Альма Старк. Продолжение

I       Зал для тренировок находился глубоко в недрах флагмана, на уровне, который Тах'Атэт называл «семинарским». Здесь когда-то, ещё до Безвременья, обучали молодых некронов искусству владения оружием и контроля над собственным телом. Теперь помещение пустовало — лишь голые стены из ноктелита, полированный пол, покрытый слоем тонкой пыли, и высокий сводчатый потолок, терявшийся в полумраке.       Альма стояла в центре зала, босая — когти её металлических ступней слегка царапали поверхность, оставляя едва заметные борозды. Она была одна. Ванда осталась за дверью — по просьбе самой Альмы. — Я должна попробовать сама, — сказала она перед тем, как войти. — Если я не смогу контролировать её, я никогда не смогу контролировать себя.       Ванда не спорила. Только кивнула, сжала её ладонь на мгновение и отошла.       И вот теперь Альма стояла в тишине, и единственным звуком был её собственный металлический выдох. — Выходи, — сказала она тихо. — Я знаю, что ты здесь.       Из угла комнаты, словно сотканная из теней, появилась маленькая девочка в красном. Она стояла неподвижно, опустив голову, и её длинные чёрные волосы закрывали лицо. Но Альма видела — сквозь пряди светятся зелёные глаза. Те же глаза, что смотрели на неё из зеркала каждое утро. Те же, что видели операционную, боль, страх. — Подойди, — позвала Альма. — Я не сделаю тебе больно.       Девочка не двинулась. Тогда Альма шагнула сама. Медленно, осторожно — как к дикому зверю, который может либо принять тебя, либо броситься.       Она остановилась в двух шагах от ауры. Протянула руку. Металлические пальцы дрогнули, но она сжала их в кулак, заставив себя успокоиться. — Ты — это я, — произнесла она твёрже. — Ты моя боль. Мой страх. Моя злость. Но ты не должна управлять мной. Я должна управлять тобой.       Девочка подняла голову. Её лицо было бледным, как у фарфоровой куклы, а глаза — огромными и пустыми. Она смотрела на Альму, и в этом взгляде не было ни злобы, ни страха. Только ожидание. — Ты хочешь, чтобы я приказала? — спросила Альма. — Хорошо. Я приказываю: иди сюда. Сядь рядом со мной. И не уходи, пока я не скажу.       Мгновение ничего не происходило. Затем девочка сделала шаг вперёд. Ещё один. Она прошла сквозь руку Альмы, словно её тело было сделано из тумана, и села на пол, поджав колени к груди.       Альма опустилась рядом с ней. Она не знала, как это работает. Не знала, может ли она дотронуться до своей же ауры, если та нематериальна. Но она протянула руку и провела пальцами по воздуху там, где должно было быть плечо девочки — и почувствовала лёгкое тепло. Как от солнечного луча, пробившегося сквозь облака. — Ты боишься, — сказала она. — Я знаю. Ты боишься, что я уйду. Что я оставлю тебя одну. Что я снова позволю им причинить тебе боль. Но я не уйду. Я здесь. Я всегда буду здесь.       Девочка повернула голову и посмотрела на неё. В её глазах промелькнуло что-то похожее на удивление. А затем — она медленно, неуверенно, положила свою ладонь на металлическую руку Альмы.       И в тот же миг Альма почувствовала это: не просто прикосновение, а целый мир — её собственные воспоминания, страхи, надежды, которые выплеснулись наружу. Она увидела себя маленькой, сидящей на коленях у отца. Увидела Тони, который смеялся, запрокинув голову. Увидела мать, которая пела ей колыбельную у открытого окна, и вечерний свет струился сквозь шторы, ложась золотыми полосами на пол.       А затем — операционная. Свет лампы. Голоса. Боль.       Альма вздрогнула, но не отдёрнула руку. — Нет, — произнесла она, и голос её прозвучал твёрже, чем она ожидала. — Ты не будешь показывать мне это. Не сейчас. Я хочу помнить свет, а не тьму.       