Охота на дьявола

***

      Опять мне снился кошмар. Почти каждую ночь, засыпая, я видела один и тот же сон. Холодный, затхлый коридор с дверями по бокам, где воздух был настолько густым, что его можно резать ножом. Здесь я совершенно одна, а мои шаги эхом отдавались от стен. Медленно иду, пытаясь открыть дверь за дверью, но все они заперты. Наконец, какая-то поддаётся с противным скрипом, открывая проход в непроницаемую черноту. Я ступаю в пустоту этой безразмерной комнаты, и тут же падаю в неизвестность, чувствуя, как сердце замирает в груди.       Внезапно прихожу в сознание в каком-то красном месте, где кругом алая, липкая вода, а воздух такой тяжёлый, что лёгкие готовы взорваться. Каждый вдох даётся с трудом, будто кто-то сжимает горло ледяными пальцами. Я иду, и вижу его — человека, превратившего мою жизнь в ад. Он улыбается холодной, издевательской улыбкой и протягивает мне руку, а я пытаюсь бежать, но тело не слушается. Снова и снова кричу, но не слышу собственный голос… Шею сжимают крепкие руки, и я задыхаюсь, чувствуя, как жизнь медленно вытекает из меня, словно песок сквозь пальцы…       Я вскочила в кровати, проснувшись от собственного крика, вся в поту. Ночная рубашка была насквозь мокрая, а на подушке осталось сырое пятно.       «Всего лишь сон», — подумала я. Упав на постель и накрывшись одеялом с головой, заплакала. Я совсем одна и устала справляться в одиночку — горячие слёзы катились по щекам, оставляя влажные дорожки на пылающих скулах. Как бы мне хотелось иметь надёжную опору и поддержку, чтобы кто-то пришёл и решил за меня все проблемы, защитил от Донован… от самой себя, от моего жуткого прошлого и мрачного будущего.       Перед глазами тут же промелькнул образ Яна — его пронзительный взгляд, добрая улыбка. Я вспомнила тёплые прикосновения, и мне немедленно захотелось к нему, словно он был единственным спасением от этого кошмара.       Тучи затянули луну, погружая мир во мрак. За окном стояла кромешная тьма, прорезаемая лишь редкими вспышками молний. Завернувшись в колючее одеяло, я выбежала на улицу, где ночной холод пробирал до костей, и быстро зашагала к дому Яна.       Дверь оказалась незапертой. Я тихо вошла и огляделась. На коврике у дивана спал Рейвен. Он привстал, принюхался и, узнав мой запах, снова положил голову на лапы. Я поднялась по ступеням, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, и принялась разыскивать спальню Яна, искренне надеясь, что он не прогонит меня.       Нашла её быстро: большую комнату в светлых тонах с разобранной кроватью. В спальне чувствовался лёгкий аромат лаванды от постельного белья. Вот только в кровати никого не было. То ли Ян ещё не ложился, то ли уже… Желудок скрутило в тугой узел от страха.       Щёлк.       Звук затвора раздался у самого уха, заставив сердце пропустить удар. Затем сильная рука, как тиски, сжала горло и швырнула меня на холодный пол. При падении я нечаянно прикусила губу так сильно, что по подбородку потекла кровь, оставляя тёмные пятна на одеяле. Свернувшись в клубок, я шумно всхлипнула, а металлический привкус крови во рту усиливал панику.       Ещё один щелчок — и вспыхнул яркий, ослепляющий свет. Силуэт Яна в дверном проеме казался мне размытым от слёз.       — О Господи, Эн, — выдохнул он, подняв меня с пола и крепко прижав к груди.       Я уткнулась в его плечо, вдыхая знакомый запах, и позволила слезам свободно течь. Кажется, не плакала так отчаянно с тех пор, как…       — Ты в порядке? — Его дрожащие пальцы обхватили моё лицо, а в глазах читалась тревога. Он подхватил меня на руки и отнёс в кровать.       Я не могла унять дрожь. Боже, что на меня нашло? Как я решилась прийти посреди ночи к человеку, которого совсем не знаю? Пистолет у виска… Я могла никогда не проснуться…       — Эн… — Ян нежно обнял меня, прижимая к себе. Я обхватила его за шею. Он молчал, гладя меня по волосам, словно успокаивал ребёнка, пока дрожь не отступила.       — Мне приснился кошмар. Он мучает меня почти каждую ночь… Я проснулась и… ноги сами привели меня сюда. Я подумала, ты не будешь против… — Мой голос затих.       — Не прощу себе этого. Никогда. Просто знай, — прошептал Ян охрипшим голосом.       Я разлепила опухшие веки. Голова Яна лежала рядом на подушке, его взгляд был полон напряжения и боли…       — Прости. Я больше не буду к тебе приходить вот так, — прошептала я едва слышно.       — Конечно, не будешь, — хмуро ответил он, касаясь моей губы. — Потому что теперь ты будешь спать здесь, со мной.       — Нет, не думаю, что это правильно.       — Если ты теперь боишься меня, то я пойду и отрежу себе хозяйство, — буркнул Ян.       — Не стоит так себя наказывать. Оно тебе ещё пригодится, — слабо улыбнулась я.       — К чему мне яйца, если единственная прекрасная девушка из всех, кого я встречал, не захочет знать меня? — его голос звучал почти печально.       В моей голове пронеслась мысль, от которой перехватило дыхание: «Как же мне будет не хватать твоего дикого юмора, когда наши дорожки разойдутся…» Эта мысль обрушилась на меня подобно лавине, делая боль ещё острее, чем пятнадцать минут назад.       — О чём задумалась? — спросил Ян, прижимая мою голову к своему плечу.       Я не могла ответить, потому что знала — если открою рот, то расплачусь.       — Уже рассвет, — прошептал он, нежно поглаживая меня по волосам.       Ян встал, погасил свет и вернулся ко мне. Его голова оказалась так близко, что я чувствовала тепло его дыхания на своей коже. Его объятия были крепкими и надёжными, словно он был единственной опорой в этом мире.       Кто же он такой? Ангел-спаситель или демон-искуситель? Почему он не спал в этот час? Почему был готов к чьему-то приходу? Зачем ему пистолет? И самое главное — за кого он меня принял?       В его руках я чувствовала себя в безопасности, но разум разрывался от вопросов, а сердце — от страха перед неизбежным расставанием.

***

      Я проснулась от монотонного стука дождя по окну. Часы показывали полдень, но из-за плотной завесы облаков на улице царил полумрак. Ян спал рядом, обняв подушку. Его умиротворённое выражение лица заставило меня улыбнуться. Я осторожно встала и вышла из комнаты, тихо притворив дверь.       Нужно было вернуться к себе за вещами: принять душ, привести себя в порядок и подготовиться к особенному вечеру. Надев простое, но элегантное платье, я взяла бутылку вина, зонтик и отправилась обратно к Яну, планируя сделать ему сюрприз.       Однако дверь оказалась заперта, хотя я точно помнила, что оставила её открытой. Недоброе предчувствие сжало внутренности, и я начала стучать. Изнутри доносился лай Рейвена. Внезапно шум стих, послышались шаги, щёлкнул замок, и дверь открылась.       Я готовилась увидеть Яна. Надеялась, что он просто случайно закрыл дверь… Но на пороге стояла девушка. Она небрежно засунула руки в карманы коротких шортов. У неё была безупречная фигура, каскад тёмных волос и огромные ярко-голубые глаза. Полупрозрачная чёрная майка практически не скрывала красный кружевной бюстгальтер, который лишь условно прикрывал грудь. Девушка окинула меня оценивающим взглядом и приподняла бровь.       В её присутствии дом словно ожил, а Рей радостно лаял. Было очевидно — она здесь не случайно.       — Я Эн, ищу Яна… А вы кто? — с трудом произнесла я.       Прищурив накрашенные глаза, она ответила:       — А я Анна, его любимая подружка…

