Дик, путешественник во времени

Ну, приехали! И что делать теперь? Никто не подсказывал ему правил игры, а сам он не обращал никакого внимания на болтовню ребят, разыгрывавших свою пьесу. Надо же будет что-то говорить, а Ричард всё благополучно пропустил мимо ушей! Стараясь не навернуться на застланной алыми коврами лестнице, Дик на деревянных ногах прошествовал к вальяжно раскинувшемуся в кресле красивому брюнету. Мужчина сидел рядом с так называемым королём, но надорцу и в голову бы не пришло смотреть в эту секунду на кого-то ещё помимо этого человека в чёрном. Он буквально кожей ощутил впившиеся в спину взгляды сотен глаз, когда, неуклюже преклонив колено, позволил себе, наконец, взглянуть Первому маршалу в лицо. И что ж... к выбору актёра ассистенты подошли с видимым старанием, настолько тот был хорош собой. Как-то странно даже, что Ричарду за всё время пребывания в столице ещё ни разу не удалось увидеть этих черт и этих глаз с огромных уличных билбордов. Судя по имени, красавчик был кэналлийцем, но чисто внешне... скорее уж полукровкой - слишком много исключений сосредоточилось в его облике, чтобы кто-нибудь мог принять этого человека за обыкновенного южанина. Его выразительные глаза имели ярко-синий цвет, а кожа казалась чуть ли не светлее, чем у чистокровных талигойцев. Он весь дышал этой спокойной, сознающей свою силу, красотой, хоть и выглядел надменно-равнодушным по отношению к её ошеломляющему влиянию. – Герцог Окделл приносит присягу,- позлорадствол неугомонный герольд, чтоб ему его дурацкую дудку вкрутили в... кхм. – Я Ричард... из... из, хм, семьи Окделлов,- сбивчиво забурчал разволновавшийся надорец, таращась на коленки красавца-брюнета,- удивляюсь решению Первого маршала, но наверное благодарен за оказанную мне честь? И, хм... обязуюсь слушаться его советов и помогать воевать на благо Талига, пока нас объединяет один бой. И эмм... честь? И все остальные важные для... для дворян штуки. Да попрекнёт меня, хм, Создатель, если я вдруг что-нибудь нарушу. И пусть, эмм... кто-нибудь сломает мою шпагу и наругает по имени, если я предам оказанное мне доверие. Обещаю преследовать его, но не мешаться под рукой если получится, пока он сам меня не прогонит... Эмм, да. По толпе дворян прошёл взволнованно-недоумённый ропот. Похоже, диконовыми стараниями никто из них не сумел разобрать ни слова из произнесённой присяги. Чего он, собственно и добивался. – Первый маршал Талига слышал твою клятву и принял её,- объявил сконфуженный герольд, отвязавшись, наконец, от герцога Окделла. Ричард поднял глаза на синеглазого южанина и слегка застыдился. Тот взирал на него со сложным выражением лица человека, не вполне понимающего с кем он связался: с дураком или всё же буйнопомешанным. Это смущало. Дик и раньше, конечно, сознавал, что примой столичного театра ему не стать, но зачем же так сильно оскорбляться?! Обидно же, всё-таки - он старался как умел. У него вон вообще рука болит! Рядом натужно булькало и хрипело, и, отвлёкшийся южанина Ричард соизволил, наконец, покоситься на короля. Тот натурально ржал, пытаясь прикрыть свой истерический хохот кулаком и фальшивым кашлем. Выходило не убедительно, отчего на него уже начинала странно поглядывать испуганная девушка в чёрно-белом платье. У Ричарда аж от сердца отлегло. Ну хоть один нормальный человек с чувством юмора отыскался в этом сумасшедшем балагане! В этот момент перед его лицом что-то мелькнуло и спохватившийся Дикон обнаружил протянутую к его губам изящную мужскую кисть в пене пышных кружев. Гибкие пальцы были унизаны сверкающими сапфировыми кольцами. Ричард буквально обомлел. Таких ухоженных рук он не видел и у записных модниц, не вылезающих из СПА-салонов, не то что у мужчин! Словно заворожённый, он протянул ладонь и осторожно коснулся чужих пальцев. Молочно-белая кожа и на ощупь оказалась бархатно-нежной. Как тут было удержаться и не погладить её, наслаждаясь приятными ощущениями и едва улавливаемым запахом пряного парфюма? В себя его привели побежавшие вокруг шепотки. Да кошкин ж потрох! Опять он выбивается из установленных здесь правил приличия! Ну, что там ему полагается сделать по списку? Поцеловать и отойти за кресло, кажется так? Вскинув голову, он столкнулся взглядом с потемневшими синими глазами, в которых изумление и раздражение смешивалось в причудливом коктейле со злым весельем. Ропот за спиной становился всё сильнее и Ричард поторопился исполнить положенный ритуал, даже если это был всего лишь фарс. Разумеется, промахнулся он даже в этом. И то, что чмокали студенты не ручки эров, а их кольца или костяшки, до Ричарда дошло только задним числом. Ой, да