Сокровище на ладони молодого генерала (军少掌中宝)

Глава 45: Надежда. Настоящий Хэй Юй — Нет! Не надо! Сестра, открой глаза, посмотри на меня, сестра!.. Юнь Чэ, обнимая тело сестры, безумно кричал. Когда Юнь Чэн превратился в зомби, он не проронил ни слезинки. Но сейчас, глядя на умирающую сестру, слёзы всё же потекли ручьём. Почему? В этой жизни он подготовился заранее, но всё равно не смог помешать брату стать зомби, не смог уберечь сестру от смерти? Какого чёрта? — Р-р-р!.. — Пошёл вон, твою мать! Атака зомби третьего уровня не прекратилась из-за того, что Юнь Яо была тяжело ранена. Он снова занёс когти над ними. Хэй Юй бросился вперёд и, приняв удар на себя, в своей полной форме сумел сдержать зомби третьего уровня и отбросить его. — Мама, мама!.. — Я с ним разберусь. Отброшенный зомби третьего уровня снова принялся играть с огнём. Хэй Юй уже собрался ринуться в бой, но чья-то фигура опередила его. Пухляш Чэнь, сидевший на спине Хэй Юя, давно уже плакал навзрыд. Хэй Юй повернулся — Юнь Чэ дрожащими руками лил воду в рот сестре: — Сестра, пей! Выпей — и всё будет хорошо. Пей!.. Даже слепой бы понял, что Юнь Чэ потерял контроль. — Хозяин... Хэй Юй никогда не видел его таким. Он почти бессильно положил переднюю лапу ему на плечо. — Кхм-кхм... Сяо... Сяо Чэ... не... не плачь... Может быть, родниковая вода подействовала, а может, её просто растормошили, но Юнь Яо закашлялась и очнулась. Окровавленная рука бессильно приподнялась. Слёзы сами собой катились по щекам. Неужели всё? Она действительно очень старалась, но не успела увидеть, как Сяо Чэн придёт в себя, не дождалась, когда Чэнь Чэнь вырастет, не стала свидетелем того, как её младшие братья создадут семьи, даже не успела ещё раз увидеть Чжоу Чжицзюня и спросить, почему он так равнодушен к ним с сыном, неужели все его клятвы были ложью? Почему ей не дали ещё немного времени? — Сестра... Чем больше он это видел, тем сильнее не мог сдержать слёз. Юнь Яо было больно за него, но у неё не осталось сил, чтобы вытереть их. Сейчас она уже больше выдыхала, чем вдыхала. С трудом собрав последние силы, она прошептала: — Сяо Чэ... вырасти Чэнь Чэня... позаботься о Сяо Чэне... и о себе... Словно исчерпав все силы, веки Юнь Яо бессильно сомкнулись. — Нет! Заботься сама! Я не буду растить твоего сына! Сестра, не закрывай глаза! Умоляю тебя, сестра!.. Услышав слова, похожие на прощание, Юнь Чэ снова поднёс воду к её губам: — Сестра, пей! Открой рот, пей! — Глоток, глоток... Возможно, услышав его почти умоляющий крик, всё ещё находясь в сознании, Юнь Яо инстинктивно открыла рот и сделала несколько больших глотков родниковой воды. В своей панике Юнь Чэ не заметил, что дыхание сестры, кажется, постепенно выравнивается, а кровь из раны перестала хлестать так сильно. — Кхм-кхм... хва... хватит... Не в силах больше пить, Юнь Яо закашлялась, отказываясь. — Сестра... с тобой всё будет в порядке. Я не позволю тебе умереть. Поверь мне, сестра. Не сдавайся, не сдавайся!.. Сжимая её руку, Юнь Чэ, охрипший от крика, рыдал в голос. На этот раз он готов бороться даже с небесами, но вырвет сестру у смерти! — Ты сошёл с ума?! Увидев, что он пытается силой запихнуть Юнь Яо в пространство, Хэй Юй поспешно остановил его. Юнь Яо — не Юнь Чэн, она живой человек. С его нынешними силами, если он сделает это, он сам будет либо мёртв, либо покалечен. — Мне плевать! Оттолкнув его, Юнь Чэ попробовал снова. Путём постоянных экспериментов он давно понял: если просто пить родниковую воду, она максимум укрепляет здоровье и немного восстанавливает силы. Чтобы использовать её по максимуму, нужно погружаться в бассейн. Если бы ему удалось отправить сестру в пространство, у неё ещё был бы шанс. Но... — Плюх!.. Очередной откат оказался сильнее