Alla prima

Портовый город полнится историями и слухами так же регулярно, как обливается противной моросью из нависающих над ним туч, делающим трущобы Минратоса еще более мрачными и неприглядными. Рук обсыхал за столиком мощеного лебедя, в ожидании Элека и новостей. Когда-то за этим же столом он общался с Инквизитором и леди Морриган, обсуждал Соласа, свою команду и стратегию борьбы с самопровозглашенными богами. В тот момент уютное местечко у окна казалось ему таким же важным, как ставка командования в замке какого-нибудь лорда и по совместительству великого генерала. А теперь это всего лишь стол. Один из многих, такой же, как и все. Подумать только, минуло целых два года... Два года с того момента, как опальный Ворон смог исправить репутацию сначала спасением внука первого когтя из лап венатори, затем целого города от дракона, а после и всего мира от скверны. То было воистину захватывающее время: охота за его взбалмошной головой прекратилась, стоило Луканису вернуться к Катерине, ей же, в свою очередь, пропасть, а антааму начать терроризировать оккупированный Тревизо сильнее. И вот Дом де Рива любезно распахнул перед ним двери, и Виаго даже позволил себе возобновить то самое недовольное ворчание в адрес непутевого воспитанника, которое позволял себе лишь в порыве извращенной заботы. На самом деле, какими бы обходительными Вороны ни были с заказчиками, они, в первую очередь, профессиональные убийцы, да еще и со своим специфическим кодексом, где среди основополагающих правил кроются классические и немножко зловещие: “облажался - сдох”, “попытался выйти из дела и покинуть Дом - сдох”. Посему выходит, что в действительности то Рук защитил Тревизо от атаки дракона не из патриотизма или чувства долга, а из необходимости и стремления выжить, ведь, в конце концов, сражаться с богоподобными по способностям тварями проще, когда у тебя на хвосте гарантированно не сидят братья да сестры по ремеслу. Еще лучше, когда на твоей стороне выступает прославленный Демон Вирантиума и по совместительству тот самый внук Первого когтя. Было бы совсем славно, сложись у него отношения с Нэв, но после того, как спасению горячо любимого ею Минратоса, он предпочел сохранение собственной шкуры и восстановление репутации, наемный убийца и не пытался вернуть их общение в прежнее, романтическое русло. И в глубине души переживал да злился из-за этого, должно быть, только он, поскольку вскоре известная детектив и одержимый вступили в отношения (на удивление, по сей день здоровые). Кажется, Нэв теперь возглавляет преступный синдикат, и потому вместо нее на встречи регулярно является Элек, но обсудить даже такое с ней не представляется возможным: Маяк перестал быть общим убежищем для каждого из них. К слову, об стальных. Когда все кончилось, Хардинг с Тааш отправились в Кэл Шарок для того, чтобы глубже исследовать ее магию, позабытую историю Титанов и, получается, всех гномов. Эммрик погрузился в отношения со Страйфом, обучение Манфреда и помощь Завесным странникам в изучении магии Тени. Беллара посвятила себя работе с сохраненным Архивом и, судя по последним письмам, одновременно испытывает неловкое желание вернуть Илерин. Даврин и Ассан стали фресками на стенах городов всего северного берега Тедаса, олицетворением настоящей связи и готовности принести себя в жертву ради достижения мира. Ну, а Руку удалось получить статус первого бывшего ворона, с разрешения нового Первого когтя (Луканиса), согласия Пятого (Виаго) и Седьмого (Теи), ему позволили выйти из дела. Но, разумеется, на свой страх и риск, ведь он все еще мог стать чьим-то контрактом. Впрочем, как считал сам эльф, риск оправдан: у него появилось больше времени на исправление старых ошибок и помощь Архонту (Дориану), пережившему за последние два года свыше десятка покушений... - Ты