The Tiny Walker

Небольшая группа вышадшая из школы, не спеша направлялась к дому Антона. Пестепенно, они осматривались по сторонам убеждавшись, что рядом нет ходячих. Группа уже была не далеко от дома Петровых, пока неподалёку стали слышны звуки борьбы, крики и рык ходячих. Антон понял, ходячие добрались до дома, и группа ускорла шаг. Картина, открывшаяся группе у дома Петровых, была способна лишить рассудка любого. На белом, истоптанном снегу, который теперь стал грязно-багровым, копошились около десятка мертвецов. Они, урча и давясь, пиршествовали на телах Карины и Бориса. — НЕТ! МАМА! ПАПА! — истошный крик Антона разорвал морозный воздух. Он бросился вперед, упав на колени рядом с телом матери. Её глаза еще подергивались в предсмертных судорогах, но горло было вырвано. Антон прижал её к себе, заливаясь слезами, не замечая, как один из ходячих потянулся к его собственному плечу. — В рассыпную! Зачистить территорию! — взревел Абрахам, вскидывая автомат, но переходя на рукопашную, чтобы не тратить пули. Минерва среагировала мгновенно. Её арбалет щелкнул, и болт пробил череп мертвеца, тянувшегося к Антону. — Рома, справа! — крикнула она. Пятифанов, кипя от ярости и адреналина, бросился в гущу мертвецов. Он действовал как одержимый: его нож входил в гнилую плоть по самую рукоять. Минерва работала с ним в паре, снимая тех, кто пытался зайти парню в спину. Она видела в Роме ту самую дикую искру выживания, которую ценил её отец. Дэрил и Абрахам работали как отлаженная машина смерти. Диксон валил мертвецов точными ударами ножа, а Форд просто крушил черепа прикладом и мощными ударами ботинок. Алиса кружилась рядом с ними — её движения были неестественно быстрыми, она словно скользила по снегу, перерезая сухожилия мертвецам и подставляя их под удары Дэрила. — ПОМОГИТЕ! ТОША! — крик маленькой Оли из окна второго этажа заставил Антона вздрогнуть. Он поднял голову. Его лицо, испачканное кровью родителей, исказилось. Горе сменилось чем-то древним и первобытным. Он медленно потянулся в карман и достал маску Зайца. — Тоха, не надо... — выдохнул Рома, заметив это, но было поздно. Как только Антон натянул маску, воздух вокруг него словно загустел. Он перестал плакать. Его плечи расправились, а пальцы скрючились, напоминая когти. С диким, гортанным рыком, который не мог принадлежать ребенку, Антон сорвался с места. Он не просто убивал — он уничтожал. Первого ходячего он ударил так, что голова того отлетела, как футбольный мяч. Второго он схватил за челюсти и буквально разорвал пополам. Дэрил на секунду замер, его глаза расширились от шока. Он видел много дерьма, но чтобы тринадцатилетний мальчишка обладал силой гидравлического пресса — это было за гранью. Дэрил и Абрахам рванули к дверям дома. — Оля на втором! Скорее! — крикнул Абрахам. Они вбежали в прихожую, тяжело дыша. Но когда они начали подниматься по лестнице, мимо них пронеслась серая тень. Антон, двигаясь на четырех конечностях с пугающей скоростью, опередил их, взлетев по ступеням за доли секунды. В комнате Оли огромный, раздутый мертвец уже навис над кроватью, где забилась в угол напуганная девочка. Его гнилые зубы были в сантиметрах от её лица. Дэрил вскинул арбалет, но выстрелить не успел. Антон врезался в мертвеца, вынося его вместе с дверью в коридор. То, что произошло дальше, заставило Абрахама, видевшего ужасы войны, содрогнуться. Антон вцепился в плечи зомби и с легкостью, с которой ребенок ломает веточку, вырвал мертвецу руки, а затем размозжил его голову об пол одним ударом кулака. В коридоре воцарилась гробовая тишина. Антон стоял над грудой гнилого мяса, его грудь тяжело вздымалась. Маска зайца казалась живой в полумраке коридора. Дэрил и Абрахам медленно подняли руки, не зная, друг перед ними или новый монстр. — Парень... — тихо произнес Дэрил. — Тише. Всё кончено. Антон медленно повернул голову к сестре. Его глаза за прорезями маски начали приобретать человеческий