NeuroRonin

«Луна обнажает скрытые страхи, заставляя тени казаться реальностью. В её обманчивом свете легко перепутать жажду жизни со страхом смерти, а искреннее влечение — с предсмертной агонией угасающего разума».

Три часа ночи. Найт-Сити за панорамным окном лофта в Глене превратился в сюрреалистичное полотно из мокрого асфальта и ядовито-синих отблесков рекламы. Дождь барабанил по стеклу с монотонностью метронома, отсчитывающего секунды жизни Ви. Она подскочила на кровати, срывая с губ сдавленный хрип. Сердце колотилось где-то в горле, а спина была липкой от холодного, противного пота. В глазах всё ещё стояла свалка: чёрное небо, дуло «Овертюра» Декстера, вспышка, тьма, и этот невыносимый, скрежещущий звук... звук того, как ее рассудок рвут на части. Нибблс, свернувшаяся калачиком у изголовья, вопрошающе мяукнула. Её желтые, почти человеческие глаза светились в темноте, как два маленьких прожектора. Она ткнулась влажным носом в ладонь, словно проверяя, не превратилась ли хозяйка уже в цифровую энграмму. — Спокойно, Нибблс. Просто сбой в системе, — прошептала Валери, опуская ноги на холодный пол. Пол был ледяным, и этот холод приятно жёг кожу. Она спустилась вниз, в гостиную. Здесь, в тишине лофта, Ви чувствовала себя не хозяйкой, а временным постояльцем в собственном теле. Скинув майку, она встала в центр комнаты, напротив окна, за которым город медленно переваривал сам себя. Начала тренировку. Движения были резкими, рваными, как у загнанного зверя. Удар в пустоту. Разворот. Блок. Она работала без клинка — только воздух и собственная ярость. Ее мышцы, укрепленные титановым каркасом Виктора, реагировали мгновенно, превращая каждое движение в смертельный рывок. Никакой грации, никакой театральности Арасаки — только чистое, функциональное насилие, нацеленное на выживание. — Ты выглядишь как идиотка, Ви, — голос Джонни прорезал тишину комнаты, хотя его самого нигде не было. Он сидел в пустоте, наблюдая, как она вбивала кулак в воображаемую цель. — Дерешься с воздухом? Серьёзно? Ты даже его не победишь. Ви проигнорировала его, делая серию глубоких вдохов. Пот стекал по виску, щекоча шрам. — Заткнись, — бросила она в пустоту. — Я вижу, что творится в твоей голове, — продолжал Сильверхенд. Его голос звучал ближе, почти у самого уха. — Джуди. Панам. Ты таскаешь их образы в своей башке, как трофеи с неудачной войны. Ты думаешь, это чувства? Это просто «Relic» доедает твой лимбический узел, перемешивая гормоны с моим цифровым дерьмом. Ты не любишь их, Ви. Ты просто цепляешься за тепло, потому что боишься остыть. Она остановилась. Грудь тяжело вздымалась. Слова Джонни резали больнее пули Декстера. — Это не просто стресс, — прошептала Ви, глядя на своё отражение в темном стекле. Там, поверх ее лица, на долю секунды наложилось лицо рокера с его язвительной гримасой. — Это... это настоящее. Я чувствую это. — О да, — рассмеялся он. — Иллюзия свободы в тюрьме, которой ты сама себя окружила. Ты хочешь верить, что это «настоящее», потому что иначе признать свою смерть — слишком страшно. Валери подошла к окну, прислонившись лбом к холодному стеклу. Дождь стекал по нему, как слезы по лицу мертвеца. Ее смятение было реальным. Панам — с её запахом пороха и диким напором, Джуди — с её нежностью и глазами, полными несбыточных надежд. Они обе пробрались под ее кевлар, залезли в интерфейс, заняли место, которое должно было принадлежать только мести. «Может, Джонни прав? — промелькнула предательская мысль. — Может, я просто ищу оправдание, чтобы не сдохнуть в одиночестве?» Она посмотрела на свои руки. На них не было татуировок змей, были только татуировки наемника, который продал свою честь за шанс на завтрашний день. — Если я и умру, — тихо сказала Ви в стекло, — то я хочу, чтобы после меня остался кто-то, кто вспомнит, что я не была просто куском корпоративного кода. Нибблс, спустившаяся вниз, потерлась о лодыжку. В этот миг город за окном, казалось, затаил дыхание, готовясь к завтрашнему штурму Пасифики. Ви больше не знала, кто из них троих — она, Джонни или этот призрачный Ронин — управляет этим телом. Но она знала одно: завтра она идет в логово Вудуистов. И там либо они вырвут Эвелин из их лап, либо Найт-Сити получит ещё одну легенду для своего некрополя. Ви отвернулась от окна и пошла за снаряжением. Кошмары закончились. Началась работа.

