Сорокины. Прогул

Димка Сорокин Славкино уверенное "нормально всё" Димку удовлетворило. Червяк сомнения если и шевельнулся в нём, то не настолько живо, чтобы начать назойливо лезть к другу с уточнениями. Да и не будет Мирось жаловаться, да и не изменишь уже ничего, - все сделано. Решив, что утром наведается к Славке помочь вычистить мотоцикл, Сорокин переключился на свои текущие проблемы. А они сейчас будут, это у бабки не гадай. Взлетев по лестнице на свой этаж, Димка притормозил у двери и затоптался. Оглядел себя - спереди то ничего, вроде бы, а вот штанины позади в ошметках грязи. Пошоркав их, привел в более человеческий вид - не приглядываться, так и не заметно почти. Тянуть больше было нечего и Димка аккуратно открыл дверь, лелея наивную надежду, что удастся прошмыгнуть в детскую незаметно. Смысл в этой надежде Димка и не искал. Вошел в полутемную прихожую, прикрыл за собой дверь и замер. В квартире улавливались ароматы вечерних блинов и каких-то, то ли лекарств, то ли травяного чая. Бубнил телек в гостиной. Танька, судя по отсутствию светящейся полосы под дверью детской, уже спала. После уличного холода показалось, что дома очень тепло. Слишком. До духоты. Наверняка поэтому пацана, наклонившегося дернуть шнурки на ботинках, на миг замутило и качнуло вбок так, что пришлось упереться рукой в стену, ловя равновесие. Сорокин-старший Душный сумрак развеял щелчок выключателя. И вспыхнувший внезапно свет не добавил в жизнь семейства Сорокиных ничего хорошего. Пропавший наследник нашелся. Почти в полночь, грязный, с характерно припухающими следами ударов на лице и нездоровым блеском в глазах. Судя по тому, что на шум и свет из спальни взрослых не выбежала, успевшая закатить настоящую сцену родительница, настойка пиона все же примирила её с действительностью: завтра на работу, а её сын - пятнадцатилетний оболтус, который загулял с дружками потому что у всех в этом возрасте мозги набекрень. - Мать уснула. Не шуми. - тихонько проинструктировал взрослый, аккуратно разворачивая к свету избитую мордашку и попутно улавливая запахи алкогольных паров, - Хороооош... Отец отстранился, пропуская Димку мимо себя на кухню. Димка Сорокин На вспыхнувшее освещение Димка сощурился и отвернулся. Батя вышел, встречает. И чего вот тоже не спится? Отпрыск сковырнул обувь и снова скосился мимо отца, когда тот физию его повернул. Только битое место на лице в досадном тике дрогнуло. - Угу, - так же тихо ответил Димка, то ли соглашаясь на инструкции, то ли на то что "хорош". В холодном искусственном свете не особо приметная, казалось, грязь стала видна однозначно. Даже на куртке была, которую пацан аккуратно повесил сбоку от всей одежды на вешалке. Надо думать, - хорошо, что мама спит. Батя голоса лишнего не поднимет значит, и то ладно. Неторопливо пройдя на кухню, младший Сорокин налил себе воды и примерился неторопливо же выпить, всем своим видом как бы объявляя, что ничего такого и не произошло. А пить реально хотелось, горло пересохло и во рту ощущалась непривычная горечь. Сорокин-старший - Выкладывай. Где был? Что пили? С кем? Очевидная чумазость и неустойчивость сынишки явно показывала, что был он не там, где сказал. А еще рука сама потянулась открыть морозилку, достать оттуда замороженный окорочок, обернуть полотенцем и приложить потомку к битому месту. - Это у тебя откуда? Отец укоризненно указал подбородком на фингал, поморщившись вместе с пацаном, когда холодное и твердое прижалось и застрял в дверях, дожидаясь ответа. Димка Сорокин Димка усиленно отпихивался от собственного чувства стыда, когда папка спокойно спрашивал и уход за битым сыном проявлял. Впрочем, вполне успешно у Димона выходило. Гримасу болезненную скрыть не удалось только, а так - прижал холодный сверток к скуле и на стул уверенно хлопнулся. - Дебилы в подъезде прицепились, но мы их с Миросем размотали, - небрежно осветил возникновение боевых следов пацан. Помедлил. И решил не усложнять. - Да у Мирося был. Я ж написал... - не выдержал, осторожно покосился на стоящего батю, - Потом... вышли, встретили знакомых, они с пивом... - взгляд уплыл к раковине, пальцы помяли полотенце, - ну, я чуть