Книга 3. Старые друзья - новые враги.

Суровая балтийская природа у берегов Дании словно взбунтовалась, чутко реагируя на эмоциональный фон, царящий внутри древних каменных стен Замка Наследия. Небо над цитаделью затянулось плотным, непроницаемым саваном свинцовых туч, превратив ясный летний день в зловещие, беспросветные сумерки. Ледяной ветер с океана с заунывным воем бился о гранитные башни, принося с собой заряды колючего ледяного дождя, смешанного со снегом. Но этот внешний шторм был лишь слабым эхом того колоссального, первобытного хаоса, который бушевал внутри центрального зала цитадели. В огромном зале, где обычно горели десятки факелов, сейчас царил полумрак и мертвецкий, сковывающий дыхание холод. Стены покрылись густым слоем инея, а с высокого сводчатого потолка свисали острые, словно бритвы, сосульки. Гулкие капли талой воды с тихим, раздражающим звуком разбивались о черные каменные плиты пола. Вергилий стоял в самом центре этой ледяной пустыни, неподвижный, подобно монументу гневного божества. Его серебристые волосы слегка шевелил невидимый сквозняк, а в глазах, обычно холодных и расчетливых, сейчас полыхало яркое, нечеловеческое синее пламя. Пространство вокруг него едва заметно, но непрерывно искажалось, ткань реальности трещала по швам от колоссальной, сдерживаемой с огромным трудом демонической мощи Спарды. Его правая рука намертво сжала рукоять катаны Ямато, так что костяшки пальцев побелели. Барри, его старший сын, его надежда и продолжение, исчез в непроходимых тропических джунглях Бразилии. Магическая связь, которую Байонетта всегда поддерживала с сыном через тысячи километров, резко и безвозвратно оборвалась, оставив после себя лишь звенящую, пугающую пустоту. Рядом, в глубоком кресле у погасшего камина, свернувшись калачиком, сидела Катарина. Бразильская красавица была абсолютно бледной, ее смуглая кожа казалась серой в тусклом свете зала. Девушка непрерывно дрожала, обхватив плечи руками, и тихо, беззвучно плакала, виня себя за то, что уговорила Барри пойти в тот злополучный поход к водопадам. Ларс Александерсон, сохраняя внешнее, сугубо профессиональное спокойствие, стоял у массивного тактического стола. Капитан элитных войск Империи сжимал в руке тяжелую черную трубку одного из самых современных и астрономически дорогих мобильных телефонов тысяча девятьсот девяносто третьего года. Аппарат, размером с кирпич, с длинной выдвижной антенной, был способен ловить сигнал через сеть военных спутников связи. "Мои лучшие информаторы в Южной Америке хранят молчание", - чеканя каждое слово, доложил Ларс Вергилию, с силой убирая антенну. - "Мы задействовали все доступные каналы, но никаких следов крупных отрядов наемников или несанкционированных перелетов в том квадрате Амазонки зафиксировано не было. Сэр, если Барри забрали профессионалы, то это сделали призраки, и они уже покинули континент." Вергилий не удостоил капитана ответом. Он продолжал смотреть в темный угол зала, и аура холода вокруг него становилась все более плотной. Он был готов прямо сейчас разрубить саму ткань пространства, чтобы оказаться в Бразилии, но без точных координат это было бессмысленным жестом отчаяния. Он мог уничтожить половину континента в слепых поисках и все равно не найти сына. В этот момент из густой, непроницаемой тени колоннады совершенно бесшумно вышел Йошимицу. Инопланетный самурай в своей причудливой, переливающейся броне приблизился к Вергилию. "Там, где отказывают несовершенные спутники людей и молчат купленные информаторы, ответы часто знают те, кто сам стал частью дикой природы," - произнес Йошимицу. Его голос звучал как таинственный шелест сухого тростника на ветру. - "Враг нашего врага может стать нашим невольным союзником в этот темный час. У Четвертого отдела Чаолена есть беглецы. Могущественные существа, чей разум проснулся, а ненависть к корпорации безгранична. Я знаю номер одного из них. Зверя, который оказался умнее, хитрее и опаснее своих безумных создателей." Вергилий медленно повернул голову к Йошимицу. Синее пламя в его глазах слегка угасло, уступив место ледяному, смертоносному расчету. Йошимицу быстро продиктовал Ларсу длинный, сложный международный номер телефона. Ларс, стараясь не выказать волнения, быстро набрал цифры на пузатых, тугих кнопках своего мобильника. Тяжелый аппарат издал серию электронных писков, устанавливая зашифрованное соединение через половину земного шара. Спустя долгую, невыносимую минуту напряженного ожидания, из динамика, включенного на громкую связь, раздался легкий треск