Между секундами

Весть о том, что Астрогор вырвался из заточения, разлетелась по замку за считанные часы. Она просачивалась сквозь стены, как запах гари, проникала в каждую щель, в каждый разговор, в каждый взгляд. Люди ходили быстрее обычного. Голоса звучали тише. Даже часовые механизмы, казалось, тикали напряжённее — словно сам замок готовился к осаде. Василиса почти не спала. Она лежала в темноте, глядя в каменный потолок, и машинально поглаживала пальцами браслет часовой стрелы на запястье. Холодный металл успокаивал. Она прокручивала в голове всё, что знала о Ровантурах. Древний род, один из тех, что стояли у истоков часовой магии наравне с Эфларусом. Когда-то Ровантуры были в числе самых уважаемых семей — часовых мастеров, архитекторов времени, советников королей. Но они ушли слишком глубоко в тёмные искусства, связались с теми силами, которые лучше было не тревожить, и в итоге оказались по другую сторону баррикад. Во время последней войны Ровантуры сражались на стороне Астрогора — и были уничтожены почти полностью. Почти. И вот теперь они вернулись. Василиса села на кровати. За окном — если можно было назвать окном проём, выходящий во временной разлом, — клубилась всё та же фиолетово-чёрная бездна, прошитая серебряными нитями. Где-то вдалеке она заметила несколько стремительных силуэтов. Это были феи из патрульного крыла Ордена Дружбы — высокие, стройные, с часовыми стрелами на запястьях, как у любого часовщика. Их полупрозрачные, сотканные из света и времени крылья, рассекала потоки, оставляя серебристый след. Сейчас крылья пульсировали тревожным алым — феи явно спешили с донесением. Василиса проводила их взглядом и почувствовала, как внутри сжимается холодный узел. Она поднялась, накинула плащ прямо поверх ночной рубашки и вышла в коридор. Ноги сами несли её в библиотеку. В библиотеке горел свет. За длинным столом, заваленным свитками и фолиантами, сидела Дейла. Её волосы были распущены, и пламя свечи отбрасывало на лицо тёплые, дрожащие тени. Рядом — Диана Фрезер с покрасневшими от усталости глазами. Чуть поодаль Ник Лазарев просматривал какой-то свиток, водя пальцем по строчкам. — Не спится? — спросила Дейла, не поднимая головы. — Как и вам. — Василиса села рядом. — Что нашли? Дейла отодвинула манускрипт и потёрла виски. — Немного. Ровантуры — старый род. Их генеалогия запутана. Но есть кое-что. Родоначальником считается Корнелиус Ровантур, часовой архитектор, живший около четырёхсот лет назад. Он одним из первых экспериментировал с разломами и, говорят, открыл способ черпать силу напрямую из безвременья. — Оттуда, где сейчас Астрогор, — уточнила Диана. — Именно. Связь между ними глубже, чем мы думали. Это не просто союз. Это родство. — В прямом смысле, — подхватил Ник, поднимая голову. — Мы нашли запись о брачном союзе между одним из Ровантуров и женщиной, которую называли «дочерью безвременья». Если верить хроникам, она была не человеком. Тенью. Осколком тьмы, обретшим плоть. Выходит, в жилах Ровантуров течёт кровь Астрогора. Повисло молчание. Василиса переваривала услышанное. — Значит, клятву мог активировать кто угодно из выживших, — сказала она. — Любой, в ком есть хоть капля этой крови. — Именно. И мы не знаем, сколько их выжило. Они просидели в библиотеке до рассвета. Диана задремала, положив голову на скрещённые руки. Ник ушёл около четырёх, чтобы успеть на патруль. Дейла и Василиса остались вдвоём. — Ты боишься? — спросила Дейла негромко. Василиса помолчала. — Да. За всех нас. Дейла взяла её за руку. Ладонь у неё была тёплая, сухая, с чуть шершавыми подушечками пальцев. — Это нормально, — сказала она. — Я тоже боюсь. Но страх — не слабость, если ты не даёшь ему управлять тобой. — Ты говоришь прямо как Миракл. — Я училась у него, — улыбнулась Дейла. — Как и ты. Василиса чувствовала, как внутри отпускает тугой