***

Пасифика пахла гнилым морем, старым бетоном и сгоревшими кабелями. Здесь Найт-Сити заканчивался, превращаясь в недостроенный, брошенный курорт, который теперь служил братской могилой для корпоративных иллюзий. Туман выползал из океана, окутывая ржавые скелеты недостроенных отелей «Окадзаки-Хайтс» серым саваном. Они стояли в тени полуразрушенной эстакады. Дождь барабанил по капоту «Тортона» Панам. Валери активировала «Кироши», выверяя маршрут. Её бирюзовый интерфейс сканировал периметр перед старым собором — логовом «Вудуистов». Синие волосы были скрыты капюшоном тактической куртки, а матовый клинок за спиной казался продолжением её позвоночника. — Люси, твой выход, — негромко произнесла Ви, не оборачиваясь. — Нам нужен чистый проход. На внешнем контуре сидят двое нетраннеров. Люси сделала шаг вперед. Её радужно-белое каре полыхнуло в темноте, когда она подключилась к порту на затылке. Её фиолетовые глаза застлала белая пелена интерфейса. Тонкие мононити, зажатые в пальцах, мелко вибрировали в такт передаваемым данным. Она не просто взламывала — она сливалась с Сетью, обходя лёд Вудуистов с изяществом, недоступным уличным хакерам. — Защита внешнего круга... обнулена, — её голос прозвучал тихо, словно шелест сухой травы. — У вас три минуты, пока система не запустит автономный пинг. — Нова, — Джеки поправил тяжелый ремень дробовика, его золотые импланты зловеще блеснули в полумраке. — Идем тихо, германа. Как мы умеем. — Панам, — Ви повернулась к кочевнице. Панам стояла на вершине бетонной опоры, прижав приклад «Надзора» к плечу. Её темные глаза были сужены, она полностью сосредоточилась на целях в глубине двора. — Снимай любого, кто дернется к терминалу тревоги. Наш штурм зависит от твоих пальцев. — Просто заберите пленницу, Ви, — коротко отозвалась Панам. В её голосе не было страха, только холодное упрямство кочевника, готового стоять на смерть за свою стаю. — Я держу периметр. Выход будет чистым. Ви кивнула и сделала знак Джеки. Вход в собор был скрыт за грудой мусора и переплетенными кабелями, напоминающими кишки гигантского механического зверя. Валери двигалась впереди — низко, плавно, контролируя каждый угол. Без Сандевистана, на одних корпоративных рефлексах и мышечной памяти, она была неуловима. Джеки шел следом, его массивная тень скользила по стенам без единого звука. Они были идеальной парой: стальной стилет и тяжелый молот. Впереди, за дверями главного нефа, горели тусклые красные огни серверов. Пасифика ждала их в своей тишине. И Ви чувствовала, как Колесо Судьбы делает очередной оборот, увлекая их в самую бездну. Внутри собор Святой Марии Египетской напоминал разверзнутое брюхо гигантского металлического чудовища, которое сожрало веру и выплюнуло взамен километры оптоволокна. Высокие готические своды, когда-то видевшие молящихся, теперь тонули в удушливой полутьме. Стены были исписаны граффити гаитянских банд, а древние лики святых безжалостно заколочены серверами и распределительными щитами. Вместо ладана здесь пахло перегретым пластиком, паленой изоляцией и жидким азотом, который с тихим шипением циркулировал по трубам охлаждения. Валери двигалась сквозь этот кибернетический склеп беззвучно, словно тень, отделившаяся от стены. Каждый шаг её мягких кроссовок «Яиби» был выверен. Она держала катану опущенной, позволяя матовому лезвию «Черной вдовы» скользить в сантиметре от пола. Её «Кироши» работали на пределе возможностей, выстраивая трехмерную тепловую карту коридоров. «Цель: две единицы впереди. Пассивный патруль. Хромирование среднее», — сухо проинформировал интерфейс. Ви сделала быстрый жест рукой назад. Джеки, замерший за выступом бетонной колонны, коротко кивнул. Его огромная фигура в полумраке казалась частью архитектуры собора. Валери рванула вперед. Без Сандевистана, на одних