Home Is Where The Dwarves Are / Дом Там, Где Гномы

Рид чувствовала, как напряжение только росло, пока они оглядывали троллью пещеру. Гномы говорили меньше обычного, и даже Кили, казалось, притих, поглядывая по сторонам с непривычной серьёзностью. — Здесь неспокойно, — сказал Балин, когда они собрались у пещеры, оценивая свои находки. — Чувствуется смрад гоблинов. И не только их. — Варги, — мрачно добавил Двалин, сжимая рукоять топора. — Я слышал их вой прошлой ночью. Они близко. Рид поёжилась. Она знала по книгам и фильмам, что должно было случиться, но знание не делало страх меньше. Она смотрела на гномов — суровых, собранных, готовых к бою, — и чувствовала, как её собственное сердце колотится где-то в горле. Фили подошёл к ней и тихо сказал: — Держись ближе к центру отряда. Если что-то случится, не пытайся быть героиней. Просто держись рядом с нами. Она кивнула, но внутри неё закипало раздражение. Почему он всегда говорит ей, что делать? Она не ребёнок. Но она промолчала, понимая, что он просто заботится о ней. Как и все они в разной мере. — Я буду рядом с Ори, — сказала она, и Фили одобрительно кивнул.

***

Всё случилось быстрее, чем она могла представить. Они уже почти выбрались из каменистой пустоши, когда раздался вой — протяжный, леденящий душу, от которого у Рид волосы встали дыбом. Варги. — Бегите! — закричал Торин. — К деревьям! Быстрее! Отряд рванул вперёд, но варги оказались быстрее. Они выскочили из-за скал — огромные, чёрные, с горящими красными глазами и оскаленными пастями. На их спинах сидели орки, грязные и косматые, с кривыми мечами и копьями. Рид бежала, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди. Она не оглядывалась, но слышала топот огромных лап за спиной, лязг оружия, крики гномов. Кто-то упал, кто-то отбивался, и Рид понимала, что они не успеют. — На холм! — крикнул Гэндальф, и они начали карабкаться вверх по каменистому склону, пытаясь добраться до указанного места. Рид уже почти добежала до ближайшего дерева, когда позади раздался злобный рык. Она обернулась — огромный чёрный варг прыгнул на неё, и она поняла, что не успевает увернуться. В следующий миг кто-то оттолкнул её в сторону. Она упала на камни, больно ударившись плечом, и услышала, как над ней просвистел клинок. Она подняла голову и увидела Бофура — он стоял над ней, заслоняя её своим телом, и отбивался от варга с такой яростью, что её дыхание перехватило. — Вставай! — крикнул он. — Быстро! Я прикрою! Рид вскочила, схватила протянутую руку и побежала дальше, чувствуя, как Бофур следует за ней, не давая варгам приблизиться. Раздался необычный громкий рёв, и она увидела, как из леса выбегает что-то огромное — Радагаст на своём салазках, запряжённых кроликами. Он мчался прямо на варгов, отвлекая их на себя. — Бегите! — закричал Радагаст. — Я задержу их! Варги бросились за ним, и это дало гномам несколько драгоценных минут. Они спрыгнули с деревьев и побежали, не оглядываясь, в сторону ущелья, ведущего в Ривенделл.

***

Они шли всего несколько минут. Ущелье было узким и мрачным, стены его поднимались высоко вверх, закрывая небо. Ноги болели, мышцы горели после ухода от погони, но никто не жаловался. Рид чувствовала, как её тело работает на пределе, но упрямо продолжала идти, не желая показывать слабость. Она споткнулась о камень и чуть не упала, но успела схватиться за стену. Её рука дрожала, в глазах темнело от усталости. — Рид, — раздался голос Бильбо. Он подошёл к ней, глядя с тревогой. — Ты в порядке? Ты бледная. — Я... я ничего, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Просто устала. — Устала? — Бильбо фыркнул, и в его голосе послышалась знакомая, заботливая ворчливость. — Ты почти сутки на ногах, без еды и отдыха. Конечно, ты устала! Держись, мы скоро будем в Ривенделле. Я слышал, там есть мягкие кровати и горячая еда. И эльфы, конечно, но это не страшно. Он взял её за руку и слегка сжал. — Ты сильная, Рид. Ты справишься. Я знаю. Она улыбнулась ему с благодарностью. Бильбо был лучшим и пока единственным другом в этом мире, и его слова согревали её, даже когда всё внутри дрожало от усталости.

