Мой милый друг Джек Эббот

      Он думал, что эта история закончится там, где и началась — на школьном дворе, в тот же жаркий день. Но спустя несколько дней Робби внезапно осознал две очень важные вещи. Во-первых, Джек оказался честен, сдержал обещание и не сообщил о произошедшем с ним инциденте учителям. Во-вторых, быть таким добрым оказалось невероятной ошибкой, потому что, кажется, пацан решил, что теперь они друзья.       Через неделю он начал думать, что сходит с ума. Видимо, кто-то решил, что теперь они должны проходить по одному и тому же коридору в одно и тоже время, пересекаться в столовой, в туалете, у кабинетов. Этот кудрявый коротышка начал попадаться ему на глаза абсолютно везде. И пацан постоянно пытался втянуть его в какой-то нелепый разговор: подходит и начинает говорить то про литературу, то про погоду, то просто какой-то бред. Честно говоря, Майклу это было совсем не интересно, у него своих друзей и забот в виде учебы хватало, но он оставался вежливым и всегда отвечал насколько мог, хотя должен был просто пресечь это, дать понять, что не заинтересован в общении.       Большая перемена только-только началась и, конечно, большинство учеников сразу ломанулось в столовую на обед, устроив настоящую давку на входе. Робби и Тревис успели прошмыгнуть первыми и сели за дальний небольшой столик у стены, который они занимали каждый раз когда приходили. Из-за гула чужих голосов приходилось говорить громко, почти кричать, иначе собеседник вообще ничего не услышит. Сегодня как-то особенно шумно. Парни уже успели пожалеть о том, что пришли. На улице поприятнее, чем в этом душном тараканнике. Окна открыты, ветер задувал в помещение, но лучше не становилось, словно комната накалялась не от количества людей, а от страстей и сплетен, которые те рассказывают.       — Тебя хоть отпустят или опять будем ждать божьего снисхождения? — спросил Тревис в перерывах между жеванием обеда, стараясь не плеваться во время разговора.       В прошлый раз их прогулка сорвалась из-за возникших прямо перед выходом кучи дел по дому и необходимости помочь бабушке. Хотя это всё можно было бы отложить на потом, на вечер или другой день, но она настаивала, что всё нужно сделать именно сейчас и не откладывать на завтра. Так что до вечера Робби провозился с досками, с переносом каких-то вещей и мешков, отчего купаться по итогу не поехал.       — Всё в силе. Я обо всём договорился, — тут же поспешил заверить Майкл, уверенно улыбнувшись. Он всего на мгновение отвлекся от своей еды, чтобы посмотреть на друга, после чего продолжил есть.       Парень всегда носил с собой контейнеры с домашней едой. В основном его обед в школе состоял из остатков вчерашнего ужина, если бабушка не готовила что-то еще. Например, сегодня у него рис, жареное куриное филе с острой подливой. В принципе так выходило сытнее и дешевле питаться, чем покупать какие-нибудь сендвичи здесь и тратить на это свои немногочисленные карманные деньги.       Сразу после уроков они собирались идти культурно просвещаться. Катаясь пару дней назад на велосипедах по городу, они мельком увидели на здании кинотеатра афишу какого-то недавно вышедшего боевика. Плакат выглядел слишком ярко и маняще, в главных ролях известные актеры. Это было многообещающе и достаточно убедительно, чтобы сразу же захотеть пойти на фильм.       Тогда к ним подошел он, Джек, и, не спрашивая разрешения, грузно уселся на скамейку рядом с Робби. Поставил поднос с едой на стол и посмотрел на парней так, будто они, как минимум, уже давно знакомы, если не кореша. Ни стыда, ни совести у парня не наблюдалось, как и страха перед старшеклассниками.       — Прив… — он даже договорить не успел, как его грубо прервали.       — Нет.       Тревис знал, к чему всё это приведёт: пару раз поздороваешься с каким-нибудь младшеклассником, он всей школе расскажет, что вы дружите, попытается втянуть в какие-то свои детские проблемы (если помимо этого проблемы не устроят родители пацана, которые решат, что эти старшеклассники — плохая компания и они ничему хорошему не научат их ребенка кроме как рить и курить). А в случае отказа в общении мелочь будет манипулировать тем, что может всё рассказать. Хотя он просто не знает, насколько же Тревису и Робби всё равно на это. Одним наказанием больше, одним наказанием меньше — плевать. Всё так и будет. Он был уверен.       Может быть, дело в том, что Тревис в целом в свое близкое окружение впускал других людей крайне неохотно и настороженно. Он общался со многими, но это проверенные временем ребята, с которыми он знаком с самого детства и пережил много плохих вещей. Младшеклассники в топ его общения точно не входили.       — Я просто поздоровался, — непонимающе с легким удивлением возмутился Джек, но какой-то искренней обиды в голосе не было.       — Мы договорились? Договорились. Всё. Теперь проваливай. Мы не знакомы.       — Да ладно, Трев. Пусть сидит. Какая разница. Ты ж не девчонок тут обсуждаешь, — Майкл просто не видел смысла спорить. Он хотел просто спокойно поесть. Но в душе почему-то почувствовал себя каким-то защитником малолетних, даже если не хотел этого.       — Верно, Трев, слушайся Робби. Он плохого не посоветует, — Джек самодовольно улыбнулся, вздренув подбородок, передразнивая.       Тревис бросил на него самый свой грозный взгляд. Но шутка была засчитана сидящим рядом Майклом, который невольно усмехнулся, а затем сделал вид, что ничего не произошло и продолжил есть с совершенно спокойным выражением лица. Это было действительно смешно.       Следующие несколько дней он старательно избегал младшеклассников. В принципе, он всегда их избегал. Нет, серьезно, зачем ему водиться с ними? Даже четырнадцати-пятнадцатилетние парни носились как бешенные псы по коридорам, потому что кто-то решил поиграть в догонялки. Конечно Майкл себя выше этого, хотя это он не так давно решил, что повесить над входом в кабинет химии пластиковый манекен на виселице — это замечательная идея, как и нажать кнопку слива унитаза, на который прикреплена бумажка с просьбой категорически это не делать (никто так и не узнал, кто затопил туалет). Он уже почти окончил школу, но выходки у него остались всё такими же тупыми и детскими. И каждая шутка заканчивалась тем, что он сидел у директора в кабинете и делал вид, что ему правда очень жаль.