и кошки с ним. Ну дурак, что поделаешь? Пусть обижается, если так хочет. Указать на свою скандализированность кэналлиец, разумеется, не преминул, процедив ему сердито: "Оставайтесь здесь". Далее на надорца внимания больше не обращали, поскольку маршал с надменным видом повернулся к королю. Бедолагу, слава Создателю, уже успело немного попустить после нервного хохота. Дик, огорчившись, что не вышло сразу удрать из зала, послушно нырнул за резную спинку кресла и от скуки принялся потихоньку рассматривать толпившихся на галерее актёров. С его места ему были хорошо видны лица короля и тонкий профиль королевы (если, конечно, это была именно она). Девушка выглядела безучастной и не интересовалась перешёптываниями супруга с Первым маршалом. Странно, но пусть. На её месте Ричард пользовался бы любым шансом развлечься, даже если это сплетни или обмен мнениями. Чуть дальше от королевы он заметил ещё одно действующее лицо. Это был старик, который старался держать спину и лицо, но по которому сразу становилось видно, что ему хочется закутаться в плед и попить горячего тизана. Дикон бы даже составил ему компанию, сперва, конечно, заглянув в лазарет, чтобы показать ноющую руку. Старик, каким-то образом ощутив его взгляд, вдруг тепло улыбнулся и сконфуженный надорец смущённо махнул ему рукой в ответ. Это почему-то напугало незнакомца. Вытаращив глаза, старец выпрямился ещё сильнее - будто оглоблю проглотил, а его взгляд упёрся в кучку бесцельно мявшихся на пощади парней. Та-ак. Ладно. Эти лицемеры, похоже, окончательно попрощались с чувством реальности, если продолжают доигрывать тут эту бестолковейшую комедию, даже после окончания цирка с клятвами! Но это пренебрежение его особой Ричард непременно запомнит - он с детства славился злопамятностью и мстительностью и обид не спускал никому. Во избежание, так сказать. На галерее началось движение - монарх поднялся с трона и, кажется, готовился покинуть, наконец, опостылевшую Дикону Фабианову площадь. Признаться, он ожидал, что разойдясь с... ну, чем бы ни было это слишком затянувшееся действо, студенты окажутся распущены, однако разряженные в старинные наряды участники спектакля с невозмутимым видом продолжали лицедействовать. И Дик, которому сухо бросили сверху вниз, будто какой-то непослушной собаке: "Следуйте за мной, юноша. И не отставайте, я не намерен вас ждать!", тоже оказался вынужден тащиться за черноволосым красавчиком, который упрямо отыгрывал роль его... кого? Покровителя? Опекуна? Ричард тряхнул головой. Что за ерунда! Когда же они прекратят, наконец, притворяться?! - Послушайте,- нагнав кэналлийца, шедшего рядом с человеком, который играл роль короля-олларианца.- Всё же закончилось, к чему всё это? Может, вы меня просто отпустите? Мне ещё до общаги добираться и... честно говоря, я ужасно хочу спать. Просительные нотки синеглазое чудовище не проняли, а на слово "общага" он состроил такое недоумённое выражение, что сделалось обидно. Король же, напротив, поглядывал на Ричарда с интересом и лёгкой усмешкой на губах. Не злой, а весёлой. Припомнил, наверное, диконов конфуз с испровизированной клятвой. Дик ухмыльнулся и подмигнул ему. Король, удивлённо моргнув, тоже заулыбался широко и открыто. - Вот что, Алва, ступайте-ка вы домой, в самом деле, раз ваш подопечный валится с ног. Он и впрямь не выглядит здоровым. Прошу от вас только одного - не увиливать от обязанностей и явиться по приглашению во дворец в день рождения Её Величества. Женщины злопамятны и ранимы, не стоит их обижать без необходимости. Черноволосый красавец, изобразив скучающую великосветскую усмешку, склонил гордую голову в согласном поклоне. Мол, явится, не потеряете. Бросив напоследок ещё один весёлый взгляд на Дикона, король отошёл к своей свите. Проводивший его любопытным взглядом надорец заметил, что всё это время за ними насторожёно наблюдал незнакомый старик в сутане. Как раз в этот момент служка подал ему богатый бархатный плащ и перчатки, тем самым отвлекая внимание старика от Ричарда. Тот лишь пожал плечами. Глаза церковника смотрели сурово и неодобрительно, заставляя вспомнить о строгом школьном учителе по землеописанию, который любил колотить провинившихся учеников линейкой по пальцам. Пребольно. - Что ж, вы можете гордиться собой, юноша,- негромко заговорил маршал своим приятным мягким баритоном, неторопливо натягивая на руки кожаные перчатки.