отхлебнул. Вообще, Димон думал и выпивку скрыть, но на обоняние отец никогда не жаловался, что сейчас и подтвердил. И чего не выветрилось до сих пор выпитое? Димка-то рассчитывал, что запашок уйдет уже к приходу... Правда в башке туманило, но точно не сейчас, когда щеку туго подмораживало, а напротив батя стоит. Сорокин-старший - Ах вот как? - нехорошо хмыкнул взрослый и подобрался, потому что повышать голос было нежелательно, а вот именно сейчас хотелось. - Ну, раз про тебя мне все известно, то послушай, как прошел вечер у меня... - родитель сел, - Пришел с работы, поужинали, сделал уроки с Танюхой, посмотрел новости. А потом мама вспомнила, что у неё двое детей. Ты забыл в котором часу тебя дома ждут, солнце ясное? И с каких это пор "встретил пацанов при пиве" является поводом принимать на грудь? А еще я знаю, что ты мне врешь сейчас. Хочешь, чтобы мне было все равно где ты и чем занят? Димка Сорокин - Да не вру я! - на автомате, обиженно буркнул Димка, показательно возмущаясь неверию родителя. А потом тревожно кольнуло законным вопросом - чего такого батя знать вообще может? Меньшего Сорокина подтянуло на стуле. Небрежность позы пацана смазалась. Пол лица уже онемело от подтаявшей куриной ноги во влажном полотенце, но убирать эдакую защиту с щеки Димка не стал. Защиту вообще, а не лица. Удобно, будто не нервничая, заниматься перекладыванием холодного свертка с одного места на другое, чуть выше или ниже... Очень интересно папка вечер провел, ага... - Я же тебе сказал по телу, что задержусь, - на самом деле Димон не особо помнил как ответил отцу на его звонок. После него как раз та потасовка и произошла. Но что-то про то, что попозже будет - говорил, это точно. - А с пивом... ну, немного же. Че я морду корчить должен был пацанам?! - оскорбленная гордость должна была быть понятна бате. А че, он же сам мужик! Должен понять! И взгляд мальчишка в папку прямо упер, благо его глаза почти ровно на против теперь были. Вопрос про "хочешь, чтобы все равно где и чем занят" Димка попросту замял. Это снова совесть задел батя. А она его сынуле сейчас только мешала. Часть курицы перевернулась другим боком, сосредоточено прикладываясь уже там, где и не болело, в общем-то, и мальчишка отвернулся, начиная себя чувствовать все глупее и не уютнее. Сорокин-старший Сама невинность, огрызается еще. На каждое слово десять в ответ! Собственные мысли нехорошо согрели родителя и он сменил свою собранную позу на угрожающе нависшую над столом, у которого притулился Димчик, скрывая свои истинные подвиги. - Ты обороты-то сбрось, наследник. Если я, уважая мамин сон, и надеясь на твою разумность, по-хорошему с тобой разговариваю, хотя мне тоже утром на работу, это не значит, что за свой загул ты на месяц дома не застрянешь без интернета и десерта. Возможность объясниться по-людски у тебя пока есть. И очень жаль, что ты её тратишь на херню какую-то, - А вот теперь стало понятно, что папка отнюдь не белый и пушистый сейчас, а в крайней степени негодования, - Грязь с тебя сыпется отнюдь не городская. Где ты был? И почему мне врёшь? Димка Сорокин Да, если бы не надобность приглушать звуки, отец бы уже гремел, выговаривая сыну. Это Димка занемевшим затылком почуял. И пара закрытых дверей, и то, что спальня родителей в другом конце квартиры находится, не помогло бы - маму бы подкинуло на кровати, не говоря о Танюхе в детской через коридор. Димона бы наверняка проняло папкино негодование, если бы свое не вскипело. Курица эта ещё дурацкая в полотенце. Димка бросил сверток на стол и набычился, стараясь самому голос не поднять. Да плевать на сладкое! Месяц под надзором, ни шагу в сторону и без инета?! Что он Ольке скажет, когда начнет пропадать из контакта? Что она подумает? Навыдумывает себе... А признаться ей, что его лишили инета и свободы? И это после того, как показал себя так независимо и вообще, что самостоятельный, а не салага какой?.. У пацана зубы заныли от такого. И стыдно вот за будущее такое перед девчонкой стало больше, чем перед отцом за вранье. Димка же и не врал серьезно никогда. По мелочи было, прокатывало, действительно, так проще казалось. И скорее как хитрость была, чем