стал более рассеянным. - теплое дыхание знакомого насмешливого голоса пощекотало острый кончик уха, вырывая Рука из размышлений. Он вздрогнул, но не отстранился, а резко повернул голову. Его и взгляд склонившейся подле него брюнетки встретились. - Нэв! - мужчина так давно не видел ее, что не смог выдохнуть нечто более оригинальное прямо в ее губы, едва не сталкиваясь носами, на что она усмехнулась и выпрямилась, а он ощутил легкий укол досады от вновь растущей между ними дистанции. Впрочем, это все равно лучше, чем вдыхать приятный аромат кофе, которым, стараниями Луканиса, когда-то была пропитана столовая на Маяке, а теперь одежды и волосы детектива. - Хорошо выглядишь, как и всегда. - Я тоже рада наконец увидеться, Рук. - она уселась напротив, расслабленно откинулась на спинку стула, закинула ногу на ногу, а руки оставила под столом. Так незаметно сплетать заклинания, - в случае необходимости, разумеется, - проще. - Ты, в свою очередь, выглядишь, - брюнетка выдержала небольшую паузу, притворяясь, будто силится подобрать щадящие его самолюбие слова, - как в первый день нашей встречи. - Что тут сказать, в трущобах эльфы пользуются популярностью у сомнительных личностей, а если эльф еще и одет в тряпье, то он нарасхват. В буквальном смысле этого слова. Магесса посмеялась его словам и покачала головой, ненадолго смежив веки. Видно было, что даже после спасения мира она вся в делах и, как прежде, устает. Но теперь в личные тяготы посвящает другого мужчину и, может, не зря, - довериться тому, кто смог обмануть самого “бога лжи”, должно быть, непросто, если не невозможно. Особенно для детектива. Пусть в день той роковой, последней битвы, она и обмолвилась о том, что ни к кому не расположена так, как к нему. В конце концов, слова - это всего лишь слова. - Так значит, развлекаешь себя охотой между заданиями? Да еще и бесплатно? Бывший ворон, ныне один из Клинков правосудия Архонта, беззаботно пожал плечами: - Если любишь и хорош в каком-то деле, зачем себе в нем отказывать в свой выходной? К тому же, учитывая род моей прежней деятельности, это по сути своей благотворительность, скажешь, нет? В воздухе ненадолго повисла тишина, та, что отягчала его давно хранимыми, но так и невысказанными мыслями. Они оба опасались прямо выражать чувства, открывать свои уязвимые стороны, прятались за стеной цинизма, сарказма и насмешек, наверное, поэтому Демону из Вирантиума и удалось сблизиться с Нэв, а Руку - нет. Пусть он неоднократно и пытался быть предельно открытым со своей командой. И даже с собой (хотя, как раз это ему до последнего не удавалось). - Элек должен был передать тебе подробности по делу пропавшего рыцаря-командора Леноса, но сейчас вынужден отсиживаться в укромном уголке. Прости, вам не скоро вновь представится шанс притворяться друзьями, читать свежие выпуски и шутить на тему новостей. - Нэв вздохнула, отвела взгляд, упершись им в стол и вместе с тем зарываясь глубоко в себя. Глядя на то, как она переживает, Рук поджал губы и задушил в себе желание потянуться к ней, чтобы утешить. Все, что он мог - это попытаться каким-то образом разрядить обстановку. - Предложил бы тебе поплакать в мое плечо, но, думаю, прижиматься к этим одеждам лицом опасно для здоровья. - Пфф, - фыркнув нелепой шутке, она подняла глаза и подбородок, расправила плечи, и нашла в себе силы притвориться, будто пришла в норму, - это было покушение, закончившееся трагично для нападавшего, и тяжелыми ранениями для Элека. На самом деле он выжил по чистой случайности, ему повезло, ведь убийца был пусть и юным, но профессионалом. Рук подобрался на стуле. Это даже не намек. Не предположение. Она утверждала, что на Элека напал кто-то из Воронов. Но он ждал продолжения. И дождался: - Луканис выяснил, что убийца происходит из семьи Эгративи.