Сладкий психоз адвоката

Чон Ли Вон казался обычным адвокатом, но кое-какие странные наклонности к чужим страданиям отпугивали людей. Он был нелюдимым человеком с пугающими хобби: сбор мертвых насекомых, просмотр видео с насилием над людьми и животными, рисование странных рисунков... Казалось, почему Ли Вон до сих пор работает адвокатом? А все по-детски просто — он не делал ничего противозаконного (по крайней мере никто не видел), и полиция лишь разводила руками. Городским органам не было дела до жалоб обычных горожан, если не положить добротную кучу деньжат на лапу, а откуда такие деньги у простых москвичей? Вот и оставалось только смириться. На удивление, адвокат был неплохим и даже одним из лучших в своем деле, так что на чудачества можно было и глаза закрыть. Новое дело странного юриста заключалось в защите подопечного Николая и его имущества в виде строительного завода. Эта небольшая фабрика была единственным доходом семьи Николая. Беременная жена Оксана находилась на поздних сроках, а на руках — маленькая Катя лет трех от роду. На столе и без того крошка была в радость, а что станет позже — одному богу известно. — Говорите, Жданов подделал документы? — спросил Метис. — Да! Вчера приходили с кучей бумаг и представляли его как собственника, — почти плача, говорил Николай. — Они этой... как там? А, дали договор о передаче завода и земельного участка. Я вас уверяю: я вообще ничего не подписывал! Документы поддельные! — Хех, давненько не было где разгуляться... — Вы о чем? — удивился пострадавший. — Ничего. Кажется, в моей коллекции появляется пара новых жуков. Николай покосился на собеседника, на его лице выступили капли пота. Он бы ни за что по своей воле не нанял сумасшедшего человека. А был ли у него выбор? Конечно, нет! На него давили обстоятельства: голодная семья, коммуналка, оплата за жилье и огромные налоги. Ну и Чон Ли Вон был из тех, кто не забирал последние деньги у клиентов, как другие, более того — мог работать за доброе слово и молитвы. Чон Ли Вону настолько не терпелось увидеть, что за таракан потирает лапки на чужую наживу, что уже на следующий день с самого утра, где-то в пять часов, он стоял у входа в мэрию. Проходили часы, и ровно в восемь он снес с петель толстые дубовые двери.У лысого мэра Жданова аж вены на лбу вздулись. Он вскочил с кресла, собираясь вызвать охрану, но крик застрял в его горле.Чон Ли Вон не просто вошел — он влетел в кабинет, словно хищное насекомое, почуявшее запах гнили. На его лице блуждала широкая, неестественная улыбка, а глаза блестели диким, нездоровым огоньком. Не дожидаясь приглашения, адвокат запрыгнул прямо на дорогой дубовый стол мэра, смахнув на пол стопку важных бумаг. — Ой, какой крупный, жирный таракан! — прошипел Ли Вон, наклоняясь почти вплотную к испуганному лицу Жданова. — И этот таракан посмел заползти на чужую территорию? Попытался отобрать завод у моего бедного подзащитного? — Ты... ты кто такой?! Пошел вон отсюда! Я полицию вызову! — заикаясь, прохрипел мэр, пытаясь дотянуться до стационарного телефона. Ли Вон молниеносно перехватил его руку. Тонкие, но железные пальцы сжали запястье Жданова так, что послышался хруст. Адвокат медленно достал из кармана длинную, тонкую иглу для нанизывания насекомых в коллекцию. — Полиция? — тихо, почти нежно рассмеялся Ли Вон. — Полиция не приедет, уважаемый. Они знают: если я берусь за дело, закон становится моей игрушкой. Но с тобой, Жданов, мне не хочется играть по правилам в зале суда. Мне куда интереснее узнать... как громко ты будешь жужжать, когда я начну отрывать тебе лапки? Он с силой вонзил иглу в стол прямо между пальцами мэра, заставив того закричать от ужаса. Юрист склонил голову набок, наслаждаясь этим звуком, словно лучшей симфонией в мире. Игра только начиналась, и для Жданова она обещала стать смертельной. Жданов задыхался от ужаса, распластанный на собственном столе, пока длинная игла адвоката медленно царапала кожу между его пальцами. Мэр уже был готов подписать любой отказ, как вдруг тяжелая дубовая дверь, и без того едва державшаяся на одной петле, со скрипом распахнулась полностью.В кабинет неспешной, уверенной походкой вошел высокий мужчина в безупречном дорогом костюме. Цезарь Сергеев Александрович. Тот самый, кому Жданов еще вчера плакался по телефону, умоляя помочь прибрать к рукам строительный завод Николая. Цезарь привык решать проблемы одним взглядом, но картина, открывшаяся перед ним, заставила его на секунду остановиться.На столе, на корточках, словно огромный хищный богомол, сидел худой парень в помятом пиджаке. Его лицо искажала дикая, блаженная улыбка, а в косящем в сторону глазу пылало абсолютное, неконтролируемое безумие. Испуганный мэр под ним выглядел как жалкая жертва на алтаре. — Царь! Спасите! Он конченый! Он убьет меня! — завизжал Жданов, завидев гостя, как единственную надежду на спасение. Цезарь медленно перевел взгляд с мэра на Ли Вона. Его лицо оставалось каменным, но в глазах вспыхнул опасный интерес. Даже в криминальном мире Сергеев редко видел людей с настолько чистой, незамутненной жаждой чужой боли. — И что это за хищник тут у нас завелся? — спокойно, с легкой хрипотцой в голосе спросил Цезарь, делая шаг вперед и даже не глядя на ноющего мэра. Ли Вон медленно, с хрустом повернул шею в сторону Цезаря. Его улыбка стала еще шире, обнажая зубы. Адвокат провел кончиком языка по губам, чувствуя, что перед ним не просто очередной вредитель, а крупный, сильный и очень опасный хищник. — О... а ты не похож на обычный мусор, который я привык давить каблуками, — прошипел Ли Вон, игриво прокручивая иглу между пальцами. — Хочешь стать частью моей коллекции? Я найду для тебя особое, самое большое ложе с иголками...