предыдущего. Юнь Чэ отчётливо чувствовал, как его внутренности, кажется, воспламенились — боль была невыносимой. Но он не желал сдаваться. Он вытер рукой кровь с губ и попытался снова. — Что ты делаешь?! Ян Хуайэнь и остальные наконец подоспели на подмогу. Син Фэн, временно вышедший из боя, схватил Юнь Чэ за запястье. Его красивое, словно высеченное из камня, лицо исказила злоба. — Пошёл вон! В обычное время Юнь Чэ перекинулся бы с ним парой фраз. Но сейчас его мысли были только о спасении сестры. Его взгляд и голос стали ледяными. Син Фэн на мгновение опешил, затем присел и осмотрел состояние Юнь Яо: — Возвращаемся на базу. Я могу её спасти. Юнь Чэ, собиравшийся попробовать снова, замер. Его глаза уставились на Син Фэна с такой жадностью, словно перед ним была еда для голодного зверя. Почему-то сердце Син Фэна сжалось. Наконец, встретившись с ним взглядом, он медленно проговорил: — Светлые способные. Ты ведь знаком со способностями, должен знать. Пока нет заражения, такой способный может мгновенно вылечить любую рану. В моём отряде есть один светлый способный. Светлые способные — огромная редкость, один на миллион. То, что в его отряде есть такой, было высшей тайной, о которой не знал даже генерал-майор Мо Вэньян, его двоюродный брат, с которым он всегда был близок. — ...На базе действительно есть светлый способный? Глядя ему в глаза, Юнь Чэ хрипло спросил. В прошлой жизни он прожил в аду четыре года и, конечно, слышал о светлых способных, но никогда не видел. Светлая способность слишком уж мощная и редкая. Как только такого находили, его почти всегда принудительно забирали военные — простым смертным он не доставался. Если у Син Фэна в отряде действительно есть светлый способный, то у сестры... При этой мысли глаза Юнь Чэ стали ещё более жадными. Ему не терпелось скорее попасть на базу. — Я же говорил — я твоя «золотая нога». Не зря же это прозвище, правда? Видя, что в его глазах снова затеплилась надежда, Син Фэн постарался говорить как можно непринуждённее. — Спасибо! Убедившись, что тот не солгал, Юнь Чэ попытался поднять сестру на руки, но недооценил тяжесть своих ран. В его состоянии было чудом, что он ещё не отключился. Син Фэн, не раздумывая, взял Юнь Яо на руки. — Положи её на спину Хэй Юя. Чэнь Чэнь, не плачь, с мамой всё будет в порядке. Опираясь на тело Хэй Юя, Юнь Чэ дрожа поднялся. Голос его становился всё слабее. Син Фэн, державший на руках Юнь Яо, смотрел на него с тревогой. Смутно он начинал понимать, что его интерес к Юнь Чэ, кажется, не ограничивается только интересом. — М-м-м... Пухляш Чэнь, весь в слезах, обеими руками зажимал себе рот, стараясь не заплакать. В другое время Юнь Чэ разрывался бы от жалости, но сейчас у него не было на это сил. — Хэй Юй? Видя, что тот не опускается, Юнь Чэ снова похлопал его по телу. В этот момент он не боялся, что Хэй Юй снова начнёт опускаться ниже плинтуса — в его сознании в критический момент самым надёжным был только Хэй Юй. — Хозяин, не забудь покормить меня энергетическими палочками! Хэй Юй долгим взглядом посмотрел на него, затем лизнул в щёку. В его голосе слышалась неохотная грусть. Юнь Чэ вздрогнул: — Что ты собираешься делать? Интуиция подсказывала ему: что-то не так. Совсем не так. — Что ещё? Расчистить вам дорогу. Или у хозяина есть силы пробиваться самим? Избегая его взгляда, Хэй Юй внезапно обратился к Син Фэну: — Соберите всех. Я проложу путь. А вы навалитесь всем скопом и вырветесь. В его голосе звучала необычная тяжесть — словно он принял какое-то решение. — Хорошо. Син Фэн, похоже, догадался, о чём речь, и серьёзно кивнул. — Р-р-р!.. — Бам! Бам!.. Все быстро собрались. Хэй Юй велел Чжань Яфэй взять на руки Пухляша Чэня и, прежде чем зомби третьего уровня успел