Прах моей сестры.

Такэмио свернула на знакомую улицу, дом уже был рядом. Она задержала дыхание и глубоко вдохнула — приятно пахло осенней листвой, воздух был прохладный, и от этого становилось легче. В груди не было тяжести, дыхание ровное. «Мелочь, а приятно», — подумала она и даже позволила себе слабую улыбку. Она уже доставала ключи из кармана, когда в груди вдруг неприятно кольнуло. Не от болезни — скорее, от ощущения, будто в памяти что-то резко всколыхнулось. Образ, который никак не давал покоя. Перед глазами встала совсем недавняя картина — слишком свежая, чтобы забыть. … Она стояла, будто вкопанная, у забора за школой, когда взгляд упал на знакомую фигуру. Это был он. Такемичи. Лежал на земле, почти без сил, побитый так, что едва дышал. Его лицо в грязи, губы рассечены, глаза полуприкрыты. Вокруг валялись сумки, и пара старшеклассников, ухмыляясь, уходили прочь, даже не оборачиваясь. Такэмио замерла. Секунда — и сердце ухнуло вниз. «Такемичи?..» — голос дрогнул внутри неё, но наружу не вырвался. Ноги сами хотели подбежать, но она осталась в тени, не веря глазам. Её двоюродный брат, этот дуралей, что вечно строил из себя героя, лежал избитый так, что… боже, это было страшно. У неё перед глазами мелькали картины: как они вместе ели мороженое в парке, как он шутил с Хиной, как наивно улыбался. И сейчас этот образ разлетелся вдребезги. — Боже… — тихо прошептала Такэмио, хватаясь за край воротника своей рубашки, будто ей не хватало воздуха. Это был момент, когда всё её спокойствие дня рухнуло. Мелкая радость — не кашляла на уроках, не понадобилась кислородная трубка, не споткнулась по дороге домой… всё показалось ничтожным, когда она увидела Такемичи в таком состоянии. Именно тогда её пальцы задрожали, и телефон сам оказался в руках. Она уже знала, кому звонить.

***

———- Наше время. Такэмио тихо прикрыла дверь своей комнаты, чтобы отец ничего не услышал. В коридоре стояла тишина, только скрипнула половица, когда она обернулась проверить — не подслушивает ли кто-то. Всё, чисто. Она глубоко выдохнула и вернулась к кровати. Такемичи лежал на боку, рубашка с него была снята, и весь он представлял собой сплошной синяк и ссадину. Щёка распухла, губа разбита, на локте кровь ещё не успела толком подсохнуть. Он сжимал зубы и упрямо отводил взгляд в сторону, будто стеснялся показывать, насколько больно. — Ты идиот, — негромко, но твёрдо сказала Такэмио, держа в руках перекись. — Вот просто… конченый идиот. Она поднесла ватку к его рассеченной брови, и тот сразу скривился, резко втянув воздух сквозь зубы. — Ай-ай-ай! Полегче же можно?! — пискнул он, закрывая ладонью глаз. — Молчи, — спокойно отрезала Эми, ловко убрав его руку и всё равно протирая ранку. — Надо обработать, а то загноится. Хочешь потом с температурой валяться? — Но-о… — жалобно протянул Такемичи. — Никаких «но». — Она нажала чуть сильнее, отчего он дёрнулся и чуть не упал с кровати. — Тебя, значит, избить могут, а пару секунд потерпеть — нет? Он замолк, только сопел и морщился, а она аккуратно заклеивала пластырем рассечённое место. Руки у Такэмио дрожали едва заметно, но она упрямо продолжала работу — рана за раной, синяк за синяком. — Я же сказала тебе держаться подальше от этих девятиклассников, — наконец пробормотала она, не глядя ему в глаза. — Ты что, думаешь, я буду каждый раз тебя собирать по кускам? — Я… я не хотел, — тихо пролепетал он. — Просто так вышло… — «Так вышло», — передразнила она, но без злости, скорее с усталостью. — Мичи, ты слишком мягкий. Все видят, что ты не можешь дать сдачи, вот и лезут. Он прикусил губу, и в комнате повисла тишина. Только слышно было, как она в очередной раз смочила ватку и приложила к очередному синяку. — Больно? — спросила Эми чуть мягче. — Угу… но я потерплю, — буркнул он, не поднимая глаз. — Потерпи, герой, — фыркнула она, но уголки её губ дрогнули. Она закончила обработку и села