статических помех, а затем послышалось тяжелое, влажное дыхание и низкий, рокочущий бас, в котором отчетливо угадывались звериные рычащие ноты. В это же самое время, на другом конце земного шара, на скрытом от посторонних глаз частном тропическом пляже, ярко светило экваториальное солнце. Огромный бурый медведь в модных солнцезащитных очках вальяжно развалился в гигантском, специально укрепленном гамаке, натянутом между двумя крепкими пальмами. В одной массивной лапе Кума, Индекс триста четыре Четвертого отдела, держал огромный стеклянный кувшин, наполненный свежевыжатым соком манго и ананаса и украшенный розовым бумажным зонтиком. Медведь с явным наслаждением потягивал ледяной напиток через толстую соломинку, наслаждаясь заслуженным отдыхом. Рядом, на бамбуковом столике, завибрировал и противно запищал специально модифицированный мобильный телефон. Аппарат был размером с автомобильный аккумулятор, чтобы медвежьи когти могли нажимать на огромные кнопки. Кума лениво вздохнул, поставил кувшин с соком и ткнул когтем в огромную зеленую кнопку ответа. "Слушаю," - пророкотал медведь, его голос был глубоким, вибрирующим, полным ироничного спокойствия и легкой лени отдыхающего существа. "Кума," - голос Вергилия из динамика телефона Ларса был лишен привычных дипломатических интонаций. Он звучал как удар падающего меча. - "Моего сына забрали в Бразилии. Мне нужны координаты лаборатории Ли Чаолена. Прямо сейчас." Медведь на тропическом пляже перестал жевать соломинку. Он аккуратно поправил очки на мохнатой морде, принимая сидячее положение в гамаке. "Вергилий. Не думал, что ты позвонишь," - философски, с ноткой деловой хватки ответил Кума, отгоняя свободной лапой назойливую мошку. - "Я действительно имею полный, несанкционированный доступ к логистическим серверам Четвертого отдела. Я знаю, что случилось. Его элитные псы, те двое мутантов-рестлеров, выследили твоего мальчика. Но они не в Азии, Темный Рыцарь. Чаолен прекрасно понимает, с кем связался. Он в панике. Он перевез твоего сына на самую удаленную, секретную и защищенную базу в своем распоряжении, чтобы выиграть время." "Где она находится?" - сухо спросил Ларс, склонившись над телефоном. "Сибирь," - просто ответил медведь, потянувшись за кувшином с соком. - "Личная, промерзшая до основания крепость Драгунова. Снег, вечный лед, минус сорок градусов по Цельсию и элитный батальон русского спецназа на периметре. Чаолен фанатично надеется, что суровый климат и изолированность удержат вас от штурма. И знаешь, почему я отдаю тебе эти координаты абсолютно просто так, без всяких условий?" "Потому что у тебя есть долг перед нами?" "Потому что Барри - хороший парень и мой единственный, лучший поставщик свежего датского лосося в этом регионе," - тепло, словно вспоминая старого друга, пророкотал Кума в трубку. - "Я не могу позволить, чтобы мой главный партнер по бизнесу и кулинарному искусству замерз или стал очередным подопытным в сибирских подвалах этого сумасшедшего Чаолена. Я ценю качественную рыбу выше корпоративной верности. Записывайте точные координаты. И передайте Барри, что я жду новую партию форели, когда он выберется из этих снегов." Как только связь отключилась, Ларс Александерсон перевел взгляд на Вергилия. Сибирь. Одно из самых суровых и неприступных мест на планете. Сверхсекретная база, укрытая в вечной мерзлоте. Штурм такой цитадели силами армии Ларса потребовал бы недель тщательной подготовки, логистики и сотен солдат, готовых погибнуть на морозе. Но у Вергилия не было недель. И ему не нужна была армия. Ему нужен был всего один идеальный, абсолютный инструмент разрушения. Инструмент, которому не страшны ни пули, ни холод. Вергилий медленно, с достоинством аристократа, который уже все решил, начал набирать другой номер на тяжелом кнопочном мобильнике, который Ларс протянул ему. В это же самое время, в самом сердце Индонезии, на райском острове Бали, царило настоящее, удушающее пекло. Белоснежный, горячий песок слепил глаза, отражая солнечные лучи. Лазурные волны теплого Индийского океана с мягким, умиротворяющим шелестом накатывались на берег, разбиваясь о редкие коралловые рифы. Легкий бриз качал широкие листья пальм. Однако в самом центре элитного пляжа, на огромном ярко-красном пляжном полотенце, лежал Акума. Величайший мастер темного хадо, демон ярости, чье имя заставляло содрогаться целые вселенные, проводил свой законный, заслуженный отпуск. На нем были только широкие, выцветшие плавательные шорты и простые резиновые сланцы на огромных ногах. Акума лежал