Сокровище на ладони молодого генерала (军少掌中宝)

Глава 183. Первое знакомство Чэньчэня с пространством Наступил июнь. Апокалипсис перевалил на четвёртый месяц. Первого июня Ассоциация способностей официально начала работу. Все отряды закрутились. Согласно прежней договорённости, Юнь Чэ лично повёл отряды на задания, которые можно было выполнить, только зайдя в город. «Чаоян» тоже выделил несколько маленьких отрядов в помощь. За какие-то десять дней все отряды наконец-то вкусили, что значит по-настоящему жить в своё удовольствие. Конечно, «Чаоян» и «Вершина» брали с собой не всех. В Юго-Западной базе отрядов было от силы несколько сотен. Кто помогал, кто дружил с двумя другими армиями и правительством, а кто был двуличен — с помощью «Чанлэ» и «Мусорного» у них была на каждого запись. Никто из них не был святым. «Чаоян» и «Вершина» возили с собой только тех, кто им помогал. Остальным оставалось только глазеть на них. Самым неожиданным оказалось то, что «Королевские розы», «Ци Тянь» и «Фэнь Сян», даже когда их истинное лицо раскрылось, не вернулись в армию. Они остались в Ассоциации и водили на задания тех, кто хотел с ними идти. Сталкиваясь с ними на заданиях, Юнь Чэ и остальные не обращали на них внимания. По большому счёту, вражды между ними не было — просто каждый служил своему хозяину. За полмесяца Юнь Чэ отдыхал всего два дня. Но на второй день его отдыха в армии Вэй обычно начинался переполох. Никто, кроме самых близких из «Вершины» и «Чаоян», не знал, что на самом деле он не отдыхал, а тайком с Хэй Юем и Юнь Чэном перехватывал припасы прямо из-под носа армии Вэй. Два раза подряд они не только оставались с носом, но и навлекали на себя подозрения в утайке припасов со стороны армии Мо и армии Ван. Вэй Кань был в отчаянии, он понимал, что кто-то враждует с армией Вэй, но сколько ни ломал голову, не мог догадаться, что этим «кем-то» был Юнь Чэ. — О, наш именинник сегодня опять ни свет ни заря? Семнадцатого июня маленькому Чэньчэню исполнилось три года. Накануне Юнь Чэ специально освободил его от утренней пробежки — в день рождения можно было поспать подольше. Но Чэньчэнь был дисциплинированным. Он рано утром вместе с дедом Чэнем и отцом Чжанем вышел во двор бить баклуши. Каждый раз, когда он выталкивал кулачки, его кругленькое тельце разворачивалось наполовину — зрелище было невероятно забавным. Юнь Чэ и Син Фэн, выйдя за дверь, увидели эту картину и одновременно улыбнулись. — Дядя! Услышав его голос, раскрасневшийся Чэньчэнь тотчас же подбежал и обнял его за ногу. За двадцать с лишним дней тренировок и постоянного поглощения кристаллов уровень способностей Чэньчэня поднялся до первого, и он уже рвался ко второму. Жаль только, что вес ничуть не уменьшился, но, по крайней мере, он больше не набирал. — Ха-ха… Я же говорил, сегодня можно поспать подольше. А ты себя вон как нагрузил. Юнь Чэ поднял его на руки и свободной рукой ущипнул за пухлую щёчку. Не успели дядя с племянником обменяться и парой фраз, как Син Фэн забрал Чэньчэня к себе. — Вот, подарок на день рождения. Желаю, чтобы наш Чэньчэнь и в следующем году был таким же весёлым и здоровым. — Спасибо, дядя Синь. Обрадованный Чэньчэнь взял большую коробку и чмокнул его в щёку. — Сяо Чэ, командир Син, вы чего так рано? Выйдя во двор, они поздоровались с отцом Чжанем и дедом Чэнем. Син Фэн вежливо кивнул. Юнь Чэ с улыбкой сказал: — У нашего Чэньчэня сегодня день рождения — надо же пораньше встать, чтобы уделить ему время. А то малыш надуется. — Ха-ха-ха-ха… Шутка Юнь Чэ рассмешила старших. Они поболтали ещё немного, потом дед Чэнь посмотрел на серое небо и сказал: — Погода какая-то странная. Не случилось бы ещё какой беды. Дед Чэнь всю жизнь проработал на земле и предсказывал погоду точнее синоптиков. То, что они с семьёй пережили начало апокалипсиса, было целиком его заслугой — он заранее почувствовал неладное. Жаль, он не смог уберечь жену, детей и внуков. Человеческое сердце предугадать труднее, чем