рядом, бросив использованные салфетки в пакет. Несколько секунд молчала, а потом вдруг тихо добавила: — Я отцу сказала, что ты у Аккуна на дне рождения. Так что спи спокойно, никто не узнает. Такемичи удивлённо повернул голову. — Ты… прикрыла меня? — А что мне оставалось? — пожала плечами Такэмио. — Хина бы всё равно узнала, а отцу только нервы мотать лишний раз. Ему и так забот хватает. Он хотел что-то сказать, но она резко посмотрела на него и покачала головой: — Только попробуй извиниться сейчас — прибью. Такемичи застыл, потом неловко усмехнулся и отвернулся к стене. А Такэмио прислонилась к спинке кровати, положила подбородок на колени и украдкой посмотрела на брата. Он уже начинал клевать носом, усталость и побои давали о себе знать. Такэмио посмотрела на Такемич, когда встала с кровати, убедившись, что тот уже почти спит, и какое-то время просто смотрела в потолок. Казалось бы — можно закрыть глаза и забыться, но внутри у неё всё клокотало. Она резко перевернулась на бок, села, а потом бесшумно поднялась с кровати. — Э… Такэмио? — сонно пробормотал Такемичи, приоткрыв один глаз. — Ты куда?.. — Уроки, — коротко отрезала она, будто это было очевидно, и подошла к туалетному столику. Он недоверчиво фыркнул, но уже слишком устал, чтобы спорить, и снова уткнулся лицом в подушку. А Эми тем временем вытащила из своей сумки аккуратный футляр. Движения её были быстрыми и отработанными: она достала кислородную трубочку, приложила её к лицу и сделала несколько глубоких вдохов. На секунду закрыла глаза, позволив лёгким наполниться воздухом до конца. Но даже этого было мало. Напряжение, которое копилось весь день, только сильнее давило на грудь. Она отложила трубку, провела ладонью по лицу и села за стол, спиной к кровати, чтобы Такемичи не видел её выражения. Включила ноутбук — экран вспыхнул мягким светом. Первое, что появилось, — фотография мамы на заставке. Женщина с добрыми глазами и мягкой улыбкой, почти копия самой Эми, только волосы темнее, отцовский оттенок достался ей. Такэмио задержала взгляд, нахмурила брови, будто пытаясь вычитать в этом фото поддержку, которой сейчас так не хватало. Но через пару секунд оторвалась и щёлкнула по иконке школьного чата. И тут же пожалела. В чате творился сущий хаос: бессмысленные перепалки, взаимные обвинения, кто-то спорил о том, кто кому должен, кто-то скидывал мемы не к месту. Полный бардак. — Тьфу… идиоты, — пробормотала она и закатила глаза. Пролистав вверх, она зашла в список участников и взглядом зацепилась за два знакомых имени. Баджи Кэйске. Мацунэ Чифую. Её губы непроизвольно дрогнули. Конечно, кто же ещё мог подливать масла в огонь в любой перепалке. И ровно в тот момент, когда она хотела закрыть ноут, внизу экрана всплыло уведомление: «Новое сообщение от: Кэйске Баджи». Такэмио замерла. Несколько секунд просто смотрела на уведомление, не веря своим глазам. Сердце забилось чуть быстрее, дыхание снова стало неровным. Она машинально сжала трубочку в руках, как будто от неё зависело равновесие в этой странной ситуации. — Ну что тебе ещё надо… — едва слышно прошептала она, но, конечно же, курсор уже сам собой потянулся открыть сообщение. Позади на кровати сонно шевельнулся Такемичи: — Эми… ты точно уроки делаешь? — Ага, — коротко ответила она, не поворачиваясь. Голос звучал так ровно, что он и не стал копать глубже. Но внутри у неё всё сжалось — ведь именно в эту секунду экран осветился, показывая первую строчку сообщения от Кэйске. Экран мигнул, и Такэмио всё-таки щёлкнула по сообщению. “Привет. Спишь? Сделала дз по биологии?