Корни на бетоне

Эдгар резко открывает глаза. В горле полный сушняк. Всё вокруг плывёт. Он думает, что сейчас очнётся на мокром бетоне, среди осколков стекла и мусора. Но… Как-то мягко для бетона. Мягко и тепло. Перед глазами постепенно проступает картинка: белые обои, на которых висят плакаты каких-то японцы , окно, из которого пробиваются яркие солнечные лучи, нежно-голубой шкаф со стеклянными дверцами. На полках за стеклом видны золотые кубки. И самое главное — кровать с нежно-голубым плюшевым одеялом, невероятно мягким на ощупь. Пока Эдгар осматривал интерьер, в комнату зашёл какой-то парень. Эдгар резко вскочил. От резких движений по телу прокатилась волна боли. Он чуть не вскрикнул, но сдержался, лишь громко выдохнув сквозь зубы. Парень был с фиолетовыми волосами и карими, даже скорее чёрными глазами. Под глазами залегли красноватые тени. У него были плавные черты лица, длинные ноги, одет он был в домашние шорты и футболку. Тело довольно подкачанное, с широкими плечами, на которые небрежно спадали волосы, заплетённые в низкий хвост. Пальцы тонкие, вытянутые, и между ними он сжимал стакан воды и таблетку. Он подошёл к столу, стоящему рядом с кроватью, и плюхнулся на стул. Протянул Эдгару стакан и пилюлю. — На, выпей. Это обезболивающее, если что. Эдгар смотрел с недоверием, но пить очень хотелось. Казалось, если он не выпьет воды, горло просто потрескается. Но и пить таблетку незнакомца не хотелось. — Мне ничего не болит, мне не нужны никакие таблетки, — твёрдо сказал Эдгар, хотя по его позе и движениям прекрасно читалась боль. — Тебе ещё как нужны таблетки. Неужели ты и дальше хочешь корчиться при каждом движении? — фиолетововолосый произнёс это с неожиданной ноткой заботы. Эдгар узнал этот голос. Вспомнилась вчерашняя ночь. — Почему ты помогаешь мне? Вчера по тебе было понятно, что я тебе противен, а теперь я лежу здесь, у тебя дома. После этих слов Эдгару показалось, что у фиолетововолосого из правого глаза выкатилась слезинка, медленно покатившаяся к подбородку. Незнакомец вспомнил, как хотел уйти с заброшки, оставив парня. Он и сам не знал, почему решил подойти. Взял его за изрезанную стеклом руку и увидел на запястье порезы. Некоторые старые, некоторые уже превратились в шрамы, и, конечно же, свежие, на которых только-только появилась тонкая плёнка. Внутри всё сжалось от непонимания: зачем уродовать своё тело? Затем он бросил взгляд на лицо парня. Из виска сочилась кровь, губа распухла от удара, из ноздрей текла кровь, а на щеке уже наливался свежий синяк. Стало невыносимо жалко оставлять его здесь. Незнакомец потянул руки к безразмерной футболке, а когда сжал её, то очень удивился. Парень был невероятно тощим. Он взвалил его себе на спину. Эдгар оказался на удивление лёгким. Самый большой сюрприз ждал его дома. Одежда, в которой был парень, была мокрой и грязной. Когда незнакомец снимал с него майку, он увидел множество разноцветных пятен и следов укусов. Неужели его изнасиловали? На вид ведь ещё школьник. Кто мог такое сделать? Почему это произошло? Почему парень не пошёл домой? В голове роилось множество вопросов, но ни одного ответа. Синяки были и на ногах. Незнакомцу было чертовски жалко мальца. — А почему я должен был тебя оставить? — спросил незнакомец. — Потому что ты, как минимум, не знаешь моего имени и вообще не представляешь, кто я такой, — почему-то раздражённо выпалил Эдгар. — Ладно, проехали. Меня зовут Фенг, а тебя как зовут? — А с чего я должен называть незнакомцу своё имя? — опять буркнул Эдгар. — Ну, хотя бы потому, что сейчас ты лежишь в кровати этого незнакомца, — усмехнулся Фенг. — Эдгар… — Ладно, Эдгар. Я сейчас принесу поесть, а ты пока лежи. С этими словами Фенг встал со стула и вышел из комнаты. Эдгар ещё раз окинул таблетку и стакан недобрым взглядом, но всё же проглотил пилюлю, запив водой. Губы слегка лопнули, и на стакане осталась небольшая капелька крови. Как только Эдгар поставил стакан на место, Фенг зашёл обратно с огромной порцией лапши с креветками. Он кинул взгляд на стол и, увидев пустой стакан, улыбнулся. — На, поешь, а то у тебя живот к спине прилип. Эдгар окинул тарелку голодным взглядом, но тут же отвёл глаза. — Я не голоден, есть не хочется. Фенг решил не давить и, оставив лапшу на столе, сказал: — Если захочешь — поешь, а я схожу в аптеку за бинтами. Прошу, не уходи пока, ты, вероятнее всего, до дома не дойдёшь. Вернусь минут через двадцать. После этих слов Фенг ушёл, оставив парня наедине с собственными мыслями. Эдгар недолго думая взял нож, лежавший рядом с тарелкой, в руку. Резким движением он рассёк вену на запястье. Кровь хлынула наружу. Эдгар подставил ладонь под рану: стало жалко пятнать кровать. Он шатающимися шагами направился в ванную. Сколько времени прошло, он и сам не знал. Перед глазами всё плыло и темнело, пока он окончательно не отключился.