погоду. — Похоже, и правда грядёт что-то серьёзное. Юнь Чэ поднял голову к небу и тихо пробормотал. В последнее время «Чаоян» и армия Мо предприняли некоторые меры предосторожности в надежде справиться с надвигающимся июньским снегопадом. Судя по всему, это должно случиться со дня на день. — Отец Чжань, если тебе не нужно срочно в больницу, лучше останься дома на несколько дней. Он помнил, что тот снегопад начался внезапно. Он, конечно, уже не будет таким опасным, как в первый раз, когда распространял вирус зомби, но других напастей исключать нельзя. Лучше перестраховаться. — Хорошо. Чжань Тяньлун был не глуп. Раз Юнь Чэ специально предупредил, значит, на то была причина. Поболтав ещё немного, Юнь Чэ вместе с Син Фэном, который нёс Чэньчэня, вошли в дом. Было решено, что сегодня все останутся дома и будут отмечать день рождения Чэньчэня. Однако после завтрака Юнь Чэ велел Чжоу Цзэюю сходить в «Чанлэ» и «Мусорный» и предупредить Чэнь Хуа и Лэй Дашаня, чтобы в ближайшие два дня они не брали заданий и лучше вообще не выходили из дома. После этого он взял Чэньчэня и поднялся наверх, оставив даже Син Фэна, у которого был выходной. Впрочем, Син Фэн скучал недолго — вскоре появился человек, который не должен был прийти, и Син Фэну пришлось с Гу Минсюанем вернуться в соседний дом. Поскольку именинник ушёл, остальные тоже разбрелись по своим делам. Только Юнь Яо и ещё несколько женщин остались на кухне — они пекли торт и готовили угощение к обеду. — Дядя, а что это за место? Как красиво! Чэньчэнь стоял в пространстве и смотрел на зелёные поля. Он выбежал вперёд и радостно закричал. В его представлении мир снаружи был серым и унылым, везде толпились зомби. А здесь — горы, реки, птицы поют, цветы благоухают. Всё было удивительным и прекрасным. — Это пространство дяди. Нравится? Юнь Чэ с трудом подавил подступающую тошноту и, улыбнувшись, подошёл к нему. С тех пор как он в последний раз поместил туда несколько беркутов, пространство снова расширилось. Юнь Чэ чувствовал, что теперь оно вполне способно выдержать и более крупных животных. Несколько дней они с Син Фэном это обсуждали, и в конце концов Син Фэн согласился попробовать завести туда Чэньчэня. Было нелегко, но результат радовал. — Очень-очень! — Чэньчэнь радостно закивал. Он развернулся, собираясь бежать дальше, но тут из ниоткуда вылетела огромная чёрная тень. — О-о-о… Толстячок Чэнь, как ты сюда попал? Я уж думал, мне почудилось. В следующую секунду Хэй Юй уменьшился до размеров щенка и запрыгнул Чэньчэню на руки. Чэньчэнь схватил его за хвост и перевернул вниз головой. — Я Чэньчэнь, а не толстячок! Дядя Хэй, вредный! Чэньчэнь рассердился. Хэй Юй, которого держали вниз головой, бестолково замахал лапами. — Ладно-ладно, Чэньчэнь, Чэньчэнь! Отпусти, ну как же так, дядю? Хэй Юй был в отчаянии — не надо было уменьшаться. — В следующий раз не обзывайся! Чэньчэнь перевернул его обратно и прижал к себе, а потом добавил: — И вообще, я не толстый! — Ладно-ладно, ты не толстый. Это я толстый, хорошо? Хэй Юй с перепугу выскочил из его объятий и мгновенно увеличился до размеров тибетского мастифа. Если бы он умел закатывать глаза, он бы сейчас непременно их закатил. Упрямство Чэньчэня было просто чокнутым. Если не считать нежной и заботливой Юнь Яо, в этой семье не было ни одного нормального человека. Все трое — двое дядей и племянник — один чокнутее другого. — Ладно, Чэньчэнь, иди за мной. Пользуясь тем, что Хэй Юй отвлёк внимание, Юнь Чэ поспешно выпил большую бутылку родниковой воды. Спазмы в груди утихли. Он взял Чэньчэня на руки, и через мгновение они уже стояли у края изумрудного озера. Чэньчэнь вертел головой по сторонам, в его глазах светилось неподдельное изумление. — Хочешь искупать малыша Чэня в озере? Хэй Юй приблизился к нему и тихо спросил. Хотя, чем раньше искупать, тем лучше, но во время купания клетки тела перестраиваются и организм очищается — это невыносимо больно. Неужели он решился? — Да. Рано