывать свои способности, то это было бы либо переселением души, либо гениальностью не от мира сего. Мутировавшие звери (变异兽) — животные, которые не превратились в зомби, а мутировали, приобретя новые способности или огромную силу. Все стихии (全系) — способность владеть всеми стихиями сразу. В этом мире к стихиям относятся: вода, огонь, металл, земля (грязь), а также, видимо, воздух, молния и пространство (пространственная способность не считается стихией, но тоже является разновидностью способностей). «Жирный дракон» (金大腿) — сленг, означающий «влиятельный покровитель». Буквально — «золотая нога». Здесь Юнь Чэ имеет в виду Син Фэна. Ультрамен (奥特曼) — популярный японский сериал о супергерое, который сражается с монстрами. В Китае очень известен.