Расстояние между нами

Они медленно разжали объятия. Воздух между ними снова стал ощутимым, но теперь в нем не было давящей пустоты, которая преследовала Лиссбон месяцами. Она расстегнула молнию своей дорожной сумки и достала плотный, слегка помятый конверт. Бумага внутри шуршала, выдавая ее волнение. Это были ответы. Те, которые они писала Джейн. Которые не думала, что сможет когда-то отдать ему в руки. Часть из этих писем выглядела неприглядно, она комкала и прятала их в ящик стола. Джейн взял конверт, ощущая его тяжесть в своих руках. Он не стал вскрывать сразу при ней: провел большим пальцем по краю и спрятал во внутрненний карман рубашки, ближе к сердцу. В его глазах мелькнула тень той самой вины, которую он так и не смог отпустить, но он кивнул, принимая этот дар с благоговейной серьёзностью. - Пойдем, - сказал он мягко. - Ты должно быть устала с дороги... Я провожу тебя до гостиницы. Они пошли вдоль берега. Тропический вечер уже вступал в свои права: небо окрасилось в глубокие фиолетовые и оранжевые тона, а шум прибоя стал громче. Единственная гостиница на острове оказалась скромным двухэтажным зданием с облезлой бирюзовой краской и деревянными ставнями. Внутри пахло старым деревом, морем и лимонной травой. Владельца, седого улыбчивого старика по имени Матеус, Джейн, судя по всему, знал давно: они обменялись парой фраз на быстром, гортанном португальском, после чего старик с уважением кивнул Лиссбон и вручил ей тяжёлый латунный ключ. Ее номер был на первом этаже, с окном, выходящим на маленький внутренний дворик. Внутри было просто: широкая кровать под москитной сеткой, потолочный вентилятор, плетенное кресло и старый комод. Это было далеко от стандартов отелей на материке, но здесь было тихо, безопасно и это приносило некое островное очарование. Джейн остановился в дверях, не переступая порог. -Матеус хороший человек, - сказал он, нарушая тишину. - Если тебе что-то понадобится... Или если ты решишь, что не можешь жить без кондиционера, он может достать лодку до материка практически в любое время. Без вопросов. Лиссбон посмотрела на него. В полумраке комнаты его лицо казалось мягче, линии вокруг глаз глубже, и она отчётливо увидела его страх. - Джейн... Я агент КБР. Я много раз спала в отелях без кондиционера. Этим меня точно не напугать, - ответила она твердо, но без вызова. - Думаю, что с ночёвкой на тропическом острове я справлюсь. Уголок его губ дрогнул в подобии той самой, едва заметной улыбки, которая сводила ее с ума. - Я знаю. Просто... Немного беспокоюсь. Он сделал шаг назад, собираясь уйти, но задержался на мгновение. Его рука инстинктивно коснулась кармана, где лежал конверт с ее письмами. - Спокойной ночи, Тереза. - Спокойной ночи, Патрик, - ответила она, наклонив голову набок и слегка прищурившись. Он увидел озорные огоньки в ее глазах и не удержался - улыбнулся в ответ. Его рука на мгновение коснулась ее локтя и он ушел, растворившись в теплом воздухе. Лиссбон закрыла дверь на щеколду. Она не стала сразу раздеваться или включать свет. Она подошла к окну и выглянула во дворик, в надежде, что увидит силуэт. Он стоял под фонарем вдалеке, на тропинке, ведущей к ее дому, не двигаясь с места. Он не смотрел в ее окно - в кои-то веки уважал ее границы. Просто стоял, опустив голову и поглаживая карман, где были ее письма. Лиссбон прижала ладонь к холодному стеклу. Впервые за очень долгое время, она почувствовала облегчение. Такое сильное, что заснула без снотворного. Впрочем, ненадолго. Вернувшись в свой дом, Джейн не стал зажигать свет. Он сел в то же плетенное кресло на веранде, достал из нагрудного кармана конверт и медленно разорвал край. Он долго читал. Иногда останавливался, чтобы перечитать строку дважды, проводя по бумаге большим пальцем, словно пытаясь почувствовать тепло ее рук через чернила. Она не требовала ничего невозможного, не обвиняла, просто писала, отвечала на его провокационные вопросы, представляла, что вместе с ним видит дельфинов. Давая понять, что он не один. Когда он дочитал последнее письмо, снаружи послышался первый тяжёлый удар капли о жестяную крышу. Потом второй. И через мгновение небо разверзлось. Тропический ливень обрушился на остров стеной шума и воды. Ветер захлестнул веранду, холодными брызгами обдав его лицо. Джейн судорожно собирал мокрые листы писем с колен, смотря в темноту маленькой бирюзовой гостиницы. Утро было слишком далеко. Мысли о том, чтобы провести ночь в этом доме одному, зная, что она находится на том же острове, что и он, стали невыносимыми. Страх показаться навязчивым и нарушить ее границы вдруг показался мелким и ничтожным по сравнению с тем отчаянием, которое охватило его. Он встал. Вышел под ливень. Вернулся обратно за ботинками, хотя в них не было