Подари мне свое сердце

— Хочешь, я буду твоим должником всю жизнь? — Начинаем помаленьку жадничать, а? Я думал, мы покончили с этой темой. — Это было до завершения торга, — сказал Юнги с многозначительной улыбкой. Чонгук не понимал, о чем они говорят. Ему было все равно. По мере того как экипаж, судя по всему, приближался к его новому дому, омегу охватывала нервозность. Скоро придется начать продажную жизнь и… Чонгука охватила дрожь. Закончить эту мысль он был не в состоянии. Его посадили в роскошную, обитую бархатом карету, принадлежавшую, как ему показалось, Тэхену. Карета стремительно неслась по улицам. Теперь их было пятеро. Юнги вернулся в кабинет Лонни в обнимку со светловолосым омегой, одетым столь же безвкусно, как и Чонгук. Его представили как Мингю; спустя несколько секунд стало ясно, что он обожает Ким Юнги. Мингю не мог оторвать от него взгляда, без конца трогала молодого человека и даже умудрился забраться к нему на колени. Чонгук отметил, что его это совершенно не волнует. И дело было не в том, что между ним и Юнги еще не установилось никаких отношений. Он хорошо понимал, что в любом случае не имеет права требовать от него верности. Он взял на себя заботу о его благосостоянии. И в более простой ситуации материальная поддержка предполагает полную и безоговорочную преданность со стороны омеги. Мужчины же не связаны подобными обязательствами. Отнюдь. В конце концов большинство из них просто женаты. Юнги и Тэхен продолжали спор о пожизненном долге, а Чонгук изо всех сил старался не обращать на них внимания. Тем не менее его удивляло, что Юнги сумел выплатить такую огромную сумму. Как правило, молодые люди его возраста жили на ежеквартальные выплаты со стороны родителей и скромные отчисления с имений, отходящих к ним по праву наследования. Очевидно, Юнги был независим в финансовом отношении, чему он должен только радоваться. Если бы не это, сейчас бы ехать ему с тем, другим лордом, а не с этими господами, везущими его… неизвестно куда. Вскоре карета остановилась. С мест поднялись только Мингю и Юнги. Чонгуку ничего не сказали. Как бы то ни было, спустя несколько минут Юнги вернулся уже без виснущем на нем Мингю. Никто не спросил его, что сталось с омегой, и Чонгук рассудил, что это было известно заранее. Экипаж тронулся с места и минут через пятнадцать снова остановился. Чонгук совершенно не знала Лэдженда. До позавчерашнего дня он не был здесь ни разу. Взглянув в окно, омега увидел красивый особняк, окруженный столь же роскошными домами, в которых проживала городская знать. Теперь понятно, откуда такие деньги… Однако он ошибся, решив, что его привезли именно в этот дом. Из экипажа показался не Юнги, а Тэхен. Выходит, он здесь и жил. Чонгук подумал, что теперь они завезут Богома, после чего отправятся к Юнги, но снова ошибся. Тэхен вернулся к экипажу и протянул руку, чтобы помочь ему выйти. Чонгук настолько удивился, что безропотно последовал за Тэхеном к огромным двойным дверям. И лишь на полпути он опомнился и спросил: — А почему меня провожаете вы, а не Юнги? Он застыл, пораженный его вопросом. — Вы пробудете здесь недолго. Только одну ночь. Завтра мы закончим необходимые приготовления. Чонгук кивнул и густо покраснел, испугавшись собственного понимания. Юнги был так молод, что скорее всего жил с родителями и, разумеется, не имел возможности привезти его к себе. Тэхен предложил на одну ночь свое гостеприимство, что, безусловно, весьма мило с его стороны. Он очень надеялся, что больше в доме никого не окажется и ему не придется ничего объяснять. — Значит, вы живете здесь? — Когда, нахожусь в Лэдженде, да. Это городской особняк моего отца, хотя он редко сюда наведывается. Предпочитает деревню и Хвантерс. Прежде чем молодой человек успел договорить, отворилась дверь, и солидного вида дворецкий поклонился со словами: — Добро пожаловать, милорд. Чонгук заметил, что дворецкий старательно отводит от него взгляд. — Я не остаюсь, Хван, — сообщил Тэхен. — Моему гостю необходимо переночевать. Буду благодарен, если вы приведете миссис Чхве, чтобы он позаботился об омеге. — Где его разместить, вверху или внизу? Чонгук с изумлением отметил, что бесцеремонный, хотя и естественный вопрос заставил Тэхена покраснеть. Омега всеми силами запахивал плащ, стараясь прикрыть свой костюм, но все равно выдавало его профессиональную принадлежность. — Подойдет нижняя комната, — резко ответил Тэхен. — Я же сказал, что не остаюсь. Теперь покраснел Чонгук. Дворецкий же, кивнув, отправился за домоправительницей. — Слуг держат так долго, что они помнят тебя с пеленок, — пробормотал Тэхен, глядя ему в спину. — Отсюда и манеры… Если бы Чонгук не был так смущен, он бы расхохотался. Растерявшись, Тэхен выглядел смешно и трогательно, несмотря на всю свою красоту. Вряд ли он оценил бы сейчас его юмор. Поэтому Чонгук уставился в пол, ожидая, пока он удалится. Перед тем как это сделать, Тэхен произнес: — Постарайтесь хорошо отдохнуть. Завтра вам придется много ездить. Советую выспаться. Прежде чем омега успел спросить, какие предстоят поездки, он развернулся и захлопнул за собой дверь. Чонгук вздохнул. Затем наступило облегчение. По крайней мере эту ночь он проведет один. То, о чем он упорно отказывался думать, откладывалось… как минимум еще на один день. Необъяснимым образом теперь, когда все отодвинулось, он не мог отогнать мысли о том, что ему предстоит совершить грех. Жизнь в роли любовника начнется для него с первой брачной ночи, правда, без брачного свидетельства и без сопутствующих началу семейной жизни нежности и уважения. Из книг по истории Чонгук знал, что браки между незнакомыми людьми заключались довольно часто. Союзы устраивались родителями во благо королевств, молодым людям отводились на знакомство считанные дни, а иногда и того меньше. В современном мире подобные союзы стали редкостью. Даже если брак устраивали родители, у женихов хватало времени, чтобы получше узнать друг друга. Сколько его у Чонгука? Он не ожидал даже такой маленькой отсрочки. Омега уже смирился с тем, что ночь придется провести не одному. Теперь выясняется, что завтра ему предстоит долгая поездка. Не отложится ли в результате начало совместной жизни еще на день? Пожалуй. Только что проку от этих отсрочек, если они не дают ему возможности лучше узнать Юнги? Подумать только, до сих пор ему не удалось обменяться с ним ни единым словом. Как, скажите на милость, составить о нем мнение, если они даже не разговаривают? Чонгук решил, что завтра все прояснится. Пока что надо решить, как вести себя с домоправителем. В обычной манере или так, как пристало в его новом облике? Все, однако, было решено без него. Именно в этот момент показался миссис Чхве. Смерив Чонгука долгим взглядом, почтенная омега развернулся и заковылял в глубь дома, предоставив ему покорно следовать за ним. Ладно. Придется привыкать к подобному обращению. Чонгук очень надеялся, что когда-нибудь научится легче переносить жгучую неловкость.