Parlez-moi de Florence

За свою многолетнюю службу в университете в целом и в НИИ биохимии и микробиологии в частности пожилой доктор химических наук Олег Романович Чижик видел, разумеется, тьму тьмущую студентов и аспирантов. Талантливых и посредственных, ответственных и головотяпов, тихих и отъявленных бунтарей… Словом, столкнулся к своим семидесяти трём годам со всем, с чем только может столкнуться умудрённый опытом учёный и педагог. И, конечно же, профессор Чижик выпустил с вверенной ему кафедры не одного перспективного молодого специалиста. На факультете каждый первый по-доброму шутит над ним и его подопечными, которых давно уже с лёгкой руки секретариата зовут не иначе как «чижатами» или просто «птенцами». Ну а Олег Романович что, разве будет обижаться на такое трогательное остроумие? Нет, конечно же. Тем более, всем известно, что в каждой шутке есть довольно-таки немалая доля научной истины – а в его случае истина в том, что он и впрямь помогает будущим учёным «оперяться» и начинать самостоятельный полёт. Ну и кто они после этого, как не покидающие гнездо птенцы? Но одну свою особенно любимую ученицу отпускать из родной «альма-матер» он категорически не хочет. И нет, не только потому что юная Леночка Лисина – настоящий маленький гений (хотя это действительно так) и за год способна написать две научных статьи, поучаствовать при этом в трёх-четырёх конференциях и подать заявку на грант. Просто Леночка – чудесный человек. Добросердечный, искренний, непосредственный. Она никогда не говорит громко, но всегда по делу. А ещё у неё для каждого всегда находится доброе слово – будь то заваливший очередной коллоквиум младшекурсник или жалующаяся на головную боль Софья Сергеевна Жихарева, которой через две недели замуж выходить, а у неё из пяти групп восемь студентов на пересдачу отправлено. Вот только однажды доброе (но острое) слово Леночки Лисиной становится отправной точкой и для неё самой, и для бедного пожилого и немного наивного профессора, и, как ему кажется, для всего НИИ. Новость о том, что одна из лучших студенток выпускного курса Кира Симонова жестоко изнасилована и, чудом избежав смерти, доставлена с тяжёлыми травмами в больницу, действует на всю кафедру подобно внезапно пролитому ушату холодной воды. Чтобы в их храме науки – и такое грязное, омерзительное особо тяжкое преступление? Олег Романович, как может, успокаивает и коллег, и учащихся, всей душой сопереживает бедной девушке, но также отчаянно надеется, что подонок, у которого поднялась рука – не из их института. К сожалению, надежды Чижика развеиваются прахом по ветру. Насильником оказывается один из самых уважаемых представителей педсостава – авторитетный профессор физколлоидной химии Валентин Львович Феклистов. А рассказывает об этом – кто бы мог подумать – маленькая, немногословная, но очень чуткая и наблюдательная Лена Лисина, ставшая невольной свидетельницей предшествующих преступлению событий. Маленькая, хрупкая, совсем юная, только начинающая свой путь в аспирантуре девушка собирает в кулак всё мужество и даёт официальные показания в расследующей это дело ФЭС, не побоявшись сказать: да, она собственными ушами слышала, как Феклистов склонял Киру к близким отношениям в весьма агрессивной форме и угрожал в случае отказа не допустить ту до диплома. Олег Романович не верит своим ушам, но ему и в голову не приходит подвергнуть сомнениям слова любимой подопечной. Тем более, скоро показания Лены подтверждаются экспертизой улик с места преступления, Валентина Львовича перенаправляют в СИЗО, а дело об изнасиловании и покушении на убийство передают в суд. Конечно, эта история сама по себе – тяжелейшее потрясение для всего института, но… Но если бы всё закончилось только этим. Впечатлившись мужеством, порядочностью и богатым для её возраста послужным списком молодой учёной, глава ФЭС полковник Галина Николаевна Рогозина предлагает ей работу. Лена не хочет бросать науку, Лена несколько дней сомневается, кается и плачет. Но она понимает, что нуждается в деньгах, а зарплата младшего научного сотрудника и аспирантская стипендия даже в сумме – сущие копейки. Профессору Чижику приходится с болью в сердце отпустить из академического «гнезда» ещё одну оперившуюся птицу, которая зачем-то обещает вернуться. И именно ей