блеск. Он сорвал маску, и его лицо снова стало лицом маленького, разбитого горем мальчика. — Оля... — прошептал он, бросаясь к ней. — Я здесь. Всё хорошо. Я не дам тебя в обиду. Он прижал сестренку к себе, закрывая ей глаза, чтобы она не видела того месива, в которое превратился их дом. Дэрил посмотрел на Абрахама. Рыжий гигант лишь хмуро покачал головой и вытер пот со лба. — Рик нам не поверит, — прошептал Абрахам. — Это не просто маски . Это что-то совсем другое. Минерва и Рома вбежали в дом следом. Рома замер в дверях комнаты, глядя на ошметки мертвеца. — Опять ты за старое, Тоха... — тихо сказал он, в его голосе смешались страх и глубокое уважение. Мир Антона раскололся на тысячу осколков. Шок от увиденного, горе от потери родителей, ужас от собственной чудовищной силы – все это смешалось в гремучую смесь. Абрахам, высокий и статный, подошел к нему и осторожно, но твердо взял Олю на руки. Девочка, рыдая, уткнулась в его крепкую куртку, но взгляд её был прикован к телу матери. — Пора уходить, парень, — тихо сказал Дэрил, положив руку Антону на плечо. — Нельзя здесь оставаться. Этот запах… он нас всех выдаст. Антон поднял голову. Его глаза, еще недавно полные детских слез, теперь были пустыми и холодными, как зимний ветер. Он посмотрел на то, что когда-то было его матерью. — Она… она больше не мама, — прошептал Антон, его голос был хриплым и чужим. — Она… она теперь одна из них. — Верно, — кивнул Диксон. — И мы должны идти. Но Антон не мог. Он видел, как снег вокруг тел его родителей становится все более багровым, как из леса доносятся отдаленные, но все более отчетливые звуки – то ли урчание, то ли рычание. — Нет! — он оттолкнул руку Дэрила, в его глазах вновь вспыхнула ярость, но на этот раз это была не дикая, звериная сила, а отчаянная решимость. — Мы не можем их так оставить! Это мама и папа! — Антон, я понимаю, — мягко сказала Минерва, подходя к нему. — Но сейчас не время для прощаний. Оставь это. — Нет! — в этот раз крикнул Антон. — Я не уйду! Я закопаю их! Рома, почувствовав в голосе друга прежнюю, детскую мольбу, подошел к нему. — Тоха, мы тебя понимаем. Но Дэрил прав. Они уже не те. Пойдем, мы найдем для них место, где сможем... — Нет! — Антон отвернулся, его плечи дрожали. — Я хочу, чтобы они были похоронены. По-настоящему. Абрахам, видя его решимость, вздохнул. — Хорошо, парень. Мы поможем. Но быстро. Сквозь пелену слез Антон видел, как Абрахам, Дэрил и Рома, орудуя ножами и обломками деревянных досок, спешно выкапывали неглубокие ямы в промерзшей земле. Они бросали туда тела. Антон, собрав последние силы, сам подтолкнул тело своей матери, ощущая холод ее кожи. Он не мог смотреть, как это делают чужие. Оля, прижавшись к Алисе, плакала беззвучно, глядя на эту жуткую сцену. Её маленькие ручки крепко обхватывали шею девочки в маске лисы, словно ища защиты. Алиса, казалось, не замечала этого, её взгляд был прикован к лесу, словно она чувствовала, как что-то недоброе приближается. Минерва стояла поодаль, сжимала арбалет, её лицо было непроницаемым, но в глазах читалась глубокая печаль. Когда тела были забросаны снегом, Петров почувствовал, как из него уходит последняя сила. Он стоял, глядя на безымянные холмики, и понимал: его детство закончилось здесь, на этой заснеженной поляне, рядом с телами родителей, которые стали пищей для тех, кого он теперь мог уничтожать. — Идем, — хрипло сказал Абрахам, поднимая Антона. — Теперь вы под нашей защитой. Они покинули место трагедии, оставляя за собой лишь свежий, нетронутый снег, который медленно начал заметать кровавые следы. Когда группа, промёрзшая и пропитанная запахом смерти, ввалилась в холл старой школы, Рик Граймс уже ждал их. Его взгляд мгновенно зацепился за кровь на куртках, за пустые глаза Антона и за то, как Абрахам бережно прижимает к себе всхлипывающую Олю. — Что там произошло? — голос Рика прозвучал как удар хлыста. — Где его родители? Форд молча покачал