Подари мне свое сердце

- Идемте, дорогой, пора. Чонгук уставился на высокого тощего человека, стоявшего в дверном проеме. Ему велели называть его Лонни. Это было единственное имя, которое ему назвали вчера, в момент передачи. Он являлся владельцем дома и должен был продать его по наивысшей цене. Ничто в облике Лонни не указывало на плотоядного греховодника. Он одевался как обычный лорд. Приятно выглядел. Изъяснялся вежливо, во всяком случае, при Намджуне. Правда, как только дядюшка уехал, речь Лонни утратила изысканность, что свидетельствовало о его истинной сути. Как бы то ни было, он по-прежнему оставался заботлив и внимателен. Он объяснил Чонгуку, что за него будут заплачены огромные деньги. Условия договора не позволяют ему разорвать отношения по собственной воле. Купивший его альфа получает гарантию, что за свои деньги он будет пользоваться омегой, пока ему не надоест. С последним ему пришлось согласиться, хотя это походило на рабство. Чонгуку предстояло жить с альфой, независимо оттого, нравится он ему или нет, хорошо он с ним обращается или плохо, до тех пор, пока он сам не потеряет к нему интерес. — А если я все-таки порву отношения? — осмелился он на вопрос. — Думаю, дорогуша, вы не обрадуетесь, когда узнаете, что произойдет в этом случае. — От тона собеседника Чонгуку стало не по себе. Затем он добавил уже спокойнее, словно он заранее знал все подробности: — Я выступаю гарантом всех заключенных через меня сделок. И не могу допустить, чтобы моя репутация пострадала из-за каприза омеги, которому вдруг разонравились условия контракта. Если бы такое происходило, у меня не осталось бы ни одного клиента. — И много вы уже совершили сделок? — Это четвертая. Большинство попавших в аналогичную ситуацию людей успевают вовремя выдать своих детей за богатых господ и таким образом решают свои материальные проблемы. К сожалению, ваш дядюшка не сумел вас выгодно пристроить. На мой взгляд, на любовника вы не тянете. Чонгук не знал, воспринимать ли это как комплимент или как оскорбление, и ответил просто: — Дядюшка объяснил, что для устройства женитьбы у нас не оставалось времени. — Да, но все равно жаль. Ладно, пора спать. Завтра вечером вас представят. Мне еще надо разослать уведомления господам, которых это дело может заинтересовать. Один из моих омег одолжит вам подходящую для такой встречи одежду. Любовник должен походить на любовника, а не на брата. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду. — При этом он окинул его критическим взглядом. — Ваш ансамбль смотрится вполне прилично, дорогой, но он больше подходит к вечернему чаепитию в саду. А может, вы привезли одежду с собой? Чонгуку пришлось отрицательно покачать головой. Его по-настоящему смутило то, что он, оказывается, похож на… леди. Лонни вздохнул. — Ладно, что-нибудь придумаем, не волнуйтесь. — С этими словами он проводил его из гостиной в комнатку наверху, где ему предстояло провести ночь. Как и весь дом, комната была обставлена со вкусом, и Чонгук вежливо произнес: — Очень мило. — А вы ожидали увидеть нечто вульгарное? — Лонни улыбнулся, прочитав его мысли. — Я выдерживаю стиль, дорогуша. Давно доказано, что люди охотнее расстаются с деньгами, если это происходит в привычной обстановке. — Он рассмеялся. — Низшие сословия не в состоянии оплачивать мои услуги. Их денег не хватает даже на то, чтобы переступить порог. — Понятно, — пробормотал Чонгук, хотя на самом деле окончательно запутался. Он слышал, что альфы готовы заниматься этим в любом месте. Доказательством сему служили множество заведений с дурной репутацией, разбросанных по всему Лондженду. Похоже, ему просто довелось попасть в дорогое место. Прежде чем оставить его одного, Лонни еще раз подчеркнул: — Надеюсь, вы в самом деле понимаете суть заключаемого вами соглашения и