пожилой, уставший и разбитый последними новостями Олег Романович почему-то верит. Потому что такие, как она, не уходят навсегда откуда-то, чему посвятили всю жизнь. Два года идут своим чередом. Лена, хоть и не является больше частью НИИ, остаётся желанным гостем на всех важных для их педсостава мероприятиях. Лена приходит на свадьбу Софьи Сергеевны и ещё одного доцента – Павла Валерьевича Ремизова, которого, чего греха таить, профессор прочит себе в преемники. Лена навещает в больнице Киру Симонову и поддерживает, как может. Лена до сих пор не может поверить в реальность зверства, которое с Кирой сотворил Феклистов, но увы – на её новой работе со зверствами дело приходится иметь куда чаще, чем хотелось бы. А ещё через год она выходит замуж сама и, разумеется, приглашает его на свадьбу как почётного гостя. Олег Романович бесспорно рад её видеть, но, по правде говоря, ему сразу бросается в глаза тот факт, что на счастливую невесту девушка не слишком-то похожа, хотя её будущий муж буквально пылинки с неё сдувает и смотрит с такой искренней любовью и преданностью, которую сымитировать просто-напросто невозможно. «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, девочка,» - с едва слышным вздохом качает головой пожилой учёный, - «Надеюсь, я ошибаюсь…». К сожалению, всё-таки ошибается. Лена звонит через год и говорит усталым голосом, будто только-только вырвалась из лап тяжёлой болезни, но не успела набраться сил. Сказала, что уволилась из ФЭС, и спросила, найдётся ли в НИИ для неё место до начала нового учебного года. Ещё бы не нашлось. Иногда Олегу Романовичу кажется, ради этой девушки он смог бы наколдовать вакантное место в штате даже из воздуха, если бы такового в наличии не было. Олег Романович, хоть и воспитал двоих детей и нянчит сейчас уже троих внуков, в бывшей Лисиной будто видит ещё одну дочь. А некоторые коллеги из других учреждений, честно говоря, и принимали их при встрече на мероприятиях за отца и дочь, видя их трогательное родственное общение и натыкаясь на инициалы девушки в публикациях. Лена приходит в НИИ такой, какой он и ожидал её увидеть, судя по голосу в телефонной трубке. Измученной, вымотанной, но живой и готовой работать. -Я дома, - она с такой осторожностью произносит эти слова и замирает, будто проверяя их на достоверность. -Дома, Леночка, дома, - повторяет Чижик, внимательно вглядываясь в лицо подопечной. Казалось бы, всё то же, ничуть не изменившееся лицо. Но нет, конечно, не могла она не измениться. Повзрослела. Стала решительнее и немного мрачнее, но осталась такой же молчаливой. А ещё явно пережила что-то болезненное, оставившее след в её когда-то почти детских серых глазах. Сейчас её глаза назовёшь какими угодно, но только не детскими. Измученные глаза с горечью в глубине взгляда. Что сделало её такой? Отсутствие на безымянном пальце обручального кольца он, конечно же, замечает, но его опасения Лена тут же развенчивает: -Игорь ни при чём. Если честно, он самый лучший человек на свете. Просто он не мой, а я – не его. Вот и решили развестись мирно, а не портить друг другу жизнь. Олег Романович, во-первых, отменно разбирается в людях, во-вторых, давно и хорошо знает свою ученицу, чтобы понять, когда она говорит правду, а когда – хочет его успокоить и избавить от переживаний. Сейчас она совершенно точно говорит правду – во всяком случае, о том, что касается теперь уже бывшего мужа. А по поводу всего остального только просит усталым полушёпотом: -Олег Романович, я очень вас прошу, пока давайте обойдёмся без вопросов. Пожалуйста, не спрашивайте ничего о ФЭС – я сама всё расскажу, просто не сейчас. Чижик предельно серьёзно кивает. Ну не чудовище же он бездушное, в самом деле – трепать нервы и без того, судя по всему, натерпевшейся девочке бестактными вопросами. Тем более, как ему кажется, в её случае всё дело в разбитом сердце, от которого, как известно, лекарства лучше времени ещё не придумали. Значит, ей нужно это самое время, чтобы прийти в себя и восстановиться. Что ж, так тому и быть – тем более, свои обещания этот маленький гений в халате привыкла выполнять. Обещала вернуться – и вернулась. Вот и тут – всё расскажет, когда придёт время. Главное, что она снова здесь, под его крылом и ненавязчивым присмотром. Лена теперь уже Шустова снова дома.