***

Чуть позже к ним подошёл Кили. Он был потрёпан, на лице виднелась ссадина, но в глазах плясали привычные озорные искры. — Ну что, Рид, — начал он с лёгкой улыбкой. — Как ты? Только честно. Я вижу, как ты спотыкаешься. Не хочешь, чтобы мы тебя несли на руках? Мы можем устроить конкурс среди гномов — кто донесёт тебя дальше. Я ставлю на себя. Или на Фили. Он сильный, правда? Рид усмехнулась, несмотря на усталость. — Я в порядке, Кили. И не надо меня никуда нести. — А ты уверена? — он наклонил голову, словно вглядываясь в её лицо. — Потому что я слышал, что ты чуть не упала. И что Бильбо тебя поддерживал. Это ведь не просто так, да? Ты же сильная гномка, ты должна справляться лучше. В его голосе не было насмешки — только мягкая, добрая шутка, которая согревала. Рид поняла, что он волнуется, просто не хочет этого показывать. — Я справлюсь, — сказала она. — Обещаю. — Отлично, — кивнул Кили. — Тогда я пойду проверю, не потерял ли Бомбур свою шляпу снова. А ты держись. Он ушёл, и Рид почувствовала, как в груди разливается тепло. Эти гномы — они были такими разными, но все они заботились о ней. Даже Кили, который притворялся беззаботным, на самом деле был внимательным и чутким.

***

Фили шёл впереди, сжимая в руках лук и прислушиваясь к каждому звуку. Он слышал каждое слово — как Бильбо подошёл к Рид, как Кили шутил с ней. Он чувствовал, как внутри него всё сжимается от желания обернуться, подойти, спросить, не нужно ли ей помочь. Но он не делал этого. «Кили будет смеяться», — подумал он, и в его голове раздался насмешливый голос брата: «О, Фили, я же видел, как ты смотрел на неё». Он не хотел давать Кили новых поводов для шуток. И ещё он не хотел, чтобы Рид чувствовала себя неловко. Но он слушал. Он всегда слушал, когда речь шла о ней. И когда она ответила Кили, что она в порядке, Фили выдохнул с облегчением, даже не заметив, как долго он сдерживал дыхание. Он не обернулся. Он просто шёл вперёд, чувствуя, как в его груди разливается что-то тёплое и спокойное — от того, что она была рядом, что она была цела.

***

Они вышли из ущелья, когда солнце уже клонилось к закату. Впереди открылась долина, полная света и зелени, а вдали, в окружении водопадов, виднелся белый город — Ривенделл, прибежище эльфов. Рид остановилась, глядя на это великолепие, и почувствовала, как в груди разливается странное, почти болезненное спокойствие. Она знала это место. Она видела его в книгах, в фильмах. Но здесь, в реальности, оно было ещё красивее, ещё величественнее. — Мы почти на месте, — сказал Бильбо, вставая рядом с ней. — Ты молодец, Рид. Ты выдержала. — Мы все выдержали, — ответила она, глядя на гномов, которые уже начали спускаться в долину. — И ты тоже. Бильбо улыбнулся, и в его глазах была та же теплота, что согревала её в норе Бэггинса. — Идём, — сказал он. — Нас ждут мягкие кровати. Только о них и мечтаю, честное слово. Рид кивнула и сделала шаг вперёд, чувствуя, как её сердце наполняется надеждой. Впереди был Ривенделл — место, где она могла узнать больше о себе. Где она могла понять, кто она на самом деле. И где рядом с ней были гномы, которые уже стали её семьёй.

***

Они уже спустились в долину, когда позади послышался звук копыт — ровный, мерный, не похожий на топот варгов. Рид подняла голову и увидела их — отряд всадников с копьями и луками, в сверкающих доспехах. Эльфы. Их лица были прекрасными и холодными, а глаза смотрели на гномов с настороженностью. — Митрандир, — раздался звонкий, чистый голос. Всадник, возглавлявший отряд, спешился и направился к волшебнику. Это был Элронд — высокий, седой, с пронзительным взглядом и мудрым, усталым лицом. — Я не ожидал вас так скоро. И с такой... компанией. — Владыка Элронд, — Гэндальф склонил голову в лёгком поклоне. И был почтителен к королю Ривенделла. — Мы шли через горы и попали в беду. На нас напали варги. Нам нужно убежище. — Вы всегда желанные гости, — сказал Элронд, но его взгляд скользнул по гномам, и в нём мелькнуло что-то нечитаемое. — Однако я не уверен, что мои границы готовы принять такое количество... — он запнулся, подбирая слово, — незваных гостей. Гномы, которые до этого стояли поодаль, начали подходить ближе. Рид чувствовала, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. Она слышала, как Двалин тихо ворчит что-то на гномьем, как Кили сжимает рукоять кинжала, и как Торин, который вышел вперёд, расправляет плечи и смотрит на Элронда с королевским достоинством. Но вместо того, чтобы держаться гордо, гномы вдруг начали сдвигаться в одну плотную группу. Рид почувствовала, как её схватили за руку и потянули в центр. Она оказалась между Бильбо и Балином, с двух сторон прикрытая широкими спинами Двалина и Глоина. — Что... — начала она, но Фили, стоявший прямо перед ней, шикнул: — Тихо. Не высовывайся. Она посмотрела на гномов и поняла. Они сбились в кучу, как стадо испуганных овец, но это было не от страха — это было от недоверия. Они не доверяли эльфам. Они не хотели показывать свою уязвимость, не хотели, чтобы эльфы видели их по отдельности, могли считать и оценивать. Они стояли спиной друг к другу, образуя живой щит вокруг самых слабых — Бильбо и Рид. — Это так смешно, — прошептал Кили, стоявший рядом с братом, но его голос не дрожал. — Они что, думают, мы боимся? — Они смотрят на нас сверху вниз, — ответил Фили, и в его голосе послышалась сталь. — А гномы не терпят, когда на них смотрят сверху вниз. Рид почувствовала, как её сердце забилось быстрее — не от страха, а от странного, почти детского чувства защищённости. Гномы, которые не доверяли никому, кто не носил бороды, прикрывали её своим телом. Они встали стеной между ней и эльфами. — Ивридда, — раздался голос Балина, и она подняла глаза. Он смотрел на неё с лёгкой, понимающей улыбкой. — Не переживай. Мы не дадим тебя в обиду. — Я не боюсь, — ответила Рид, но её голос дрогнул. — Знаю, — сказал Балин. — Но мы всё равно будем тебя прикрывать. Это наша обязанность. — И наш долг, — добавил Бофур, стоявший чуть позади. — Ты — гномка. Даже если мы не знаем твоего рода, ты одна из нас. А своих мы в обиду не даём. Рид перевела взгляд на Бильбо. Он стоял рядом, бледный, но сжатый, как пружина, и смотрел на эльфов с той же смесью любопытства и настороженности, что и гномы. — Бильбо, — прошептала она. — Ты в порядке? — Я в порядке, — ответил он, и его голос был почти ровным. — Но я никогда не думал, что буду прятаться за спинами гномов от эльфов. Моя мама бы гордилась мной, честное слово. Рид не удержалась и тихо рассмеялась. Бильбо повернул к ней голову и подмигнул.

