Зависимость

      Что такое свобода? Это эфемерное понятие, которое включает в себя способность человека самостоятельно принимать решения. Свобода может быть разной: возможность определения жизненного пути, своих предпочтений, какое платье надеть сегодня вечером или с каким кавалером пойти танцевать.       Логично предположить, что явление свободы доступно каждому человеку: кому-то в большей степени, кому-то в меньшей. Есть те, кто не в силах контролировать свой гардероб, но не ограничены образом жизни; кто-то шагу ступить вправо-влево не может, но определиться с причёской на вечер вполне в состоянии.       В обществе существует стереотип, что богатые и знатные люди свободнее рядовых горожан: у них есть деньги и возможности. Можно побывать заграницей, покупать всё, что захочешь. Мир просто выносит тебе твои исполненные желания на блюдечке из чистого белого золота. Однако это заблуждение. Страшное и невежественное.       Арман Луи загнал себя в рамки своих пороков, правил и желаний, но один в этой клетке он запираться не хотел. За позолоченной решёткой невольно оказывалась и его семья. Впервые он женился ещё в совсем юном возрасте на иностранке с выразительными карими глазами. Женщину никто не принуждал, она дала согласие по собственной воле. Затем пожалела, ужаснувшись, как уже через месяц обходительных и галантный мужчина превратился в домашнего тирана. Нет, он не избивал жену до полусмерти, иначе внешний мир мог бы заметить синяки или кровопотёки. Тогда репутацию было бы проблематично восстановить. Помимо тела у человека есть душа: она способна страдать, над ней можно издеваться, марать о неё руку, и, главное, душу нельзя увидеть глазами. Удобно для такого, как Арман. Крики, приступы необоснованной ревности, истерические выяснения отношений, погружение человека в полную зависимость от своей силы, запугивание, угрозы. Неоднократно глава семьи специально подговаривал слуг, обустраивал ситуацию так, чтобы подставить жену, выставить виноватой и потом оторваться на ней. И за всем этим наблюдал ребёнок.       Маленькая Жамме (как тогда её называли) часто могла прятаться за углом или за дверью, подглядывая за разборками родителей. Она очень боялась за маму, потому что ребёнок ещё мало что понимал, но видел слёзы родителя, что отзывалось болью. Это могло заставить её саму начать плакать и кричать, но после того, как однажды Арман заметил прячущуюся дочь и наказал её, лишив еды на целый день, Жамме поняла, что вести себя нужно тихо. С раннего детства она уяснила главное правило своей жизни: чтобы спастись, нужно молчать, делать вид, что ничего не видишь и не понимаешь. Нужно быть «хорошей девочкой».       Уже будучи взрослой, девушка часто видела по ночам кошмары. Ей не снились придуманные воображением монстры и чудовища и прочие нереальные зверства. Перед глазами Жамм видела воспоминания, те моменты из детства, что остались в памяти на долгие годы.              Однажды Арман дал девочке в руки ножницы, подведя её к гардеробу матери. Жамме не понимала, что происходит, но острый с яркой коралловой рукояткой предмет в руке пугал, как и лицо отца. Он улыбался, наслаждался происходящем. В будущем Жамм назовёт это лицо «азартом». Отец открыл перед ней шкаф, предъявив взгляду дочери роскошные платья своей жены. Он слегка подтолкнул девочку ближе, надавив на спину. — Давай приукрасим немного мамины платья? — Но…она же будет плакать, — повернувшись к отцу, сказала Жамме. На глазах начинали появляться слёзы. Ей это совсем не нравилось. Ребёнок не мог понять, что такое «плохо», но мог это почувствовать. — Нет, поверь мне, ей понравится.       Жамме сглотнула, приподняв перед собой ножницы. Она сделала шаг ближе. Страшно. Очень страшно, но если папа говорит…       От таких снов она просыпалась в холодном поту, подскакивая с подушки. Жамм сразу же бледнела, часто плакала и порой и вовсе не могла заснуть в оставшееся ночное время или же приходилось очень долго успокаиваться, вспоминать как дышать, пытаться угомонить собственное сердце.       Чем старше становилась Жамме, тем больше начинала понимать. Однако вести себя по-другому не пыталась. Вынесенные в детстве уроки оставались в голове: молчи, не смотри, стой на месте. Арман, кажется, тоже прекрасно осознавал, что девочка растёт, что она его единственный свидетель, но он не пытался никак разговаривать с дочерью: просто смотрел, сверху вниз, снисходительно. Как кот смотрит на мышь, когда она в его лапах.       