Метки
Драма
Повествование от первого лица
Серая мораль
Принуждение
Разница в возрасте
Нездоровые отношения
Психологическое насилие
Похищение
Психические расстройства
Психологические травмы
Трагедия
Телесные наказания
Триллер
Стокгольмский синдром / Лимский синдром
Девиантное поведение
Психологический ужас
Грязный реализм
Слом личности
Токсичные родственники
Высшее общество
Гетерохромия
Описание
«Для избавления костяного ларца от символа любви следует для начала разломать три ребра».
На том банкете вы спасли меня от неумолимо ужасной беды. Я доверилась и последовала за вами к горизонту весеннего заката. С каждым проведённым друг с другом мгновением, желание переплестись в одно целое становилось невыносимым. Вы даровали мне чувство неутолимого вожделения, тогда скажите же, почему вы не сдержали обещание?
Примечания
Не скачивайте работу, если вы не готовы даже поставить один несчастный лайк, пожалуйста.
А у автора есть свой ТГ-канал, где будет публиковаться всякий контент и новости о новых главах - https://t.me/snrlover
С пролога по восьмую главу - пробечено Maria_Tr
С девятой главы - Veronegui
Одержимость
27 апреля 2025, 08:14
Глава 0
«???»
Хрупкое девичье тело медленно оседает на пол, не поднимая головы, пряча свой испуганно-заворожённый взгляд необычных глаз, привлёкшие моё внимание ещё с самого её рождения. Напрочь стёртые коленки, в синяках и ссадинах, бьются в очередной раз о холодный кафель, дополняя кроваво-красную картину ещё несколькими каплями алой субстанции. Она осторожно, пальцами рук едва касаясь пола, на четвереньках ползёт ко мне — как-то медлительно, очарованно, с бешено бьющимся сердцем в костяном ларце, что удары его раздаются, казалось бы, по всей напрочь околдованной комнате. В свете низковольтных ламп тело её бледное, костлявое, а кровоподтёки особенно красиво выделяются на матовой, нежной коже, что мне хочется ещё раз прикоснуться к ним мякотью пальцев, надавливая на треть, впиваясь глубоко под кожный покров, лишь бы ещё раз услышать тихий болезненный полустон с маняще-сладких губ. Девчонка едва ощутимо, словно боясь разбить вдребезги драгоценно-редкий фарфор, касается ладонями прослойки ткани моих брюк, медлительно черепную коробку свою поднимает, устремляя взор на меня. В её глазах — интерес. Страх. Скорбь. Ненависть. Ужас. Губы слабо растягиваются в улыбке, а ладонь мягко ложится на светлую макушку — девчонка вздрагивает от прикосновения, но лишь теснее прижимается к моей ноге, как какая-то маленькая сучка, желающая то ли жизнью обернуться, то ли стесняющаяся попросить большего. А ещё в её глазах я вижу самую яркую эмоцию — нескрываемую, искрящуюся как огоньки фейерверков в темноте ночного города, столь гадкую и падкую, что быстро становится очевидно, как нечто подобное является для неё новым опытом, чем-то неправильным, аномальным и противоестественным. Эмоция, которую я не спутаю ни с чем. Каждый чёртов день я вижу людей, в чьих глазах пылает огонёк патологического ужаса, но явно ими отрицаемый. Ну конечно, какому человеку придёт в голову признаться в своей невменяемости? — Сэр… — Тонкий голосок нарушает стоическую тишину. Она сглатывает нервно и щекой прижимается к прослойке ткани, не отрывая от меня своего испуганного взгляда. Блять, какие же у неё красивые глаза. — Пожалуйста, прошу вас, только… Мякоть моих пальцев путаются в её светлых локонах волос, приглаживая и словно бы пытаясь распутать весь этот образовавшийся комок. Мне до ужаса хочется рассмеяться в очертания её лица — уголки губ тянутся выше, растягивая улыбку, преобразовывая её в нечеловеческий оскал, оттого мне приходится прикусить нижнюю губу, лишь бы не испортить столь сокровенно-интимный момент тихой мольбы. Какая же она, чёрт, двуличная мразь. В оголённой груди поблёскивает желание, стоящее сотни жизней других людей, а с губ слетают столь неуместно-глупые слова, переполненные стеснением и тихим внутренним ужасом, очевидно, после всего пережитого и увиденного. — Не… Чьи-то до боли знакомые пальцы касаются моей шеи, отправляя импульсы по раздражённым нервам, охлаждая кожный покров до, казалось бы, минусового градуса. — Убивайте… Нависающая над нами тень перекрывает свет низковольтных ламп, но девичье лицо внизу нисколько не изменяется, её распухшие от укусов губы движутся в такт, едва заметно, тихо нашёптывая мантру мольбы. — … Наполненные болью слова до меня более не доходят — голос перекрывает громкий, настойчивый шёпот под самым ухом. Горячий, вязкий, едва разборчивый. Но такой знакомый. ᴛы ᴛожᴇ ʙидиɯь ϶ᴛу одᴇᴩжиʍоᴄᴛь?Что еще можно почитать
Пока нет отзывов.