Аромат граната

Студия встретила Чимина тишиной и лёгким запахом сырости. Он захлопнул за собой дверь, прислонился к ней спиной и медленно сполз вниз, усаживаясь прямо на холодный линолеум. Сердце колотилось так, будто он пробежал не два квартала, а целый марафон. Термосумка с остывшим супом сиротливо стояла у порога — заказ он так и не доставил, клиент наверняка уже написал гневный отзыв, менеджер завтра будет орать, а деньги, двойной тариф, бонус за скорость... всё к чертям. Но сейчас это не имело значения. Чимин поднес к лицу запястье — то самое, за которое его держал Тэхён. На коже не осталось следов, но фантомное ощущение жгло до сих пор. Чужие пальцы, горячие даже сквозь холод ночи, словно впечатались в кость...и запах. Этот невозможный, густой, сводящий с ума запах сандала и чёрного перца всё ещё стоял в ноздрях, хотя Чимин уже пять раз умылся ледяной водой на заправке по пути домой. Он закрыл глаза и тут же увидел их: тёмные, бездонные, с расширенными зрачками. Усмешку, от которой внутри всё переворачивалось. Голос, низкий и тягучий, произносящий его имя так, будто это что-то драгоценное. — Что со мной не так? — прошептал он в пустоту. Омежья сущность внутри довольно мурлыкала, свернувшись клубком где-то под сердцем. Она узнала альфу. Она хотела к нему. Инстинкты, древние и тупые, не понимали, что Ким Тэхён — это не просто «сильный альфа», а человек, который одним движением пальца может стереть Чимина в порошок. Для инстинктов он был идеальным — доминантным, способным защитить... Чимин мотнул головой, отгоняя непрошеные мысли и заставил себя подняться. Квартира представляла собой одну комнату, совмещённую с кухней. Узкая кровать у стены, застеленная выцветшим покрывалом, письменный стол с ноутбуком, колченогий стул, микроволновка и мини-холодильник. Единственное окно выходило на глухую стену соседнего здания. Из удобств была душевая кабина, в которой невозможно было повернуться, не ударившись локтем, но для Чимина, приехавшего в этот город с одним чемоданом и конвертом от бабушки, это было почти роскошью. Он разделся, повесил куртку на крючок и залез под душ. Горячая вода закончилась через три минуты, но он продолжал стоять под ледяными струями, надеясь, что холод отрезвит. Перед сном он проверил телефон. Бабушка прислала сообщение с кнопочного телефона — короткое, с кучей опечаток: «Чимин-а, ты кушаль? Не замерзай. Бабушка любит тебя». Он улыбнулся, впервые за вечер и быстро набрал ответ: «Всё хорошо, бабуль. Завтра позвоню». Затем он открыл поисковик и, поколебавшись, вбил: «Ким Тэхён». Телефон завис на секунду, а потом выдал лавину ссылок. Чимин читал и с каждой строкой ему становилось всё страшнее. Новостные заголовки кричали о перестрелках в порту, о пропавших бизнесменах, о полицейских, которые брались за расследование и уходили на пенсию по состоянию здоровья. Журналисты использовали слова «теневой король», «спрут», «человек без лица». Официальных фотографий не было — лишь пара зернистых снимков, где фигура в чёрном выходила из машины. Единственное, в чём сходились все источники: Ким Тэхён не прощает. Никогда и никого. Чимин выключил телефон и уставился в потолок. Зачем он его отпустил?

***

Утро началось с крика. — Ты совсем тупой?! — менеджер Со, низенький альфа с вечно потными ладонями и неприятным кислым запахом, орал так, что стекла в офисе дрожали. — VIP-клиент! Двойной тариф! Ты понимаешь, что нам пришлось возвращать деньги и ещё бесплатный сертификат высылать?! Чимин стоял, опустив голову и рассматривал трещину в линолеуме. Спорить было бесполезно — менеджер Со искал повод для штрафа уже неделю. — Это вы сказали срезать через Восточный квартал, — тихо напомнил он. Со поперхнулся на полуслове. — Я?! Да ты что! Я такого не говорил! Ты сам выбрал маршрут! И вообще... Дверь в офис распахнулась. Вошёл человек в дорогом пальто — явно не из их занюханного курьерского агентства. Менеджер осёкся, побледнел и как-то сразу уменьшился в размерах. — Господин Пак Чимин? — вежливо спросил гость, игнорируя Со. — Д-да, — Чимин насторожился. — Вам просили передать. — Мужчина положил на стойку конверт из плотной чёрной бумаги, развернулся и ушёл так же стремительно, как появился. В конверте лежала сумма, втрое превышающая двойной тариф за вчерашний заказ. Наличными. И записка на белом картоне, написанная от руки — широким, резким почерком: «За испорченный вечер. Не заезжай больше в Восточный квартал, Чимин. Я не всегда рядом». Подписи не было, но Чимин и так знал, от кого это. Он поднял глаза и встретился взглядом с менеджером Со. Тот смотрел на конверт, как на гремучую змею. — Ты... ты знаком с кем-то из Восточного квартала? — просипел Со. — Нет, — ответил Чимин и спрятал конверт в карман. — Я ни с кем не знаком.