***

Элронд и Гэндальф уже закончили разговор. Волшебник что-то тихо сказал эльфийскому владыке, и тот кивнул, хотя его лицо оставалось непроницаемым. — Добро пожаловать в Ривенделл, — произнёс Элронд, и его голос разнёсся по ущелью, чистый и звонкий, как горный ручей. — Мои слуги проводят вас в дома, где вы сможете отдохнуть и утолить голод. Гномы зашевелились, но не расступились. Они стояли кучно, как один большой, неуклюжий, но тёплый камень. Рид чувствовала, как их тела, тёплые и надёжные, окружают её со всех сторон. — Мы пойдём вместе, — сказал Торин, и его голос был твёрдым, как сталь. — Мы не разделимся. Элронд поднял бровь, но ничего не сказал. Он только перевёл взгляд на Гэндальфа, который слегка пожал плечами, словно говоря: «Не обращай внимания, они всегда такие». И гномы, всё ещё сбившись в плотную группу, двинулись вперёд, прикрывая Бильбо и Рид от взглядов эльфов. Рид шла, чувствуя, как ветер из ущелья касается её лица, и как руки гномов, когда они случайно касались её, были тёплыми и сильными. — Они хорошие, — прошептала она, ни к кому не обращаясь. — Знаю, — ответил за всех Балин, который шёл рядом. Не без гордости в голосе. — Мы всегда такими были.

***

Они вошли в Ривенделл, и Рид замерла от красоты, открывшейся перед ней. Водопады падали с высоких скал, сверкая на солнце, словно тысячи драгоценных камней. Белые здания переливались в лучах заката, а воздух был напоён ароматом цветов и свежей воды. Это было место, которое казалось нереальным, как сон. Гномы, однако, не разделяли её восторга. Они шли, хмурясь и оглядываясь по сторонам, готовые к тому, что в любой момент из-за угла может выскочить опасность. — Слишком красиво, — проворчал Двалин. — Слишком спокойно. Я не доверяю спокойным местам. — Ты не доверяешь даже собственной тени, — усмехнулся Кили. — Зато моя тень никогда меня не предавала, — парировал Двалин с привычным от него упрямством. — А эльфы... — Эльфы нас не предадут, — сказал Гэндальф, и в его голосе послышались нотки усталости. — По крайней мере, пока мы не начнём их провоцировать. Гномы хором хмыкнули, но ничего не ответили. Они подошли к большим каменным воротам, ведущим в главный зал. Там их встречали эльфы в длинных, струящихся одеждах. Они были красивы — почти нечеловечески красивы, — но их глаза смотрели на гномов с лёгким, едва заметным превосходством. Рид чувствовала, как гномы снова сдвигаются теснее, прикрывая её от этих холодных взглядов. Она была благодарна им за это, хотя и понимала, что эльфы не желают ей зла. Но гномы были её семьёй теперь, и их забота была самой настоящей, самой тёплой. Они прошли в зал, и Рид почувствовала, как её глаза слипаются от усталости. Она не помнила, как добралась до комнаты, как упала на мягкую кровать, как провалилась в глубокий, тёмный, удивительно спокойный сон. Она только помнила, как перед тем, как закрыть глаза, она увидела лицо Фили — он стоял у входа в её комнату, обмениваясь короткими фразами с братом и Бофуром, а когда он заметил, что Рид на него смотрит, в его глазах мелькнуло что-то тёплое и обнадёживающее. И она улыбнулась ему, уже проваливаясь в сон.