Королевский путь / Royal Road / 簪缨问鼎 / Часть 1 / Главы 1-100

Волна невыносимой боли внезапно пронзила его тело. Лян Фэн тихо застонал и пришёл в себя. Голова была тяжёлой и мутной, всё тело ломило так, словно его переехал каток, а внутри живота будто застрял стальной нож, скребущий кости. Чёрт, как же больно! Даже после нескольких тяжёлых ранений ему ещё никогда не приходилось испытывать такую боль. Стиснув зубы, Лян Фэн попытался переждать этот приступ, но боль не прекращалась — она накатывала волна за волной, словно могла лишить человека жизни. Неужели ему не поставили обезболивающее? Больше терпеть он не мог. Он разлепил пересохшие потрескавшиеся губы, едва выдавив звук: — Мед… сестра… Возможно, голос был слишком слабым — никто не ответил. В горле словно вспыхнуло ядовитое пламя. Оно прокатилось вниз по пищеводу, обжигая сердце и лёгкие. Спазмы становились всё сильнее. На мгновение его охватил страх. Неужели его всё ещё не доставили в больницу? Неужели операция провалилась, а он сейчас лежит на земле и ждёт смерти? Не обращая внимания на безумную боль, Лян Фэн резко открыл глаза. Перед ним было лишь расплывчатое бледно-зелёное пространство. Лёгкий ветер колыхал занавеси. В нос ударил запах, смешанный из лекарственных трав и благовоний. Несколько секунд он просто лежал в оцепенении, прежде чем наконец понял. Это была занавесь из лёгкой ткани. Он не мог определить, из чего она сделана: тонкая, прозрачная, с изящным узором, она спускалась сверху с резной деревянной панели. Он лежал на кровати. Огромной деревянной кровати. С трёх сторон её окружали деревянные ширмы, а спереди висела тонкая кисея, словно запирая его внутри этой просторной, но замкнутой постели. Где это место? В голове гудело. Лян Фэн поднял руку и попытался отодвинуть занавесь перед собой. Неизвестно, что именно он задел, но вдруг раздался звон маленького колокольчика. — Господин! Господин, вы проснулись! Занавесь резко отлетела в сторону, и внутрь ворвалась тонкая фигурка. Это была маленькая девочка, на вид ей ещё не исполнилось тринадцати лет. Волосы были уложены в две детские причёски, а одежда — самый настоящий древнекитайский наряд. На ещё не сформировавшемся личике сияла радость, а в глазах уже блестели слёзы. Её счастье было совершенно искренним. Но Лян Фэн не знал эту девочку и тем более не мог понять, что вообще происходит. Он протянул руку, пытаясь схватить её: — Где это… кто ты?.. Договорить он не успел. Его взгляд внезапно застыл. В воздухе зависла тонкая рука. Белая до невозможности, длинная и костлявая, с какой-то неописуемой изящностью и аристократичностью. Она слегка дрожала. Это была не его рука! Что за чёрт здесь происходит?! Где он вообще?! Раздался чей-то испуганный вскрик, но Лян Фэн уже не обращал внимания. Ярость и боль одновременно захлестнули его. Перед глазами потемнело, и он рухнул обратно на кровать, снова потеряв сознание. __________ — Что? Лян Фэн очнулся?! Чашка с чаем с громким звуком ударилась о столик, заставив стоявшую внизу служанку вздрогнуть. Сидевшая за столом женщина средних лет с красивым лицом мрачно нахмурилась. — Разве лекарь Сун не сказал, что он безнадёжен? Когда именно он пришёл в себя? Служанка поспешно ответила: — Примерно полчаса назад. Та маленькая служанка из дома Лянов сказала, что господин Лян уже может пить лекарство… Похоже, он пережил опасность… Женщина крепко сжала пальцы. В сердце вспыхнуло раздражение. Она не ожидала, что этот болезненный доходяга действительно переживёт всё это. И именно в такой важный момент! Все их приготовления пропали зря. Теперь самое главное — удержать ситуацию под контролем и не позволить этому разрушить планы её сына. После недолгого раздумья она холодно приказала: — Пусть Ланэр пойдёт навестить его. И скажи слугам хорошо присматривать за моим племянником. Пусть спокойно лечится. Служанка сразу поняла скрытый смысл этих слов, поклонилась и осторожно вышла. Женщина даже не стала вставать. Она лишь посмотрела на изящную белую фарфоровую чашку перед собой и холодно усмехнулась. Подумаешь, титулованный господин? В роду Лян уже два поколения никто не занимал