рефлексах, отточенных годами тренировок в контрразведке, она преодолела разделявшие их пять метров за долю секунды. Первый часовой — высокий гаитянин в рваной куртке с символикой Вудуистов — даже не успел повернуть голову. Ви перехватила его затылок левой титановой ладонью, глуша крик, а правой точным, хирургическим движением вогнала нож под основание черепа. Тихое хрипение. Тело обмякло. Второго часового Джеки принял на себя. Его огромная рука обвила шею бандита, ломая шейные позвонки с глухим, влажным треском. — Чисто, германа, — прошептал Уэллс, аккуратно укладывая труп на груду старых системных плат. — Но воздух здесь... как в печке. Мой биомонитор показывает, что мы уже в самом центре этого гнезда. — Идём дальше. Камера Эвелин должна быть в крипте, под алтарем, — Ви вытерла лезвие и двинулась вперед, припадая на раненое бедро. Боль в ноге после последнего ранения стала тупой, но при каждом резком шаге она напоминала о себе горячей пульсацией. Они спустились по каменным ступеням, где сырость океана смешивалась со стерильным холодом серверных стоек. Здесь, внизу, гул аппаратуры становился невыносимым, он вибрировал в костях, заставляя «хром» Валери тихо резонировать. И тут они увидели её. В центре бывшей подземной часовни, залитой ядовито-красным светом неоновых трубок, высилось нетраннерское кресло. Оно было опутано десятками толстых кабелей, которые, словно черные змеи, уходили в потолок. В кресле сидела Эвелин Паркер. Валери остановилась, и её «Кироши» непроизвольно увеличили зум. То, что она увидела, заставило её сжать зубы до скрипа. Безупречная, дорогая светская львица из «Облаков» исчезла. На её месте сидела изломанная, выпотрошенная кукла. Её синие волосы были растрепаны, лицо — серое, покрытое испариной и следами ожогов от электродов. Глаза Эвелин закатились, обнажая белки, а на губах застыла засохшая розовая пена. К её вискам и портам на шее были подключены массивные шины данных, по которым с бешеной скоростью бежали строки кода. Она была жива, но её разум находился в аду. Вудуисты заперли её в бесконечной петле брейнданса — «цифровом шторме», выжигая её память гигабайт за гигабайтом, чтобы вытащить информацию о биочипе. — Санта Мадре... — Джеки медленно опустил ствол дробовика. Его лицо перекосилось от ужаса и отвращения. — Что они с ней сделали? Она же... она же просто кусок мяса в этом кресле. Ви подошла ближе, её кроссовки тихо зашуршали по россыпи шприцев и пустых ампул из-под стимуляторов на полу. Она осторожно коснулась шеи Эвелин. Пульс был слабым, нитевидным — 45 ударов в минуту. Температура тела критически занижена. — Они используют её как живой накопитель, — процедила Ви, и её голос был холодным, как лед в стакане с текилой. — Её мозг работает на пределе возможностей, обрабатывая их запросы в Сети. Если мы оставим её здесь еще на день — её сознание просто испарится, оставив пустую оболочку. — Вытаскиваем её? — Джеки подошел к креслу, его огромные руки зависли над кабелями. — Но Ви... Люси говорила... «Внимание. Принудительный разрыв соединения вызовет критический откат локального сервера. Сигнализация сработает автоматически через 0.4 секунды после обрыва цепи», — бесстрастно вывела система «Кироши» предупреждение на ретину. Валери посмотрела на Эвелин, затем — на Джеки. Она понимала, что этот шаг — прыжок без парашюта. Как только цепь оборвется, собор превратится в Hot LZ (зону высадки под обстрелом). Вудуисты не отпустят свой самый ценный актив без боя. Но у неё не было выбора. Эвелин Паркер была её единственной нитью к Альт Каннингем. Её билетом в жизнь. — Хватай её, Джеки, — Ви перехватила катану поудобнее, её тело напряглось, готовое к мгновенному рывку. — Закидывай на плечо и беги к выходу. Я прикрываю. Люси, ты слышишь меня? Мы рвем цепь. Начинай выжигать их сеть. «Принято, Ви...» — донесся