Тютя и господин сердца.

Кирилл стоял у зеркала, натягивая джинсы и выбирая худи потемнее, чтобы не так бросалось в глаза, как он дрожит. Он даже слегка помял пальцами щеки — сам не понял зачем. Просто казалось, что так стыд будет меньше читаться. Вышел из комнаты с видом обречённого, спускаясь по лестнице, будто на казнь. В баре, куда его привел Димка, уже было шумно. Одногруппники гомонили, смеялись, кто-то уже успел налить себе по первой. Дима стоял в центре — расслабленный, уверенный, весь светился. Он смотрел на Кирилла и, как ни в чём не бывало, широко улыбнулся, поднимая стакан: — Вот и мы! Хорошо, что все пришли. Садись, Кирюша, мы только начинаем веселье! Улыбка. Тепло в голосе. Никаких упрёков, ни намёка на странность. Будто ничего не было. Будто Кирилл — не тот, кто совсем недавно, чуть не задохнулся от желания в его комнате. "Он же ничего не понял? Не заметил? А может — заметил, но сделал вид, что нет? Или просто из вежливости не сказал? Чёрт, да как ты можешь улыбаться так спокойно, если видел мои глаза тогда? Видел, как я пялился!" Кирилл попытался выдавить в ответ что-то вроде приветствия, но голос предательски дрогнул. Он сел в углу стола, по возможности подальше от Димы, и начал медленно потягивать пиво, будто это могло заглушить мысли. — Ты чего такой тихий? — подсел к нему Дмитрий, заботливо поправив капюшон на толстовке. — Заболел? Кирилл покачал головой, улыбнулся одними губами: — Да нет, просто... не выспался. "Врать начал. Прекрасно. Скоро и сам запутаюсь в своих «не выспался», «голова болит» и «живот крутит»..." Он не мог сосредоточиться ни на разговорах, ни на тостах. Его взгляд всё время возвращался к Диме. Как он смеётся. Как закидывает голову, когда рассказывает байки. Как рука его легко лежит на плече у девушки с противоположного факультета. Кирилл наблюдал за каждым движением, каждым словом — будто в бреду. Сердце сжималось. "Да что ж ты творишь, Авдеев? Ты завидуешь ей? Или тебе просто невыносимо, что он может касаться кого-то так легко, а ты только глазами жжёшь? Да не влюбился же ты, ну… это же бред! Просто... гормоны. Это всё он виноват. Слишком красивый. Да, вот. Это его вина. А ты нормальный. Ты просто... запутался." — Кирюх, ты точно в порядке? — снова Димка. — Слушай, ты весь вечер как не свой. Кирилл резко поднялся: — Ща вернусь. В туалет. Он зашёл в кабину, закрылся, облокотился о дверь, вцепился пальцами в волосы и прошептал: — Я схожу с ума. Я реально схожу с ума. Он смотрел в трещину в кафеле, как в бездну, пытаясь уловить хоть одну мысль, которая прозвучала бы разумно. Всё внутри кричало, будто его самого разрывали на части. Между стыдом и желанием. Между тем, кем он был — и кем, возможно, начинал становиться. — Ладно, — выдохнул он. — Просто дожить до конца вечера. Просто не смотреть. Не думать. Выпить ещё — и уйти. Завтра забудется. Завтра я всё это выброшу из головы. Только вот он знал — завтра не забудется.