Рин

— Стукпостук нашел это в числе входящих. Держи, прочитай, - патриций Витинари вручил Рину странного вида листок с рукописным текстом. Рин прочитал, - Ну, что думаешь? — Доклад о каком-то тайном обществе, сэр. - за четыре года работы у патриция наемник привык к тому, что задания приходится формулировать самостоятельно, но, поскольку умом с Витинари мало кто мог сравниться, а Рин — тем более, у него не всегда получалось, поэтому правителю приходилось давать более точные инструкции. — Да. А что насчет их схемы работы? - Рин еще раз заглянул в листок, уже не пытаясь там что-то прочесть, а просто для вида. — Довольно жестоко, сэр, и крайне непрактично. — Практично или нет, но под угрозой находится много людей. Конечно, если это не ложное донесение. В общем, разузнай и разберись с ними по необходимости. - Витинари, разделавшись с таким минутным делом, как дача указаний личному наемнику, снова погрузился в кроссворд, но Рин не уходил, поэтому патриций заговорил вновь, - Я как-то наводил статистику и выяснил, что около восьмидесяти процентов тайных обществ в Анк-Морпорке разводят свою деятельность против меня. Так что, поддерживая репутацию тирана, я скажу, что в данной ситуации мне интересна только сохранность моего положения. Что-то еще? — Да. Почему вы не отдали это Ваймсу? Мне кажется, это дело в самый раз для Стражи. — Очевидно. Потому что я не хочу разводить скандалов. Если за дело берется Ваймс, весь город встает на уши. Вспомни хотя бы тот случай, когда меня пытались отравить. — О, да. Я помню. Тогда к нам в Гильдию несколько раз приходили стражники и допрашивали отравителей, - Джо тогда сильно переживал. — Если больше у тебя вопросов нет, не смею тебя задерживать. Стук в окно вырвал Диона из весьма пограничного состояния постепенного погружения в сон, заставив снова вернуться к полноценному бодрствованию. Он, еще не до конца проснувшись, выглянул в окно, а после и открыл его. Рин уселся на раму. — О, это ты. Давно тебя не видел. Зачем пришел? - заторможенное сознание музыканта позволило ему что-то сказать только через тридцать секунд. — Да так. Резко вспомнил, что у меня есть парень. Странно было называть это отношениями. Рин, хоть время от времени и радовался тому факту, что имеет с кем-то романтические связи, на самом деле сам в них не верил, да и значительную часть чувств к Диону утерял, в чем себе, разумеется, не хотел себе признаться. Причем утерял давно, в то время, когда распалась тринадцатая компания. Это сложно было заметить, особенно в самом себе, но со времен смены рабочего места в нем сильно прибавилось равнодушия. И если в первые годы его работы наемным убийцей безразличие  было ему необходимо, чтобы не стать таким, как Чайчай, то есть не жить жаждой принести кому-то страдания, то сейчас эта холодность поглощала все те чувства, которые можно было счесть положительными. Он больше не испытывал смутного волнения и трепета по отношению к парню, теперь он стал с ним абсолютно спокоен. О его сохранности он заботился уже просто по привычке, думая больше о нем, чем о себе в том случае, если произойдет что-то необратимое. Почему он зашел сейчас? Хороший вопрос. По причине какой-то призрачной тревоги. До этого он еще несколько дней боролся с неприлично сильным желанием зайти к другу и останавливал себя только тем, что Джо, должно быть, будет в негодовании от того, что за четыре года он объявился лишь единожды, а сам Рин понятия не имеет, что сказать, как и не знает, зачем приходил. Уверен он был только в одном: последняя миссия касательно тайного общества, настроенного против Витинари, изводит его, как ничто другое из всех заказов, что он когда-либо выполнял. Дион, если быть совсем уж честными, предпочитал игнорировать факт, озвученный Рином только что. — Да, я и сам иногда забываю, - сказал он только для того, чтобы его слова растворились в воздухе, так и оставшись неуслышанными. — Я