официальных должностей. Пора бы им отказаться от надежд на наследование титула — и компенсировать ей, женщине, вышедшей замуж в чужой дом. __________ — Лян Цзыси действительно очнулся? Услышав сообщение служанки, Ли Лан тоже был поражён. Его сердце сразу забилось тревожнее. Никто не знал причину болезни Лян Фэна лучше него. Теперь мало того, что план не удался — ещё и случилось так, что собрание знати перенесли на более ранний срок. Как тут не запаниковать? Немного растерявшись, он быстро подавил тревогу и последовал за личной служанкой матери в сторону гостевых комнат. Хотя семья Ли не относилась к самым могущественным аристократическим родам, четыре поколения их предков служили чиновниками, а один из предков даже был губернатором округа. У семьи всё же были свои связи и положение. Дом тоже был роскошным: изящные постройки, красивые комнаты, утончённые украшения. Пройдя через две крытые галереи, Ли Лан остановился перед боковой залой. Ещё до того, как он вошёл, наружу уже тянулся резкий запах лекарств. Он нахмурился и открыл дверь. Всего одного взгляда хватило, чтобы его внимание полностью приковала фигура, полулежавшая на кровати. __________ Из-за тяжёлой болезни лицо человека на постели было смертельно бледным, под глазами залегли тёмные круги. Чёрные длинные волосы рассыпались за спиной, одежда была слегка распахнута, тело — худое, словно ветка бамбука. Но даже такое болезненное состояние не могло скрыть его красоту. Черты лица, словно нарисованные кистью, теперь были чуть более утомлёнными — и от этого взгляд ещё труднее было отвести. В глазах Ли Лана мелькнула зависть и ненависть, но он быстро скрыл их за улыбкой и подошёл вперёд. — Старший брат, ты наконец очнулся! Я уже отправил человека за лекарем Суном, он скоро будет здесь. Голос звучал искренне, лицо выражало радость. Со стороны любой бы решил, что это настоящая забота. Но мужчина на кровати не ответил. Он спокойно пил кашу. Это была специально заказанная им каша из бобов. Никто не понимал, что с ним случилось: едва очнувшись, Лян Фэн настоял, чтобы ему дали именно её, причём потребовал мелкую фасоль. Он уже дважды всё вырвал, но всё равно продолжал пить — словно голодный призрак вернулся к жизни. __________ Ли Лан не показал удивления и мягко улыбнулся: — Старший брат, не переживай слишком сильно. Обморок после приёма порошковых лекарств — дело обычное. Когда действие лекарства пройдёт, всё будет хорошо. — Тебе сейчас нужно как следует лечиться, а все эти мирские дела пока оставить. — Ах да, слышал, что ты не можешь пить лекарственные отвары. Пусть Цзяньцзя принесёт немного засахаренных фруктов, чтобы перебить горечь. Но лекарство всё равно нужно принимать. Наконец миска с кашей опустела. Мужчина передал пустую чашу служанке рядом и спокойно сказал: — Спасибо, третий брат. Голос уже не был таким звонким, как раньше — в нём появилась лёгкая хрипота. Но это нисколько не испортило его приятного звучания. Ли Лан сдержал ненависть внутри и улыбнулся: — Мы ведь братья. Зачем быть такими чужими? — Сейчас главное — твоё здоровье. Если что-нибудь понадобится, просто скажи Цзяньцзя. Она всё устроит. С этими словами он наклонился и лично поправил одеяло на Лян Фэне. — Старший брат, я знаю, ты не любишь лекарства. Но здоровье важнее. Нельзя позволять себе капризничать. Такая забота была бы достойна даже настоящих братьев. Лян Фэн поднял глаза и посмотрел на этого мягкого и элегантного мужчину перед собой. Он слегка кивнул: — Благодарю, третий брат. Ещё немного успокаивающих слов — и Ли Лан не стал упоминать о том, что собрание знати было перенесено. Он лишь мягко улыбнулся: — Когда тебе станет лучше, матушка тоже придёт навестить тебя. Пока просто спокойно лечись. — Цзяньцзя, эти несколько дней побудь рядом со старшим братом и хорошо за ним ухаживай. Служанка послушно ответила: — Не волнуйтесь, молодой господин. Рабыня обязательно хорошо позаботится о господине Ляне. Уладив все дела, Ли Лан больше не стал задерживаться и поднялся, чтобы попрощаться. Оставшаяся служанка Цзяньцзя, однако, чувствовала себя здесь совершенно свободно. Она сама распорядилась: — Люйчжу, сходи на кухню и посмотри, как там лекарство. Если уже готово — скорее принеси. Не задерживай. Люйчжу была ещё совсем юной. Она на мгновение растерялась, украдкой взглянула на своего господина, а затем, тихо кивнув, вышла. Цзяньцзя улыбнулась и опустила поднятую занавесь кровати: — Господин Лян, вам лучше ещё немного отдохнуть. Вы только недавно очнулись, не стоит слишком напрягаться. С безупречно вежливым выражением лица она опустила полог, отделяя пространство кровати от внешнего мира. Глядя на лёгкую занавесь, Лян Фэн усмехнулся уголком губ и снова лёг. __________ После того как он потерял сознание в прошлый раз, ему приснился очень долгий и совершенно странный сон. Во сне появились люди и события — какие-то расплывчатые, какие-то удивительно ясные. Главным героем сна был аристократический отпрыск по имени Лян Фэн. Его предок носил имя Лян Си. Он занимал должность министра земледелия (大司农), входил в число девяти высших чиновников империи и получил титул «хоу Шэньмэньского павильона», а также владение в сто дворов. Насколько важны были эти должности и титулы, Лян Фэн не имел чёткого представления, но одно было ясно: семья Лян считалась знатным родом. К сожалению, Лян Си был слишком честным и неподкупным человеком, поэтому состояние семьи не было большим. Его сын и внук один за другим умерли молодыми, и роду так и не удалось превратиться в настоящую могущественную фамилию. К поколению Лян Фэна от прежнего величия остался лишь пустой титул. Из-за многолетних войн императорский двор намеревался отменить часть дворянских званий. Если Лян Фэн снова не сможет получить официальный пост, этот титул «тинхоу» наверняка будет потерян. Именно поэтому Лян Фэн оставил своего маленького сына и отправился в уезд Шанъдан, чтобы принять участие в проводимой раз в три года оценке кандидатов на службу по системе девяти рангов, надеясь получить должность. Место, где он остановился, принадлежало семье Ли — туда вышла замуж его тётя Лян Шу. Семья Ли была боковой ветвью рода Ли из Тундэ в Шанъдане. По своему происхождению они, вероятно, даже уступали семье Лян. Случилось так, что младший сын Лян Шу, Ли Лан, тоже должен был участвовать в этой оценке, поэтому он с большим радушием принял двоюродного брата. Но, прожив здесь всего несколько дней, Лян Фэн тяжело заболел и впал в кому. И только сегодня пришёл в себя. Только очнулся уже другой человек. __________ Лян Фэн не был любителем истории и не разбирался во всех этих сложных деталях. Но то, что он увидел во сне, подсказало ему: император, даровавший титул Лян Си, носил фамилию Цао. А нынешний император имел двойную фамилию — Сыма. Добавив сюда систему девяти рангов и всё остальное, даже самых поверхностных исторических знаний было достаточно, чтобы сделать вывод: Это Западная Цзинь. Династия, пришедшая после эпохи Троецарствия и перед эпохой Пяти варваров и Шестнадцати царств. __________ Он совершенно непонятным образом оказался в чужой эпохе и получил чужую личность. Перерождение в чужом теле? Любой нормальный человек, переместившись среди ночи из пекинского пригорода в древность более чем тысячу лет назад, наверняка бы испытывал сомнения. Но Лян Фэн был следователем. Ему не нужно было долго наблюдать, чтобы понять: эти люди вокруг него, эти предметы — настоящие. Даже самый роскошный съёмочный павильон не смог бы создать такую реальность. А уж тело, в котором он оказался… Чёрт возьми, это точно не шутка. __________ Он глубоко вдохнул. Горький запах лекарств, смешанный с ароматом благовоний, проник в грудь. Лян Фэн подавил хаос мыслей. То, чего он пока не понимал, можно было оставить на потом. Сейчас важнее всего было выяснить причину смерти «Лян Фэна». То, что он оказался в этом теле, наверняка не было случайностью. Кто убил прежнего хозяина этого тела? Если преступник не достиг своей цели — продолжит ли он действовать? И каков был его мотив? Запертый в этом слабом теле, да ещё и с перемешавшимися воспоминаниями в голове, Лян Фэн всё равно не мог просто отпустить всё и позволить прежнему «я» исчезнуть. Он взглянул на служанку, стоявшую снаружи, и медленно закрыл глаза.