прямая ложь, как сейчас. Но оценивать сейчас, почему он так поступил, младший Сорокин не мог - не до того было. - Из-за какого-то опоздания - месяц?! - обороты-обороты, как их сбросишь тут? У пацана снова стало нагреваться лицо. Мысль просить папку скостить "срок" Димон отверг сразу. Прошли те детские времена, когда ныть пытался, выпрашивая снисхождение. Да и не велся обычно батя на такое, и только стыдно за себя было мальчишке потом. "Объясниться по-людски" в искаженном возмущением и от бродившего ещё в крови пацана алкоголя сознании принялось, как почти тоже самое "оправдаться" и "повиниться". К тому же, - правда, в глазах отца, теперь серьезно потянет на тот месяц запретов, а то и побольше. Под батиным прямым тяжелым взглядом сидеть на месте стало трудно. Димка выскользнул из-за стола и из-под родительского давления. Отшагнул к подоконнику, оперся на него задом и руками. Эти действия чуть охладили мальчишку. - За городом был, - пришлось признаться. Как ещё разумно объяснить не городскую грязь, Димону в голову не пришло. А это, к тому же, не вранье. Завтра папке на работу, ну и шел бы уже спать! - Ладно, пап, всё. Постараюсь не опаздывать больше, - по-взрослому постарался сказать. Достойно, без этих просящих ноток в голосе, - Пойдем спать. Проще согласиться, снова решил Димка, тем более, что отец, в таком настрое, уже не изменит своих слов. Пусть. Что, Сорокин не найдет, как обойти запреты? В крайнем случае - нарушит. Эти мысли, почему-то, даже пацану не понравились и он сердито потер ноющую скулу, отвернувшись от бати. Всё он - со своими запретами! Сорокин-старший Месяц это серьёзно. Вон как подбросило и бровки домиком сошлись. Всего на мгновение, правда. А потом щеки загорелись и выражение появилось то самое, которого у родного сына видеть не хотелось. Да некому было перевести теперь все в шутку и просить за первенца. Матушка спит уже. Слава богу. Да и не пойдет речи ни о каких поблажках. Шестнадцатый год пацану - грозить на будущее поздновато. Не упустить бы теперь. - Не хочешь месяц - можно больше, - рыкнул взрослый, тоже заводясь, отчего пацан, видимо, пришел в норму, решив свернуть неудобный всем участникам разговор, - И ты не думай, что объясняться не придется. Не сейчас, так утром, при матери. Где был и что там делал рассказывать. Пьянство я тебе на первый раз прощаю. Но если повторится, будешь задницу подставлять. Понятно я объяснил? Димка Сорокин Похоже, не зря Димка сдержался и не начал в своей манере возмущаться. В последнее время отец все реже вступал в перепалки, обрубая их просто увеличением запретов. Вот как сейчас, - чуть не навалил ещё больше. Это одновременно и злило и сдерживало лишние слова. Не навалил. И даже выпытывать правду не стал дотошно. Можно и промолчать. А утром, ну, что утром? Да не до того будет ему и маме, спешащей на смену. Отбурчится Димон, если что, он умеет. А вот про пьянство и задницу до Димки не сразу дошло. Вернее, что простил - это зашибись, а вот что "подставлять", если вдруг... Тот давний единственный раз, когда младшему Сорокину влетело так от бати, вообще-то, ожидалось, что и последний будет. Но напоминать сейчас об этом Димка не стал. Не предъявлять же претензии, когда на тормозах текущая ситуация спускаться начала? В легком ступоре, хлопнув на отца пару раз глазами, Димону больше ничего не осталось, как признать, что "понятно". А потом он занялся замотанным окорочком, не собираясь сейчас объясняться. Куриная нога отправилась назад в морозилку, а подмокшее полотенце повисло на раковине. - Мама сильно нервничала? - бате явно тоже досталось от любящей напридумать себе ужасов мамы. Но, судя по тому, что она сейчас спит - отец сегодня вышел победителем в этой схватке переживаний и убеждений. Сорокин-старший - Мама всегда сильно нервничает, - Димкина незначительная хозяйственность и такая нужная сейчас сговорчивость родителя настроили на мирный лад. Свинячить не стал, выпендриваться тоже. Хотя последнее время взрослеющий наследник стал куда неосторожнее со взрослыми (вероятно, не без оснований, полагая себя умнее большинства из них) и с правилами, то и дело норовя вылезти из них, как из тесного