Не всякая предназначенность

Утро наступило тихо. Солнце едва пробивалось сквозь плотные шторы отельного номера Макса, когда он открыл глаза. На этот раз в голове не было вчерашней тяжести. Сон наконец-то восстановил силы, тело чувствовало себя отдохнувшим.  Макс сладко потянулся и взглянул на часы: 8:30 утра.  Телефон лежал на тумбочке рядом. Ни одного нового уведомления. Шарль явно еще спал… или просто решил не писать первым. Макс невольно улыбнулся своим мыслям и решил начать этот день с легкого завтрака, после которого его ждала привычная тренировка. Утро плавно перетекло в день. Завтрак, спортзал, растяжка. Время приближалось к половине четвертого, а экран телефона по-прежнему оставался девственно чистым. Шарль молчал.  Макс сидел на скамье в спортзале, лениво делая упражнения на пресс. Тренировка шла своим чередом: разминка, силовые, кардио. Все строго по расписанию, ритмично и привычно. Но его взгляд то и дело косился на лежащий рядом мобильный. Ни пропущенных звонков, ни коротких сообщений.  Макс старался не накручивать себя. «Наверное, у него куча дел после вчерашнего схода, — успокаивал он себя. — Разбор полетов с инженерами, инспекция болида, встречи с командой...»  Закончив тренировку, Ферстаппен вернулся в свой номер. Время близилось к пяти вечера, а тишина со стороны Леклера уже начинала откровенно напрягать.  В то же время Шарль у себя в номере с самого утра был на взводе. Он буквально перерыл весь свой гардероб в поисках идеального образа. Монегаск подходил к выбору одежды как к искусству: перебирал рубашки, менял брюки, примерял пальто, желая выглядеть безупречно. Макс тем временем уже привел себя в порядок: принял душ, переоделся в домашнее. Но мысли о друге не отпускали, трансформируясь в легкое, пока еще неосознанное беспокойство. Он бесцельно листал каналы по телевизору, когда в 17:30 телефон наконец издал заветный короткий сигнал. Это был Шарль.  «Привет. Ты придешь на тусовку?» — высветилось на экране. Макс тихо, облегченно выдохнул и быстро набрал ответ: «Да, скоро буду. Не представляешь, как жду эту вечеринку после вчерашнего безумия». Помедлив пару секунд, он добавил: «Что насчет тебя? Ты пойдешь?» «Да, я приду. Напишу, как соберусь выезжать», — ответил Шарль и отложил телефон. Ему еще нужно было уложить волосы — на голове должен быть идеальный порядок.  Макс, который изначально не планировал долго собираться, вдруг резко изменил свое решение. Обычно его вечерний гардероб состоял из простых джинсов, мерча Red Bull и удобной ветровки. Но сейчас, вспомнив о Шарле, он распахнул шкаф и начал придирчиво изучать вешалки. Внутри загорелось глупое, но непреодолимое желание выглядеть чертовски хорошо.  В итоге он остановил выбор на темно-синей классической рубашке с аккуратно подвернутыми рукавами и черных, идеально сидящих брюках. Подумав секунду, достал из коробки стильные кожаные ботинки.  «Зачем я так стараюсь? Это же просто пьянка у Ландо…» — пронеслось в голове, но отражение в зеркале заставило его довольно ухмыльнуться. Он аккуратно зачесал волосы назад и поправил воротник. Экран снова мигнул. «Я собираюсь скоро ехать. А ты?» — пришло сообщение от Шарля. «Ну, я почти готов. Жди буквально пять минут, я заеду за тобой. Кстати, где встречаемся?» «Ты заедешь? Супер! Сможешь подъехать к моему отелю? Я сразу выйду», — ответил монегаск. «Да, буду через семь минут. Жду у выхода». Накинув легкую стильную куртку и прихватив ключи, Макс выскочил из номера. В зеркале лифта он еще раз поправил прическу. Сердце почему-то стучало быстрее обычного — глупое волнение, будто перед первым в жизни свиданием. Вскоре у входа в отель Ferrari мягко притормозил Aston Martin DB11. Макс опустил тонированное стекло, высматривая Шарля. Долго ждать не пришлось: высокая, изящная фигура в элегантном темном пальто сразу привлекла его внимание. Когда Шарль подошел ближе, осторожная улыбка Макса сменилась искренним удивлением. — Ты выглядишь… великолепно, — выдохнул Макс вместо