то, чем оно отличается от подобных сделок? — Да. — И то, что лично вы не получите ничего, кроме тех подарков, которые пожелает сделать вам ваш любовник? Чонгук кивнул, но Лонни, очевидно, хотел полной ясности. — Мы начнем с суммы, необходимой для погашения долгов. Ее получит ваш дядя. Все, что сверху, делится между ним и мною, как организатором сделки. Вы не получите ни пенни. Чонгук знал условия и неустанно молился, чтобы за него заплатили побольше. Семья должна на что-то жить, пока дядюшка не найдет новую работу. В противном случае его жертва будет означать лишь временную отсрочку катастрофы. По дороге в Ленджон Намджун клятвенно обещал ему устроиться на работу. Между тем Чонгука тревожил размер дядюшкиного долга, и он поинтересовался:  Вы в самом деле считаете, что найдутся люди, которые заплатят такую сумму? — О да! — уверенно ответил Лонни. — А на что еще им тратить свои тысячи? Скачки, омеги и карты — вот главные статьи расходов наших набобов. Я с радостью удовлетворяю два запроса из трех и готов потакать любому их пороку, кроме убийства. — Любому пороку? Лонни рассмеялся. — Вы будете поражены, дорогуша, когда узнаете, чего могут пожелать эти лорды… и леди. Один омега-граф приезжает сюда как минимум два раза в месяц и платит за то, чтобы я знакомил его со знатными альфа-лордами, которые бы отходили его плетью. Без увечий, разумеется, но в остальном обращались бы с ним, как с недостойным рабом. Он приезжает в маске, никто никогда не видел его лица. Альф, которых я к нему посылаю, уверены, что это одна из моих омежек. Я бы и сам с удовольствием оказал ему эту услугу, выглядит он не менее аппетитно, чем вы, детка, но ему нужно другое. Его заводит то, что он их прекрасно знает, а они не подозревают, с кем имеют дело. Потом он встречается с ними на вечеринках, танцует, играет в карты и при этом вспоминает об их грязных страстишках. Чонгук густо покраснел и на время лишился дара речи. Чтобы люди вытворяли такие вещи, да еще платили за это деньги… Вот уж что никогда бы не пришло ему в голову! Взглянув на него, Лонни презрительно процедил: — Пора привыкать к подобным разговорам, детка. И хватит по каждому поводу заливаться краской. С этого дня твоя работа заключается в том, чтобы удовлетворять желания альф, которые платят тебе за удовольствие, понятно? С любовником альфа позволяет себе то, чего никогда не сделает с мужем. Для этого и существуют любовники. Я пришлю к тебе одного омегу, он тебя просветит. Похоже, твой дядюшка решил не утруждать себя лишними объяснениями. Спустя некоторое время в комнату Чонгука действительно загляну хорошенький омега по имени Кан. Он принес прозрачный халатик и принялся рассказывать об интимной жизни. Беседа затянулась на несколько часов. Кан коснулся всего, начиная от способов предупреждения беременности и заканчивая самыми невероятными способами ублажения альфы. Он рассказал, как их надо возбуждать и как добиваться от них желаемого. Пожалуй, Лонни предпочел бы, чтобы последнего Чонгук не знал, но Кан, судя по всему, проникся к нему сочувствием и поделился своими секретами. Услышанное мало походило на краткую беседу о любви и замужестве, которую провёл с Чонгуком папа, когда омеге исполнилось семнадцать лет. Тот разговор произошел более года назад. Со свойственной ему прямотой папа объяснил, откуда берутся дети, после чего резко перешёл на другую тему, словно они не были до кончиков пальцев смущены предыдущей. На прощание Кан дал совет: — Не забывай, что тебя скорее всего купит женатый альфа. Любовник нужен ему по той простой причине, что муж его не удовлетворяет. Хочешь верь, хочешь нет, но встречаются типы, которые никогда не видели своих мужей голыми. Между тем любой тебе скажет… любой из моих знакомых, во всяком случае… что альфы обожают разглядывать обнаженных