снова атаковать, поднял голову к небу и издал протяжный рёв. В тот же миг небо и земля изменились. В его широко раскрытую пасть хлынули потоки неизвестного газа. Даже Син Фэн и остальные, стоявшие за его спиной, почувствовали озноб. Их почти исчерпанные способности словно ожили и с бешеной силой заструились по жилам. — Хэй Юй... Син Фэн уже передал Юнь Яо Лэн Еханю. Юнь Чэ, который мог стоять только опираясь на Син Фэна, смотрел на это с шоком, а затем его глаза наполнились невыразимой тревогой. Если бы эту способность можно было использовать когда угодно, Хэй Юй давно бы её применил. Иными словами, это был его козырь. А когда козырь раскрыт... сможет ли он сам остаться невредимым? Но в такой ситуации, как бы Юнь Чэ ни хотел его остановить, у него не было на это сил. Оставалось только смотреть, как Хэй Юй накапливает энергию. — Р-р-р!.. — Бам! У-у-у!.. Рёв сотрясал землю. Из пасти Хэй Юя вырвались столбы света. Зомби прямо перед ними исчезли в один миг — не осталось даже плоти. Все, кто это видел, не могли поверить своим глазам. Эта сила была слишком велика, она намного превосходила их понимание. — Р-р-р!.. Хэй Юй развернулся и снова заревел. Столбы света ударили опять — путь впереди был расчищен. В тот же миг огромное тело Хэй Юя стремительно сжалось, и через мгновение он уже, превратившись в маленького щенка, упал с высоты. — Хэй Юй!.. Забыв о раздирающей боли во всём теле — непонятно, откуда взяв силы, — Юнь Чэ оттолкнул Син Фэна и, спотыкаясь, бросился вперёд. Он успел подхватить маленького щенка за миг до того, как тот упал на землю: — Хэй Юй... Слёзы снова потекли по его щекам. Впервые в жизни Юнь Чэ возненавидел свою слабость и страстно захотел стать сильнее. Никто не мог прийти в себя. Сила, которую показал Хэй Юй, была слишком ужасной — сравниться могла разве что с атомной бомбой. Кроме слова «чудовищно», они не могли подобрать другого определения. Впервые они по-настоящему узнали Хэй Юя. — Чего встали? Вперёд! Первым опомнился Син Фэн. Он взмахнул рукой — из ниоткуда появились две машины. Он подхватил Юнь Чэ на руки и вместе с ним нырнул в первую. Остальные тоже постепенно пришли в себя и бросились к машинам. Благодаря пути, который Хэй Юй, не жалея сил, расчистил для них, две машины беспрепятственно доехали до юго-западной базы. Глава 46: Юго-западная база, Юнь Чэ стал «любовником»? Юго-западная база с тыла прикрыта рекой Линцзян и горным хребтом Лунмэнь — преимущества географического положения очевидны. Когда наступил конец света, военные быстро среагировали: собрали солдат, натаскали цемента и арматуры. Способные к металлу и земле возводили стены с двух сторон, которые должны были сомкнуться спереди. Армия была многочисленной, и строительство стен заняло всего три дня. Через три дня способные к земле и металлу вместе с солдатами принялись за планировку базы изнутри наружу. Тогда же руководство базы решило запустить радиопередачу, призывая выживших. В эти тёмные времена, когда каждый миг пропитан кровью и страхом, безопасная зона для простых людей была настоящим спасением. Каждый хотел из последних сил ухватиться за эту соломинку. После того как передача началась, каждый день в базу прибывали толпы выживших. Но у базы были свои правила. Каждый входящий должен был пройти строгий досмотр. Раненых — независимо от того, были они укушены или поцарапаны зомби — отправляли на шестичасовую изоляцию. Если мутации не происходило — добро пожаловать. Если мутировал на месте — немедленная казнь. У тех, у кого пробудились способности, военные тут же пытались завербовать. Способные могли согласиться стать воинами-экстрасенсами, могли и отказаться — военные их не принуждали. У высоких и толстых стен юго-западной базы толпились выжившие — кто на