***

      На математике сидеть невыносимо скучно настолько, что спустя минут пятнадцать после начала пришлось отпроситься выйти в туалет исключительно для того, чтобы медленно прогуляться по коридору и обратно, немного развеяться. У него так-то не было проблем с учебой, если не учитываться лень, которая родилась раньше него. Он понимал весь материал, мог решить задания, если дать ему немного времени разобраться. Но ему настолько иногда не хотелось это делать, что оценки больше зависели от погоды и настроения, чем от того, насколько долго и внимательно Майкл изучал материал.       Естественно Джек решил ворваться именно в тот момент, когда Робби справлял нужду. Просто ворвался в комнату, резко распахнув шаткую дверь, которая затем громко хлопнула, закрываясь. Майкл мысленно застонал. Покой не настигнет его никогда. Даже в туалете. Парень встал рядом, молния расстегнулась слишком громко. Или так показалось старшему из-за того, что последнее время ему чудилось преследование в лице Джека. Правила этому подростку не писаны, так что, быстро закончив свои дела, он совершенно спокойно повернулся к Робби, поправляя задравшийся край футболки.       — О, привет, — совершенно спокойно поздоровался он и даже улыбнулся. — Как дела?       — Как думаешь, насколько это сейчас блять уместно? — не то чтобы у Робби сегодня плохое настроение. Просто его терпение начало угасать, а внутри всё закипало. Он посмотрел на отражение Джека в зеркале, пока мыл руки горячей водой. Парень будто только его и ждал. Майкл развернулся, раздражённо сложив руки на груди. Пора закончить это раз и навсегда. — Ладно. Что тебе надо? Ты меня преследуешь.       — Какое у тебя самомнение, — брови Джека поползли вверх и он повторил позу Робби. Лицо приняло насмешливое невинное выражение. — Просто хотел спросить, насколько сурово будет наказание, если я, предположим, случайно разбил окно.       — Может, заставят заплатить. Не знаю, — Робби нахмурился, не понимая, к чему собеседник вообще ведет. Он покачал головой, устав от этого разговора. — Откуда мне вообще знать?       — Судя по слухам, ты постоянно имеешь проблемы. Ну или проблемы имеют тебя.       Вздох. Конечно Майкл Робинавич влипал в какие-то истории на протяжении всего своего обучения не только в старшей школе. Руководству просто повезло, что у него нет младшего брата или сестры, которые могли бы в будущем устраивать подобные шоу и нервировать окружающих. Но то, что другие ученики подходили к нему за советом по нарушению дисциплины — это что-то новенькое. И тем не менее стало любопытно, в чем дело.       — Зачем ты вообще разбил окно?       — Я не сказал, что разбил. Я сказал «предположим», что разбил. И случайно.       Робби не сдержал неверящей ухмылки, закатив глаза. Изначально ему показалось, что Джек просто странный тихий парень, с которым мало кто общается потому что он странный (Майкл сам не знал, почему решил, что с Джеком никто не общается. Может быть, потому что Джек активно пытается водить дружбу с ним, а не с кем-то из ровесников). Но, видимо, все предположения оказались не верны. Тихие послушные ученики окна не разбивают.       — Просто не говори, что это ты. Не пойман — не вор, — совет максимально простой.       В туалет зашел какой-то ученик, и тогда Майкл понял, что уже порядком задержался. Он проскользнул на выход через закрывающуюся дверь. Джек последовал за ним следом. Они молча дошли до развилки в коридоре. Могли бы молча разойтись, если бы этот пацан не обернулся, подняв ладонь на прощание и идя при этом спиной вперед.       — Ну, давай, еще увидимся.       Не дожидаясь ответа, он развернулся во время ходьбы и направился к кабинету химии, ускорив шаг, ведь сейчас всё ещё шел урок. Он даже не посмотрел назад и не увидел, что Майкл махнул ему в ответ.       Только когда собеседник скрылся из виду, Робби понял, что это херово кончится.