Рин

Рин не имел работы, а потому катастрофическую важность приобретал вопрос об убийстве своего свободного времени. Впервые за год его службы у Витинари у него закончились поручения. Вынужденное бездействие патриций назвал «отпуском», но метатель значения этого слова не понял. Теперь он все чаще чувствовал себя стражником, то есть просто гулял по городу и ничего другого не делал. С раздражающей регулярностью он находил себя в ходе этих прогулок у дома Джо или под окнами квартиры Диона, но ни туда, ни туда так ни разу и не зашел. Надо сказать, что с началом работы на патриция приоритеты и интересы Рина значительным образом изменились. В Гильдии его хобби было развязывать драки и вступать в них. Это давало вкус жизни, который Рин всегда находил в азарте, риске и непосредственной близости смерти. Однако теперь, когда каждое его поручение имело государственную важность, а цена провала была намного выше двадцати долларов, этот самый вкус он мог почувствовать, работая, поэтому в свободном времени не нуждался. Его наличие просто угнетало его. Когда не было работы, оставался только Рин. Наемник не любил его: слишком много мыслей, непонятных чувств, поэтому всегда старался сбежать от него в работу. В Гильдии Рин его вполне устраивал, даже иногда нравился. А может, тогда просто было больше мест, где можно от него спрятаться. В любом случае он все время, когда не работал, имел лишь несколько целей: оставаться в живых как можно дольше (об этом напоминал длинный шрам на правой ладони, такой же как у Джо и близнецов) и следить за тем, чтобы у дорогих ему людей все было хорошо. Поэтому он продолжал выслеживать Диона (в договоре было сказано «не появляться на глаза». Дион его в это время не видел) и слать деньги супругам Маркс. Письма Джо он очень любил. Он всегда ждал их с нетерпением, перечитывал по несколько раз, а потом аккуратно складывал в шкатулку, где до этого хранил деньги, к другим письмам. Много раз он тоже порывался что-то написать. Садился за тот самый бесполезный письменный стол, доставал бумагу, заносил карандаш, начинал вспоминать, что же происходит в его жизни… и неизменно откладывал эту затею. Ведь он действительно не знал, что писать. Он, живя с другом, был неразговорчив, что-то вытянуть из него всегда давалось проблематично, а предать что-то бумаге… Нет, бумаге он не доверял точно также, как больницам и любым видам оружия кроме метательных ножей.  Хотя, проще, наверное, перечислить, чему или кому он доверял. * * * Дион давно потерял бдительность. Точнее он ее и не имел. За год он вполне обосновался в Анк-Морпорке и успел привыкнуть к работе гигантского механизма этого города. Он играл на площади, ходил домой, развлекался как мог, даже нашел несколько друзей-музыкантов. Он был простым жителем, а простые жители обычно видят только то, что доступно к пониманию их простым умом и то, что хотят видеть, следовательно подвоха он не видел нигде. Рин тоже был простым, но он видел подвох даже там, где его нет. Безошибочно определять наличие подвоха могут только люди сложной натуры. Самое лучшее, что сделал Дион для своей безопасности — это попался на пути метателю из тринадцатой компании. Еще он купил долгосрочную протекцию от Гильдии Воров и научился обходить Тени стороной, но учитывая уровень преступности этого города, ничего это ему не гарантировало. Разбойники разной степени трезвости могли попасться где угодно: от барной стойки до сточной канавы или Анка. По не самой счастливой случайности в этот день они выбрали местом своего пребывания именно тот переулок, которым всегда пользовался арфист из Лламелоса. — Ты че эльфис чтоле? - прохрипел голос кого-то из них, когда они уже заставили парня остановиться. — Нет, я человек. Вам что-то нужно, господа? — Так это… деньги есть? - пробасил уже другой голос. — Денег нет, - деньги были, но Диону они и самому понадобятся. — А если найду? - арфист вздрогнул, почувствовав хватку длинных пальцев на своей шее сзади. Схвативший очень невыгодно загреб его волосы, так что ему пришлось сжаться и откинуть голову назад, чтобы пряди не тянули кожу головы. Впрочем, пробыли они в таком положении очень недолго, потому что, когда в тебя прилетает нож, меньше всего думаешь о том, чтобы остаться неподвижным. Они все отступили в разные стороны от того места, куда он прилетел, хотя надо было избегать места, откуда он появился. Оно уже успело переместиться, поэтому если предыдущий нож летел сверху вниз, то траектория этого выстраивалась уже строго по горизонтали. Дион, о существовании которого уже все забыли, аккуратно стал отступать назад, чтобы о нем ни в коем случае не вспомнили. Теперь он наблюдал со стороны за тем, что уже очень долгое время назад советовал увидеть лидер тринадцатой компании: Рин в бою с тремя грузными мужчинами. Удивительно, но за семь минут они все остались живы. Без возможности самостоятельно передвигаться, конечно… — Рин! - наемник бросил на него лишь один короткий взгляд и сделал движение с намерением скрыться, - Подожди. - он остановился, но оборачиваться не стал. Тогда Дион сам обошел его, чтобы встать к нему лицом, с удовольствием отдаляясь от неприятных стонов, - Не уходи больше. Я тебя искал. Наемник не в полной мере осознал смысл сказанного. Он и не принимал попыток. Сейчас его разум отказывался работать, потому что… Последний раз Диона он видел так близко, когда… Лучше и не вспоминать.      Арфист ступил к нему еще на шаг, и он неосознанно отстранился. Музыкант вспомнил особенности общения Рина, поэтому всецело перешел на невербальный язык. Самым точным объяснением он нашел одно действие: он обвил руками плечи метателя и чуть ли не навалился на него всем телом. Глаза наемника  широко раскрылись. Его сердце уже ликовало, а разум по-прежнему отказывался работать и брать под контроль тело. Он оставался неподвижен. Потом его руки сами собой крепко сжались на спине у Диона. Теперь он почувствовал покой. Счел это поводом и прижал парня к себе еще сильнее.