машинах, кто пешком, кто поодиночке, кто группами — все стояли в очереди, чтобы попасть внутрь. Исключений не было: все они выглядели измученными и оборванными, лица почти окаменели. Спереди у базы были устроены трое ворот — одни большие, двое маленьких. Обычные выжившие могли проходить только через большие ворота, где их досматривали. Иногда к маленьким воротам подъезжали машины — их владельцы после быстрой регистрации могли беспрепятственно въехать внутрь. У простых смертных такой привилегии не было. Поначалу такая политика вызывала недовольство. Но у военных была железная позиция: снаружи и внутри базы стояли солдаты с оружием наизготовку, охрана была строжайшей. Можно не сомневаться: если бы кто-то попытался устроить бунт, военные подавили бы его силой. Те, кому удалось благополучно добраться до базы, не были дураками. Все понимали: сейчас не прежние времена, никаких прав человека и справедливости нет. Кто сильнее — тот и прав. — Ви-и-и!.. Внезапно толпу пронзил резкий визг тормозов. Люди зашевелились, оборачиваясь на звук. Два переделанных «Ленд Ровера» один за другим подъехали к маленьким воротам. Кузова машин были в крови, кое-где уже почерневшей, — от них веяло чем-то леденящим душу. — Пожалуйста, выйдите из машины для досмотра. Машины остановились у маленьких ворот. Солдат с оружием подошёл и постучал в окно. Дверь первой машины открылась, и из неё вышел мужчина, весь в ранах и с убийственной аурой. Его напряжённые мышцы перекатывались — было видно, что он тренированный. Прошло всего чуть больше десяти дней с начала апокалипсиса, а он уже успел накопить такую убийственную энергию. Видимо, и до конца света он был не подарок. — Брат Чжао, так это вы. Мужчина был не кто иной, как Чжао Ган, сидевший за рулём. Отряд «Чаоян» Син Фэна был тесно связан с военными, многое сделал для базы. Солдаты, дежурившие у ворот, в большинстве знали их. — М-м-м, вы тут намаялись, да? Открывайте ворота. Мы собрали очень важные вещи, нужно срочно сдать их наверх. Чжао Ган кивнул и с волнением в голосе произнёс. Обычно ему не нужно было выходить из машины. Но сейчас в машине были не только Юнь Яо с большой потерей крови и потерявший сознание Юнь Чэ, но и остальные — все в ранах, все на грани обморока. Если заставлять их проходить досмотр, даже им, скорее всего, не удастся сразу попасть на базу. — Без проблем. Но, брат Чжао, вы сами в таком состоянии — может, останетесь на наблюдение? И тех, кто в машине, можно хоть мельком посмотреть? Солдат с оружием смущённо посмотрел на него. Через маленькие ворота можно было проехать, но символический досмотр всё равно требовался. В конце концов, в такое время выживать тяжело. Военные смогли в короткий срок построить такую зону безопасности — и то с трудом. Если нарушить правила, можно и весь город погубить. Даже если сам начальник гарнизона попросит, досмотр всё равно нужен. Ничьи привилегии здесь не действуют. — В исследовательском институте уже заявили, что от небольших ран способные не мутируют. Что, мы всего несколько дней как уехали, а отряд «Чаоян» уже настолько захирел, что нас обижать можно? «Так у вас же раны небольшие!» — солдату хотелось плакать от такой логики. — Это приказ сверху. Брат Чжао, не усложняйте нам жизнь. — Да я тебя... — Хлоп! Хлоп!.. Чжао Ган понимал, что он капризничает. Но, вспомнив «старых, больных и немощных» в машине, он уставился на солдата бычьими глазами, схватил его за воротник и занёс кулак размером с хороший арбуз. Оружие окружающих солдат вмиг нацелилось на него — в любой момент он мог быть изрешечён пулями. — Чжао Ган. В самый разгар противостояния, когда кулак Чжао Гана вот-вот мог опуститься, а солдаты — нажать на курки, раздался низкий, властный голос. Окно машины медленно