тихий, сосредоточенный голос Люси в наушнике. «Я держу их лед. Будет горячо. Не задерживайтесь». Валери глубоко вдохнула, унимая дрожь в руках, и резко, одним движением вырвала три толстые шины данных из портов на шее Эвелин. Бах! Красные неоновые лампы в крипте мгновенно сменились на бешено пульсирующий аварийный свет. Сирена — истошная, воющая, бьющая по нервам — взорвала тишину собора. — Бегом, Джеки! — рявкнула Ви, разворачиваясь к выходу. Сирена выла надрывно, забивая уши мертвым, механическим ревом. Красный свет аварийных ламп превратил огромный неф собора в преддверие преисподней, где тени нападавших казались демонами, восставшими из бетонных плит. — Дельта, Джеки! Дельта! — рявкнула Валери, вскидывая «Юкимуру». Джеки, кряхтя от тяжести и боли в простреленном плече, перебросил обмякшее тело Эвелин через плечо. Одной рукой он прижимал её к себе, другой — вскинул свой тяжелый «Карнаж». Дробовик грохнул так, что с балок собора посыпалась вековая пыль вперемешку с кусками штукатурки. Первый из нападавших Вудуистов, выбежавший из бокового придела, отлетел назад, его грудная клетка превратилась в кровавое месиво. Ви была впереди. Она больше не пряталась. Щелчок Сандевистана. Мир вокруг мгновенно застыл, превратившись в вязкий, кобальтовый кисель. Капли дождя, прорывающиеся сквозь разбитые витражи купола, зависли в воздухе, словно стеклянный бисер. Трассеры летящих в их сторону пуль вытянулись в длинные, светящиеся красные нити. Для Валери это был момент абсолютного фокуса. Её жилистое тело, усиленное титановым каркасом Виктора, двигалось на пределе человеческих возможностей. Она пронеслась мимо застывших фигур Вудуистов синим вихрем. Взмах катаны. Черное мономолекулярное лезвие «Черной вдовы» с тихим, почти нежным шелестом рассекло горло первому бандиту. Шаг в сторону. Пуля пролетела в миллиметре от её выбритого виска. Выпад. Сталь вошла под бронежилет второго, разрывая селезенку и печень. Время вернулось к своему нормальному ритму сокрушительным ударом по барабанным перепонкам. Двое Вудуистов рухнули на пол, истекая кровью, а Ви уже перезаряжала «Юкимуру», не сбавляя шага. — Ви! Слева! — заорал Джеки, посылая очередную порцию свинца в сторону хоров. Т-Б-А-М! Сверху, разбивая остатки цветных стекол, ударил тяжелый калибр «Надзора» Панам. Пуля разнесла укрытие вражеского стрелка вместе с его головой. Панам прикрывала их с ювелирной точностью, выстраивая коридор безопасности среди этого хаоса. На периферии зрения Валери мигал фиолетовый маркер Люси. В Сети шла не менее жестокая битва. Ви видела через интерфейс, как на нетраннерах Вудуистов один за другим вспыхивают системные ошибки. У одного из хакеров, сидевших за пультом у алтаря, внезапно задымились импланты в черепе, и он с истошным криком повалился на бок — Люси выжгла его синапсы напрямую через их прославленный лёд. Но Пасифика не отпускала свою добычу. Из боковых коридоров прибывали новые силы. Вудуисты дрались фанатично, защищая свою территорию. И тут, в самый неподходящий момент, когда до выхода оставалось каких-то тридцать метров, вселенная Валери решила взорваться. КРИТИЧЕСКИЙ СБОЙ НЕЙРО-СЕТИ. ВНИМАНИЕ. БИОМОНИТОР: ОТКАЗ 68%. Оглушительный, высокочастотный писк забил уши. Бирюзовая сетка интерфейса «Хироши» мгновенно сменилась на ядовито-красную статику. Перед глазами всё поплыло, расслаиваясь на цифровые пиксели. Валери почувствовала, как из носа толчком хлынула горячая кровь, пачкая губы и подбородок. — Г-хх... — Ви со стоном упала на колени, катана со звоном выскользнула из её онемевших пальцев. Она обхватила голову руками, чувствуя, как «Relic» в её шее буквально плавит мозги, перезаписывая её сознание. Мир превратился в кошмарный сон. Вудуисты, заметив, что их главный ликвидатор выведена из строя, начали стягиваться к ней. Джеки, ушедший