манежа. Только прыгать повыше мало, чтобы выпустили. Надо дорасти просто. - Ты... Из-за девочки опоздал? - доверительно спросил взрослый и пояснил, - У тебя блестки на шее. Димка Сорокин Ну, так и есть - устроила мамка истерику. Было, конечно, жаль маминых нервов, и папкиных тоже. Но они вот взрослыми себя считают - чего, так трудно понять сына и не дергать себя и других по-пустому? - И чего вот? Мне не десять лет... Ну, немного не во-время пришел. Вечно из мухи слона делает. И тебя заводит, - проявил отцу понимание младший Сорокин. Блестки? Димка автоматом тронул себя за шею, потер ладонью там, где Оля касалась его губами, смеясь нашептывая всякую ерунду, - глянул на пальцы. Фиг его знает, чего батя углядел. Вроде, чисто. Но смущение скрыть не удалось. Пацан замялся. Но, он вот горд за себя даже. За то, что уехал, за то что там, с ней был и что вечер провел клёво, и потом... Она его чмокнула благодарно при расставании! Это круто. - В гости к девчонке ездил, на день рождения. Мы с ней в контакте познакомились. А опоздал, потому что на автобус не успел. - Пап, ну вот че я ей скажу, когда в онлайн не смогу выйти?! Давай без запрета на инет, а? - вырвалось то, что не так давно Димон запрещал себе выпрашивать. По-другому сейчас было. Поделился вот тайным с отцом. И теперь понимания искал, а не простого снисхождения. Сорокин-старший - В том-то и дело, что не десять. А до сих пор маму огорчаешь и папу обманываешь. - грустненько выдохнул взрослый. В этом вопросе папа держал строгий нейтралитет. Даже если ему и досталась не самая покладистая супруга, обсуждать это он точно не намерен. Сынишка, впрочем, тут же ситуацией воспользовался, поканючив. - Созвонишься. - отец Димона приобнял. Раз уж пацан дорос до встреч с девчонками, да еще и не с одноклассницами, плюс не робеет об этом сообщать, как бывает с некоторыми в его возрасте - это как минимум повод для гордости и одобрения. Папка бы разрешил. Если бы мог. Если бы не было у него еще и дочери, с которой все должно быть в точности до наоборот: никаких гуляний и домой в десять. За такой фокус полагается строгое наказание. И оно будет строгим...  - Нет уж, дружочек. Наказание своё ты честно заработал. Не увиливай, а делай выводы на будущее. Что должен был взрослый человек сделать? Димка Сорокин Не, родитель не понял. Или уперто не захотел вникать в проблемы сына. Успокаивает ещё! Димон напрягся под рукой отца и недовольно повел носом, отворачиваясь. Ну да, так и есть - зря только просил! Смиряться, что это наказание "честно заработано" Димка не желал. И выводы на будущее получались в размышлениях, как ему вырулить в сложившихся обстоятельствах. "Созвонишься"... И скажешь, что наказан?! - Взрослых не наказывают дурацкими запретами, - срулил с вопроса пацан, - и домой они могут приходить, как захотят... Блин, пап, ну че нагнетать-то?! - младшего Сорокина снова нервно повело. Чего должен был сделать взрослый человек? Прийти и спать лечь! Сорокин-старший - Ещё как наказывают, - не без нажима из-за Димкиного упора отозвался взрослый, - И родительских, и водительских прав лишают. И запирают в четырех стенах. Ты капризы эти брось. Взрослый? Прекрасно. Тогда изволь вести себя, как взрослый: правильный пример подавать сестре, являясь домой в трезвом виде и никого не обманывая. Был бы таким убедительным накануне, не сидел бы наказанным. На каждое слово у Димки всегда находилось два-три варианта оправданий, что и раздражало - ну ничего же не соображает, просто упрямится, и восхищало одновременно - держится, вертится, старается, опять же умеет на словах многие вещи решать. Нужный навык. - Я все сказал. Иду спать. Не забудь, пожалуйста, завтра перед мамой извиниться. Димка Сорокин "Ну не за опоздание же!" хотел вступить в спор Димон, но потом дошло, что это скорее к выпивке батя высказался так. И снова промывка мозгов. Капризы, пример, не обманывать... Угу, что-то Димка не уверен, что отъезд в другой город на тусовку родители бы одобрили. Но, он запомнит. И, при случае, обязательно воспользуется! Убедительно. Отец наконец-то собрался на боковую. Да и его "все сказал" прикрутило уже усталые Димкины порывы отбить свое