опустилось, показав лицо Син Фэна. Увидев его, солдаты невольно исполнились почтения и опустили оружие. — Они всего лишь исполняют свои обязанности. Все выходят на досмотр. Я сам заведу машину. На Син Фэне была белая рубашка — ни следа крови, ни пятнышка грязи. Солдаты переглянулись и молча приняли его предложение. Не только потому, что он был тесно связан с семьёй Мо из военных и сам был капитаном отряда «Чаоян», но и из-за его блестящих боевых заслуг в армии. Разве среди солдат нет горячих парней? Когда чьи-то заслуги настолько велики, что на них можно только молиться, даже если человек давно уволился, уважение к нему не угасает. Окно снова поднялось. Син Фэн осторожно помог Юнь Чэ, лежавшему у него на коленях, приподняться: — Я сначала отвезу Юнь Чэ и его сестру. А вы проходите досмотр, потом я пришлю кого-нибудь за вами. Ему не жалко было подождать, но ждать было нельзя. Если Юнь Яо не оказать помощь немедленно, она не протянет. Почему-то Син Фэну совсем не хотелось снова видеть Юнь Чэ в такой муке. — Хорошо. Все молча кивнули. Чжань Яфэй нерешительно произнесла: — Брат Син, может, возьмёте Чэнь Чэня? Он ещё маленький. Когда проснётся и не увидит ни Юнь Яо, ни брата Чэ, начнёт кричать и плакать. После того как Юнь Чэ потерял сознание, Пухляш Чэнь уже не мог сдерживаться — всю дорогу он плакал навзрыд. Наконец, устав, уснул. Но даже во сне его веки были опухшими, а уголки глаз влажными. Ребёнку всего два-три года, а он уже столько пережил. Будь это в обычное время, сколько людей разрыдались бы от жалости. Слишком жесток этот мир. — Давай Чэнь Чэня мне. Неизвестно когда очнувшийся Юнь Чэ, прислонившись к спинке сиденья, слабо протянул руку. Способности истощены, плюс откат от пространства — короткий отдых почти не вернул ему сил. — Братан Чэ, ты... — Всё в порядке, просто перерасход. Все с беспокойством смотрели на него. Чжань Яфэй не решалась передать ребёнка. Бледные, бескровные губы Юнь Чэ чуть дрогнули, выдавив из себя подобие бледной улыбки, — это не то чтобы успокоило, а, наоборот, усилило тревогу. Потому что улыбка эта появилась совсем не вовремя. — Отдай ему. Лэн Ехань долгим взглядом посмотрел на Юнь Чэ и твёрдо произнёс. Он верил ему. — М-м-м. Чжань Яфэй кивнула, встала и осторожно положила спящего Пухляша Чэня к нему на колени. Никто не заметил, что маленького щенка, которого раньше Юнь Чэ держал на руках, больше не было. Ещё до того, как он потерял сознание, он отправил Хэй Юя в пространство — это и стало причиной внезапного обморока. — Если нужно, показывайте способности. В прошлой жизни Юнь Чэ пережил несколько баз выживших. Как никто другой, он знал законы выживания внутри таких баз. Способного везде ценят выше, особенно в начале апокалипсиса. — Хорошо. Лэн Ехань достал мешочек с ядрами, который они собрали, передал ему и первым вышел из машины. Чжань Яфэй, помедлив, взглянула на Юнь Чэ и тоже вышла. Чжоу Цзэюй и остальные уже ждали их у второй машины. — Точно в порядке? Перед тем как сесть за руль, Син Фэн многозначительно покосился на Пухляша Чэня, лежавшего у того на коленях. Сейчас он, наверное, даже палочки для еды удержать не в силах? — Спаси сестру. Я буду тебе должен. Что попросишь — сделаю, хоть в огонь, хоть в воду. Не слишком банально звучит? Понимая, о чём он спрашивает, Юнь Чэ продолжал слабо улыбаться, косвенно напоминая ему, что сейчас главное — спасти сестру. — Мне не нужны те, кто готов за меня в огонь и в воду. С этими словами Син Фэн направился к водительскому сиденью и завёл машину. В тот же миг маленькие ворота открылись. «Ленд Ровер» въехал внутрь и вскоре скрылся за воротами. Юго-западную базу в настоящее время контролируют три военные фракции — семьи Мо, Ван и Вэй — и одно правительственное