***

      А ведь я действительно поверила в сказку.       Бутылка вина и хрустальные бокалы с оглушительным грохотом разлетелись вдребезги. Густая, как кровь, жидкость растеклась по полу, образуя зловещую красную лужу, а я отступила на шаг, тихо выругавшись и сжимая кулаки.       Спотыкаясь о разбитое стекло, я помчалась обратно к своему дому, распахнула дверь и упала на пол. Не помню, сколько времени пролежала, рыдая и кусая губу до металлического привкуса во рту, но легче не становилось.       Я не понимала, откуда взялась эта страшная, сжимающая сердце боль? Откуда такая паника и удушающее разочарование? Ведь мы с Яном встретились только на днях. И он уже дважды меня отшил. Замечательно. И почему я вообще решила, что это серьёзно? Ведь кроме прогулки по пустынному пляжу, ужина в уютном ресторане и пары трепетных поцелуев он ничего мне не дал. Даже имя своё не сообщил сразу, и что у него есть девушка, я узнаю от неё же самой. Решил развлечься в её отсутствие. Какая же я идиотка — снова повелась на красивые речи.       Зачем сегодня утром он предложил мне отныне спать в его кровати, если знал… Чёрт, до чего же больно падать с небес на землю!       Мне срочно нужно забыться.       Я схватила ключи от машины, даже не потрудившись переодеться, и бросилась к гаражу. Залезла в машину, не опуская верх, хоть на улице и был непроглядный ливень. Пусть он смоет с меня остатки боли. Включила музыку на полную, и машина рванула вперёд по извилистой дороге.       Двигатель ревел, как раненый зверь, вода хлестала по фарам, а я вдавливала педаль газа в пол. Чудом вписываясь в повороты, я поняла, что дорога, которая так меня пугала, оказалась не такой уж и сложной. Затем я выехала на прямое шоссе и неслась до самого пляжа с сумасшедшей скоростью. Затормозила, сбросила передачу и скатилась по песчаной обочине.       Я выпрыгнула из машины и побежала к океану. Скинула туфли и зашла в воду по щиколотки. Океан неистовствовал, швыряя на берег клочья белой пены. Вода была обжигающе холодной, а волны вздымались, готовые поглотить меня целиком. Солёный запах забивал ноздри, а холодный ветер пробирался под одежду, заставляя тело дрожать.       Двинулась дальше, но вода словно противилась моему вторжению, выталкивая обратно. Я шагнула глубже, провалилась в яму… и сквозь вой ветра и собственные слёзы услышала звук подъезжающего авто.       Или мне показалось…       Внезапно чьи-то сильные руки подхватили меня и вынесли на берег.       Я открыла глаза и увидела его. Крепко прижимая меня к себе, Ян шёл к машине. Его взъерошенные ветром волосы прилипли ко лбу, а в глазах читалось беспокойство, но когда я поймала его взгляд, в нём промелькнуло что-то зловещее.       Он поставил меня на землю и впился пальцами в плечи.       — Ты что, с ума сошла?! — его голос гремел над шумом дождя, проникая в самое сердце. — Как тебе вообще пришло в голову лезть в воду в шторм?       Дождевые капли ручьями стекали по его лицу и шее, а футболка и брюки прилипли к телу. Я и сама была вся мокрая, и тряслась от холода, но адреналин и злость делали своё дело. Я закричала:       — А как тебе пришло в голову предложить мне ночевать у тебя, если твоя девушка уже живёт с тобой?! — Ян удивлённо вытаращил глаза, но я не дала ему и слова вставить: — Ах да, я же забыла, ты же у нас любишь немоногамные отношения. Ну так знай, я в этом участвовать не собираюсь. И топиться тоже.       Терпеливо выслушав меня, Ян шагнул ближе. Но я не отступила.       — Какая ещё девушка? — спросил он.       «Ну он явно издевается?!»       — Та, которая открыла дверь. В коротких шортах с идеальной грудью, — раздражённо пояснила я. — Анна. Она сказала, что твоя «любимая подружка»…       Ян тяжело вздохнул и серьёзно посмотрел на меня.       — Ну почему тебе везде видится эротический подтекст? Анна — моя подруга. Подруга — девушка, с которой дружишь — не больше. Ты же не спишь со своими подругами.       Я качнула головой, но не стала говорить, что у меня их попросту нет: ни подруг, ни бойфренда, ни семьи — никого.       — И вообще, — улыбнулся Ян. — Это я должен ревновать. Из нас двоих ты больше в её вкусе, чем я.       Щёки запылали, когда я осознала, о чём говорит Ян.       — Хочешь сказать…       — Да. Анна предпочитает мальчикам девочек. Ту вечеринку на днях устроила она. Да и на балконе — были её «подружки».       Слезы хлынули из глаз, и я прижалась к Яну, дрожа всем телом. Его теплая, мокрая от дождя футболка словно стала моим спасением. Господи, какая же я дура. Теперь всё встало на свои места. И та шумная вечеринка, и компания пьяных девушек, и то в чём он хотел убедиться… Почему я постоянно доверяю своим глазам, а не сердцу? Почему сразу не поверила в его искренность?       — А ты… поэтому не был пьян? И та компания… Хотел, чтобы я ревновала? В этом и нужно было убедиться? — прошептала я, всхлипывая и поднимая взгляд на его обеспокоенное лицо.       — Да, так и есть. Хотел проверить разозлишься или нет. А на вечеринке… Присматривал за ними, — тихо ответил Ян, обнимая меня крепче. — А то Анна, знаешь ли, весьма эксцентрична. Может натворить дел.       Его слова, как тёплое одеяло, окутывали меня, постепенно согревая продрогшее тело. Я чувствовала, как его сердце бьется в унисон с моим, как его дыхание становится спокойнее, а руки все крепче прижимают меня к себе.       — Прости меня, — прошептала я, пряча лицо на его груди. — Я не так всё поняла.       — Всё хорошо, — его голос звучал успокаивающе, словно тихая гавань в этом штормовом океане. — Главное, что ты в безопасности.       Внезапно Ян отстранился, внимательно вглядываясь в моё лицо:       — А теперь послушай меня, только не перебивай. То, что произошло сегодня — это просто недоразумение. Я не хочу, чтобы ты когда-либо сомневалась в моих чувствах к тебе. Ты мне стала очень дорога, и я не позволю никому и ничему разрушить то, что между нами началось. Если когда-нибудь ты узнаешь обо мне то, что тебе не понравится, обещай, что придёшь и лично спросишь.       Я была поражена его словами. Это признание в любви? Невозможно… Не может человек полюбить за два дня… или может?       И тут, как удар цунами, меня накрыло очевидное — я тоже влюбилась в него. И это случилось в тот самый момент, когда Ян открыл мне дверь.       Я подняла голову, и наши взгляды встретились. Слова застряли в горле, и я просто не могла их вымолвить.       Воздух исчез. Во всей Вселенной не осталось ни одной молекулы кислорода. Я задыхалась, не веря, что это происходит со мной. Каждый вздох давался с трудом, будто невидимая рука сжимала горло. Я отстранилась и заглянула Яну в глаза. Они блестели так ярко. Капли воды, словно бриллианты, стекали по его мокрым волосам, искрясь в свете фар, а на губах играла дерзкая улыбка.       — Я хочу видеть тебя рядом бесконечное число дней. Хочу, чтобы ты была в моей жизни, в моём доме, в моей постели… И к чёрту всех, кто считает, что я многого хочу.       «Не может быть», — подумала я, в шутку касаясь лба Яна. Он был, как печка.       — Ты весь горишь! — воскликнула я, отдёрнув руку, словно обожглась.       — Спасибо, ты тоже ничего, — усмехнулся он, не понимая моего беспокойства.       — Нет, в буквальном смысле. У тебя температура!       Ян посмотрел на меня с недоумением, его глаза медленно фокусировались, а затем снова расфокусировались. Похоже, купание в холодной воде не прошло для него бесследно… Ужас сковал сердце — я была виновата в его состоянии. Нужно срочно возвращаться.       — Поехали домой, — сказала я. — Дай ключи, я поведу.       — Ты уже командуешь… Мне нравится такое начало. Интересно, что будет дальше? — ухмыльнулся он, но улыбка тут же погасла.       Я закатила глаза. Ян бросил мне ключи и сел на пассажирское сиденье. Его лицо было пепельно-серым, словно выцветшим под палящим солнцем, а взгляд метался из стороны в сторону, словно он пытался сосредоточиться на чём-то невидимом.       Пальцы дрожали, когда я бросилась к машине. Наспех сложила верх, достала ключи и включила сигнализацию. Пусть остаётся здесь, заберу позже.