вперед с Эвелин на плече, обернулся, его лицо исказилось от ужаса, но пробиться назад сквозь шквал огня он физически не мог. Люси была заблокирована в Сети контрударом гаитянских хакеров. Над Валери склонился крупный бандит с тяжелым мачете. В его глазах не было жалости — только приговор. Он занес оружие для финального удара. Ви смотрела на него сквозь красную пелену помех, понимая, что её «Колесница» всё-таки долетела до своего кювета. РЕВ МОТОРА. Стекло бокового витража собора разлетелось в пыль. Тяжелый «Тортон» Панам, пробив стену, буквально влетел в неф собора, давя колесами обломки и нападавших. Машина занеслась юзом, сбивая с ног бандита с мачете. Панам выскочила из кабины, не глуша двигатель. В её руках был автомат, который она разрядила в упор в приближающихся Вудуистов. — Назад, ублюдки! — заорала она, закидывая винтовку за спину. В два прыжка она оказалась рядом с Ви. Панам схватила её под мышки, рывком поднимая на ноги. Сила кочевницы была удивительной — она буквально втащила полубессознательную Валери в кабину грузовика. — Не смей подыхать тут, корпо! — крикнула Панам, с силой давя на газ. — Джеки! Назад! Прыгай! Уэллс, собрав последние силы, запрыгнул на заднее сидение «Тортона» вместе с обмякшей Эвелин. Люси уже сидела на переднем сидении, она крепко прижала Ви. Машина, буксуя на окровавленном полу собора, рванула вперед, пробивая вторую стену и вылетая на залитые дождем улицы Пасифики под шквал запоздалых выстрелов. Валери полулежала на пассажирском сиденье. Красная статика в её глазах медленно уступала место бирюзовому интерфейсу. Она чувствовала, как горячая кровь течет из носа по подбородку, но её взгляд был прикован к профилю Панам — напряженному, злому и бесконечно живому в свете приборной панели. — Вытащила... — прохрипела Ви. — Заткнись, Ви. Люси держи ей голову. Мы уходим на автостраду, — бросила Панам, яростно крутя руль.

***

Бесшумный лифт поднял их на сороковой этаж в гробовом молчании. В замкнутом пространстве кабины пахло порохом, паленой проводкой и свежей кровью. Джеки тяжело прислонился плечом к стальной панели, прижимая обмякшее, опутанное датчиками тело Эвелин к своей груди. Валери стояла рядом, цепляясь рукой за поручень. Её лицо, испачканное гарью и засохшей кровью из носа, казалось маской из серого гипса. Только льдисто-синие «Кироши» тускло мерцали в полумраке, выдавая признаки жизни. Панам молчала. Её руки, всё еще сжимавшие руль «Тортона» минуту назад, теперь были сжаты в кулаки. Вся её фигура — напряженная, покрытая дорожной пылью — излучала яростное, злое беспокойство, причину которого она сама не хотела признавать. Двери лифта скользнули в пазы, открывая двухэтажный лофт. Внутри их уже ждали. Виктор Вектор, спокойный и сосредоточенный, разложил свои медицинские инструменты прямо на кухонном острове из темного камня. Рядом с ним тут же встала Люси, чье радужно-белое каре поблескивало в свете неоновых ламп. Первой к ним бросилась Джуди. Она даже не взглянула на Эвелин. Её глаза, полные дикого, лихорадочного страха, были прикованы только к одной фигуре. К Валери. — Ви! Господи, Ви... — выдохнула Джуди, её голос сорвался на шепот. Джеки аккуратно перенес Эвелин на импровизированный операционный стол, где Виктор и Люси мгновенно подключили её к портативным мониторам жизнеобеспечения. Но для Джуди в этот момент остальной мир перестал существовать. Она подлетела к Ви, которая со стоном опустилась на кожаный диван в гостиной. — Лежи. Не смей дергаться, — быстро, почти панически заговорила Джуди, опускаясь перед ней на колени. Её тонкие пальцы, покрытые татуировками, мгновенно потянулись к аптечке. Осторожно, с нежностью, которая казалась чудом в этом жестоком городе, Джуди начала стирать влажным антисептическим диском кровь с подбородка Валери. Её лицо было совсем близко — Ви чувствовала запах её сигарет и ванильного крема. — Ты... ты вся в дырах, Ронин, — шептала Джуди, и её пальцы едва заметно дрожали, когда она убирала синие влажные пряди волос с бледного лба Ви. — Зачем ты туда полезла? Я же просила... просила вернуться целой. Валери прикрыла глаза, позволяя этой нежности обволакивать себя. После кошмара Пасифики прохладные руки Джуди на её горячей коже ощущались как чистый кислород. — Всё... в порядке, куколка, — хрипло отозвалась Ви, и её правая титановая рука легла на запястье Джуди, аккуратно останавливая её движения. — Я жива. И Паркер здесь. Мы сделали это. Панам стояла у входа в гостиную, наблюдая за этой сценой. Её карие глаза горели дикой, неуправляемой яростью. Вся эта интимность, эти нежные прикосновения девчонки из «Лиззис», то, как послушно «ледяная корпо-сука» Ви принимала эту заботу... всё это вызывало внутри кочевницы настоящий вулкан. Она чувствовала себя лишней в этом стерильном, элитном лофте, грязной от песка Пустошей и чужой крови. И это злило её сильнее, чем пули «Духов». Панам резко развернулась, её тяжелые сапоги громко застучали по паркету. Она подошла к мини-бару, бесцеремонно схватила бутылку дорогого виски, сорвала пробку зубами и налила себе полный стакан. Она выпила его залпом, даже не поморщившись от жжения в горле. С глухим, яростным стуком она впечатала пустой стакан в каменную столешницу бара. — С меня хватит этого городского дерьма, — процедила она сквозь зубы, ни на кого не глядя. — Я сделала свою часть работы. Предоплата закрыта. Панам резко развернулась, накинула куртку и быстрым, размашистым шагом направилась к выходу. Тяжелая дверь лофта закрылась за ней с оглушительным, металлическим грохотом. Рев мотора её «Тортона» внизу на улице раздался спустя полминуты — она улетала в Пустоши. В лофте воцарилась неловкая тишина. Джуди на секунду замерла, её пальцы на щеке Ви напряглись, но она ничего не спросила, лишь продолжила обрабатывать царапину над бровью Валери. Джеки, сидевший у барной стойки, пока Виктор накладывал ему скобы на плечо, недоуменно повел здоровым плечом. Он посмотрел на закрытую дверь, затем на Ви. — Да уж... — протянул он, ухмыляясь сквозь боль. — Клыкастая у тебя подружка, германа. И характер у неё реально как у чили. Кстати... ко мне вот никто не бежит с бинтами и нежностями. Вик, ты бы хоть подул на рану, а? Виктор лишь сухо хмыкнул, затягивая шов на плече Уэллса. — Скажи спасибо, Джеки, что я вообще трачу на тебя свои скобы. Иди вон, со своей кошкой общайся. Словно в подтверждение его слов, Нибблс лениво запрыгнула на бильярдный стол прямо перед Джеки. Кошка-сфинкс уселась на зеленое сукно, обвила лапы хвостом и издала требовательное, хриплое «мяу», словно соглашаясь с тем, что Джеки обделили вниманием. Джеки рассмеялся, аккуратно почесав лысую макушку кошки здоровой рукой. — Вот видишь? Только ты меня и понимаешь, Нибблс. Давай сюда текилу, Ви. Похоже, у нашего Ронина намечается очень длинная и очень сложная ночь. Джонни Сильверхенд материализовался на ступенях лестницы второго этажа. Он сидел, подперев подбородок рукой, и его красные очки отражали фиолетовый свет неона. «Ну что, Ви? — его голос в её голове был полон ядовитого восторга. — Это шоу превзошло все мои ожидания. Кочевница улетела ревновать в пески, нетраннерша вытирает тебе сопли, а у тебя в башке тикает бомба. Знаешь... если мы сдохнем через две недели, я хотя бы сниму отличный вирт об этой трагедии. Наливай текилу, Валери. Нам нужно выпить за твой выдающийся талант портить жизнь всем, кто к тебе приближается». Ви закрыла глаза, чувствуя, как прохладные пальцы Джуди продолжают аккуратно стирать кровь с её лица. Она понимала что с этой ситуацией надо разбираться. Но, не сегодня. Сегодня хоть на пол часа она хотела отдать контроль над ситуацией другому.