Она сделала глубокий вдох — и мысленно сжала этот образ, как туго натянутую струну. Девочка зажмурилась, и видение рассеялось. Вместо него — снова комната. Тёплый свет. Тишина. — Ты слушаешься, — удивлённо прошептала Альма. — Ты действительно слушаешься.       Она поднялась на ноги, чувствуя, как дрожат колени — уже не от страха, а от напряжения. Но она не упала. Она выпрямилась. — Теперь я знаю, что могу управлять тобой, — сказала она, глядя на ауру. — Это не значит, что я всегда буду делать это правильно. Но я попробую. Я буду пробовать снова и снова. Потому что я не хочу тебя бояться. Ты — это я. И я хочу научиться жить с собой.       Девочка поднялась следом. Она больше не опускала голову. Её зелёные глаза смотрели на Альму — без страха, без вызова. Просто — смотрели. Как зеркало, которое уже не обманывает, а отражает правду.       Альма протянула руку. Аура шагнула вперёд — и исчезла. Вместо неё Альма почувствовала внутри себя тихое, ровное тепло. Как будто она наконец-то перестала бороться с собой. — Я справлюсь, — сказала она шёпотом. — Медленно. По шагу. Но я справлюсь.       За дверью Ванда, прислушиваясь к тишине, почувствовала, как что-то внутри неё разжалось. Она ещё не знала, что произошло в зале, но чувствовала — что-то изменилось. Что-то, что нельзя было выразить словами.       Она улыбнулась и прислонилась спиной к холодной стене. — Молодец, — прошептала она. — Молодец, Альма. II       Штаб-квартира «Мстителей» встретила Тони привычной тишиной — той особенной тишиной, которая бывает только в пустых помещениях с высокими потолками и панорамными окнами. Он стоял в центре главного зала, где ещё недавно собиралась команда, а теперь было пусто. Только следы на полу от ботинок напоминали о том, что здесь кто-то был.       Он уже перечитал координаты, полученные от Фьюри, раз пять. Спутниковые снимки, спектральный анализ, данные с орбитальных станций — всё указывало на одно: объект находился на орбите Земли, скрытый маскировочным полем такой мощности, что ни один земной радар не мог его засечь. Только гравитационные аномалии выдали присутствие гигантского корабля. — Пеппер, — позвал он, не оборачиваясь. — Ты уверена, что не хочешь лететь?       Она подошла сзади и положила руку ему на плечо. Её ладонь была тёплой — такой знакомой, такой человеческой. — Тони, я нужна здесь. Кто-то должен держать компанию на плаву, пока ты спасаешь вселенную. И потом, — она усмехнулась, — ты же знаешь, я не очень хорошо переношу космические перелёты. — Ты переносишь их лучше, чем я — отсутствие кофе, — ответил он, но в голосе его не было привычной иронии. Только усталость.       Она развернула его к себе и посмотрела в глаза. — Ты найдёшь её. Ты всегда находишь то, что ищешь. — Это не «то», — возразил он. — Это «кто». — Тем более, — мягко ответила Пеппер. — Ты всегда находишь тех, кто тебе дорог.       Она поцеловала его в щёку, отступила на шаг, и в этот момент снаружи раздался звук приближающегося квинджета. Тони вздохнул и направился к выходу. — Держи меня в курсе, — крикнула Пеппер вдогонку. — И постарайся не взорвать ничего важного. — Я постараюсь, — ответил он, и уголки его губ дрогнули в слабой улыбке.       Час спустя они уже были в воздухе. Квинджет «Мстителей» — модернизированная версия, которую Тони собрал лично, — мягко разрезал плотные слои атмосферы, набирая высоту. За иллюминаторами медленно таял синий цвет неба, уступая место черноте космоса.       Роуди сидел в кресле второго пилота, его экзоскелет был сложен и закреплён на заднем сиденье. — Ты уверен, что она там? — спросил он, не отрывая взгляда от приборов. — Фьюри не ошибается, — ответил Тони. — По крайней мере, в таких вещах. — А что, если она не захочет возвращаться? — подал голос Вижен, стоявший у задней панели. — Что, если она уже не та, кем была?       