узел. С Дейлой всегда было так. Она умела успокаивать одним присутствием. — Иди поспи, — сказала Дейла. — Завтра будет тяжёлый день. — Ты тоже. — Я ещё посижу. Хочу проверить кое-что. У дверей Василиса обернулась. — Дейла. Спасибо, за всё. Сестра кивнула, снова склоняясь над манускриптом. ——— Утро наступило быстро. В тренировочный зал Василиса вошла ровно без пяти пять. Фэш уже был там, разминал плечи. На его запястье часовая стрела пульсировала тусклым светом. Рядом — Маар Броннер и Захарра Драгоций, поправлявшая ремешки на тренировочных перчатках. Чуть позже подошли Ник и Диана. — Огнева, — бросил Фэш, не оборачиваясь. — А я думал, ты проспишь. — Драгоций, — отозвалась она. — А я думала, ты устанешь ждать. Жаль, что ошиблась. Маар кашлянул, пряча улыбку. Захарра посмотрела на брата с укором. Фэш только усмехнулся. Тренировка шла полным ходом. Василиса отрабатывала выброс эфера — мысленно приказав, она заставила свою стрелу вытянуться из браслета в ладонь, превратившись в золотистое оружие. С кончика стрелы сорвался сгусток чистой часовой энергии и ударил в манекен, оставив на нём оплавленный след. Фэш двигался рядом, его тёмная стрела метала эферы с хирургической точностью. Маар работал над силовыми атаками — его эферы были крупнее и мощнее, но менее прицельными. Захарра плела защитные сети, её тонкая стрела вычерчивала в воздухе серебряные кружева. Ник и Диана прикрывали друг друга, действуя слаженно, как единый организм. В зал вбежал запыхавшийся посыльный. За его плечом виднелась фея-вестник. Она выглядела встревоженной: крылья подрагивали, а пальцы нервно сжимались на браслете. — Нападение! — выкрикнул посыльный. — У восточной границы! Ровантуры! Тишина упала мгновенно. — Сколько? — Фэш уже сжимал стрелу, готовую вытянуться в боевое положение. — Не знаю! Много! Прорвали патруль, есть раненые! Василиса переглянулась с Фэшем. Их глаза встретились — и этого хватило. — Орден Дружбы — за мной, — скомандовал он. — Маар, Захарра — правый фланг. Ник, Диана — левый. Огнева — со мной, в центре. Через три минуты отряд уже уходил во временной переход. Фея-вестник летела впереди, указывая путь. ——— Восточная граница представляла собой узкое ущелье между двумя временны́ми пластами — тем, где время текло нормально, и тем, где оно застыло намертво. Здесь всегда царил полумрак: свет, проходя сквозь слои остановленного времени, искажался, приобретал зеленоватый оттенок. Воздух был холодным и разреженным, как на большой высоте, и каждый вдох давался с усилием. В вышине кружили несколько фей-дозорных из патруля. Их крылья рассекали воздух с тихим свистом, а часовые стрелы на запястьях были вытянуты в боевое положение. Они обменивались эферами с кем-то внизу, но силы были неравны. Одна из фей, раненная, теряла высоту, а её крылья уже тускнели. Чуть дальше, на скальных выступах, Василиса заметила тени. Это были люты. Высокие, мускулистые фигуры. Лютов было трое, и они не вмешивались в схватку, наблюдая сверху. Но их присутствие не сулило ничего хорошего. Люты никогда не вступали в союзы с часовщиками — точнее, не вступали до сих пор. Картина, открывшаяся внизу, заставила Василису сжать челюсти. Патруль был разгромлен. Трое часовщиков лежали на камнях — один без движения, двое пытались подняться, зажимая раны. Их часовые стрелы, всё ещё в боевом положении, дымились, но были бессильны против превосходящего противника. В воздухе висел запах крови и горелой плоти — такой, какой бывает только после тёмной магии. А в центре ущелья, полукругом, стояли фигуры в тёмно-багровых плащах. Ровантуры. Их было около дюжины — высоких, широкоплечих, с лицами, скрытыми под глубокими капюшонами. Но даже не видя лиц, Василиса чувствовала их взгляды — тяжёлые, давящие, пронизывающие до костей. На запястьях у каждого поблёскивали часовые стрелы — тёмные, с багровыми