сейчас над важным делом работаю… - задумчиво произнес Рин, а потом вдруг посмотрел на своего парня так, будто удивился его здесь увидеть, - Это тайное общество. Очень крупное. Я следил за ними почти три месяца и теперь уже точно знаю вообще все, - он говорил раза в четыре больше, чем обычно, будто за раз решил использовать весь запас слов, что копил всю жизнь. Он был не на шутку встревожен. И, вероятно, пьян, - У них есть связи абсолютно везде. Их цель — вернуть в город монархию, - он рассмеялся, что было вообще очень странно да и звучало бы нервно, если бы речь не шла о Рине, - Не они первые, не они последние. Но ты знаешь, я все удивляюсь: в их рядах полгорода, а революции все никак не случается. А все оттого, что их главари — идиоты. Они сами себе мешают. Мне даже порой кажется, что их цель не столько свергнуть Витинари, сколько потрогать руками власть, вот они и собирают насильно простых людей под свое управление, чтобы повелевать их жалкими жизнями и наслаждаться. Я еще когда впервые услышал о них, подумал, что их методы крайне неэффективны, вот и убедился. Зато мне так проще работать. Их… начальство? Те, кто всем управляет, носят полностью черные плащи, они там почти единственные, у кого не видно лиц. Их проще заметить У остальных капюшоны внутри светлее, и они, по крайней мере абсолютное большинство из них, втянуты туда насильно под угрозой расправы с близкими. Так что поменьше общайся с людьми, особенно с теми, кто тобой дорожит. — Мне кажется в этом городе мной дорожишь только ты, - Рин, уже вылезая наружу, задержал  на нем долгий взгляд. — Тем более. Сегодня я собираюсь закончить это дело. Нужно будет только перебить этих Черных, и тогда общество рассосется. Город вздохнет полной грудью, - наемник говорил, уже сидя спиной к парню, и он, как музыкант, не смог не оценить особенное звучание его голоса. Особенное в основном потому, что слышал он его очень редко, - Ну, или хотя бы тремя четвертями. В Анк-Морпорке вообще лучше не дышать полной грудью — мало ли чего надышишься. - Дион долгое время молча смотрел на его спину, но почему-то не заметил, как она пропала, а когда наконец заметил, только вздохнул и лег на кровать, однако спать уже не очень хотелось. Сказано — сделано. Рин уже знал, где они собираются, с какой периодичностью и каким составом, поэтому решение идти именно сегодня было не таким спонтанным, каким он его выставил. Он нашел нужное здание и незаметно прокрался в нужный зал. Были только Черные, но их было несколько больше чем он рассчитывал. Хотя вряд ли кто-то из них обладает достаточными способностями к самообороне, чтобы ему помешать, к тому же и преимущество в виде холодного оружия в этой битве у него. На собрание вряд ли кто-то носит арбалеты (оружие дураков). Действо выглядело так, будто они что-то обсуждали, но если это было и так, то предметом обсуждения являлась явно не причина существования всего общества, потому что иначе какие-то из их целей бы уже были достигнуты. Ведь общество, как понял Рин, существует уже около трех лет, а то и все пять. Либо все они обладают каким-то особым видом кретинизма, который не дает им сосредоточиться на главном. Либо главным они действительно считали расширение рядов, а не то, чем эти ряды должны были заниматься. В любом случае дело есть дело. Черные плащи, конечно, хороши для конспирации, ведь в предполагаемой загадочной темноте, которая присуща любому уважающему себя собранию тайного общества, темные капюшоны отбрасывают завидную тень, не оставляющую никакой возможности разглядеть лицо. Однако есть у них и один минус: обзор в таких капюшонах так же плох, как хороша сохранность конфиденциальности. Именно поэтому незваного гостя на собрании заметили только тогда, когда одна фигура безвольно упала на землю, сраженная ударом ножа в спину. Удар был не смертельным, но рана без скорой профессиональной медицинской помощи точно не оставляла