Акт второй

Осень в Нью-Йорке выдалась тёплой. В их квартире в Бруклине пахло масляными красками, старыми книгами и слегка — кошачьим кормом. Инки, их двенадцатилетняя, трёхцветная кошка, дремала на спинке дивана, издавая звуки, похожие на работу сломанного мотора. Её возраст давал о себе знать, но она всё так же благосклонно позволяла себя гладить, только если Майк или Уилл делали это правильным, известным только ей одной образом. Уилл заканчивал оформление персональной выставки молодого художника из Бронкса. Майк правил гранки третьей главы своего нового романа — мрачный, интеллектуальный, но с фирменным уилеровским светом в конце тоннеля. Их жизнь текла плавно, как хорошая проза. Десять лет вместе, семь в браке. Идиллия, о которой подростки из Хоукинса не смели и мечтать. Однако в этой идиллии завелась тишина. Не та, враждебная, из Изнанки, а другая — пугливая, деликатная. Она пряталась в долгих взглядах за завтраком, когда Уилл смотрел на Майка, а потом переводил глаза на пустующую спальню, которую они называли мастерской. Она сквозила в том, как Майк задерживался на детских площадках по пути в издательство, будто высматривая кого-то. Разговора о детях они избегали так же умело, как в шестнадцать лет избегали разговора о том, что Уилл чувствовал к Майку. Слишком много значило. Слишком легко было разрушить. Первым тонкий лёд тронул Уилл. — Лукас звонил, — как бы невзначай сказал он однажды вечером, разливая суп по тарелкам. — Макс выдохлась. Говорит, близнецы её доконали. Я предложил забрать их на неделю. Пока они сгоняют в Монреаль. Майк оторвался от ноутбука и посмотрел на Уилла с таким выражением, будто тот только что предложил открыть портал в Бездну. — Забрать к нам? Мейзикин и Кая? На неделю? — Испугался? — Уилл приподнял бровь, прямая цитата от Макс. — Нет, — слишком быстро ответил Майк. Потом подумал и усмехнулся. — Немного. Неделя с близнецами Синклер была адом и раем одновременно. Девочке и мальчику — тёмненьким, с бешенными рыжими кудрями (ген Макс пробился на ура) — было по четыре года, и, казалось, они заключили акт о ненападении только на время сна. В остальные часы они были ураганом. Кай раскрасил стену в прихожей акварелью Уилла («Это космос!» — кричал он в своё оправдание). Мейз научила Инки игнорировать команды ещё эффективнее. Они требовали сказок, отказывались от брокколи и плакали одновременно, заражая друг друга. Но на четвёртый день случилось то, чего Майк не ожидал. Он вернулся с прогулки, уставший, с Каем на плечах, а Уилл сидел на полу, обложившись подушками, и рисовал для Мейзикин её портрет в виде единорога. Девочка сидела у него на коленях и с важным видом комментировала каждое движение кисти. — Ушки должны быть розовые! — командовала она. И Майк застыл в дверях. Его захлестнуло такое простое, оглушительное чувство, что он едва не выронил Кая. Он вдруг понял, что хочет это. Постоянно. Каждый день. Они справились. Молодые, неопытные, пугающиеся каждого чиха. И, закрыв за Лукасом и Макс дверь после возвращения близнецов, они рухнули на кровать и молча смотрели в потолок час. Уилл тогда сказал: «Мы неплохие няньки». Майк просто подтвердил После этого намёки стали громче. Майк, который терпеть не мог блогеров, был пойман за тем, что подписался на канал однополой семьи с ребёнком. Уилл застал его за просмотром видео про адаптацию малыша от полутора до трёх лет. Майк покраснел до корней волос и свернул вкладку с такой поспешностью, будто это было порно с Уиллом на рабочем столе. — Просто… случайность, — буркнул он. Уилл ничего не сказал. Только улыбнулся краем губ и купил на следующий день книгу «Если ваш ребёнок не спит: 100 способов выжить». Положил на видное место. Майк её прочитал за два вечера. Всё шло к тому, что лопнуть должно было именно сегодня. Это был обычный вечер пятницы. За окнами шумел Нью-Йорк. Майк развалился на кровати, одетый в старую футболку и мягкие штаны. Ноутбук стоял на коленях, он задумчиво смотрел в монитор, покусывая губу — привычка, оставшаяся с детства. Уилл вошёл бесшумно. Он всегда так делал. Сначала Майк почувствовал запах его шампуня, потом тёплую ладонь на своём плече. Он поднял голову. — Привет, — сказал Уилл, и в этом слове было всё. И вопрос, и надежда, и тот самый страх. Майк не спрашивая захлопнул ноутбук и отложил его на