неподвижно, подобно древнему, раскаленному вулкану, дремлющему под палящим солнцем. Вокруг него образовалась невидимая, но осязаемая зона отчуждения диаметром в полсотни метров. Туристы, даже самые смелые и пьяные, инстинктивно обходили это место стороной, чувствуя необъяснимый, первобытный, сковывающий внутренности ужас. Воздух здесь казался тяжелым, словно перед мощной грозой. Массивные деревянные четки, которые он никогда не снимал, покоились на его широкой груди, слегка покачиваясь в такт глубокому, ровному дыханию. Акума не нуждался в солнцезащитных кремах или зонтиках. Для него этот зной был лишь легким, приятным теплом по сравнению с адским пламенем, бушующим внутри его темной души. Идиллию тропического рая нарушил резкий, писклявый и совершенно неуместный в этой обстановке звук. Рядом с головой демона, на раскаленном песке, лежал мобильный телефон. Хваран в свое время буквально заставил Акуму взять его с собой, заявив: «Просто жми зеленую кнопку, когда эта дурацкая штука орет, здоровяк». Аппарат настойчиво вибрировал и пищал, сигнализируя о входящем вызове высшего приоритета. Акума медленно, с явной неохотой открыл свои пылающие кроваво-красные глаза. Он раздраженно повернул голову, глядя на телефон. Демон протянул свою огромную, мозолистую ладонь и вдавил зеленую кнопку ответа огромным пальцем, едва не проломив пластиковый корпус устройства. "Говори," - низким, подобным раскату грома голосом произнес Акума. Его слова заставили стайку ярких тропических птиц на соседней пальме в панике сорваться с веток. "Акума," - раздался голос Вергилия из динамика. Голос Темного Рыцаря был лишен привычных дипломатических интонаций, он звучал как удар падающего меча. - "Ли Чаолен забрал моего сына. Он держит Барри на базе в Сибири. У нас нет времени на подготовку. Координаты высылаю. Сделай то, что умеешь лучше всего." Акума замер. Слова Вергилия мгновенно стерли всю расслабленность тропического полудня. Этот демон не испытывал человеческой привязанности, но мальчишка Барри был под его личной защитой с тех самых пор, как Акума переступил порог датской цитадели. Похитить кого-то, кто находился под покровительством мастера темного хадо, означало нанести ему прямое, смертельное оскорбление. Песок вокруг Акумы внезапно потемнел и начал плавиться, стремительно превращаясь в раскаленное стекло. Воздух задрожал, преломляя свет, словно над горящим асфальтом. Небо над пляжем моментально затянулось неестественной, кровавой дымкой. Туристы вдалеке начали в панике вскакивать со своих шезлонгов, указывая пальцами на происходящую климатическую аномалию. Океанские волны с шипением отступили от берега, обнажив влажное дно рифов. Акума медленно, неотвратимо, словно поднимающаяся из глубин гора, встал во весь свой гигантский рост. Его мышцы налились чудовищной, пульсирующей силой. Вокруг тела закружились плотные, черные вихри чистой энергии Сацуи-но-Хадо. Холодная Сибирь? Ему было абсолютно плевать на температуру за бортом. Одежда? Времени не было даже на то, чтобы надеть тактические штаны. "Я сравняю их с землей, Барри будет дома к ужину.", - прорычал Акума в телефон. Он с силой сжал кулак, вдребезги раздавив мобильный телефон. Осколки пластика и микросхем посыпались на расплавленный песок. Демон глубоко вдохнул горячий тропический воздух, концентрируя всю свою невообразимую мощь. А затем он совершил прыжок. Ударная волна от его толчка раскидала в стороны тяжелые пальмы, сдула шезлонги и зонтики, заставив туристов с криками падать на землю, закрывая головы руками. На месте, где секунду назад стоял Акума, образовалась глубокая, дымящаяся воронка в оплавленном песке. Сам же демон, превратившись в пылающий багровый метеорит, на гиперзвуковой скорости рассек небесный свод. Он устремился на север, навстречу ледяным пустошам. Ему было все равно, что на нем только плавательные шорты и резиновые сланцы. Он летел, чтобы убивать. А в это же самое время, глубоко в подземных сибирских бункерах, среди бесконечных снегов и льдов, Ли Чаолен стоял в теплом, дорогом пальто, нервно потирая руки. Он думал, что спрятался достаточно надежно от гнева Вергилия за многометровым слоем бетона. Он даже не подозревал, что прямо сейчас, пробивая облака и не обращая внимания на минус сорок градусов за бортом, к его сверхсекретной базе на безумной скорости летит самое разрушительноеорудие возмездия. Демон ярости в плавательных шортах и резиновых сланцах, готовый превратить сибирский ледник в кипящий ад ради одного спасенного мальчишки. Обратный отсчет для Четвертого отдела начался.