или поздно это придётся сделать. К тому же я хочу посмотреть, поможет ли озеро Чэньчэню подняться на второй уровень. Сейчас, кроме меня, у всех остальных способности исчерпаны до предела. По идее, они уже должны были бы подняться на четвёртый уровень. Однако во всей базе по-прежнему один я. Кажется, для прорыва на четвёртый уровень нужно какое-то обязательное условие, как, например, для зомби — предстоящий снегопад. Примерно десять дней назад, во время выполнения одного из заданий, где нужно было захватить крупный торговый центр, на них напала большая стая зомби третьего уровня. В пылу схватки его способности наконец прорвались на четвёртый уровень. Он думал, что и Лэн Ехань с остальными тоже прорвутся — судя по воздушной панели, их «точки» уже были переполнены. Но прошло десять дней, а никто из них так и не прорвался. Юнь Чэ волей-неволей задумался — возможно, нужно какое-то обязательное условие? У него был опыт прошлой жизни, но тогда он достиг четвёртого уровня почти через год, и уровни остальных не росли так быстро. Его перерождение уже многое изменило, и память о прошлом постепенно стиралась. — Хозяин, ты не думал, что, может быть, людям тоже нужен этот снег? — М-м-м? — Говорят, что заблуждающийся наблюдатель видит всё искажённо. Юнь Чэ задумался. Хэй Юй продолжал: — В природе всё циклично, у всего есть обратная сторона. Как заражение вирусом: кто-то превращается в зомби, а кто-то пробуждает способности. Может быть, изначально количество превратившихся в зомби и пробудивших способности было одинаковым. Просто зомби сразу же бросаются на людей, и те, кого укусили, даже не успевают пробудить способности — они тут же превращаются. Вот почему зомби становится всё больше, и они уже далеко превосходят людей по численности. Хэй Юй редко говорил серьёзно, но когда он это делал — то, что он говорил, оказывалось глубокой истиной, а иногда и откровением. Юнь Чэ замолчал, понимая, что Хэй Юй прав. На самом деле вирус есть в каждом. Можно сказать, это как больные клетки в организме человека. Если больных клеток больше, чем здоровых, человек превращается в зомби. А если здоровых больше — пробуждает способности. Если же их поровну — остаётся обычным человеком. Когда обычного человека кусает зомби, число больных клеток резко возрастает, и он обычно превращается. А те немногие, кто всё же пробуждает способности, просто более «живучи». То, что обладатели способностей реже превращаются после ранения, подтверждает эту теорию. То, что он смог с помощью разбавленной родниковой воды помочь Чжань Тяньлуну и тяжелораненым солдатам избежать превращения в зомби, объясняется очищающими свойствами воды. Что же касается его брата Юнь Чэна — видимо, очищение было неполным, но, с другой стороны, вода дала «больным клеткам» энергию, ускоряя их эволюцию? Значит, предположение Хэй Юя верно? Он смог прорваться на четвёртый уровень, потому что его тело уже давно закалено и не подчиняется природным законам. А остальные не могут прорваться, потому что им, как зомби и другим мутировавшим тварям, нужен катализатор — предстоящий снегопад. Глава 184. Визит Вэй Каня, страдания маленького Чэньчэня У ворот ровными рядами стояли несколько чёрных машин. Дверцы открылись, и из них вышли несколько военных. Первым делом, выйдя из машины, каждый бросил взгляд на оплетённые лианами стены. Вэй Кань, стоявший во главе, прищурился. Линь Сянь, шедший рядом, едва заметно стиснул зубы. Они уже знали о свойствах Костогрыза — два оставшихся у них невидимки тоже погибли здесь. — Когда войдём, не болтайте лишнего! Перед приходом они уже созвонились с Гу Минсюанем, и когда ворота открылись, Вэй Кань предупреждающе посмотрел на Линь Сяня. Военные припасы обычно очень громоздки и опасны. Во всей базе было не так много людей, способных их принять. И даже если бы они нашли кого-то, пришлось бы перебрасывать большие силы. Перебирая возможных кандидатов, они в конце концов остановились на Юнь Чэ. Во-первых, оба