Рождение сакуры

Название: «Немая среди голосов» Глава 4. Мир за порогом --- 7 месяцев, 2 недели Комната стала её миром. Сакура знала каждый угол, каждую трещину на потолке, каждый узор на деревянном полу. Она исследовала всё, до чего могла дотянуться своими маленькими ручками. Ползать она научилась хорошо — быстро, уверенно, хотя иногда ещё заваливалась на бок, когда пыталась дотянуться до слишком далёкой цели. — Sakura, sore wa taberu mono janai yo! (Сакура, это не еда!) Мать выхватила у неё изо рта деревянную ложку. Сакура ойкнула, но не заплакала — она уже привыкла, что её то и дело останавливают. Ей нравилось пробовать всё на зуб: игрушки, края одеяла, собственные пальцы. Мир познавался через рот — это было странно и ново, но её тело требовало этого. Я знаю, что это ложка. Я видела, как мама ею ест. Но почему я должна пробовать её на вкус? Мои дёсны зудят, и мне хочется что-то жевать. Может быть, у меня растут зубы? Она снова потянулась к деревяшке, но мать убрала её и дала вместо этого резиновое кольцо. — Kore wa kamunde ii yo. (Это можно грызть.) Сакура схватила кольцо и с наслаждением впилась в него дёснами. Это было приятно — твёрдое, упругое, оно снимало зуд. Я начинаю понимать, что некоторые слова — это разрешения. «Ii yo» — значит «можно». А «dame» — «нельзя». Я слышу их каждый день. — Sakura, kocchi ni oide. (Сакура, иди сюда.) Она подняла голову. Мать сидела на полу в нескольких шагах и протягивала к ней руки. Сакура уже знала это выражение: «kocchi ni oide» означало, что её зовут. Она поползла к матери, улыбаясь. Я понимаю, что меня зовут. Моё имя — Сакура. Когда я слышу его, я должна обратить внимание. Это мой новый мир. Она доползла до матери, и та подхватила её, поцеловала в макушку. — Ii ko da ne, Sakura. (Хорошая девочка, Сакура.) «Ii ko» — хорошая. Она говорит, что я хорошая. Мне нравится это слово. --- 8 месяцев Она начала вставать, держась за опору. Деревянная решётка кроватки, край стола, ножка стула — всё это стало её опорами. Она напрягала ноги, поднималась на несколько секунд, а потом плюхалась обратно. Но каждый раз она пробовала снова. — Sakura, abunai! (Сакура, опасно!) Отец поймал её, когда она чуть не упала с края кровати. Он был дома сегодня — его голос слышался реже, но когда он приходил, он всегда брал её на руки и подбрасывал вверх. «Abunai» — значит «опасно». Я слышу это слово, когда делаю что-то не то. Мама говорит это, когда я тянусь к горячему. Папа — когда я качаюсь на краю. Она запомнила это слово. Теперь, когда она слышала «abunai», она останавливалась — не всегда, но часто. --- 8 месяцев, 1 неделя Это был первый раз, когда мать вынесла её на улицу. Сакура сидела на руках у матери, закутанная в тёплое одеяло. Ветер коснулся её лица — свежий, прохладный, незнакомый. Солнце светило ярко, и она зажмурилась, а потом приоткрыла глаза. Мир за порогом был огромным. Дома — высокие, с черепичными крышами. Люди — они шли, говорили, смеялись. Деревья — зелёные, шумные. Но самое удивительное было над головой. — Mite, Sakura, sora ga kirei da yo. (Посмотри, Сакура, небо красивое.) Мать показала рукой вверх. Сакура подняла голову и увидела голубое небо, усеянное белыми облаками. Вдалеке что-то двигалось — она не могла разобрать, но это было быстро, почти неуловимо. Что это? Птицы? Нет, слишком большое. Люди? Но люди не летают. Она прищурилась, пытаясь сфокусироваться. И вдруг увидела — человек. Он прыгал с крыши на крышу, легко, как будто не было силы тяжести. В руках он нёс какой-то свёрток. На лбу у него блестела металлическая повязка. Он летит. Он не идёт по земле, он прыгает по крышам. Как он это делает? Это магия? Она заворожённо смотрела, как он исчез за углом. Затем другой — тоже с повязкой, тоже прыгающий. И третий — женщина, которая перелетела через улицу одним прыжком, почти не касаясь земли. — Shinobi da ne, Sakura. (Это ниндзя, Сакура.) Мать указала на них, улыбаясь. Сакура не поняла слова «shinobi», но запомнила его. «Shinobi» — так называют этих людей. Они умеют летать, прыгать, двигаться быстрее других. У них есть сила. Но что это за сила? Она видела, как один из них остановился на балконе, достал что-то из кармана и исчез — просто растворился в воздухе. Сакура ахнула. Он исчез! Как это возможно? Это не магия? Или это магия? Она не знала слова «магия» в этом языке, но она помнила его из прошлой жизни. Она не знала, что такое ниндзя, что такое чакра. Для неё это было просто необъяснимой силой. — Sakura, mo iku yo. (Сакура, мы пойдём дальше.) Мать двинулась вперёд, и Сакура продолжала смотреть на людей с повязками. Их было много — они ходили по улицам, сидели в лавках, разговаривали. Но те, кто прыгал по крышам, были особенными. Они двигались иначе, они словно не подчинялись законам мира. Я хочу понять, кто они. Я хочу понять, как они это делают. Но я не могу спросить — я ещё не умею говорить. Я только слушаю. — Mise ga aru yo. Ikou ka? (Там есть магазин. Пойдём?) Мать повернула в сторону рынка. Сакура не ответила, но внутри неё что-то шевельнулось. Я увидела этот мир. Он большой, странный, и в нём есть люди с силой. Я должна узнать о них больше. Когда я вырасту, я пойму. Вечером, когда её укладывали спать, она повторила новое слово, которое запомнила: — Shi... no... bi... Мать удивлённо посмотрела на неё, а потом улыбнулась. — Sakura, shinobi ga suki na no? (Сакура, тебе нравятся ниндзя?) Сакура не поняла вопроса, но она запомнила слово «suki». Она слышала его раньше, когда мать говорила о воде. «Suki» — значит «нравится». Она спросила, нравится ли мне это слово? Или эти люди? Я не знаю. Но я хочу сказать «да». Она кивнула головой — этот жест она тоже выучила. Мать засмеялась и поцеловала её в лоб. — Sou ka, Sakura wa shinobi ni naritai no? (Так вот как, Сакура хочет стать ниндзя?) Сакура не поняла, но она улыбнулась в ответ. Она устала, и сон уже наступал. «Shinobi» — я запомню это слово. И я узнаю, что оно значит. Когда я вырасту, я всё узнаю. Она закрыла глаза и погрузилась в сон, где по крышам прыгали люди с силой, и она мечтала однажды понять их.