🥲” Она хмыкнула так громко, что сама чуть не рассмеялась — вот уж чего она точно не ожидала от грозного и шумного Баджи, так это жалобных рожиц в школьном чате. — Да ну нахер… — буркнула она себе под нос и пальцами забарабанила по клавиатуре. Такэмио: ага, конечно, вот только проснулась среди ночи в истерике оттого что биологию не сделала 🤡 Пауза. На экране загорелось «печатает…». Баджи: ахахах умная ж баба, думал вдруг ты норм, а ты тоже страдаешь))) Такэмио: я страдаю, что у меня в одноклассниках ты. это считается? Снова «печатает…» и смайлик в углу экрана. Баджи: о, язва проснулась. не груби старшим! Такэмио: Ага который на ай-кью ниже меня? какой из тебя старший? Она едва сдержала смешок. За спиной что-то сонно пробормотал Такемичи, и Эми тут же приглушила экран, сделав вид, что читает скучные лекции. Но телефон завибрировал снова. Баджи: рост не главное. харизма решает 😎 Такэмио: харизма не лечит тупость, знай Через пару секунд: Баджи: эх, а я думал, у нас зарождается дружба… Такэмио: зарождается? ты как бактерия из учебника биологии, только и делаешь что лезешь без спроса Она уже прикусывала губу, чтобы не прыснуть. Но смешное только началось — снова всплыло сообщение. Баджи: слушай, а у тебя есть конспект по той теме? я обещаю не трогать твои бактерии Такэмио: ты слишком переоцениваешь мою доброту. максимум — скину тебе рисунок амёбы и напишу «это ты» Пока она печатала это сообщение, на ноуте в углу всплыло новое уведомление — «Хина: Эми, как Мичи? Всё в порядке???» Эми перевела дух, моргнула, переключилась в чат. Такэмио → Хина: спит. не волнуйся, я рядом. всё норм. Отправила, и вернулась к диалогу с Баджи, который успел накатать целую простыню: Баджи: ты грубая, но ладно. я сохраню этот шедевр «амёба — это ты» в избранное. вдруг через лет десять буду показывать детям, как познакомился с самым вредным человеком на планете. Такэмио: ха. через лет десять твои дети будут плакать, что у них батя — идиот — Эми, — снова шевельнулся Такемичи, — ты точно… уроки?.. Она вздрогнула, прижала ладонь ко рту, с трудом удержав смех. — Уроки, уроки… — шепнула она, а на экране уже загорелась новая строчка от Баджи, который, похоже, даже в три ночи не умел держать язык за зубами. Такэмио уже собиралась отложить ноут — иначе от хихиканья она разбудит Такемичи — как вдруг экран мигнул, и всплыло новое уведомление. “Вас добавили в группу: «Амёбы»” Эми застыла. — Че, блядь?.. — прошептала она. Зашла в чат. Трое участников. Баджи (создатель), Чифую, и теперь Такэмио. Баджи: добро пожаловать, амёба номер три🥳🎉 Такэмио: слышь, я не подписывалась быть вашей биологической мутанткой Чифую: погодите… почему группа так называется? Баджи: потому что амёбы бессмертные. и мы тоже 😎 Такэмио: ну, если сравнивать — ты точно одноклеточный, вопросов нет — Хах, — Эми зажала рот ладонью, чтобы не разбудить Мичи. Чифую: а я кто тогда? тоже амёба?😟 Такэмио: нет. ты хомяк. милый, пушистый, но мозгов ноль Чифую: чё за жесть 😭 Баджи: хаха, согласен. хомяк — идеально! Чифую: эй, вы чё, вдвоём теперь меня гнобить будете? Такэмио: ты сам напросился, Чешуя Чифую: ТАК НЕ НАДО МЕНЯ ЗВАТЬ 😡 Эми уже тряслась от смеха, спина дёргалась, пальцы едва попадали по клавиатуре. Такемичи на полу сонно повернулся и пробурчал что-то нечленораздельное, но не проснулся. Баджи: ладно, фиксируем роли: я — мозг, Чифую — хомяк, Такэмио — кислородный баллон Такэмио: …что, блядь? Чифую: подождите. это же полезно! без баллона… ну, типа… не выживешь Такэмио: Чифую. ты щас назвал меня ходячим аппаратом ИВЛ? Чифую: неее, я не то имел в виду, клянусь 😭 Эми уткнулась лицом в подушку, чтобы не заржать на весь дом. Её плечи ходили ходуном, а в груди впервые за долгое время стало легко. Вот сидит она, кислородную трубку прячет в сумке, рядом на полу её друг с перебитыми рёбрами, а на экране два идиота спорят, кто больше амёба. И это почему-то было так смешно и так… тепло. Баджи: короче, решено. мы — амёбы. и если кто-то выйдет — бан навсегда Такэмио: бан за что? за эволюцию? Чифую: ну тогда я точно не выйду. я хочу жить вечно Эми прыснула и всё же тихо рассмеялась в голос, закрыв рот ладонью. И впервые за день подумала: «Может, не так уж плохо, что эти два придурка появились в моей жизни».