прожилками. От них исходила сила, древняя и тёмная, и воздух вокруг них дрожал, как над раскалённой дорогой. Их возглавляла женщина без капюшона — бледное аристократичное лицо, чёрные с проседью волосы, стянутые в тугой узел. Глаза — чёрные, без белков, наполненные той самой маслянистой тьмой, которую Василиса видела в шкатулке. На её запястье пульсировала массивная часовая стрела, оправленная в тёмное серебро. — Вот и Огнева, — произнесла она. Голос у неё был низкий, с лёгкой хрипотцой, как у человека, привыкшего много говорить шёпотом. — Мы ждали тебя. — Кто ты? — спросила Василиса, выступая вперёд. Фэш попытался заслонить её, но она отстранила его руку. Её стрела уже вытянулась в ладонь, готовая метать эферы. — Я — Моргана Ровантур, — ответила женщина. — Последняя из прямого рода. И я пришла вернуть то, что принадлежит моей семье по праву. — Здесь нет ничего твоего, — отрезал Фэш, и его стрела с тихим звоном вытянулась в руку. Моргана посмотрела на него — и улыбнулась. Улыбка вышла холодной, как лезвие ножа. — Драгоций, — протянула она. — Да-да, я знаю, кто ты. Сын своего отца, внук своего деда. Твоя кровь тоже могла бы послужить нашему делу, но ты выбрал не ту сторону. — Я выбрал свою сторону, — ответил Фэш. — И это всё, что тебе нужно знать. Моргана покачала головой, словно разочарованная мать. — Что ж. Значит, вы все умрёте. Она вскинула руку — и бой начался. ——— Ровантуры ударили первыми. С их стрел сорвались эферы — не серебристые, как у часодеев, а багрово-чёрные, оставляющие в воздухе дымный след. Василиса выбросила вперёд свою стрелу, и серебристый эфер столкнулся с тёмным. Вспышка, грохот, запах пепла. — Держать строй! — крикнул Фэш, метая эферы с обеих рук. Маар и Захарра работали на правом фланге. Маар, чья стрела в боевом положении становилась похожей на короткое копьё, бил мощными зарядами. Его эферы были крупнее обычных и при столкновении с тёмной магией взрывались ослепительными вспышками. Захарра прикрывала его куполами, её тонкая стрела плела защитные сети, о которые разбивались вражеские эферы. Ник и Диана держали левый фланг. Ник стрелял длинными, прицельными эферами — каждый выстрел достигал цели. Диана, превозмогая боль в плече, ставила щиты, а её стрела вычерчивала в воздухе зеленоватые барьеры. Василиса и Фэш сражались в центре. Их эферы летели синхронно, перекрещиваясь, сбивая тёмные заряды. Она чувствовала его рядом — не видя, но зная каждое его движение, каждый выброс энергии. Они сражались как единое целое. Один из Ровантуров прорвался сквозь строй и бросился на Василису. Его стрела вытянулась в длинный клинок, и он замахнулся. Она блокировала удар своей стрелой — металл столкнулся с металлом, высекая искры. Они закружились в ближнем бою. Противник был силён, но Василиса оказалась быстрее. Она поднырнула под его руку и выбросила эфер в упор — голубоватый сгусток ударил в грудь, и Ровантур рухнул, рассыпаясь чёрным пеплом. — Сзади! — крикнул Фэш. Она обернулась. Ещё двое. Они сражались спиной к спине. Фэш метал эферы, Василиса прикрывала его клинком. Один из Ровантуров зашёл сбоку, но Василиса перехватила его удар на стрелу, отшвырнула и добила эфером. Второго снял Фэш — точный выстрел в голову. Но врагов было больше. И они не уставали. Скалы ожили. Люты, наблюдавшие за боем, расправили крылья — и спикировали вниз. Их часовые стрелы, массивные и грубые, вытянулись, готовые к атаке. Один из лютов приземлился прямо перед Василисой, и она впервые увидела его лицо вблизи: резкие, словно высеченные из камня черты, горящие жёлтым глаза, плотно сжатые губы. Он был выше Фэша на голову, и его крылья создавали за спиной зловещий ореол. — Уходите, — прорычал он. Это был не совет, а предупреждение. — Вам здесь не место. — С каких пор люты сражаются за Ровантуров? — спросил Фэш, становясь между лютом и Василисой. — С тех