***

      Часто люди не замечают, когда сходят с ума. Что, если это случилось со мной? Ещё два дня назад я была бы рада тому, что Яна свалила лихорадка, а сегодня чуть не утонула, думая, что он принадлежит кому-то другому, а не мне.       Машина мягко шуршала шинами по влажному асфальту. Я везла Яна домой, вглядываясь в размытые светом фар очертания дороги. Он же полулежал на пассажирском сиденье, его взгляд, казалось, пожирал меня даже сквозь полуопущенные ресницы. Рука, обжигающе горячая, как раскалённый песок пустыни, то и дело скользила по моей ноге от колена под подол платья, оставляя после себя дорожку из мурашек. Я чувствовала, как она возвращается к колену по внутренней стороне бедра, и старалась не выдать своего волнения.       — Ты моя, — хрипло прошептал он, его голос дрожал от напряжения.       — Твоя. Если не умрёшь от пневмонии, — ответила я, но шутка вышла натянутой даже для меня.       Хоть и пыталась шутить, но внутри меня кипело беспокойство. Нужно было срочно доставить его домой и вызвать врача. Анна наверняка знает, как тут всё устроенно.       — Скажи, что не собиралась покончить с собой?       Я фальшиво улыбнулась.       — Не собиралась. Это слишком подло по отношению к тем, кто борется за каждый вдох, — ответила я, глядя вперёд, на дорогу.       — Пообещай мне кое-что, — Ян накрыл мою ладонь своей, его пальцы слегка дрожали.       Я подняла бровь, пытаясь разрядить напряжённую атмосферу:       — Никаких суицидов? Или чего ты больше боишься?       — Никаких суицидов, и… Да, лезть в воду в шторм было чистым безумием! И да, я уверен, ты испытала шок, когда Анна открыла тебе дверь. Стекло от разбитой посуды до сих пор валяется на пороге… Так вот, ты так и не ответила: пообещай, если узнаешь обо мне что-то, что тебе не понравится — неважно что, — то, бога ради, приди ко мне и спроси об этом.       Я взглянула на Яна: его голос звучал так странно и так серьёзно. В его глазах промелькнула тень беспокойства, похожая на тёмную тучу, накрывающую ясное небо. Ресницы дрогнули, выдавая внутреннюю борьбу.       — Как я могу обещать подобное, если ты сам не знаешь меня? Что если я инопланетянка, питающаяся сердцами мужчин? — сказала я без тени улыбки, пытаясь сохранить внешнее спокойствие. Мои пальцы крепче вцепились в руль, выдавая волнение, а предательский стук сердца эхом отдавался в ушах, словно барабанная дробь перед боем.       — А что если я демон, пьющий кровь девственниц? — отшутился Ян, но его усмешка вышла вымученной, словно он пытался спрятать за улыбкой бурю эмоций. В его глазах на мгновение промелькнул какой-то странный блеск, похожий на отражение далёких звёзд в ночном небе, и я вдруг поймала себя на мысли, что не могу отвести взгляд от его лица, освещённого тусклым светом приборной панели, создающим причудливые тени. — Поверь, я знаю достаточно. Ты — именно та, кто мне нужен, — добавил он, его голос стал мягче.       Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри сжимается узел. Мои пальцы судорожно вцепились в руль, выдавая волнение.       — Дай мне немного времени, — наконец произнесла я, глядя вперёд, на дорогу, извивающуюся между тёмными силуэтами деревьев, чьи ветви казались когтистыми лапами, тянущимися к небу. — У меня есть кое-какие дела, которые нужно уладить. После этого… после этого я смогу дать тебе ответ.       — И где твои дела? В Штатах? Нет, так не пойдёт, слишком далеко. Могу отпустить тебя до супермаркета. И чтобы к ужину была дома.       «Дома…» — как же красиво звучало это слово, эхом отдаваясь в моей голове. Оно словно принадлежало другому миру, миру, в который я только начинала верить, где всё было возможно, даже то, что я чувствовала сейчас — это притяжение между нами, такое сильное, способное перевернуть весь мир с ног на голову, не оставляя шанса на сопротивление.