Подари мне свое сердце

Тэхену следовало знать, что его закадычные приятели так просто не успокоятся. Едва он успел забраться в экипаж, как Юнги произнес: — Провалиться мне на месте, но я не верю своим глазам. Ты что, действительно собираешься на этот дурацкий бал? Будь я проклят, но я никуда не еду. — А почему бы и нет? — поднял золотую бровь Тэхен. — омега никуда не, денется, а Сонджун персонально пригласил нас на вечер по случаю отъезда его друзей. Я помню, как ты обрадовался этому приглашению. Или нашлись дела поважнее? — Именно! — презрительно фыркнул Юнги. — Насколько я могу судить о важности предстоящих светских раутов, бал у Сонджуна не относится к числу главных событий сезона. Думаю, в суматохе он даже не заметит нашего отсутствия. — Заметит или нет, но мы приняли приглашение, и это обязывает нас приехать. Богом, объясни юному шалопаю, что такое обязательство. — Я? — рассмеялся Богом. — Боюсь, что мне ближе его позиция, старина. Я бы не стал откладывать свидание со свежим любовником ради обычного светского раута. Другое дело, если туда пожалует один из твоих дядюшек или твой прелестный кузен Минхо. Дяди знают, как завести толпу, а Минхо еще не помолвлен со своим янки и, следовательно, остается вполне доступным. Выслушав пространную реплику своего друга, Тэхен и Юнги надолго замолчали. Первым в себя пришел Тэхен: — Минхо, конечно, еще не вышел замуж, но церемония назначена на следующую неделю. Так что ты лучше вычеркни его из своего списка. Богом. Юнги добавил: — И не надо представлять моего отца как какого-то клоуна. Он стал семейным человеком и не допустит, чтобы жернова сплетен завертелись с новой силой. То же относится и к дяде Даниэлю. — Не обольщайся, дружище, Ким никогда не погрязнут в семейной трясине! Да что там говорить, я своими глазами видел, как вскоре после рождения твоего омеги- братишки твой папаша и дядя затащили янки в бильярдную, откуда он потом едва выполз. — Накануне они выяснили, что он интересуется Минхо. Имей это в виду. Богом. Мы тебя, если не ошибаюсь, предупреждали еще с того дня, как ты начал за ним ухлестывать. Не забывай, после смерти брата-омеги им пришлось воспитывать кузена Ушейка, а Минхо на него очень похож… — Кузена Ушика, — поправил Тэхен тоном своего отца. — Я понимаю, почему дядя Сон настаивает, чтобы его называли другим именем. Хочет позлить своих старших братьев, но в этом ему подражать не надо. — А мне нравится ему подражать. — В улыбке Юнги не было и тени раскаяния. — К тому же он никого не злит, так, немного поддразнивает. Он начал звать его Ушейком из чистого упрямства. Будучи младшим из трех братьев, он считает, что должен во всем от них отличаться. — Ну, это ему удалось, — произнес Тэхен и многозначительно подмигнул. — Еще как. Кузены имели в виду пиратский период в жизни Кан Сона во время пиратского периода. В те дни его называли Коршун, и семья от него отвернулась. В самом разгаре беспутной карьеры морского разбойника Сон Коршун обнаружил, что у него есть совсем взрослый сын. Пират не только признал Юнги, но тут же забрал его к себе. Этим и объяснялись нетрадиционные познания альфы о драках, омегах и пьянстве, почерпнутые в разношерстном экипаже Сона. Богом, однако, об этом ничего не знал. Ему и не следовало. Богом был хорошим другом и добрым малым, но секреты хранить не умел, а неприглядные деяния Ким Сона являлись семейной тайной. Посторонние о ней не ведали. — Кроме того, Богом, — вернулся к оставленной теме Юнги, — мой отец ненавидит балы и посещает их только ради мужа. Точно так же, как дядя Даниэль. И я прекрасно это понимаю. Меня тоже нередко тянут туда против воли. Тэхен нахмурился. — Я тебя никуда не тяну. Просто напоминаю о твоих же обещаниях. Никто не заставлял принимать приглашение Сонджуна. — Не заставлял?! — воскликнул Юнги. — Да я просто не могу сказать омеге «нет». Кстати, любой омеге. Не люблю их разочаровывать. И уж, конечно, я не посмел бы разочаровать кошечку, которую мы только что оставили у тебя дома. — Поскольку ему больше всего хотелось побыть одному, Юнги, мы его ничуть не разочаровали. — Побыть одному? — Тебе в это трудно поверить? — Омеги плетут интриги, как пауки паутину и ссорятся, чтобы забраться в твою постель, кузен. И еще ни один не вылез из нее по своей воле. Уж я-то знаю из первых рук… — Иногда, — перебил его Юнги, — омеги не хотят, чтобы их тревожили. По разным причинам. Я уверен, что Чонгук находится именно в таком состоянии. Омега выглядел опустошенным и измученным. В другое время я не стал бы обращать внимания на такие мелочи, но раз уж и у нас имелись свои планы… Да и вообще, не для того я потратил такие деньги, чтобы пристроить красавца на одну ночь. Так что поверь, мне тоже не терпится. Я, кстати, вообще не собирался заводить любовника, но раз уж он появился, лучше заняться им в удобное для себя время — если ты, конечно, не возражаешь. — Неприлично платить так много за то, что тебе не нужно, — заметил Богом. — Причина была в другом, — рассмеялся Юнги. Тэхен тяжело заворочался на сиденье и проворчал: — Вы знаете, почему я это сделал. — Конечно, знаем, старина, — откликнулся Богом. — И высоко ценим твой поступок. У меня лично на такое благородство просто нет денег. Хорошо, что по крайней мере один из нас вытянул нужную сумму. — Отлично получилось, — кивнул Юнги. — Насолили Паку и уже за одно это заслужили благодарность. Покраснев от неожиданной похвалы, Тэхен сказал: — Тогда, может быть, перестанете стонать, что омегу пришлось оставить? — Если ты настаиваешь, — улыбнулся Юнги. Тэхен нахмурился, но юноша уже смотрел в окошко и насвистывал веселую мелодию. Неисправимый повеса. Дядюшка Сон хотел серьезно заняться его воспитанием и привить ему чувство ответственности... Ха... Да проще лошадь обучить танцевать вальс... Отец Тэхена, впрочем, тревожился о том же самом. Между тем Ким Сон, граф Хвантэрс и глава всего семейства, слыл весьма суровым человеком. Угодить ему было чрезвычайно трудно, и Тэхен знал об этом лучше других.