***

———- Утро началось… мягко говоря, херово. Нет, даже не так — оно началось с ощущения, будто кто-то сверху специально орёт в ухо: «ДАВАЙ, ЭМИ, ПОГНАЛА!» Потому что будильник она, конечно же, вчера ночью отключила, когда переписывалась с двумя амёбами. Ну спасибо, блять, Амёбы. Отличная идея — ржать до двух ночи с Баджи и Чифую в чате. Теперь результат: глаза красные, настроение на нуле и… Когда глаза приоткрылись и взгляд упал на часы… 8:34. — Бля-я-я-я… — простонала Эми, хватаясь за голову. — Урок-то уже идёт! Она резко села, но тут же закашлялась. Тело дало понять: «Ты куда разогналась, дурочка?» На полу постель была аккуратно сложена — Такемичи уже ушёл. Хоть убрал за собой, не зря воспитание вбивала. Но легче от этого не стало. Телефон в руках: десяток пропущенных от Хины, парочка от незнакомого номера и одно — от Кейске. — Пиздец, — выдохнула Эми. — Я ещё и важная дама сегодня. Она попыталась натянуть форму на автомате, но всё было криво, галстук куда-то потерялся, волосы стояли колом, будто их током шибануло. В этот момент в комнату заглянул отец. Сначала посмотрел строго, а потом тяжело вздохнул: — Ты только встала? — Ага, — коротко ответила Такэмио, даже не глядя на него, пытаясь застегнуть рубашку. — В школу не пойдёшь пешком. — Голос его был твёрдый, без вариантов. — Я подвезу. Она хотела было возмутиться, но, взглянув на часы, поняла: пешком идти — значит реально вкатиться в школу к третьему уроку. Да и силы после сна были такие, будто вагон тащила ночью. — Ладно, — пробурчала она, надевая пиджак. — Но это всё из-за этих грёбаных амёб… Схватила телефон и глянула последнее сообщение от Кейске: «Ты точно выжила? Уже 20 минут звоню. Училка орёт. Чешуя сказал, что ты умерла. Отвечай». Такэмио закатила глаза. — Сдохну я, ага. Сама тебя потом похороню, Ботан недоделанный… — пробормотала она, застёгивая сумку и выбегая из комнаты вслед за отцом. В голове вертелось одно: «Первое опоздание. За всю жизнь. Отличное, блин, начало учебного года» ——— Коридор гремел шагами, когда Такэмио вместе с отцом подлетела к школе. Она выскочила из машины, торопливо поправила волосы и втянула воздух — чёрт, лёгкие будто протестовали, но сейчас было вообще не до этого. Поднявшись по лестнице, она уже представила себе лицо классухи: сжевать, выплюнуть и заставить писать объяснительную на три листа. Но когда она распахнула дверь класса… — А вот и наша звезда, — протянула учительница, поднимая бровь. — Проходи. Весь класс обернулся. Абсолютно. Даже те, кому обычно пофиг. И вот она зашла — с таким каменным лицом, будто вообще всё под контролем. Ровная спина, руки в карманах пиджака, никакой суеты. Будто не опоздала, а пришла ровно в тот момент, когда нужно. Чифую, сидевший ближе всех, чуть не подавился смехом, закрывая рот ладонью. Баджи уже нагло ухмылялся, откинувшись на стуле: — Смотри-ка… сама Холодная Королева пожаловала. — Заткнись, амёба, — шепнула она, проходя мимо и даже не повернув головы. Кейске смотрел так, будто видел чудо природы. А потом тихо сказал: — Ебать… она даже не моргнула. Учительница, вздохнув, сделала вид, что ничего не заметила. Наверное, подумала, что проще один раз пропустить, чем спорить с этим живым ураганом. Эми спокойно дошла до своей парты, уселась и только тогда вытащила тетрадь, делая вид, что всё идёт по плану. Внутри же мысли орали: «БЛЯЯЯ, ПЕРВОЕ ОПОЗДАНИЕ!!!» Такэмио плюхнулась на стул, аккуратно поправив форму, и наконец-то позволила себе тяжёлый вздох. Сердце колотилось от беготни и нервов, но на лице — ни