Тони задумался. Он долго молчал, глядя на звёзды, которые становились всё ярче по мере удаления от Земли. — Тогда я попытаюсь понять, кто она теперь, — наконец сказал он. — И если она захочет остаться, я её не брошу.       Роуди коротко усмехнулся: — Знаешь, а ты стал мудрее, старик. — Не старик, — поправил Тони. — Просто уставший человек, у которого есть время подумать.       Они замолчали. Квинджет шёл на малой скорости, чтобы не привлекать внимания, но курс был точным — прямо к точке, где гравитационные аномалии сгущались, образуя невидимый шар.       Квинджет мчался в пустоте, и Тони в который раз поймал себя на мысли, что космос — это самое одинокое место, которое он когда-либо знал. Чёрная бездна, усеянная точками далёких звёзд, казалась бесконечной и равнодушной. Никаких ориентиров, никаких границ — только тьма, в которой даже свет терял смысл.       Он сидел в кресле пилота, вглядываясь в показания приборов. Роуди расположился справа, молчаливый и сосредоточенный, его экзоскелет был уже активирован на случай боя. Вижен стоял у задней панели управления, его вибраниумное тело мерцало в тусклом свете индикаторов. — Скажи мне ещё раз, — сказал Тони, не оборачиваясь, — почему мы летим на свидание с неизвестностью без плана «Б»? — Потому что план «А» — это ты, — ответил Роуди, усмехнувшись. — А ты всегда работаешь лучше на импровизации. — Хороший ответ, — пробормотал Тони. — Жаль, что он не успокаивает нервы. — Мистер Старк, — вмешался Вижен. — Я засекаю аномалию на наших сканерах. Объект скрыт маскировочным полем, но его гравитационное воздействие слишком велико, чтобы быть естественным. Это ваш флагман.       Тони напрягся. Он несколько раз перепроверил данные — да, сомнений не оставалось. Где-то впереди, в пустоте, висел гигантский корабль, который они не могли увидеть глазами, но который отчётливо прощупывался их приборами. — Пятница, дай мне спектральный анализ. Посмотрим, из чего сделана эта маскировка.       На голограмме вспыхнули линии и графики. Маскировочное поле оказалось сложным — не просто оптическая иллюзия, а полное искажение сигналов, отражение которых возвращалось в виде пустоты. Тони присвистнул. — Они не просто прячутся. Они создают пустоту там, где находятся. Как вы это делаете, Вижен? — Я могу попытаться создать интерференцию, — ответил Вижен. — Если я направлю свой луч на область предполагаемого контакта, возможно, поле временно нарушится. — Делай, — кивнул Тони.       Вижен приложил ладонь к стеклу кабины и выпустил тонкий, едва заметный луч жёлтого света. Он пронзил пустоту, и в тот же миг перед ними, словно занавес, раздвинулась тьма. На фоне чёрного космоса проступили очертания — острые, треугольные, покрытые тёмным металлом, испещрённые золотыми рунами, которые мерцали, как живые. — Господи, — выдохнул Роуди. — Это же целый город. — Город с пушками, — добавил Тони, заметив на корпусе батареи, которые уже начали разворачиваться в их сторону. — Пятница, связь с кораблём! Сейчас же! — Канал открыт, — отозвалась Пятница через мгновение.       Тони глубоко вздохнул, стараясь успокоить дрожь в голосе. — Это Энтони Старк. Я брат вашей госпожи. Я пришёл не воевать. Я хочу увидеть Альму.       Наступила долгая тишина. Пушки замерли, не нацеливаясь до конца. Затем в эфире раздался голос — низкий, механический, с лёгким шипением: — Ты — тот, кто позволил ей быть похищенной. Тот, кто искал её, но не нашёл.       Тони сжал челюсти. — Да, я тот, кто не смог её защитить. Но я тот, кто пришёл, чтобы исправить это. Впусти меня.       Ещё одна пауза. Затем — голос, уже другой, более старый и усталый: — Проходи. Но знай: если ты причинишь ей боль, ты не покинешь этот корабль живым.       Тони усмехнулся — беззлобно, почти тепло. — Я уже причинил ей достаточно боли, не делая ничего. Я не собираюсь добавлять к этому списку.       Квинджет медленно вошёл в открывающийся шлюз, и тьма ангара поглотила их.