шансов на выживание. В этой сфере Рин разбирался хорошо. Вслед за первыми возгласами ужаса и удивления начался бой. Ножи (теперь их было в арсенале больше пятнадцати) летали по залу в разные стороны, почти безошибочно находя свои цели в телах неугодных патрицию. Скоро, однако, орудия кончились, и Рину пришлось, уворачиваясь от десятков тянущихся к нему рук, снова собирать свои ножи, вытаскивая их их из трупов и полуживых тел. А живых как будто не становилось меньше. Около десятка лежали на полу, но еще вдвое больше находились в вертикальном положении. Кто-то из особо пугливых жался в стены, но в основном фигуры в плащах преследовали наемника с намерением как минимум ограничить его в передвижениях. Он не прекращал метать ножи: в грудь, в живот, в плечо, в бедро, в горло. Люди падали или медленно оседали на пол. Пусть многие раны и не были летальными, несчастные, их получившие, все равно будут здесь истекать кровью и в скором времени умрут. В ходе битвы на многих порвались плащи и откинулись капюшоны. Рин знал максимум человек семь во всем Анк-Морпорке, поэтому лица были сплошь незнакомые, однако ситуация все равно играла ему на руку: за годы работы он обзавёлся отличной памятью на лица, поэтому если сегодня кому-то удастся уйти, воли правителя ему все равно не избежать. Пока все шло хорошо, но по истечение четверти часа после первого трупа произошло два невыгодных наемнику события. Прежде всего кто-то, видимо, успел позвать подкрепление, потому что в зал высыпали обладатели странного сочетания серого цвета плаща и черных внутри капюшонов. А во-вторых, один из откинутых капюшонов показал смутно знакомое лицо. Рин мог долго в него не всматриваться: оно все равно навязчиво стояло в воображении, пока мысли за пределами сознания отчаянно добивались внимания всех остальных криками о том, что это важно. И наконец они были услышаны. Пока тело продолжало метаться от одного угла зала к другому, избегая хватки рук, принадлежащих людям больших габаритов, и точными ударами разреживать вражеские ряды, мозг занялся тем, что стал рыться в воспоминаниях, где должно было быть это лицо. И когда кто-то внутри него с оглушительным криком ликования извлек эту иконографию из архивов памяти, Рина внезапно пронзила одна лишь эта мысль. Эта же девушка в свадебном платье. Это Каролина, жена Джо. И вслед за ней хлынул бурный поток других мыслей с такой силой, что метателю даже стало трудновато контролировать движения собственного тела. Она в их кругу? Она поддерживает их идеи? Да к черту идеи, она поддерживает их методы? А может, она их и создает. В любом случае… Силы со временем иссякали, а с тем, как широка была сфера влияния общества, поддержка могла поступать еще бесконечно долго. Каролина не жалась к стене, не боялась, что ее заденут, но и не участвовала в попытках обезвредить наемника. Она просто стояла в некотором отдалении от основного участка действия и пыталась по частям собрать изрезанный капюшон, чтобы снова закрыть лицо. Но Рин, уже тяжело дышавший, все равно нашел ее в толпе и смотрел до тех пор, пока она не поймала его взгляд. Тогда он демонстративно выронил нож (увидела это только она, но ему не было дела) и крикнул ей: — Позаботься о Джо! - она сосредоточенно всматривалась в его лицо, пока могла, но она, увы, не обладала такой же памятью на лица, поэтому до нее дошло, только когда Рина уже удерживал десяток рук (он намеренно допустил секундное промедление, но этого трем Палачам и двоим Главным оказалось достаточно, чтобы полностью взять под контроль его движения, схватив оба плеча и предплечья, запястья за спиной и шею сзади) — Рин? - прошептала себе под нос Каролина, провожая взглядом удаляющуюся фигуру. Даже если она действительно все это устроила… она жена Джо и мама его дочери. Джо ее любит. Чтоб меня черти побрали, но это действительно важнее, чем судьба такого гнилого города, как Анк-Морпорк… и моя.