никакого смысла. Вода мгновенно промочила, приклеив всю одежду к коже. Грязь чавкала под ногами. Но он не обращал на это внимания. Он шел быстро, почти бежал, ориентируясь лишь на тусклый свет фонаря у гостиницы. Именно так люди и погибают в шторм... Дверь номера была заперта - он не сомневался в этом, Тереза всегда запирала двери. Он обошел здание и остановился под окном. Внутри горел тусклый свет. На секунду его пронзила мысль о том, что она спит и не стоит тревожить ее покой, но его слух уловил какой-то шум в номере. Он поднял руку и тихо, но настойчиво постучал по стеклу. Один раз. Второй. Движение в номере повторилось и он понял, что ему это не почудилось. Он затаил дыхание, вдруг осознав, насколько глупо и отчаянно это выглядит. Но затем щёлкнула задвижка, и рама со скрипом подалась внутрь. Лиссбон стояла в проёме окна в простой хлопковой футболке. Ее волосы были растрепаны, но глаза - ясные и внимательные. Она посмотрела на него: на мокрые, прилипшие ко лбу волосы, на капли, стекающие по подбородку, на дрожащие от холода (она не верила, что от волнения) руки, сжимающие конверт... - Ты невыносимым, - констатировала она. В ее голосе не было ни упрека, ни удивления. - Я не мог ждать до утра, - выдохнул-признался он. Голос сорвался, став хриплым. - Я прочитал. Лиссбон молча протянула руку, схватила его за запястье и потянула на себя. Джейн неуклюже, цепляясь за подоконник, перевалился через раму и оказался внутри комнаты. Запах мокрой земли, озона и дождя заполнил маленькое пространство номера. Он стоял посреди комнаты, оставляя на деревянном полу лужицы воды, и смотрел на нее так, словно она была единственным источником тепла и света в этом мире. Лиссбон не могла выдержать этот взгляд. Развернулась, пошла в ванную и вынесла большое махровое полотенце. Она не стала его спрашивать о том, можно ли к нему прикоснуться, просто встала на цыпочки, набросила полотенце ему на плечи и начала мягко вытирать мокрые волосы. Словно забота о нем была у нее в крови. Джейн закрыл глаза и подался вперёд, утыкаясь лбом в ее ключицу. Его руки, дрожащие и холодные, обвили ее талию, притягивая к себе с безграничной, изматывающей потребностью в опоре. Она слегка вздрогнула, но продолжила вытирать его волосы. - Ну вот, - сказала она, когда решила, что сделала достаточно. Она положила полотенце на его плечи и сделала шаг назад. Джейн перехватил ее за запястье и не отрывая взгляда от ее глаз, медленно подвёл ее руку к своим губам и запечатлел на коже лёгкий, почти невесомый поцелуй. Тереза тут же включила свой привычный защитный механизм. Она слегка отстранилась, подтолкнув его в плечо, и усмехнулась. - Именно так и начинаются все фильмы про вампиров... Джейн не стал сопротивляться. Он позволил ей разрушить этот хрупкий, слишком серьезный момент и улыбнулся так широко, как только мог, нарочито обнажив зубы, чтобы доказать полное отсутствие клыков. Улыбка дрогнула на ее губах. Она вздохнула - тяжело, но с бесконечным облегчением - и запустила пальцы в его чуть подсушенные полотенцем, но все ещё влажные волосы. Джейн тихо выдохнул, инстинктивно подаваясь навстречу этому прикосновению и закрывая глаза. - Это очень приятно, - прошептал он, и в его голосе не было ни капли иронии, только робкая, тихая просьба. - Сделай так ещё раз. Пожалуйста. Она замерла. Подняв взгляд, она посмотрела прямо в его глаза... Зрачки были расширены, почти полностью затмевая синеву. - Джейн... Она послушалась. Снова запустила пальцы в его волосы, на этот раз чуть глубже, слегка потянув у корней. Реакция Джейн была мгновенной и абсолютно инстинктивной. Его руки сами собой опустились на ее талию и крепко сжались, притягивая ее ближе. Они оба вздрогнули от этого внезапного, обжигающего контакта, словно их ударило током. Осознав, что сделал, Джейн тут же разжал пальцы. Он попытался сделать шаг назад, открыл рот, чтобы извиниться за эту дерзость, но слова застряли в горле тяжёлым комом. Тереза не дала ему сбежать. Она перехватила его запястья и мягко, но решительно вернула его ладони обратно на свою талию, прижимая к себе. - Я просто делаю тебе массаж головы, - тихо сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал легко, хотя сердце предательски колотилось. - А ты просто... держишь меня в объятиях. Для равновесия. Джейн замер, глядя на нее. А затем на его губах появилась та самая кривая усмешка. - Тогда предупреждаю - прошептал он, и его большие пальцы сделали едва заметное, успокаивающее движение по ткани ее футболки, - в таком случае мои руки могут уже никогда не отпустить тебя. Тереза сдалась первой. Она фыркнула, сбрасывая напряжение, и отвела взгляд, не в силах выдержать эту пронзительную нежность в его глазах. Но его руки со своей талии убирать не стала.