раза, когда у них украли припасы, он как раз «отдыхал». Во-вторых, он сам был боевым异能том и обладал огромным пространством. Только он один мог бы унести их припасы. Придя к такому выводу, они вынуждены были смирить гордость и прийти сюда. Те две партии были такими большими, что если бы они их не вернули, армии Вэй пришлось бы за свой счёт восполнять公共ные склады базы. Убытки были бы огромными. Линь Сянь понимал, что Вэй Кань уже недоволен им. Если бы он не настоял, его бы с собой не взяли. Услышав предупреждение, он не посмел возразить и только молча опустил голову. Там, где никто не видел, его кулаки сжались, и его пальцы побелели. — Генерал Вэй, проходите! Ворота распахнулись изнутри. Юй Вэньцин не вышел встречать, а только сделал приглашающий жест. Вэй Кань и его спутники поморщились от неловкости, но, поскольку они пришли просить, им пришлось стерпеть. — Вдо-о-ох… Сделав глубокий вдох, Вэй Кань шагнул вперёд. Лианы на стенах зашевелились. Все невольно ахнули. Вэй Кань поспешно отдёрнул ногу. — Не бойтесь, — улыбнулся Юй Вэньцин. — Если не подходить слишком близко, они не тронут. «Не могли бы вы не считать нас идиотами?» — подумали про себя Вэй Кань и его спутники. Они и близко не подходили, а лианы уже зашевелились. Если бы они зашли внутрь, остались бы живы? Где только «Чаоян» нашёл такую гадость? Страшно же! — Правда, не бойтесь. Смотрите, они очень милые. Чтобы подтвердить свои слова, Юй Вэньцин сам протянул руку к лианам. Те мгновенно присмирели и, как домашние питомцы, прильнули к его ладони. — Не могли бы вы попросить их… отодвинуться? Один из офицеров, стараясь быть как можно вежливее, спросил. Они уже всё разнюхали: эти лианы как будто узнают людей. Сколько ни трогай своих — всё нормально. А чужих, даже не дотронувшись, они хватают и пожирают. Ни костей, ни духа не остаётся. — Да не волнуйтесь. Я уже не майор. Хватит с них. Юй Вэньцин махнул рукой, и лианы, как послушные псы, отступили. Вэй Кань снова поставил ногу на землю и, только убедившись, что лианы не нападают, переступил порог. Когда он вошёл во двор, он почувствовал, что вся спина у него взмокла. Но настоящий холодок пробежал по спине, когда он увидел, что дом Син Фэна тоже оплетён лианами. В этот момент Вэй Кань понял, что такое «неудачное начало». В пространстве. Выслушав Хэй Юя, Юнь Чэ будто прозрел. Он всё же решил искупать Чэньчэня в озере, но не так, как купались они с братом, когда пили неразбавленную родниковую воду до полного очищения организма. Он хотел сделать это постепенно, шаг за шагом, чтобы малыш привыкал. Всё-таки Чэньчэнь был ещё маленьким. Он был ему родным дядей, а не приёмным, и не мог смотреть, как мальчик корчится от боли. — Сейчас, возможно, будет немного больно. Но наш Чэньчэнь — храбрый. Он потерпит, правда? Юнь Чэ раздел Чэньчэня, надел на него полосатые плавки и надувной круг. Круг был в виде утёнка, и на пухлом тельце малыша он выглядел особенно забавно. Хэй Юй едва сдерживал смех, но боялся обидеть именинника, поэтому отвернулся. — Я не просто храбрый, я — Ультрамен! — Конечно-конечно, — поспешно поправился Юнь Чэ. — Чэньчэнь, ты же видел по телевизору, как Ультрамен терпит боль? Его чудовища чуть не забивают до смерти, а он не кричит. Наш Ультрамен тоже не будет кричать, правда? Благодаря пиратским дискам, которые развелись до апокалипсиса, Юнь Чэ за последнее время узнал много нового об аниме и комиксах, особенно об Ультраменах. — Да. Чэньчэнь послушный. Ему не больно. Чэньчэнь решительно и твёрдо кивнул. — Хорошо. Дядя искупается с тобой. С этими словами Юнь Чэ взял его на руки и подошёл к озеру. Он глубоко вздохнул и шагнул в воду. — Вдо-о-ох… Как прохладно! Вода доходила Юнь Чэ до груди. Чэньчэнь, поддерживаемый кругом, сидел по пояс. Почувствовав прохладу, Чэньчэнь вырвал руку из дядиной и, оттолкнувшись, поплыл по-лягушачьи: — Хи-хи-хи… Дядя, как здорово! Серебристый смех разносился по озеру. Юнь Чэ, стоявший на мелководье, невольно улыбнулся ему