- Всего за один день вы умудрились оскорбить ныне правящего монарха сразу несколькими разнообразными способами, но получили взамен только улыбку. Ваше счастье, что он не не держит зла на придворных за нарушение дворцового церемониала, иначе быть бы вам наказанным как расшалившемуся мальчишке. Угроза не особенно пугала. Дик просто закатил глаза. Ему до смерти надоело чужое притворство и хотелось уже выскочить на улицу, чтобы распрощаться, наконец, с этими сумасшедшими лицедеями. Он молча последовал за устремившимся к выходу мужчиной, прошёл вслед за ним под сводами выложенного ребристыми плитками короткого арочного коридора, оживленно огляделся в поисках сетевой шаддийной и ресторана, где подавали бы фастфуд... и тут обалдел. Секундочку, что случилось с городом?! Где линии электропередач, где все такси, огромные электронные табло с рекламой, неон и постеры с суперзвёздами, напоминающими о ближайших концертах в Оллар Плаза?! Почему все ездят на лошадях и что, Чужого ради, на всех надето?! Мир сошёл с ума? Или это только Дику мерещится недоброе? Он заторможенно обернулся к черноволосому маршалу, который с невозмутимым достоинством дожидался, когда смуглый кэналлиец подведёт ему коня. Ну, как коня... скорее уж четырёхкопытную громадину с густющей длинной гривой и хвостом. Конь вздёргивал головой, как будто ему досаждало соседство с неприятным двуногим и этатварь закатная угомонилась только тогда, когда его шеи коснулась ласковая рука с сапфировыми кольцами. Обомлевший Дик только хлопал глазами и поверить не мог в то, что видит. Должно быть, его приложило мячом куда сильнее, чем он думал. Как ещё можно было бы объяснить весь этот дурдом? Спектакль - кошки с ним. Но не могла же притворяться и вся остальная улица?! Или что, в Олларии начали снимать масштабный фильм, отведя под декорации целый квартал?! Нет, это бред какой-то. Хотя многое бы объяснило. По крайней мере, не пришлось бы самого себя записывать в скорбных головой. - Что вы застыли, юноша?- ехидно поинтересовался маршал с высоты своего вороного чудища. И когда только успел взлететь на эдакую верхотуру?- Не вы ли так рвались скорее отдохнуть? Забирайтесь в седло и поехали. Не тратьте моего времени попусту! Обидная подначка почти не задела Дика. Он перепуганно таращился на короткохвостого конька с таким же обалделым взглядом, что и у него самого. - Ты тоже ни кошки не понимаешь в происходящем, да?- сочувственно пробормотал Дик, заглядывая в его слезящийся карий глаз. Конёк тряхнул башкой, заставив надорца шарахнуться. "Забраться в седло и не тратить времени" было для него проблематично по той простой причине, что Ричард не умел в верховую езду. Вот совсем. Это Арно, по долгу учёбы увлекаясь историей и реконструкторством, вовсю практиковал все эти устаревшие штуки, которые круг назад считались неотъемлемой частью обучения любого дворянина. Ричард, конечно, был Окделлом, но никто у них в семье с фамилией как с писаной торбой не носился. А знатность... её на хлеб не намажешь. В нынешний век миром правили деньги, а не степень чистоты крови. Посему и старинные традиции давно канули в лету. Живых коней сейчас можно было встретить только где-нибудь в цирке или на иподроме. Ну, и на картинках в интернете... - Юноша, вы заснули там, что ли?! Живо седло и едем!- рассердился маршал и Дик вздрогнул заодно с прянувшим в сторону буланым (?) коньком. - Зверь он всё-таки,- пожаловался он животинке.- Вон как рычит. Всё же пришлось слушаться приказа и карабкаться на конягу. Удалось это Дику попытки с четвёртой, не меньше. Неудобнее всего оказалось обращаться со стременем. Попробуй, ракорячься, задрав ногу до пояса, чтобы с помощью этой опоры закинуть правую конечность на спину шевелящегося транспортного средства! Ричарду постоянно казалось, что он сейчас свалится прямо под копыта, потому что коняга решительно отказывалась стоять неподвижно. Взгромоздившись, наконец, на несчастное животное, он обозрел окрестности с новым горизонтом событий. Итак, представление или его чудоковатый сон всё продолжался и теперь, словно пленник собственного сновидения, Ричард с самым идиотским видом куковал на коне, каждую секунду опасаясь съехать с него наземь. Было отчаянно тревожно и волнительно. А ещё рука ныла. И маршал этот проклятый глазел на него со скалящегося закатного чудища своими синими как южное море глазищами - оба выглядели крайне позабавленными представшим перед ними зрелищем. Ричард решил отыгрывать герцога до конца и горделиво выпятил грудь. И челюсть, чтобы казаться порешительнее, за что заработал маршальскую кривую усмешку. Тряхнув головой, красавчик развернул своего вороного и подтолкнул его пятками в бока. Ричард повторил это нехитрое действие и удивился, когда его конёк послушно затрусил следом за ричардовым обидчиком. Ладно. Теперь главным было удержаться в седле, а разбираться в ситуации, похоже, придётся по ходу дела.