головой и прошёл мимо, в сторону импровизированного лазарета. Дэрил, тяжело вздохнув, бросил на пол пустой колчан и подошёл к Рику. — Мы опоздали, Рик. Ходячие... они уже были внутри. Мы похоронили их прямо там, в снегу. Граймс нахмурился, переводя взгляд на Антона. Мальчик сидел на скамье, безвольно уронив руки, в одной из которых всё ещё была зажата маска зайца. — И это всё? — спросил Рик. — Вы выглядите так, будто прошли через мясорубку. — Не совсем, — Диксон понизил голос, но в тишине холла его слова всё равно услышали все. — Парень... Антон. Он надел эту чертову маску. Рик, я видел всякое, но это... Он рвал их голыми руками. Буквально. Как будто в него вселился демон. У него сила, которой не должно быть у человека, а уж тем более у ребенка. Эти слова вызвали мгновенную реакцию. Юджин, стоявший неподалёку и протиравший очки, тут же подался вперёд: — Если информация Дэрила верна на сто процентов, мы имеем дело с аномальным физиологическим всплеском. Возможно, маска содержит некие трансдермальные стимуляторы или же это психосоматический триггер, вызывающий выброс адреналина, превышающий норму в десять-двенадцать раз. Крайне любопытно с научной точки зрения... — Мне плевать на науку, Юджин, — перебила его Кэрол. Она вышла из тени коридора, её лицо было холодным и непроницаемым. — Рик, если эта вещь делает его неуправляемым монстром, мы не можем оставить её у него. Это угроза. Сначала он рвёт ходячих, а завтра решит, что кто-то из нас косо на него посмотрел. Маску нужно забрать. Сейчас же. Антон вздрогнул и сильнее прижал маску к груди. Рома тут же сделал шаг вперёд, закрывая друга собой. — А ну стоять! — огрызнулся он, его рука легла на рукоять ножа. — Хрен вы что у него заберёте. Это его вещь. Она ему жизнь спасла! И сестре его! — Остынь, — Карл Граймс вышел вперёд, положив руку на кобуру. Его взгляд, подёрнутый суровостью взрослого воина, был прикован к Антону. — Мой отец и Кэрол правы. Мы видели, что случается с теми, кто теряет контроль. Ты опасен, Антон. В этой школе дети. Джудит. Мы не можем так рисковать. Карл подошёл ближе к Антону, протягивая руку: — Отдай её. Живо. Рома не выдержал. Он молниеносно выхватил нож, выставляя его перед лицом Карла. — Слышь, глаз подвязанный, назад сдай! Тоха — мой друг. Тронете его — я вам сам кадыки повырезаю, ясно?! Плевать мне на ваши пушки! Младший Граймс даже не дрогнул, его палец лёг на предохранитель пистолета. Атмосфера накалилась до предела. Казалось, ещё секунда — и прольётся кровь своих. — КАРЛ! — Громовой голос Рика заставил всех вздрогнуть. Рик подошёл к сыну и положил руку ему на плечо, заставляя опустить оружие. Затем он повернулся к Карлу, глядя ему прямо в глаза. — Вспомни, что ты делал, когда мы были в тюрьме, — тихо, но твёрдо сказал Рик. — Вспомни, на что ты был готов, чтобы защитить Джудит. На что я был готов. Карл поджал губы, но промолчал. — Этот парень только что потерял мать и отца, — Рик указал на Антона. — Он видел, как их едят. И всё, что он сделал — он защитил свою сестру. Так же, как это сделал бы ты. Так же, как это сделал бы я. Он не монстр, Карл. Он просто брат, который не хотел остаться совсем один. Граймс перевёл взгляд на Рому, а затем на Кэрол. — Маска остаётся у него. Но, Антон... — Рик присел перед мальчиком, чтобы их глаза были на одном уровне. — Ты должен пообещать мне одну вещь. Ты надеваешь её только тогда, когда другого выхода нет. Когда на кону жизнь. Ты меня понял? Антон медленно поднял голову и едва заметно кивнул. Его глаза всё ещё были полны боли, но в них появилось крошечное доверие к этому человеку. — Хорошо, — Рик выпрямился. — Рома, убери нож. Мы здесь одна группа. Идите в спортзал, там Бет согрела воды. Пятифанов неохотно спрятал клинок, всё ещё бросая косые взгляды на Карла. Дэрил подошёл к Кэрол и что-то тихо сказал ей на ухо, уводя в сторону. Конфликт был исчерпан, но напряжение осталось висеть в воздухе, как тяжёлый зимний туман.