омег. Подари альфе радость, которой его лишили дома, и он будет тобой восхищаться. И вот время пришло. Чонгук, в рубиновом приталенном костюме, пиджак от него был надет на голое тело, едва не дрожал от страха. Открыв дверь, Лонни бросил на омегу одобрительный… весьма одобрительный взгляд. То, что он явно остался доволен, ничуть Чонгука не обрадовало. К лучшему или нет, но сегодня должно было решиться его будущее. При помощи человека, который согласится заплатить за него больше других. При этом совсем не обязательно, чтобы и он ему понравился. Это он прекрасно понимал. Лонни спускался по лестнице рядом с ним. Услышав гул голосов, Чонгук сообразил, что внизу собралась целая толпа. Он замедлил шаг, и Лонни пришлось тянуть омегу за собой. Хуже всего было то, что они направлялись не в гостиную, где можно было бы в привычной обстановке познакомиться с гостями и хоть немного с ними побеседовать, а к огромному игральному залу. Когда Чонгук окончательно застыл, Лонни прошипел ему в ухо: — Прекрати дёргаться и прищеми своё ЧСД. Эти люди собрались вовсе не из-за тебя. Они пришли поиграть и получить другие удовольствия. Но я давно заметил, что чем больше зрителей, тем солиднее ставки. Для большинства это очередное зрелище, что тоже неплохо влияет на бизнес. Прежде чем Чонгук сообразил, что сейчас произойдет, он поднял его и поставил на стол, успев шепотом предупредить: — Стой здесь и старайся выглядеть соблазнительным, а то как ондатра тоскливая. Соблазнительным! Легко сказать, когда его парализовало от страха и унижения. Сократились даже те мышцы, о существовании которых Гук и не знал, до сего момента. Поскольку большинство собравшихся, как сказал Лонни, пришли по другой причине, ему пришлось сделать небольшое объявление:  Прошу минуту внимания, господа! Сегодня у нас состоится весьма необычный аукцион. Слово «аукцион» всегда вызывает интерес. Так произошло и на сей раз. Спустя несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. — Те, кто вполне удовлетворен своей интимной жизнью, могут спокойно продолжать игру. Аукцион не для вас. Но людям, стремящимся к новизне, я предлагаю воплощение… зардевшейся от смущения прелести. — В зале послышались смешки, поскольку лицо Чонгука и в самом деле стало одного цвета с его костюмом. — Не просто попробовать, господа, а приобрести в собственность на неограниченно долгое время. С учетом подобной привилегии торг начнется с десяти тысяч фунтов. Альфы возбужденно загудели. Провозглашенная Лонни сумма заметно накалила атмосферу.  Даже мой старик на столько не тянет, — выкрикнул кто-то, и зал взорвался хохотом. — Не одолжите ли мне десять тысяч, Питер? — Изготовлен из чистого золота, а? — Пять сотен и ни фунта больше! — донесся пьяный выкрик. Лонни терпеливо выслушал с десяток подобных реплик, после чего положил им конец: — Поскольку сей маленький бриллиант разыгрывается на аукционе, купивший его человек сам решит, как долго он намерен им владеть. Месяц, год, вечность… выбор останется за ним. Этот пункт будет специально оговорен в договоре продажи. Так что смелее, джентльмены! Кто станет счастливчиком? Кто первым отведает лакомый кусочек? Чонгук был окончательно шокирован. Когда ему сказали, что его «представят» господам, он вообразил, что его действительно познакомят с каждым в отдельности и он получит возможность переговорить с ними, после чего решившие участвовать в аукционе передадут Лонни свои предложения. Ему и в голову не могло прийти, что все будет происходить столь откровенно. Боже милосердный, да если бы он знал, что его выставят на продажу, как кусок мяса, посреди целой толпы альф… Неожиданно сквозь гул голосов пробился чей-то выкрик: — Я плачу стартовую цену. Чонгук испуганно посмотрел в зал и увидел испитое, усталое лицо. Ему показалось, что он теряет сознание.