Однажды мама Жамме просто исчезла. В какой-то момент женщина пропала, а на её место пришла новая супруга: нынешняя жена Армана. Отец просто отдал Жамме письмо от матери, где та писала, что ушла навсегда, уехала начать новую жизнь, и представил девочке её «новую маму, не хуже старой».       Маленькая Луи винила себя в том, что мама бросила её. Если бы тогда, когда папа затаскивал её в комнату, Жамме бы не испугалась, выбежала бы и помогла ей, то… Но девочка тогда выбрала себя: молчи, не смотри, стой на месте. История исчезновения первой госпожи Луи вызывает много вопросов и споров. Не волнуйтесь, мы ещё вернёмся к такому важному скелету в шкафу. Но это будет позже.       Затем настала та пора, когда ребёнок из фазы прощания с детством переходит в бунтарский возраст. Вот тогда-то и начались проблемы. В Жамм (больше не Жамме) проснулся дух сопротивления. Она перестала скрывать ненависть к отцу, увлеклась суфражистскими идеями и постоянно пыталась доставить проблемы всем, кому могла в этом доме. Говорят, что дети перенимают характеры родителей на уровне генетики. Возможно, это тоже играло роль, но куда важнее было то, что девочка наблюдала всё своё детство и юношество. Кто сильнее, тот и прав. Страх и запугивание — лучшее оружие против тех, кто пытается сломать тебя.       Тогда Арман начал заниматься воспитанием Жамм. За любую провинность он запирал её в чулан, оставляя, как и в детстве, без еды, но уже не на половину дня, а на целый. Заставлял часами ходить по гостиной с книгой на голове, воспитывая в ней леди. Если уронила — удар по ладони. Уронила ещё раз — снова удар. Тогда в Жамм появилось желание причинять боль в ответ: когда делали плохо ей, она в ответ считала правильным задавить жучка или паучка. Бывали случаи, что она отрывала крылья бабочкам, залетевшим в ёё комнату. Если кричать было нельзя, а в душе горит огонь, то самый простой способ — перенаправить ярость на другое живое существо. Ощутить себя сильнее и страшнее, чем хрупкое насекомое, поджавшее усики. Поменяться местами. В такие моменты, когда ей это удавалось, Жамм улыбалась во все тридцать два зуба.       Вернёмся к вопросу, что был в начале: что такое свобода? Ответ будет таким: всё то, чего у Жамм никогда не было. Арман запрещал дочери даже выходить из дома без его сопровождения. Девчонка могла навредить его репутации, выкинув что-нибудь из-за своего скверного характера. Однако Жамм однажды нашла лазейку, свой шанс, свой кислород. Совершенно случайно ей открылись ворота другой жизни: заведения, куда не спустится нога ни одного уважающего себя аристократа, по крайне мере, при свете дня, — кабаки, бордели и прочая «радость».       Договориться с кучером было не сложно: деньги решают всё. И Жамм начала двойную жизнь, свою маленькую «игру». Она стала куда прилежнее вести себя в доме, стала меньше боли причинять окружающим, выносила всё, что выплёскивал на неё отец очень стойко, потому что ночью она могла окунуться в это: алкоголь, музыка, танцы, разврат, сотни грязных пороков. Кутёж равнялся пузырьку кислорода в огромной глубокой, как море, чёрной луже.       Но Арман идиотом не был. Он сразу заметил изменения в поведении Жамм: она бы не стала такой покладистой просто так. Кучер быстро сознался, а девушка в ту ночь получила своё первое настоящее физическое наказание. И походы в кабаки и бордели прекратились. Пока не появился он.       Сначала Жамм подумала, что Реми — обычная новенькая прислуга. Его появление не значило ровным счётом ничего. Однако Жамм с детства научилась обращать внимание на то, что в доме пытаются скрывать. Незначительные касания, шёпот на ухо — юная Луи понимала, к чему это ведёт. И не ошиблась, поймав их с поличным в комнате отца. Вернее, подслушав у двери, она просто прибавила к двум два.       Жамм хотела обернуть это против отца, но в итоге он обернул свою же тайну в свою же выгоду. По неосторожности девушка обронила свою ленту возле двери, и Арман сразу же догадался что к чему. Тот вечер, когда он постучался в её комнату, изменил многое. — Давай заключим сделку, — сказал он, протягивая ленту. — Сделку? — Будь «хорошей девочкой», Жамме, — знал, какую боль причиняло ей детство и воспоминания о нём, — и я разрешу тебе снова ходить туда.       Она должна была рассказать мачехе, но предложение оказалось заманчивым: кислород скоро вернётся, снова можно будет начать дышать, сняв тугой корсет, выйдя из оперы. Может быть, это и плохо, и бесчестно, отец и его дворовая шлюха просто омерзительны, но кто может быть человеку дороже самого себя? Молчи, не смотри, стой на месте.       Что такое свобода? Это кислород, который хочется пропускать через лёгкие снова и снова. Жамм имеет на неё право, слишком долго она страдала от ломки.