***

В это же утро, на другом конце города, в пентхаусе, занимающем последние три этажа небоскрёба, Ким Тэхён стоял у панорамного окна и смотрел на просыпающийся город. Без пиджака, в одной чёрной рубашке с закатанными до локтей рукавами, он был похож на хищника, обозревающего свои владения. Рассвет окрашивал небо в оттенки граната и Тэхён невольно подумал о том, что этот цвет напоминает ему кое-чьи губы. — Хённим... Джиён вошёл бесшумно, как всегда. Молодой, с волчьими глазами и татуировкой змеи на шее, он был лучшим из его людей — быстрый, преданный, безжалостный. Папка в его руках выглядела тонкой, но Тэхён знал: там всё, что можно было найти. — Докладывай. — Пак Чимин, 23 года, омега. Родом из Пусана. Мать погибла, когда ему было десять, отец неизвестен. Воспитывался бабушкой. Полгода назад она заболела, нужен постоянный уход и лекарства. Чимин уволился из пекарни в Пусане и переехал сюда, потому что здесь платят больше. Живёт в студии на окраине, работает в «Быстрой доставке», берёт все смены подряд. Почти не спит. Ест лапшу быстрого приготовления. Друзей нет. Связей нет. Личной жизни нет. — Джиён сделал короткую паузу. — Девственник. Тэхён медленно повернулся. — Девственник? — переспросил он и в его голосе промелькнула нотка, которую Джиён не смог расшифровать. Что-то между удивлением и... голодом. — Да. По медицинским данным и наблюдению. Тэхён подошёл к столу, взял папку и начал перелистывать. Фотографии: Чимин на скутере, Чимин у двери студии, Чимин в очереди в дешёвую забегаловку. На каждой — одинаково уставший, но почему-то светлый. На последней фотографии он улыбался, глядя в телефон, и в груди у Тэхёна что-то странно сжалось. Он захлопнул папку. — Менеджер, который отправил его в Восточный квартал. Со, кажется? — Да. Работает в «Быстрой доставке» три года. Берёт откаты за смены. Любит орать на курьеров. Женат, двое детей, кредит за машину. — Убери его с должности...с работы. Из города... — Тэхён говорил спокойно, разглядывая свои кольца. — Но тихо. Без шума и сделай так, чтобы на его место взяли кого-нибудь... менее гнилого. — Сделаю. — Что насчёт его дома? Студия. — Дом старый. Охраны нет. Камер нет. Соседи — три пенсионерки и алкаш со второго этажа. В подъезде пахнет кошками. — Джиён позволил себе едва заметную усмешку. — Не слишком безопасное место для такого омеги. Тэхён задумчиво повертел на пальце кольцо. — Организуй наблюдение. Круглосуточное. Наружное и через прослушку, но чтобы он не заметил. Если хоть кто-то подойдёт к его двери ночью — я хочу знать об этом раньше, чем этот кто-то успеет постучать. Джиён кивнул и направился к выходу, но у двери остановился. — Хённим, разреши вопрос? — Да... — Зачем всё это? Я могу понять — информация, безопасность периметра, но круглосуточное наблюдение, прослушка, увольнение его начальника... Это не наш уровень. Это... — Личное, — перебил Тэхён и его голос прозвучал так, что у Джиёна по спине побежали мурашки. — Это личное, Джиён. Ты можешь идти. Он остался один. Достал из папки фотографию улыбающегося Чимина и долго смотрел на неё, хмурясь собственным мыслям. — Кто же ты такой, Пак Чимин? — тихо спросил он в пустоту. — И почему я не могу перестать о тебе думать? День у Чимина прошёл как в тумане. Он доставил семь заказов, дважды чуть не попал в аварию, забыл взять с клиента доплату за подъём на пятый этаж и к вечеру чувствовал себя выжатым лимоном. Единственное, что не давало окончательно раскиснуть, — конверт в нагрудном кармане. Деньги. Настоящие, хрустящие купюры, от которых, он мог поклясться, слегка пахло сандалом. В обеденный перерыв он зашёл в своё обычное кафе — крошечную забегаловку с пластиковыми стульями и вечно липкими столами. Заказал рамён и сел в углу, у окна, глядя на улицу. И замер с палочками в руке. На другой стороне улицы стоял человек. Молодой, с волчьими глазами, в строгом костюме. Тот самый охранник из Восточного квартала — Чимин узнал его по татуировке на шее, выглядывающей из-под воротника. Он не прятался, не делал вид, что случайно проходил мимо. Просто стоял, прислонившись к фонарному столбу и смотрел прямо на Чимина. Рамен застрял в горле. Чимин медленно опустил палочки, не отрывая взгляда от человека за окном. Тот улыбнулся вежливо, почти дружелюбно и коротко кивнул. Затем достал телефон, написал что-то и, убрав его в карман, растворился в толпе так же бесшумно, как появился. — Он следит за мной, — прошептал Чимин. — Ким Тэхён следит за мной.

***

Вечером он набрал бабушку. — Чимин-а! — её голос был радостным и немного растерянным, как всегда в последнее время. — Ты сегодня рано. Обычно звонишь позже. — Сегодня было меньше заказов, бабуль, — соврал он. — Как ты? Лекарства принимаешь? — Принимаю, принимаю. Эта женщина, соседка, помогает мне. Я ей заплатила, как ты велел. — Пауза. — Чимин-а, ты не болеешь? Голос уставший. — Нет, бабуль, всё в порядке. Просто... много работы. Я скоро приеду, хорошо? Может, на следующей неделе. — Не надо, не надо! — испугалась она. — Дорого. Работай, не отвлекайся. Бабушка в порядке. Ты кушаешь? Не ешь одну лапшу, слышишь? Чимин улыбнулся. — Слышу, бабуль. Он попрощался и положил трубку. Прислонился лбом к холодному стеклу окна. Внизу, во дворе, горел одинокий фонарь. Чимин закрыл шторы, сел на кровать и обхватил колени руками. Ему следовало бояться. Следовало собирать вещи и бежать обратно в Пусан.