приветствия. — Спасибо, — Шарль смущенно улыбнулся и скользнул на переднее сиденье. Салон мгновенно заполнил его парфюм — дорогой, глубокий аромат древесных нот с мягким шлейфом теплой ванили. Его кудри были уложены волосок к волоску. Макс с трудом заставил себя отвести взгляд, мягко выжимая педаль газа. Машина плавно влилась в поток, направляясь к центру города. — Ну что, — нарушил тишину Макс, — готов к вечеринке? Или все еще дуешься из-за своего четвертого места? — Да я уже как-то успокоился. Так что готов. А ты? Макс ответил не сразу. Он следил за дорогой, но его взгляд то и дело возвращался к профилю Шарля, к его расслабленным рукам. В голове снова настойчиво забилась мысль о том, насколько Леклер сейчас привлекателен.  — Я? — Макс ухмыльнулся, пытаясь скрыть легкую хрипоту в голосе. — Я всегда готов. Они ехали почти в полной тишине, но эта тишина не была неловкой. Напротив, она ощущалась удивительно комфортной, домашней и теплой.  Минут через двадцать Aston Martin остановился у небольшого, но элитного клуба в самом центре города — Ландо арендовал весь зал под закрытую тусовку. Еще с улицы доносились басы и приглушенный смех.  Макс заглушил двигатель, но не спешил открывать дверь. Он просто сидел в полумраке салона, наслаждаясь последней секундой их уединения перед тем, как им придется погрузиться в шумную толпу. Будто во всей вселенной сейчас были только они двое. Шарль вышел первым, аккуратно поправив пальто. Стоило им переступить порог клуба, как плотная стена клубной музыки буквально ударила по ушам. Ландо, одетый в яркую оранжевую куртку и уже держащий в руке запотевший коктейль, буквально подлетел к ним на входе. — Эй! Макс! Шарль! Вы приехали вместе? — его лицо расплылось в хитрой улыбке. — Рад вас видеть! Он по очереди крепко обнял обоих, а затем сделал шаг назад, оценивающе оглядывая парней. — Ого… Вы сегодня выглядите просто космически. Особенно ты, Шарль. Пойдемте скорее внутрь! Ландо без лишних церемоний схватил Шарля за руку и потащил вглубь зала. Там вовсю гремел современный поп-рок, разбавленный мощными битами, а на танцполе уже зажигали пилоты других команд. Макс шел следом, скользя взглядом по полумраку клуба.  — Эй, смотрите, кто пришел! — закричал Ландо, пытаясь перекричать колонки.  Десятки голов повернулись в их сторону. В ту же секунду из толпы вынырнул Пьер Гасли. С бокалом в руке он буквально запрыгнул на Шарля с криком: — Шарли! Приве-е-ет! Леклер тут же расцвел своей фирменной, лучезарной улыбкой и обнял друга в ответ так крепко, что тот едва устоял на ногах. Ландо довольно ухмылялся, а Макс застыл чуть поодаль. Он смотрел на эту сияющую улыбку Шарля, на то, как искренне он радовался встрече, и внутри разливалось странное, щемящее тепло. Но вместе с ним уколола и крошечная, глупая иголка собственничества. — Хей, Шарли, не хочешь выпить? — спросил Пьер, кивая в сторону барной стойки. — Там Джордж и Оскар что-то бурно обсуждают, обещает быть жарко. Пойдем нальем чего-нибудь и послушаем! Гасли весело рассмеялся, и Шарль, согласно кивнув, ушел вслед за ним к бару. Макс остался стоять рядом с Ландо, провожая их взглядом. Норрис проводил Леклера глазами, сделал глоток из своего стакана, а затем повернулся к Максу. В его глазах плясали хитрые чертики. — Я заметил, как ты на него смотришь, — Ландо заговорщически пихнул Макса локтем в бок. Макс резко повернулся, его брови взлетели вверх, а взгляд мгновенно стал закрытым и напряженным. — Что? — коротко бросил он. — Ты о чем вообще? Он попытался включить «режим дурака», но внутри все предательски сжалось. Ландо лишь шире ухмыльнулся, смакуя момент. — Ну же, Макс… — Норрис выдержал театральную паузу, понизив голос. — Ты смотришь на Шарля так, как обычно смотришь в зеркало перед стартом гонки. Максимальная концентрация. — Ландо сделал еще один глоток. — Или так, как ты смотришь на Келли. Макс мгновенно побледнел. Воздух словно разом испарился из его легких. Он приоткрыл рот, но не смог выдавить ни единого слова — ни шутки, ни