пор, как они предложили нам то, чего не предложили вы. — Лют оскалился. — Свободу от времени. Моргана вскинула обе руки, и воздух потемнел. Из земли начали подниматься полупрозрачные фигуры — мёртвые души, призванные из прошлого. Их стрелы, призрачные, но смертоносные, метали заклятия, проходящие сквозь обычные щиты. Один такой эфер пробил защиту Дианы и ударил ей в плечо. Диана вскрикнула и упала на колено. — Диана! — крикнул Ник, подхватывая её. — Отступаем! — приказал Фэш. Голос его прозвучал жёстко, но Василиса услышала в нём то, чего никогда не слышала раньше. Страх. Не за себя. За них. — Я прикрою, — сказала она, становясь рядом с ним. — Нет. — Он схватил её за локоть. — Ты уходишь вместе со всеми. — Я не оставлю тебя! — Огнева! — Он развернул её к себе. На мгновение их лица оказались совсем близко. — Не спорь. Вытащи их. Я догоню. И, не дав ей возразить, он толкнул её в сторону выхода — туда, где Маар уже тащил раненых, а Захарра открывала портал. Василиса колебалась лишь секунду. Потом, стиснув зубы, бросилась к своим. Вдвоём с Ником они подхватили Диану. Захарра закончила плести портал, и ослепительная вспышка разорвала полумрак ущелья. Последнее, что увидела Василиса перед тем, как проход закрылся, — Фэша, в одиночку стоящего против целой армии мёртвых, пока люты пикировали на него с неба. ——— Портал выбросил их в главном зале Расколотого замка. Отряд рухнул на каменные плиты — кто на колени, кто плашмя. Василиса успела сгруппироваться при падении и теперь сидела, тяжело дыша, прижимая ладонь к ноющему боку. Туника была разодрана, и сквозь прореху виднелась длинная царапина, оставленная тёмным эфером. Рана кровоточила, но неглубоко — жить будет. Её стрела, всё ещё в боевом положении, дымилась. Диана была без сознания. Её плечо почернело в том месте, куда попал эфер, и от раны расходились тонкие чёрные нити, похожие на трещины на фарфоре. Ник, сам израненный, склонился над ней, пытаясь нащупать пульс. Маар сидел у стены, зажимая рану на бедре. Его лицо было бледным, но выражение оставалось спокойным — как всегда. Захарра, целая и невредимая внешне, дрожала, обхватив себя руками за плечи. Её тёмные глаза были широко распахнуты, и в них застыл ужас. — Фэш, — прошептала она. — Он остался там. Василиса поднялась. Ноги дрожали, но она заставила себя выпрямиться. — Нужно вернуться, — сказала она. — Нужно… — Стоять. Голос Нортона Огнева-старшего прогремел над залом. Он вошёл стремительно, за ним — Дейла, Чёрная Королева, Миракл, Александр Драгоций, Родион Хардиус, Феликс и Норт Огнев-младший. Все они, должно быть, почувствовали всплеск тёмной магии и пришли на звук портала. — Что произошло? — спросил Нортон, обводя взглядом истерзанный отряд. — Ровантуры, — доложила Василиса, с трудом выталкивая слова. — Засада на восточной границе. Их ведёт Моргана Ровантур. Она призвала мёртвые души. И… — она перевела дыхание, — с ними люты. Я видела троих. Они на стороне Ровантуров. Фэш остался прикрывать отход. Нортон выругался сквозь зубы. Чёрная Королева побледнела ещё сильнее. Дейла прижала ладонь к губам. Александр Драгоций, услышав имя племянника, сжал челюсти так, что желваки заходили под кожей. — Люты, — медленно произнёс Родион Хардиус — Если они перешли на сторону Астрогора, это хуже, чем мы думали. Люты — гордый народ. Они не вступают в союзы просто так. Моргана предложила им что-то очень ценное. — Свободу от времени, — прошептала Василиса, вспоминая слова лютого. — Он сказал: «Свободу от времени». Взрослые переглянулись. — Этого не может быть, — произнёс Миракл, опускаясь на колени перед Дианой и начиная осмотр. — Свобода от времени — это миф. Никто не может существовать вне потока. — Однако люты в это верят, — сказала Чёрная Королева. — И ради такой награды они пойдут на всё. Миракл, не теряя времени, уже работал над раной