мнение. Проводив папку вынужденно примерным кивком и пожеланием "спокойной", пацан выдул ещё полкружки воды, сунулся в душ и потом, уже в комнате, вспомнил про выключенную мобилу. Так и есть. Уведомления о поступавших звонках от папки... и три смски от Ольги! Уснул Димон довольно улыбаясь. Утро пятницы начинаться никак не хотело. Но третий будильник и бодро заглянувший в детскую отец не дали досмотреть очередной увлекательный сон. Танька ещё под ухом заверещала, что штаны на её юбку "идиот не мытый" бросил... И только в ванной Димон проснулся, прикидывая, какие сегодня уроки вообще. Сорокин-старший А после ванной у еще пахнущего зубной пастой сынишки взяла реванш мама. Скандалила она всегда с упоением, всецело отдаваясь этому занятию, выговаривая хоть и по сути, но с тем самым театральным пафосом, который за чистую монету можно принять только единожды. Димка оказался неблагодарным сыном, готовым загнать своими выходками несчастную мать в сумасшедший дом, как минимум, а как максимум - в сырую могилу. Впрочем и там ей не найти покоя, потому что такое поведение неприемлемо. Выключать телефон... Пропадать среди ночи... В компании сына этого варвара... В общем, завтракали все с аккомпанементом. Димон вынужденно слушал матушку, а папка отвечал на вопросы дочуры по поводу чего и сколько теперь Димону "будет", как они в выходные пойдут тусить в развлекательный центр и ретировался на работу, еще раз по требованию жены напомнив сыну, чего ему теперь не полагается. Димка Сорокин Мамину выволочку Димону выдерживать было гораздо мучительнее, чем батину. Мало того, что успокаивающие и покаянные слова сына она не слушала, так их и вставить-то в грохочущие тирады было практически невозможно. Батон с маслом тоже с трудом уминался под такие убийственные раскаты. Пару раз умоляюще покосившись на подчеркнуто-невозмутимого отца, Димон пнул под столом хихикающую сеструху и, наконец-то, допил остывающий чай. Маман успокоилась, как только отец семейства шагнул за порог. Сразу, как отрубило, будто выдохлась. Чмокнув непутевого сына в макушку, поправила бант в косе дочери, сунула обоим по сотне на пирожки и упорхнула на смену. - С тебя полсотни! - заявила кареглазая Танюха брательнику, - Отдавай долг прям щаз! - Да прям, щаз! - свернул фигу пацан, - Обойдешься. Нефиг ржать надо мной за столом было. Потом отдам... Димону деньги самому позарез нужны были. - Ты мне обещал сразу отдаааать! - заверещала девочка, - Я папе всё расскажу! И что ты в его записной книжке рылся! И что тогда пароль к инету нашел! Я всё знаю! - Вот, каза... Я те расскажу! Все зайцы твои без глаз останутся! - фига свернулась в кулак. И чего вот ему такая вредная сеструха досталась? - Завтра отдам вдвойне, не пищи, - отмахнувшись, сдался Димка, заметив распахнувшиеся и начавшие подозрительно блестеть глаза сестренки. Та нахмурилась и надуто отвернулась. Затренькал телефон. Сын того варвара. - Да, Слав, уже иду... Нет, не проспал... - а вот то, что хотел мотоцикл Миросю помочь помыть - Сорокин забыл. Ну, может, потом... Потом была физика, история и... звонок Ольги. Мирось с утра был насуплен и, даже на перемене, неразговорчив. Отмахнулся, что мотоцикл помыл сам и вообще всё норм, просто английский не подготовил. Ольга, радостно щебеча, поведала, что она с родителями напросилась приехать на выходные в гости к бабуле. Которая живет в городе Димона! И что она уже в городе! А вечером у неё повторный дээр будет с родственниками! А сейчас она свободна и... так хотелось бы по городу прогуляться... На этом уроки в этот день для Сорокина закончились. Забежав домой, он втиснул школьную сумку под кровать, быстро переоделся и рванул в торговый квартал, где его уже ждала белобрысая Олька. Сорокин-старший На дежурно-контрольный звонок домой ответила Танюха, а подозвать Димку отказалась, по детски постаравшись прикрыть отсутствие братца в узилище, но была допрошена со всем пристрастием и, после реальной угрозы тоже лишиться развлечений в выходной, быстро выложила правду: Димка её домой не провожал, а попросил соврать. Следующий звонок уже предназначался первенцу и казалось даже гудки в трубке звучали требовательно и гневно.