единой трещинки. Каменная стена. — Биологию до поздно учила? — раздался сбоку ленивый голос Кейске. Он даже не смотрел на неё, просто писал что-то в тетради, будто между прочим. Сзади тут же, не выдержав, влез Чифую, положив подбородок на парту: — Ага, ага. Я ж говорил, что она умница! Вот и сдалась биологии. Эми медленно повернула голову, глядя то на одного, то на другого. В глазах — чистое презрение, смешанное с усталостью. — Да, конечно… — тихо, но достаточно громко для них. — Биология. Просто роман века между мной и митозом. Чифую захрюкал в кулак, чтобы не заорать. Кейске дёрнул уголком губ, явно сдерживая смех. — О, а я думал, ты больше по истории, — не унимался он, всё так же не поднимая глаз. — По истории сражений с амёбами, — парировала Такэмио, даже не моргнув. Баджи, сидящий через пару парт, обернулся, увидел картину и ухмыльнулся во все зубы: — Ну всё, Кейске, у тебя конкурент. Амёбы атакуют. Эми закатила глаза, открыла тетрадь и сделала вид, что полностью ушла в записи. Но рука слегка дрожала от того, что хотелось либо заорать, либо рассмеяться. Кейске тихо отодвинул её ручку в сторону и прошептал: — Ладно, ладно. Я понял. Но если чё — я всегда могу одолжить тебе свой учебник по биологии. Для ночных свиданий. Она так резко посмотрела на него, что тот моментально уткнулся обратно в тетрадь, но уголки губ всё равно предательски тянулись вверх. А сзади Чифую шептал, едва сдерживая смех: — Свидания с митозом… я не могу… ———— Спустя два урока// Урок математики вёл старый, вечно угрюмый учитель, от которого весь класс будто вымер: тишина такая, что слышно, как муха пролетела бы. Такэмио сидела на своём месте, когда учитель вдруг сдвинул брови и пробурчал: — Кисимото, пересаживаешься. — И, ткнув пальцем, указал прямо на свободное место рядом с Кейске. «Да ну нахер», — промелькнуло у Эми. Она бросила косой взгляд на Баджи, который, конечно же, сидел, растянувшись по стулу, и с наглой ухмылкой поднял брови: мол, ну давай-давай. Сдержав раздражение, она поднялась и медленно села рядом с Кейске. Тот, будто ничего особенного, только уголком рта шепнул: — Ну привет, соседка по несчастью. Эми цыкнула и достала телефон под партой. Пальцы быстро пробежались по экрану. Такэмио → Мичи: «Так рано ушёл? Ты в школе уже?» Ответа пока не было. Но почти сразу высветилось сообщение от Хины. Хина: «На перемене встретимся. Такое рассказать надо…» Эми нахмурилась, убрала телефон и сделала вид, что полностью погрузилась в уравнения, хотя мозг был занят другим. И вдруг — стук в дверь. Класс замер. Учитель поднял голову, раздражённо рыкнув: — Ну ещё кто там? Дверь медленно открылась. Стук в дверь, и весь класс будто ожил. Учитель, уже собираясь влепить за опоздание полкласса, ворчливо рявкнул: — Да входи уже, сколько можно! Дверь приоткрылась — и в проём просунулась знакомая белобрысая макушка. Потом — целиком вошёл он. Майки. В своей привычной манере: руки в карманы, походка — как будто это его территория, и весь мир ему должен. Но самое странное — он не просто вошёл. Он оглядывал класс. Внимательно. Медленно, словно кого-то высматривал. — Ох, Сано? — учитель растерянно моргнул. — Ты ведь не из нашего класса. Кого ищешь? Майки не ответил сразу. Его взгляд скользнул по ученикам… и остановился. Прямо на Такэмио. Она почувствовала, как внутри всё похолодело. Бля… только не это. Только не он. Почему, сука, именно сейчас?! Майки продолжал смотреть. Без слов, без объяснений. Просто смотрел и ухмылялся. Учитель снова спросил, но тот лишь бросил ленивое: — Нашёл.