Дианы. Феликс, его сын, ассистировал — его тонкая стрела светилась, удерживая магический фон. — Тёмная магия, — констатировал Миракл. — Глубокая. Если не извлечь сейчас, пойдёт в кровь. — Делайте что нужно, — приказал Нортон и снова повернулся к Василисе. — Сколько их было? — Около дюжины Ровантуров, трое лютов. Плюс мёртвые души. — Она сглотнула. — Отец, нужно немедленно… — Я знаю, что нужно. — Он оборвал её, но в голосе не было резкости — только усталость и горечь. — Дейла, Миракл, Феликс — остаётесь с ранеными. Чёрная Королева, Норт, Александр, Родион — со мной. Откроем портал обратно. — Я с вами, — твёрдо сказала Василиса. — Ты ранена. — Царапина. Я в порядке. И я не оставлю его там. Нортон посмотрел на неё — долгим, тяжёлым взглядом. Что-то в нём дрогнуло. — Хорошо, — сказал он наконец. — Но держись позади. И если я скажу уходить — уходишь. Поняла? — Да. Они уже начали плести портал, когда воздух в центре зала задрожал и разорвался сам. Из вспышки вывалился Фэш. Он был жив. Но в каком состоянии. Лицо залито кровью из рассечённой брови. Одежда изодрана в клочья. На левом предплечье — глубокая рана, из которой всё ещё сочилась кровь, смешанная с чёрной субстанцией. Его часовая стрела, всё ещё в боевой готовности, дымилась, и с неё капала чёрная слизь. За его спиной, медленно истаивая, дрожали вызванные крылья. Видимо, он использовал их, чтобы уйти от погони. Крылья гасли, теряя очертания, и через мгновение исчезли совсем. Фэш тяжело дышал, но на ногах держался. Захарра бросилась к нему, но он остановил её жестом. — Я в порядке, — хрипло произнёс он. — Раненые? — Все живы, — ответил Ник. — Диана… Миракл и Феликс над ней работают. Фэш кивнул. Потом его взгляд нашёл Василису. На мгновение что-то мелькнуло в его глазах — облегчение? тревога? — но он тут же отвёл взгляд. — Они отступили, — сказал он, обращаясь к Нортону. — Но ненадолго. Моргана сказала, что это только начало. Что скоро они ударят по замку. Всеми силами. Люты с ними — я слышал, как они переговаривались. Это полноценный союз. И ещё… — Он поморщился, зажимая рану. — У них есть оружие. Какое-то древнее устройство. Моргана назвала его «Сердце Разлома». Сказала, что оно способно разрушить временной карман целиком. Повисло молчание. Василиса видела, как переглянулись взрослые. Если разлом будет разрушен, Расколотый замок перестанет существовать. Вместе со всеми, кто в нём находится. — Нужно узнать больше, — произнёс Миракл, поднимаясь от раненой Дианы. — Что такое Сердце Разлома, где оно находится, как его уничтожить. — Я знаю, с чего начать, — тихо сказала Дейла. Все обернулись к ней. — В библиотеке я нашла упоминание о родовом гнезде Ровантуров, — пояснила она. — Древняя усадьба в восточном временно́м кармане. Она считалась заброшенной, но если Моргана и её люди где-то прячутся — скорее всего, там. Там же может быть информация об оружии. — Значит, пойдём туда, — сказал Нортон. — Нет, — покачала головой Дейла. — Это слишком опасно. Если они ждут нападения, то подготовили ловушку. Нужно действовать иначе. Отправить небольшой отряд разведчиков. Тех, кто сможет проникнуть незаметно. — Я пойду, — тут же вызвалась Василиса. — Нет, — отрезал Фэш одновременно с Нортоном. Они переглянулись — впервые за долгое время в их взглядах было не противостояние, а единодушие. — Я не спрашиваю разрешения, — спокойно ответила Василиса. — Я — член Зодчего Круга и Ордена Дружбы. Я лучше всех знаю восточный сектор. — Именно поэтому ты и не пойдёшь, — возразил Фэш. — Ты нужна здесь. — А ты? — Она посмотрела на него в упор. — Ты ранен. Тебе лечиться надо. — Я в порядке, — повторил он, но голос прозвучал менее убедительно. — Хватит. — Чёрная Королева подняла руку. — Сначала — лечить раненых. Потом — совет. А пока никто никуда не идёт. Это приказ. Василиса хотела возразить, но осеклась. Усталось взяла верх.