возмущенного отрицания. Полная, звенящая тишина. Ландо попал в самую десятку. Макс замер, ошеломленный тем, что его тайные, еще не до конца понятые им самим чувства оказались так легко прочитаны со стороны. Медленно опустив взгляд, Макс почувствовал себя абсолютно беззащитным. Сделав глубокий вдох, он тихо произнес: — Это не то, что ты думаешь, Ландо. Просто… Он запнулся, не в силах подобрать слова, и снова повернулся к бару. Там Шарль о чем-то весело переговаривался с Пьером. Он смеялся, жестикулировал, пытаясь перекричать музыку, и даже в этих простых движениях пьянеющего человека было столько природной грации.  Сердце Макса сжалось — сладко, тяжело и пугающе. Шарль казался центром этой вселенной, а весь клуб, люди и музыка — лишь размытым фоном. — Ну? — тихо спросил Ландо, внимательно наблюдая за другом. — Что скажешь? Макс промолчал, не в силах оторвать глаз от Леклера. Ландо все понял без слов. Он молча протянул Максу свежий коктейль с ромом и апельсиновым соком. Макс взял стакан и сделал глубокий глоток. Алкоголь приятно обжег горло, принося легкое расслабление. Через пару минут Ландо снова заговорил: — Эй… Почему бы тебе просто не подойти к нему? Поговори с ним. — А? — Макс словно очнулся от транса. — Подойди к нему, — громче повторил Ландо, кивая на бар. К Пьеру и Шарлю уже присоединились Джордж и Пиастри. — Ну же, или ты ждешь письменного приглашения от вселенной? Пальцы Макса сильнее сжали холодное стекло стакана. В голове закружился вихрь сомнений: «Что я скажу? О чем говорить? А вдруг он все поймет по моему взгляду?» Но Норрис был прав — нужно было сделать шаг. Глубоко вздохнув, Макс двинулся сквозь толпу. С каждым шагом расстояние между ними сокращалось. Когда он подошел ближе, Джордж и Оскар как раз засобирались на танцпол. Пьер, заметив приближающегося Ферстаппена, понимающе улыбнулся. Он мягко похлопал Шарля по плечу, беззвучно шепнул: «Я отойду» — и мгновенно растворился в толпе. Шарль обернулся. Их глаза снова встретились. Музыка гремела на полную мощность, но для них мир словно поставили на паузу. Шарль сделал медленный глоток из своего бокала, не разрывая зрительного контакта. Его глаза мягко блестели в свете неоновых ламп. В груди Макса все натянулось, как струна. Действуя на чистых инстинктах, он сделал еще шаг, протянул руку и аккуратно, едва касаясь, поправил непослушную кудрявую прядь у виска Шарля. И в ту же секунду испугался своего же жеста — это было слишком нежно для простых друзей. Шарль мягко улыбнулся и нарушил молчание: — Как Пенни? Как Келли? Макс заметно расслабился — безопасная, привычная тема. — Все хорошо. Пенни уже спит, Келли сидит с Лили… Она осталась дома. А ты? Долго готовился к сегодняшнему вечеру? — Макс еще раз окинул его взглядом, впитывая каждую деталь его образа. — Я? — Шарль тихо рассмеялся. — Ты же сам знаешь, как я отношусь к деталям. Конечно, долго. — Ну еще бы… — Макс усмехнулся. — Ты бы и на ночную пробежку пошел в дизайнерском костюме, если бы это было нужно для стиля. Тебе вообще как тусовка? Нравится? — Достаточно классно. Ландо умеет удивлять. А тебе? — Да, неплохо. Шумно, круто, все как обычно, — Макс огляделся по сторонам, а затем предложил: — Хочешь выйти на террасу? Там душно, а на улице посвежее и потише. Ему просто отчаянно хотелось забрать Шарля подальше от чужих глаз. — Не знаю, может чуть позже? — покачал головой Шарль. — Гасли тут рассказывал невероятные слухи про Юки… Говорят, он вообще собирается уходить из Формулы. Макс удивленно нахмурился: — Серьезно? Уходить?  — Да, я серьезно! Говорит, устал быть в тени и хочет развиваться в чем-то другом. В общем, не знаю…  Ландо в этот момент активно замахал им рукой из глубины зала, приглашая вернуться к их компании. Шарль помахал в ответ и двинулся в его сторону. Макс послушно пошел следом. — Так вот, — заговорщически шепнул Ландо, едва они подошли. — Говорят, контракт с Юки расторгнут сразу после следующего этапа. — Ты серьезно? — удивился Шарль. — А вот об этом я не слышал. — Да, официально объявят позже, но мои источники в Williams шепчут, что у него есть крутое предложение в Формуле Е, — Ландо сделал многозначительное лицо. — Блин… — вклинился Пьер. — И кто займет его место? На секунду все замолчали, прикидывая варианты. Свободный кокпит в Формуле-1 — это всегда большая игра. — Найдут, я уверен, — улыбнулся Шарль, а затем повернулся к бармену и заказал еще три коктейля. — Предлагаю выпить за сегодняшний день. Ландо, тусовка — просто космос! Норрис расплылся в улыбке и поднял свой бокал: — За сегодня! За гонку, за друзей… и за вакантные места! Они чокнулись и дружно выпили. Алкоголь стремительно проникал в кровь, окончательно смывая дневное напряжение и зажимы.  Время потекло с удвоенной скоростью. Парни сидели за небольшим столиком у окна, где музыка была чуть тише. Ландо травил безумные байки про инженеров, все громко хохотали. Шарль, подперев голову рукой, слушал с мягкой, расслабленной улыбкой. Его щеки покрыл легкий румянец, кудри живописно растрепались. Он был пьян и невероятно мил. Макс сидел совсем рядом. Внутри него крепло одно-единственное, сводящее с ума желание — обнять его. Просто прижать к себе и не отпускать. Ландо, заметив, как Макс буквально пожирает Шарля глазами, хитро подмигнул другу. Этот взгляд буквально кричал: «Ну же, чего ты ждешь?!»  Макс сглотнул, перевел взгляд на смеющегося Шарля и осторожно положил ладонь ему на плечо. Пальцы чуть сжались, чувствуя тепло чужого тела сквозь ткань. Шарль, не переставая улыбаться, повернул голову. Их лица оказались в опасной близости. Время словно замедлило свой ход. Ландо, мгновенно оценив ситуацию, резко поднялся со своего места: — Так, я за добавкой! — и мгновенно испарился в толпе. Они остались одни. Шум клуба отдалился, превращаясь в белый шум. Шарль перестал смеяться, но его губы все еще сохраняли полуулыбку. Они смотрели друг другу прямо в глаза, вдыхая один воздух на двоих. С губ Шарля срывалось легкое дыхание с ароматом алкоголя. Шарль попытался было оглянуться, высматривая Ландо у барной стойки, но Макс не дал ему отвернуться. Он медленно, очень нежно протянул руку и коснулся пальцами подбородка Шарля, заставляя его снова посмотреть на себя. Монегаск замер. Его затуманенный алкоголем взгляд сфокусировался на губах Макса. Макс больше не думал. Он просто подался вперед — и их губы наконец соприкоснулись. Поцелуй был робким, невероятно нежным, прощупывающим почву. Шарль на секунду окаменел от шока, но уже в следующее мгновение прикрыл глаза и ответил. Его руки медленно поднялись и легли на плечи Макса, пальцы слегка вцепились в его синюю рубашку. Для них двоих эта пара секунд показалась вечностью. Поцелуй стал глубже, увереннее, наполняясь долго сдерживаемой страстью.  Вернувшийся к бару Ландо издалека увидел эту картину. На его лице расплылась довольная улыбка. Он аккуратно поставил стаканы на стойку и тихо отошел назад, давая им возможность побыть наедине. Спустя несколько секунд Шарль первый разорвал поцелуй. Он резко отстранился, его глаза округлились от накатившего осознания. Дыхание было частым и рваным.  «Это все алкоголь…» — лихорадочно билась в голове единственная мысль. Но следом за ней тяжелым грузом лавины сошли другие образы: Келли, маленькая Пенни, Лили, счастливые семейные фото… Ему стало невыносимо, удушающе стыдно. Мысли пожирали его изнутри, принося то же парализующее чувство вины, как после сорванного квалификационного круга. Шарль резко отвернулся и схватил свой бокал, делая большой глоток, словно пытался смыть этот поцелуй. Его лицо мгновенно стало бледным и невыразимо грустным. Это было неправильно. Этого не должно было случиться. Ландо, почувствовав резкую перемену атмосферы, поспешил вернуться. Шарль сидел в глубоком смятении, а Макс застыл на месте, как каменное изваяние, глядя в одну точку. — Эй… — тихо спросил Ландо, садясь рядом с Шарлем и кладя руку ему на плечо. — Ты как? Все нормально? — Да… Да, все в порядке. Но его дрожащие пальцы и потерянный взгляд говорили об обратном. Собрать мысли воедино никак не получалось, паника накрывала с головой. — Извините, я отойду, — резко бросил Шарль. Он поднялся, оставил недопитый стакан и быстрым шагом направился к выходу. Макс и Ландо синхронно вскочили, но Норрис успел перехватить Макса за запястье. — Дай ему минуту… — прошептал он. Но Макс не стал слушать. Он резко вырвал руку и бросился следом за Шарлем.  