Два разбитых зеркала

      Через час место катастрофы уже было оцеплено. Эмма Свон, бледная от шока, стояла у края обрыва, глядя на догорающий остов автомобиля. Руби, стоявшая рядом, закрывала лицо руками — её волчье чутьё задыхалось от едкого запаха бензина, гари и... едва уловимого, фальшивого аромата спелых яблок.       — Эмма... — Руби шёпотом обратилась к шерифу. — Здесь что-то не так. Этот туман... и этот запах. Кира не могла просто не справиться с управлением. Она водила как бог.       — Я знаю, Руби, — процедила Эмма, сжимая кулаки. Её «детектор лжи» внутри головы кричал, что авария — это инсценировка убийства. Но у неё не было прямых улик против ратуши.       Из темноты леса, тяжело опираясь на трость, вышел мистер Голд. Его лицо было не просто бледным — оно казалось высеченным из мёртвого белого камня. Когда он увидел пылающую машину Киры, Тьма внутри него, копившаяся веками, сорвалась с цепи. Кинжал Тёмного в его проклятой памяти буквально запел от ярости. Он понял, кто это сделал. Реджина перешла последнюю черту.       Голд медленно подошёл к Эмме. Его голос прозвучал так тихо и зловеще, что даже шериф инстинктивно сделала шаг назад.       — Шериф Свон... Позаботьтесь о том, чтобы этот... инцидент был расследован. А я... я должен нанести визит нашему многоуважаемому мэру. У нас образовался очень, очень крупный долг.       В кабинете Реджины Миллс царил полумрак. Мэр пила вино, празднуя избавление от соперницы, когда дверь её офиса разлетелась в щепки. Мистер Голд вошёл, даже не хромая.       Его трость с сухим щелчком обнажила острое стальное лезвие стилета. Вокруг него воздух буквально вибрировал от невидимой, удушающей фиолетовой Тьмы, которая прорывалась сквозь оковы проклятия Сторибрука.       — Реджина! — Голд ударил тростью по её роскошному столу, раскалывая полированное дерево надвое. — Ты думала, что можешь сжечь её? Ты думала, что я позволю тебе уничтожить Хранителя?!       Реджина испуганно вскочила со своего кресла, её лицо перекосило от первобытного страха Злой Королевы перед Тёмным магом.       — Голд, о чём ты? Это была обычная авария! Мисс Уорден просто не справилась с управлением на скользкой дороге!       — Не лги мне! — Голд прижал лезвие стилета к её горлу, его глаза лихорадочно блестели безумием Румпельштильцхена. — Я вырву твое сердце и скормлю его волкам, Реджина. Мне плевать на твоё проклятие, мне плевать на этот город! Если Валери мертва, я сожгу Сторибрук до основания вместе с тобой и твоим Генри!       — Она не мертва, Румпель, — раздался от разбитых дверей спокойный, низкий и абсолютно ровный голос.       Голд замер. Его рука со стилетом задрожала. Он медленно повернул голову.       На пороге кабинета стояла Валери. Её одежда была испачкана в саже, на левой скуле виднелась глубокая кровавая царапина, но её осанка была царственной, а в тёмно-серых глазах, лишенных очков, открыто и ярко горело серебряное звёздное пламя. В момент взрыва машины древний инстинкт Хранителя и кулон-астролябия на груди сработали вопреки проклятию: магия звёзд на долю секунды окутала её щитом, позволив вытолкнуть тело из горящего салона. Эта вспышка силы окончательно вернула ей память Зачарованного Леса.       — Валери... — выдохнул Голд, и стилет выпал из его рук. Тьма вокруг него мгновенно рассеялась, сменяясь чистым, ошеломлённым облегчением.       Валери прошла в кабинет, полностью игнорируя бледную как полотно Реджину. Она подошла к Голду, мягко положила ладонь на его напряжённое плечо и посмотрела Королеве прямо в глаза.       — Твой фокус со сломанным рулём не сработал, Реджина, — ледяным тоном произнесла Валери. — Звёздный баланс нельзя взорвать в лесу. Я всё вспомнила. Я помню Зачарованный Лес, помню твою мать Кору и помню каждую твою грязную сделку.       Реджина отступила к окну, понимая, что её худший кошмар сбылся — два самых опасных мага старого мира теперь полностью помнят себя и стоят плечом к плечу.       — Вы... вы ничего не сделаете мне, — заикаясь, выдавила мэр. — Проклятие всё ещё держится на Эмме! Если вы убьёте меня, город застрянет здесь навсегда!       Валери едва заметно улыбнулась одними уголками губ, её серебряные искры в зрачках полыхнули с новой силой. Она повернулась к Голду и нежно взяла его за руку, переплетая свои пальцы с его.       — Она права, Румпель. Мы не убьём её сейчас. Убивать её — слишком лёгкое наказание. Мы позволим Эмме Свон разрушить этот карточный домик. А до тех пор... Реджина будет жить в абсолютном, удушающем страхе перед каждым нашим шагом.       Румпельштильцхен посмотрел на свою женщину, и на его лицо вернулась его фирменная, проницательная и торжествующая ухмылка Тёмного мага. Он крепче сжал её ладонь.       — Идём домой, Валери, — тихо сказал он. — Нам нужно поторопить Эмму...       Они вышли из ратуши вместе, оставляя Злую Королеву дрожать в одиночестве среди осколков её собственного кабинета.