тумбочку. Он похлопал по кровати рядом с собой: — Иди сюда. Уилл лёг на бок, прижался к нему плечом к плечу. Майк обнял его автоматически, привычно, утыкаясь носом в макушку. Тишина затянулась. Каждый ждал, что другой начнёт первым. В какой-то момент Уилл выдохнул и закрыл глаза. — Тот блог, который просто случайность, — тихо сказал он. — Я тоже на него подписан. Три месяца. Майк напрягся под ним, потом медленно выдохнул. — Месяц назад я смотрел, как ты кормишь Кая завтраком, и понял, что никогда в жизни не хотел ничего сильнее, чем увидеть тебя за этим же столом с нашим ребёнком, — голос Майка дрогнул. — Я хотел завести этот разговор тысячу раз. Но я боялся, что ты… — Что я? — Уилл приподнялся на локте, глядя ему в лицо. — Что я скажу нет? Майк. Я сам ждал. Я предложил взять близнецов. Я хотел, чтобы ты увидел. — Я увидел, — голос Майка сел. — Боже, Уилл. Ты был с ними… Ты был просто… — он замолчал, не находя слов, и просто сжал его плечо. Разговор поначалу шёл рывками. Обрывками фраз. «Это же не родные, сможем ли мы?» — спросил Майк с мучительной прямотой. Уилл, помолчав, ответил: «А ты смотрел на Кая? На его улыбку? Она ничья и наша одновременно. Дело не в родстве, Майк. Дело в том, кого мы впустим в дом». — А вдруг не сможем? — Майк сглотнул. — Вдруг я… я посмотрю на него и не ничего почувствую? — А вдруг полюбишь так, что не захочешь потом отпускать? — мягко возразил Уилл. И эта простая перемена перспективы сломала последнюю стену. Майк судорожно рассмеялся, потянулся к Уиллу, и они замерли в долгом, мучительном от сказанных слов поцелуе. Потом говорили уже взахлёб. О том, что будет сложно, что Уиллу придётся брать меньше заказов, что Майк наконец напишет книгу про что-то живое, а не про экзистенциальный кризис. Они говорили о страхе, о бессонных ночах, о том, что их идеальная, отлаженная жизнь пойдёт под откос. — И мы будем жалеть, — сказал Уилл. — Иногда. Обязательно. — Это нормально, — закончил Майк. Решение пришло легко. Как будто оно всегда было готово, просто ждало этого вечера. В час ночи они сидели на кухне. Кофе давно остыл. Инки неодобрительно щурилась с подоконника. Майк крутил в руках телефон, пока Уилл открывал на планшете список учреждений. Их пальцы переплетались поверх экрана, когда они водили по ссылкам. Детский дом в Куинсе — отпал сразу, странное чувство. Два приюта в Бронксе — слишком бюрократично. Агентство по усыновлению в Манхэттене — очереди на годы. А потом Уилл ткнул пальцем в строчку, и Майк замер. Маленький частный приют на границе их района. Сайт был уютным, непрофессиональным — фотографии детских поделок, миссия «каждому ребёнку — дом». И список детей, ждущих семьи. Их было семеро. Двое — младенцы, остальные — от двух до шести. — Вот, — выдохнул Уилл так, будто нашёл не приют, а самого себя потерянного. — Смотри. Вот здесь. Майк читал анкеты. Девочка, три года, любит динозавров. Мальчик, пять лет, мечтает о собаке. А потом — короткая строчка. Мальчик, два с половиной года. «Техий, любит рисовать и читать. Ищет семью, которая будет читать ему на ночь». — У него опечатка в слове тихий, — глухо сказал Майк. — Кто-то заполнял анкету на коленке. — Он похож на меня, — Уилл коснулся экрана пальцем, повёл по строчке. — «Любит рисовать». Он поднял глаза на Майка. Те блестели. — Мы поедем завтра? Или послезавтра? Майк обхватил его лицо ладонями. — Завтра в десять. Я отменю все встречи. — А издательство? — К чёрту издательство, — твёрдо сказал Майк. Они просидели до трёх ночи. Читали форумы приёмных родителей, смотрели видео про первую встречу, спорили, как обустроить детскую вместо мастерской. Уилл уже набрасывал на салфетке эскиз — жёлтые обои и зелёные полки. Майк искал безопасную мебель без острых углов. Они не заметили, как начало светать. И только когда первые лучи солнца упали на их спутанные волосы, уставший Майк уронил голову на плечо Уилла и прошептал: — У нас получится? Уилл поцеловал его в висок. — У нас не было выбора в Хоукинсе, но мы справились. А тут у нас есть выбор. И мы оба к этому готовы. У нас получится. Инки, сочтя момент подходящим, спрыгнула с подоконника и с царственным видом улеглась прямо на планшет поверх анкеты мальчика. Майк и Уилл рассмеялись, обнялись крепче и позволили себе наконец поверить в то, что их история только начинается.