Выбежав в более тихий холл клуба, он сразу заметил знакомую фигуру у большого панорамного окна. Шарль стоял спиной к нему, его плечи мелко подрагивали.  Макс остановился в метре от него, чувствуя, как собственное сердце колотится о ребра. Ему впервые в жизни было по-настоящему, до дрожи в коленях, страшно.  — Шарль… — тихо позвал он. Голос предательски дрогнул. Шарль медленно повернулся. Их взгляды снова встретились. В зеленых глазах монегаска плескался целый океан боли, вины и страха. Но сквозь все это по-прежнему пробивалось то самое тепло. Макс сделал еще один осторожный шаг, сокращая расстояние до минимума. — Посмотри на меня, пожалуйста, — почти прошептал он, умоляюще глядя на друга.  Шарль поднял глаза. Макс медленно поднял руку и очень бережно, словно боясь разбить, прижал теплую ладонь к его щеке. Шарль не отпрянул. Напротив — он невольно, едва заметно прижался лицом к его ладони, прикрывая глаза. Это было так интимно, так нежно, что весь мир вокруг окончательно перестал существовать. Макс потянулся вперед и снова поцеловался с ним. На этот раз в поцелуе не было прежней робости — только отчаянная, щемящая нежность, попытка выразить все то, что они так долго прятали друг от друга. Алкоголь окончательно стер все границы, и Шарль ответил на поцелуй, прижимаясь ближе и утыкаясь пальцами в плечи Макса. Но через секунду разум все же взял верх. Шарль с трудом оторвался от его губ и посмотрел Максу прямо в глаза. — Макс…Послушай меня, — его голос сорвался на шепот. — Пожалуйста.  Макс замер, чувствуя, как внутри все холодеет. — У тебя семья, Макс. У тебя Келли. У тебя Пенни, Лили… Твои дочки тебя просто обожают.  Каждое слово Шарля било наотмашь, прямо под дых. Потому что это была абсолютная, жестокая правда. У него была семья. Люди, которые любили его и верили ему.  Макс медленно опустил голову, чувствуя, как на плечи опускается неподъемная плита вины.  Шарлю было невыносимо больно. Но несмотря на то, что он чувствовал к Максу, он не мог позволить себе разрушить его жизнь. Он осторожно взял Макса за руку, крепко сжал его ладонь на прощание… и сделал шаг назад.  Это был конец. Шарль развернулся и почти бегом бросился обратно в зал, скрываясь в толпе — скорее всего, выискивая Пьера, чтобы тот помог ему уехать. Макс даже не обернулся. Он остался стоять один у холодного стекла окна, зажав ладони в кулаки и зажмурившись до цветных пятен перед глазами.  «Как же я мог… Что я натворил?» — удушающая пустота и вина заполняли грудную клетку. В холл тихо вошел Ландо. Увидев сломленного друга, он не стал задавать вопросов. Он просто подошел и крепко, молча обнял Макса, утыкаясь подбородком в его плечо. Макс не сопротивлялся. Он лишь тяжело дышал, чувствуя, как к горлу подступает горький комок.  В голове был полный хаос. Он больше не понимал, кто он такой и как ему смотреть в глаза Келли. Ландо мягко погладил его по спине, давая молчаливую поддержку поддержки, а затем прошептал: — Все будет хорошо… Поехали отсюда. Тебе нужно прийти в себя. Макс молча кивнул. Ландо осторожно взял его за плечо и повел к выходу. Они вышли на прохладный ночной воздух, который мгновенно ударил в лицо, немного протрезвляя.  Ландо открыл пассажирскую дверь своей машины: — Поехали ко мне? Переночуешь, выветришься, и мы все спокойно обсудим. Макс послушно сел в салон, у него просто не осталось сил сопротивляться. Ландо завел мотор и плавно вырулил на полупустую ночную трассу. Весь путь они проехали в тишине. Макс сидел, прижавшись лбом к холодному боковому стеклу, провожая взглядом размытые огни ночного города…