вслед. Хэй Юй, смотревший с берега, наконец не выдержал и, снова уменьшившись до щенка, с плеском прыгнул в воду. — Ай! Дядя Хэй, ты вредный! Чэньчэнь забрызгал лицо. Маленькими пухлыми ладошками он вытер его и, хитро прищурившись, вдруг плеснул водой в Хэй Юя. — Ах ты, Чэньчэнь, испортился! Держи мой «божественный удар»! — Ха-ха-ха… Нет, дядя Хэй, не надо! — Будешь ещё? Будешь? — Не буду, не буду! Дядя Хэй, перестань! Хэй Юй, окативший Чэньчэня водой, рассвирепел и начал отчаянно грести лапами, посылая струи воды в малыша. Чэньчэнь не успевал уворачиваться. Он повернулся спиной и взмолился о пощаде. Но Хэй Юй вошёл в раж. Он подплыл и плеснул водой прямо в лицо мальчику. Чэньчэнь не ожидал нападения. Он не мог открыть глаза и невольно глотнул воды. — М-м-м… Дядя Хэй… больно… Тело Чэньчэня задрожало. Хэй Юй испугался. Юнь Чэ поспешил к ним. — Плохо! Чэньчэнь выпил неразбавленной воды! Он вытащил малыша на берег. Он хотел сначала поить его разбавленной водой, постепенно, а уже потом окончательно очистить организм. Так боль была бы не такой сильной. Откуда ж он знал… — Дядя… больно… Губы Чэньчэня дрожали, голос срывался. Юнь Чэ крепко прижал его к себе. — Ничего, Чэньчэнь, сейчас пройдёт. Потерпи, хорошо? Ты же хочешь стать таким же сильным, как дядя, правда? А Ультрамены проходят через боль, прежде чем стать настоящими героями. Оставалось только утешать. Первые минуты самые тяжёлые, потом полегчает. — Да… Чэньчэнь послушный… не больно… Уже дрожа всем телом и едва выговаривая слова, Чэньчэнь всё же кивал уголками губ, стараясь не заплакать. Какой жалкий. — Может, дать ему моей крови? — виновато спросил Хэй Юй. — Твоя кровь — не панацея. Ничего, раз уж так случилось, мы будем с ним. — Чэньчэнь, можно плакать, — тихо сказал он мальчику. — Плакать — это не значит бояться. Ты просто даёшь выход эмоциям. — Правда? — Правда. Плачь, дядя и дядя Хэй с тобой. — Уа-а-а-а-а… Чэньчэнь наконец разревелся. Под белой кожей отчётливо виднелись спазмированные мышцы. Для трёхлетнего ребёнка это было жестоко. И Юнь Чэ, и Хэй Юй были на пределе, но ничего не могли поделать. Чэньчэнь плакал, пока не охрип, но слёзы всё текли. Он всхлипывал и цеплялся за шею дяди. — У-у-у-у-у… Через два часа всхлипы наконец стихли. Спазмы под кожей прекратились. Тело покрылось чёрным маслянистым налётом. Юнь Чэ, переживший нечто подобное, незаметно выдохнул. Он взял полотенце и осторожно вытер малыша. Через несколько минут опухшие от слёз глаза Чэньчэня пришли в норму. Он открыл их и снова надул губы. — Дядя… — Всё, всё, — Юнь Чэ прижал его к себе. — Уже не больно. — Чэньчэнь, это я виноват. Я сейчас покатаю тебя по всему пространству, хорошо? Хэй Юй приблизился. Он не помнил, когда в последний раз испытывал чувство вины. С тех пор как он стал хранителем этого пространства, он был здесь единственным королём, и никто не мог заставить его виниться. Потом, когда они вышли во внешний мир, он только и делал, что подставлял хозяина. Впервые за многие тысячелетия он просил прощения. — Хорошо… Тело уже не болело, и Чэньчэнь, оглядевшись по сторонам, перестал дуться. — Пойдём переодеваться. Юнь Чэ, наконец успокоившись, вынес его на берег, одел в джинсы, чёрную клетчатую футболку и чёрные ботинки. Плакса превратился в маленького красавчика. Когда он высушил ему волосы, Чэньчэнь уже забыл о боли и с радостью гнал Хэй Юя осматривать пространство. — Иди. Я выйду, посмотрю, что там, и заодно отнесу сестре рыбу. Потом зайду за вами. — Хорошо! Сидя на спине Хэй Юя, Чэньчэнь его не слушал. Хэй Юй заорал «Держись!» и рванул вперёд. Юнь Чэ покачал головой. Эх, дети. Ещё минуту назад ревел белугой, и забыл. Комментарии к переводу «Книга на каждого» (一本账) — в оригинале «у них была на каждого своя книга» означает, что информация о каждом отряде была тщательно собрана и задокументирована. «Ультрамен» — персонаж японского телесериала, супергерой, борющийся с монстрами. Чэньчэнь использует его как эталон храбрости.