ведомство. В самом начале апокалипсиса эти четыре силы сплотились и действовали довольно эффективно. С помощью способных к земле и металлу база была разбита на несколько районов. В самом центре — район вилл, там живут военные и правительственные чиновники высокого ранга. Далее, от центра к окраине, районы A, B, C, D, E, F. Лучше всего — район A, хуже всего — F. В каком районе будет жить выживший, зависит от того, какой вклад он внёс в базу. Чем больше вклад, тем лучше условия. И наоборот — если вклада нет совсем, то только палатка в районе F. В любые времена разрыв между богатыми и бедными огромен. Кроме того, на западной стороне базы есть ещё один участок — целый жилой комплекс. Там ровными рядами стоят небольшие виллы, каждая — четырёхэтажная, с передним и задним двориком, с большой открытой террасой. До конца света это был только что построенный компанией «Чжаоян» комплекс загородных вилл. После наступления апокалипсиса Син Фэн лично пожертвовал большое количество припасов. Единственным условием было выделить ему этот участок. Ни военные, ни правительство не имеют права вмешиваться в дела на этой территории. Проще говоря, Син Фэн — единственный помещик на юго-западной базе. — Командир вернулся. «Ленд Ровер» беспрепятственно въехал в комплекс. Син Фэн толкнул дверцу и вышел. Несколько человек, уже ждавших его, обступили его. Син Фэн кивнул, повернулся и вытащил из машины всю в крови Юнь Яо. Мужчина в очках, с виду интеллигентный, примерно одного роста с Син Фэном, поправил очки на носу: — Ещё и местные деликатесы привёз? Его звали Гу Минсюань, заместитель командира отряда «Утренняя заря». Пока Син Фэна не было, он руководил всем. — Пусть Сюцзе придёт — спасёт человека. Син Фэн, не глядя, сунул Юнь Яо ему в руки и снова нырнул в машину. На этот раз он вытащил оттуда толстого малыша и мужчину, который был на голову ниже его. — Охренеть! Командир, ты съездил — и уже с ребёнком?.. М-м-м!.. Один из мужчин, покрупнее, ткнул пальцем в эту «семью из трёх человек». Не успел он договорить, как двое других — один схватил его, другой зажал рот. — Ха-ха... Командир, ты же знаешь, у Хаолина язык без костей. Зажатый Чу Хаолин всё ещё пытался вырваться, а те двое уже думали, как бы его прибить потише. С командиром шутки плохи, а главное — им же потом расхлёбывать. — Брат Фэн, я слышал, ты... Это кто? Лениво, не обращая внимания на этих двоих, Син Фэн направился к вилле. Навстречу радостно выбежал молодой человек — модно одетый, стройный, с изящной фигурой, очень красивый. Заметив Юнь Чэ, его радостная улыбка вмиг застыла на лице. Взгляд, которым он окинул незнакомца, был полон враждебности. Братья Син Фэна синхронно сделали два шага назад, готовясь к представлению. Юнь Чэ, как ни был слаб, чувств не лишился. К тому же враждебность молодого человека была откровенной. Он поднял голову, посмотрел на Син Фэна, в глазах мелькнуло понимание, за которым последовала лёгкая, почти незаметная грусть. «Похоже, я попал под раздачу». Хотя, если подумать, совсем не напрасно — они ведь действительно целовались. «Надо было с ним не связываться. Вот и получил клеймо любовника. Сам виноват». Комментарии к переводу «Золотая нога» (金大腿) — прозвище Син Фэна, которое придумал Юнь Чэ. Означает богатого и влиятельного покровителя, за которого можно «ухватиться». Отряд «Утренняя заря» (朝阳小队) — дословно «Чаоян» — «утреннее солнце», «заря». Это и название компании Син Фэна (朝阳集团), и название его отряда. Светлые способные (光系异能者) — редкий тип способных, который может мгновенно исцелять любые (не связанные с заражением) раны. Районы базы (A–F) — система деления на районы в зависимости от вклада в базу. Чем выше вклад, тем ближе к центру и тем лучше условия. Район F — палаточный городок.