Цена одной ошибки

Весь оставшийся день Майк существовал, как на автопилоте. Он отвез Элен маффин, послушал ее рассказ о планах на выходные, вовремя кивнул и даже улыбнулся. Но внутри него набатом стучала одна и та же мысль: Уилл здесь. И Уилл другой. Кожаный блокнот, забытый Уиллом в кофейне, теперь лежал на дне портфеля Майка, словно заряженная бомба. Он чувствовал его физически. Лицо незнакомого парня по имени Адам, нарисованное с такой очевидной, зрелой любовью, выжгло след на его сетчатке. . Майк привык думать, что Уилл всегда будет где-то позади - преданным, ждущим, застрявшим в их общем детстве. Но Уилл пошел дальше. Он нашел свой голос, свою силу и, кажется, кого-то еще. Вечером, не выдержав удушающей тишины собственного дома, Майк поехал в местный бар-закусочную. Он знал, что Дастин приехал в Хоукинс на каникулы из своего технологического института и будет там. Дастин нашелся за угловым столиком. Он выглядел почти так же, только стал шире в плечах и обзавелся дурацкой студенческой бородкой. Перед ним стоял ноутбук, в котором стремительно бежали строки кода. - Уиллер! - Дастин искренне обрадовался, двигаясь и освобождая место. - Какими судьбами? Я думал, ты занят подготовкой к великому ужину с будущим тестем. - Привет, Дастин, - Майк тяжело опустился на стул, даже не сняв куртку. - Я встретил Уилла сегодня. В кофейне. Дастин на секунду перестал стучать по клавишам. Он внимательно посмотрел на Майка, и в его взгляде проскользнуло то самое выражение, которое Майк ненавидел больше всего - смесь понимания и усталости. - А, да. Он говорил, что приедет забрать холсты. Вы поговорили? - спросил Дастин, закрывая крышку ноутбука. - Не особо. Он... изменился. Выглядит отлично. Рассказал про выставку в Чикаго, - Майк сглотнул вязкий ком в горле. - Он забыл свой скетчбук. Я заглянул туда, а там рисунки. Какой-то парень по имени Адам. Дастин вздохнул, откидываясь на спинку стула. Он не выглядел удивленным. -Адам- прекрасный парень, Майк. Он учится на архитектурном. Они вместе работают над дизайном студенческого журнала. Уилл наконец-то счастлив. Он нашел людей, которые понимают его искусство и... его самого. Слово "наконец-то" ударило Майка под дых. - Ты знал? Ты общаешься с ним?- - Конечно, общаюсь, Майк! Мы все общаемся, кроме тебя, - Дастин подался вперед, его голос стал тише, но жестче. - Ты сам отгородился от нас два года назад. Ты надел этот дурацкий костю, застегнулся на все пуговицы и сделал вид, что мы - просто ошибка молодости. Уилл пытается до тебя достучаться. Помнишь прошлую зиму? Он звал тебя в Чикаго на выходные. Что ты ответил? Что у тебя зачет по макроэкономике? Майк молчал. Его пальцы судорожно сжали край стола. Он помнил. Он тогда испугался. Испугался, что если поедет, то вся его песочная крепость "правильной жизни" рухнет от одного взгляда карих глаз. - Он вырос, Майк, - мягко, уже без злости добавил Дастин. - Уилл проделал огромную работу над собой. Он больше не прячется. Он принял себя. А вот ты... ты до сих пор бегаешь от себя. Майк встал так резко, что стул жалобно скрипнул по полу. - Мне пора. Увидимся, Дастин. - Майк, подожди! - крикнул Дастин вслед, но Уиллер уже толкнул тяжелую стеклянную дверь, вываливаясь в холодную, сырую ночь Хоукинса. Дождь кончился, оставив после себя густой, призрачный туман. Майк сел в машину, но не завел мотор. Он вытащил из портфеля скетчбук Уилла. Провел пальцами по качественной кожаной обложке. Ему было физически больно от осознания того, какую глухую, непробиваемую стену он сам возвел между собой и человеком, который был его сердцем. Майк посмотрел на свои ладони - чистые, без единого пятнышка краски, идеальные ладони будущего юриста или экономиста. И ему впервые в жизни захотелось выть.